Москва
+7-929-527-81-33
Вологда
+7-921-234-45-78
Вопрос юристу онлайн Юридическая компания ЛЕГАС Вконтакте

Конституционный Суд и права человека (статьи от 01 сентября 2017 года)

Обновлено 17.10.2017 23:55

 

ИЗМЕНЕНИЕ ПОРЯДКА ИСПОЛНЕНИЯ АКТОВ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА В СВЯЗИ С ПРИНЯТИЕМ ПОСТАНОВЛЕНИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ ОТ 14 ИЮЛЯ 2015 ГОДА N 21-П

 

В статье исследуются преобразования в механизме исполнения на территории России постановлений Европейского суда по правам человека, обусловленные официальной позицией Конституционного Суда РФ, отраженной в Постановлении от 14 июля 2015 года N 21-П. Выделяются этапы производства по пересмотру национального акта в связи с принятием постановления ЕСПЧ. Содержатся авторские предложения по совершенствованию действующего законодательства, способствующие повышению эффективности исполнения актов ЕСПЧ на национальном уровне.

 

Ключевые слова: гражданский процесс, исполнение, правоприменение, Конституционный Суд РФ, Европейский суд по правам человека, Конвенция о защите прав человека и основных свобод, судебная практика.

 

Amendment of Procedure of the European Court Judgment Enforcement Connected to Adoption of Ruling of the Constitutional Court of the Russian Federation Dated July 14, 2015 No. 21-П

Изменение порядка исполнения актов Европейского суда в связи с принятием Постановления Конституционного Суда РФ от 14 июля 2015 года N 21-П

 

In article the transformations in the execution mechanism in the territory of Russia of resolutions of the European Court of Human Rights caused by an official position of the Constitutional Court of the Russian Federation reflected in the resolution of July 14, 2015 No. 21-P. The stages of proceedings for the revision of the national act in connection with the adoption of the ECHR. There are author's proposals for improving the current legislation, which contribute to improving the effectiveness of the implementation of ECHR acts at the national level.

 

Key words: civil procedure, execution, law enforcement, the Constitutional Court of the Russian Federation, the European Court of Human Rights, Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms, legal practice.

 

Проблемы исполнения на территории Российской Федерации постановлений Европейского суда по правам человека (далее - Суд, Европейский суд, ЕСПЧ) с момента ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция, Европейская конвенция) <1> и признания юрисдикции Европейского суда по правам человека являются объектом пристального внимания как юристов-практиков, так и представителей научного сообщества <2>.

--------------------------------

<1> Конвенция о защите прав человека и основных свобод: заключена в г. Риме 04.11.1950 // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. N 2. Ст. 163.

<2> См., например: Евстигнеева И.С. Проблемы исполнения постановлений Европейского суда по правам человека в отношении Российской Федерации // Исполнительное право. 2014. N 3. С. 22 - 25.

 

На сегодняшний момент возобновление дискуссии связано с существенными преобразованиями в данной сфере, обусловленными деятельностью Конституционного Суда РФ, который как высший орган конституционного контроля <3> в своем Постановлении <4> дал толкование ряду норм процессуальных кодексов (ГПК РФ <5>, АПК РФ <6>, УПК РФ <7>, КАС РФ <8>), ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" <9>, ФЗ "О международных договорах РФ" <10>, которое произвело своеобразную "революцию" в сфере правоприменения и судопроизводства <11>.

--------------------------------

<3> О Конституционном Суде РФ: ФКЗ от 21.07.1994 N 1-ФКЗ (в ред. от 28.12.2016).

<4> По делу о проверке конституционности положений ст. 1 ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", п. п. 1 и 2 ст. 32 ФЗ "О международных договорах РФ", ч. ч. 1 и 4 ст. 11, п. 4 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 13, п. 4 ч. 3 ст. 311 АПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 15, п. 4 ч. 1 ст. 350 КАС РФ и п. 2 ч. 4 ст. 413 УПК РФ в связи с запросом группы депутатов ГД: Постановление КС РФ от 14.07.2015 N 21-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 2015. N 30. Ст. 4658.

<5> Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14.11.2002 N 138-ФЗ (в ред. от 19.12.2016).

<6> Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 24.07.2002 N 95-ФЗ (в ред. от 19.12.2016).

<7> Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 N 174-ФЗ (в ред. от 07.03.2017).

<8> Кодекс административного судопроизводства РФ от 08.03.2015 N 21-ФЗ (в ред. от 03.07.2016) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2017).

<9> О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней: Федеральный закон от 30.03.1998 N 54-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. N 14. Ст. 1514.

<10> О международных договорах Российской Федерации: Федеральный закон от 15.07.1995 N 101-ФЗ (в ред. от 12.03.2014).

<11> См.: Вайпан Г.В. Трудно быть богом: Конституционный Суд России и его первое дело о возможности исполнения постановления Европейского суда по правам человека // Сравнительное конституционное обозрение. 2016. N 4. С. 107 - 124.

 

Данный эффект обусловлен следующими обстоятельствами:

во-первых, суд впервые в российской истории высказался относительно юридической силы международных актов, правомерно указав, что участие России в межгосударственных объединениях и заключение международных договоров не означает отказ от государственного суверенитета, что означает верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти не всей территории и свидетельствует о возможности применения только тех международных актов, которые вплетены в правовое поле и не противоречат Конституции РФ;

во-вторых, признал правомочной возможность России в порядке исключения отступить от выполнения возлагаемых международным договором обязательств в случае, когда Европейский суд, интерпретируя нормы Конвенции в конкретном деле, неправомерно затрагивает принципы и нормы Конституции РФ;

в-третьих, установил возможность исполнения только тех постановлений Европейского суда, которые основаны на Конвенции в обычном ее истолковании и не противоречат Конституции РФ, поскольку не могут быть заключены и ратифицированы международные договоры, идущие вразрез с положениями Конституции РФ, а значит, не должны исполняться принятые на их основе акты.

Указанные выводы существенно изменили порядок исполнения и пересмотра национальным судом конкретного дела в связи с принятием постановления Европейского суда. Данный механизм предусматривает несколько последовательных этапов.

Этап 1. Обращение заинтересованного лица с жалобой в конкретный суд судебной системы РФ о пересмотре дела по новым обстоятельствам.

Этап 2. Возбуждение производства о пересмотре дела по новым обстоятельствам в связи с принятием постановления ЕСПЧ (гл. 42 ГПК РФ, гл. 37 АПК РФ, гл. 49 УПК РФ, гл. 37 КАС РФ).

Этап 3. Приостановление производства по делу и обращение компетентных органов в Конституционный Суд РФ с просьбой о проверке соответствия акта ЕСПЧ нормам Конституции РФ. Суд, пересматривающий дело по жалобе лица, в отношении которого было принято постановление ЕСПЧ, обязан приостановить производство по делу и обратиться в Конституционный Суд РФ, а иные государственные органы, обеспечивающие исполнение акта ЕСПЧ, вправе обратиться - с целью подтверждения соответствия данного акта Конституции РФ и возможности его исполнения <12>.

--------------------------------

<12> По делу о проверке конституционности положений ст. 1 ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", п. п. 1 и 2 ст. 32 ФЗ "О международных договорах РФ", ч. ч. 1 и 4 ст. 11, п. 4 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 13, п. 4 ч. 3 ст. 311 АПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 15, п. 4 ч. 1 ст. 350 КАС РФ и п. 2 ч. 4 ст. 413 УПК РФ в связи с запросом группы депутатов ГД: Постановление КС РФ от 14.07.2015 N 21-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 2015. N 30. Ст. 4658.

 

Этап 4. Рассмотрение Конституционным Судом РФ вопроса о возможности исполнения акта ЕСПЧ на территории России. Если Конституционный Суд РФ придет к выводу, что постановление Европейского суда основано на Конвенции в истолковании, противоречащем Конституции РФ, данное постановление не подлежит исполнению.

Этап 5. Заключение Конституционного Суда РФ о возможности исполнения акта ЕСПЧ. При принятии подобных решений Конституционный Суд РФ находит разумный баланс, с тем чтобы принятое им решение, с одной стороны, отвечало бы духу постановления Европейского суда, а с другой - не вступало бы в противоречие с основами конституционного строя России <13>.

--------------------------------

<13> По делу о проверке конституционности положений ст. 1 ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", п. п. 1 и 2 ст. 32 ФЗ "О международных договорах РФ", ч. ч. 1 и 4 ст. 11, п. 4 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 13, п. 4 ч. 3 ст. 311 АПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 15, п. 4 ч. 1 ст. 350 КАС РФ и п. 2 ч. 4 ст. 413 УПК РФ в связи с запросом группы депутатов ГД: Постановление КС РФ от 14.07.2015 N 21-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 2015. N 30. Ст. 4658.

 

Таким образом, в данном вопросе была определена иерархия постановлений Конституционного Суда РФ и постановлений Европейского суда, где приоритет в вопросах толкования Конституции РФ и обеспечения основ конституционного строя принадлежит исключительно Конституционному Суду РФ.

Примерами реализации указанной выше контрольной процедуры являются:

1) Постановление Конституционного Суда РФ от 19 апреля 2016 г. N 12-П "По делу о разрешении вопроса о возможности исполнения в соответствии с Конституцией РФ Постановления Европейского суда от 4 июля 2013 года по делу "Анчугов и Гладков против России" в связи с запросом Министерства юстиции РФ", в котором Конституционный Суд РФ аргументированно, со ссылкой на национальное законодательство и практику ЕСПЧ признал исполнение постановления в отношении данных осужденных невозможным, поскольку ст. 32 Конституции РФ устанавливает императивный запрет, согласно которому не имеют избирательных прав без каких бы то ни было изъятий все осужденные, отбывающие наказание в местах лишения свободы <14>;

2) Постановление Конституционного Суда РФ от 19.01.2017 N 1-П "По делу о разрешении вопроса о возможности исполнения в соответствии с Конституцией РФ Постановления Европейского суда от 31 июля 2014 года по делу "ОАО "Нефтяная компания "ЮКОС" против России в связи с запросом Министерства юстиции РФ", в котором Конституционный Суд РФ последовательно продемонстрировал приверженность высказанной ранее позиции и отказал в исполнении данного акта ввиду его противоречия нормам Конституции РФ, основам государственного строя, налоговой политики и исполнительному производству <15>.

--------------------------------

<14> По делу о разрешении вопроса о возможности исполнения в соответствии с Конституцией РФ Постановления Европейского суда от 4 июля 2013 года по делу "Анчугов и Гладков против России" в связи с запросом Министерства юстиции РФ: Постановление КС РФ от 19 апреля 2016 г. N 12-П.

<15> По делу о разрешении вопроса о возможности исполнения в соответствии с Конституцией РФ Постановления Европейского суда по правам человека от 31 июля 2014 года по делу "ОАО "Нефтяная компания "ЮКОС" против России" в связи с запросом Министерства юстиции Российской Федерации: Постановление КС РФ от 19.01.2017 N 1-П.

 

Вместе с тем регулярное задействование Конституционного Суда РФ в решении вопроса об исполнении каждого акта ЕСПЧ искажает его сущность и предназначение, превращая из исключительного органа конституционного контроля в орган судебного надзора, нивелируя тем самым его полномочия и смешивая компетенции высших судебных инстанций различных судебных систем РФ. Правоприменителям вполне достаточно единожды сформулированной позиции Конституционного Суда РФ по вопросу исполнения на территории РФ актов ЕСПЧ, а формирование самого механизма по исполнению лежит в плоскости полномочий органов представительной власти, ответственных за устранение законодательных пробелов и противоречий.

При всем указанном выше не следует забывать, что обязанность исполнить постановление Европейского суда включает:

1) меры индивидуального (individual) характера, направленные на снятие с потерпевшей стороны статуса "жертвы", которые включают выплату денежной компенсации и пересмотр дела в рамках внутригосударственной судебной системы;

2) меры общего (general) характера, направленные на недопущение подобных нарушений Конвенции в будущем (изменение действующего законодательства и совершенствование правоприменительной практики).

С учетом того что неисполнение постановлений Европейского суда по правам человека является комплексной проблемой и в процессе реализации данных актов принимают участие государственные органы всех ветвей власти <16>, представляется, что совершенствование системы исполнения судебных актов в России должно включать:

1 - создание специальной (облегченной), обеспеченной контрольным механизмом процедуры исполнения постановлений Европейского суда на территории РФ, закрепленной в специальном Федеральном законе "О порядке исполнения в Российской Федерации постановлений Европейского суда по правам человека", что позволит в упрощенном порядке производить исполнение данных актов и унифицированно регулировать вопросы возобновления производства в рамках различных видов судопроизводства (гражданского, уголовного, административного).

--------------------------------

<16> См.: Соловьева Т.В. Постановления Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ и Европейского суда по правам человека в сфере гражданского судопроизводства и порядок их реализации: Монография / Под ред. О.В. Исаенковой. М., 2011. С. 225.

 

На данном обстоятельстве акцентирует внимание Конституционный Суд РФ в Постановлении от 14 июля 2015 года, указывая на возможность предусмотреть на законодательном уровне специальный правовой механизм по разрешению вопроса о возможности или невозможности исполнить вынесенное по жалобе против России постановление ЕСПЧ <17>;

2 - с учетом особого статуса Европейского суда и принимаемых им постановлений формирование специального механизма пересмотра внутригосударственного постановления и возобновления производства по делу с возложением соответствующих полномочий на конкретный орган (например, Верховный Суд РФ), путем закрепления в процессуальных кодексах (АПК РФ, ГПК РФ, УПК РФ, КАС РФ) отдельной главы "Возобновление производства по делу в связи с принятием постановления Европейского суда по правам человека и нарушением норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод".

--------------------------------

<17> По делу о проверке конституционности положений ст. 1 ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", п. п. 1 и 2 ст. 32 ФЗ "О международных договорах РФ", ч. ч. 1 и 4 ст. 11, п. 4 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 13, п. 4 ч. 3 ст. 311 АПК РФ, ч. ч. 1 и 4 ст. 15, п. 4 ч. 1 ст. 350 КАС РФ и п. 2 ч. 4 ст. 413 УПК РФ в связи с запросом группы депутатов ГД: Постановление КС РФ от 14.07.2015 N 21-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 2015. N 30. Ст. 4658.

 

Литература

 

1. Вайпан Г.В. Трудно быть богом: Конституционный Суд России и его первое дело о возможности исполнения постановления Европейского суда по правам человека / Г.В. Вайпан // Сравнительное конституционное обозрение. 2016. N 4. С. 107 - 124.

2. Евстигнеева И.С. Проблемы исполнения постановлений Европейского суда по правам человека в отношении Российской Федерации / И.С. Евстигнеева // Исполнительное право. 2014. N 3. С. 22 - 25.

3. Соловьева Т.В. Постановления Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ и Европейского суда по правам человека в сфере гражданского судопроизводства и порядок их реализации: Монография / Т.В. Соловьева; Под ред. О.В. Исаенковой. М., 2011. 240 с.

 

 

О ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ ОБЪЕДИНЕНИЙ ГРАЖДАН НА ПРИМЕРЕ ПРАКТИКИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ

 

Все мы так или иначе участвуем в социальных организациях. Благодаря им отношения приобретают новые качественные характеристики, что позволяет сообща обрести возможности, недоступные в индивидуальном порядке. При этом многие социальные общности признаются субъектами права. В статье анализируются предпосылки такого признания, рассматриваются виды правосубъектных социальных организаций, включая юридические лица, формулируются выводы о соотношении понятий "социальная организация", "объединение" и "юридическое лицо".

 

Ключевые слова: субъект права, объединение граждан, юридическое лицо.

 

LEGAL PERSONALITY OF SOCIAL COMMUNITIES ILLUSTRATED BY THE PRACTICE OF THE CONSTITUTIONAL COURT OF THE RUSSIAN FEDERATION

О правосубъектности объединений граждан на примере практики Конституционного Суда РФ

 

Each of us is a participant of any particular social community. Social communities attribute new qualitative characteristics to any relations, so working together allows to get opportunities that are not available for individuals. At the same time, many social organisations are recognised as subjects of law. The author analyses the prerequisites for such recognition, considers legal types of social organisations, including legal entities, and ponders on the correlation between the concepts of "social organisation", "legal person" and "legal entity".

 

Key words: subject of law, social organisation, legal entity.

 

Так сложилось, что в качестве заявителей (истцов) в судах чаще всего выступают либо граждане, либо юридические лица, и в этом плане инициаторы жалоб <1> в Конституционный Суд (КС) РФ не являются исключением. Однако Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" (далее - Закон о КС РФ) не связывает возможность обращения в КС РФ с наличием гражданской правоспособности. Согласно ч. 1 ст. 96 данного Закона правом на обращение в КС РФ с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом, примененным в конкретном деле, и объединения граждан, а также иные органы и лица, указанные в федеральном законе <2>. Поскольку Закон, устанавливая круг управомоченных на обращение в КС РФ, оперирует редко используемым в юридической практике понятием "объединение граждан", а не привычными терминами "юридическое лицо" или "лицо", предлагается рассмотреть вопрос о содержании данного понятия и его логических пределах.

--------------------------------

<1> Имеются в виду жалобы о нарушении конституционных прав и свобод законом, примененным в конкретном деле с участием заявителя. Немаловажно отметить, что термин "жалоба" используется в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации" исключительно для обозначения обращений граждан и объединений граждан. В то же время, наряду с жалобами, поводом к рассмотрению дела в КС РФ является обращение в КС РФ в форме запроса или ходатайства. Обратиться с запросом или ходатайством могут только указанные в названном Федеральном конституционном законе лица, перечень которых варьируется в зависимости от категории дел, рассматриваемых КС РФ. Например, правом на обращение в КС РФ с запросом о проверке конституционности нормативных актов органов государственной власти и договоров между ними обладают Президент РФ, Совет Федерации, Государственная Дума, одна пятая членов (депутатов) Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительство, Верховный Суд, органы законодательной и исполнительной власти субъектов РФ.

<2> Согласно подп. 5 п. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона от 26.02.1997 N 1-ФКЗ "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" Уполномоченный вправе обращаться в КС РФ с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод граждан законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 30 Конституции РФ каждый имеет право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов; свобода деятельности общественных объединений гарантируется. Реализуя конституционное право на объединение, граждане образуют социальные общности, обладающие характерными для социальных организаций свойствами. Попытаемся определить эти свойства.

Прежде всего нельзя не заметить, что отношения внутри объединения характеризуются особой сплоченностью, которая и позволяет говорить о наличии людской общности. В чем выражается данная сплоченность? На этот вопрос можно ответить, сопоставив внутренние отношения в объединениях с отношениями между гражданами, не входящими в состав одной социальной общности. Если вторые носят линейный характер, то первые образуют определенную структуру как субординационных, так и линейных связей, обусловленную объективной необходимостью распределения конкретных функций между людьми, входящими в состав объединения. Сами функции состоят в участии в принятии решений объединения и в воплощении их в жизнь, т.е. в действиях объединения. Получается, что без внутренней организации объединение не сможет функционировать, проявлять себя как целостность, способную противопоставить себя другим лицам, а следовательно, не сможет существовать. Иными словами, жизнь объединения граждан как разновидности социальной организации состоит в реализации признака организационного единства.

Воплощения признака организационного единства - это в основном и есть те общие свойства (черты) объединений, которые позволяют сформировать единое понятие. Их мы находим в (а) структуре социальных связей, складывающихся в объединении; распределении функций (ролей) между людьми, входящими в его состав, (б) отношениях управления, неизменно присущих социальным организациям, а также (в) системе социальных, правовых норм, обеспечивающих постоянство управленческого процесса <3>.

--------------------------------

<3> Социологи по-разному обозначают свойства социальных организаций, однако в сущности обращают внимание на те же их отличительные особенности, которые указаны в настоящей работе. Например, Я. Щепаньский пишет о предписаниях и запретах, благодаря которым поведение подгрупп и индивидов приводится в соответствие с необходимыми образцами деятельности (Щепаньский Я. Элементарные понятия социологии. М., 1969. С. 102). Он называет это явление элементом системы социального контроля, мы же именуем его нормами социальной организации.

 

Помимо проявлений признака организационного единства, к числу общих свойств объединений граждан следует отнести наличие у них цели. Цель - это то, ради чего создаются и существуют объединения граждан, т.е. причина появления и сохранения ранее упомянутой сплоченности граждан, достигаемой благодаря организационному единству. Не случайно в социологической науке социальная организация определяется как объединение людей, стремящихся к реализации определенных целей организованным образом <4>. По мнению некоторых социологов, именно цель способна породить качество организованности и сплоченности в социальных общностях, которые без нее не характеризуются устойчивыми отношениями между членами <5>. Так, социальные круги <6>, обретая цель, становятся устойчивыми социальными организациями (группами).

--------------------------------

<4> См.: Щепаньский Я. Указ. соч. С. 109; Смелзер Н. Социология. М., 1998. С. 169.

<5> См.: Щепаньский Я. Указ. соч. С. 128; Смелзер Н. Указ. соч. С. 170.

<6> Социальный круг - социальная общность, основанная на контактах с очень слабой институциональной связью, лишенных устойчивых отношений между членами. Например, круг коллег - работников одного предприятия, круг студентов, обучающихся на одном курсе, и т.п.

 

Кроме того что цель сама по себе предопределяет организованность социальной общности, ее конкретная разновидность влияет на структуру объединения, специфику управленческого процесса в нем, тем самым определяя особенности проявления принципа организационного единства в искомой социальной организации. Например, такая цель, как распространение религии и вероисповедания, за редкими исключениями, связанными со спецификой основ вероучения отдельных религиозных направлений <7>, предполагает формирование организационной структуры объединения в соответствии с принципом единоначалия <8>: ключевые вопросы разрешаются высшим единоличным органом управления (духовным лидером, наставником), иные же органы (совещательные, исполнительные, контрольные) осуществляют руководство деятельностью объединения в соответствии с его указаниями; прихожане (последователи, участники, члены объединения) <9>, как правило, не оказывают влияния на управление религиозным объединением <10>. Другая цель, например совместный вылов рыбы, производство и распределение рыбной продукции, наоборот, предполагает организацию управления в объединении на паритетных началах. Каждый член объединения, вкладывая свой труд и имущество в общее дело, получает право участвовать в принятии ключевых для организации решений и входит в состав высшего органа управления - общего собрания артели, которому подотчетны иные органы управления объединения. Таким образом, по сути организационная структура представляет собой средство достижения цели объединения, между ними наблюдается зависимость, являющаяся основой выделения видов и типов объединений не только в области социологии, но и в праве.

--------------------------------

<7> Часть 1 ст. 8 Федерального закона от 26.09.1997 N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях" (далее по тексту - Закон о свободе совести), согласно которой вопросы участия юридических или физических лиц в деятельности религиозных организаций определяются уставом и (или) внутренними установлениями религиозных организаций, подтверждает возможность существования религиозных корпораций, если подобная структура управления соответствует их основам вероучения и иным внутренним установлениям.

<8> Именно таким образом выстраиваются внутренние отношения в юридических лицах, входящих в структуру исторических церквей. См., напр.: Типовой устав прихода РПЦ, утв. Священным синодом 10 октября 2009 г.

<9> В Законе о свободе совести фигурируют оба понятия (член и участник). Исходя из содержания положений, в которых они используются, законодатель не проводит их четкого разграничения. Так, под участником понимается и лицо, участвующее в религиозных мероприятиях (последователь), и лицо, входящее в состав органов управления религиозного объединения. Термин "член" упоминается в одном ряду с участником и последователем. Кроме того, в Законе отсутствуют нормы о каких-либо правах членов и участников по отношению к религиозному объединению. Все указанные обстоятельства наводят на мысль о том, что члены (участники) религиозного объединения с точки зрения их правового положения, как правило, являются третьими лицами по отношению к объединению до тех пор, пока они не избраны в состав ее органов управления. Несмотря на то что понятия "член" и "участник" традиционно используются в российском законодательстве как синонимичные (например, ст. 65.1, 65.2, 106.1, 123.4, 123.6, 123.7, 213 и др. ГК РФ), обозначая лиц, не только сопереживающих и разделяющих интересы организации, но и обладающих в отношении ее корпоративными (членскими) правами, нормы Закона о свободе совести и Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" (далее по тексту - Закон об общественных объединениях) являются исключением из общего правила. В соответствии с ч. 5 ст. 6 последнего Закона участниками общественного объединения являются физические лица и юридические лица - общественные объединения, выразившие поддержку целям данного объединения и (или) его конкретным акциям, принимающие участие в его деятельности без обязательного оформления условий своего участия, если иное не предусмотрено уставом. Между тем членами общественного объединения признаются физические лица и юридические лица - общественные объединения, чья заинтересованность в совместном решении задач данного объединения, в соответствии с нормами его устава, оформляется соответствующими индивидуальными заявлениями или документами (ч. 2 той же статьи). При этом согласно ч. 3 рассматриваемой статьи члены общественного объединения, в отличие от участников, имеют право избирать и быть избранными в руководящие и контрольно-ревизионные органы данного объединения, а также контролировать деятельность руководящих органов общественного объединения в соответствии с его уставом. Таким образом, под участниками, в отличие от членов, в Законе об общественных объединениях понимаются последователи, приверженцы идей (интересов) организаций унитарного типа. На наш взгляд, категория участников общественного объединения (в вышеприведенном значении) является излишней в действующем законодательстве, поскольку относящиеся к ней лица не рассматриваются правопорядком как часть объединения граждан, а выступают в одном ряду с иными субъектами права. В конституционно-правовом смысле такие участники не реализуют право на объединение (ст. 30 Конституции РФ), а осуществляют иные конституционные права и свободы в индивидуальном порядке (право на свободу мысли и слова, свободу вероисповедания и т.д.). Например, прихожанин православного прихода, посещая приход, реализует право на свободу вероисповедания, не состоя в членских (корпоративных) отношениях с приходом. В то же время он вправе вступать с последним в договорные отношения (вносить пожертвования). Его правовое положение определяется общими нормами о правосубъектности граждан.

<10> Способность члена (участника) религиозного объединения оказывать влияние на управление организацией появляется при включении его в состав лиц, осуществляющих функции различных коллегиальных органов управления объединения. Зачастую решающим моментом является утверждение его кандидатуры на соответствующую должность при условии соответствия определенным религиозным требованиям.

 

Понятие цели объединения тесно связано с понятием его воли (коллективной воли). Совершенно ясно, что это понятие условно: объединение граждан как социальное явление лишено психических свойств. Значение его состоит в совокупности стремлений членов социальной общности, направленных на достижение ее цели. Таким образом, действия членов объединения могут рассматриваться как совершаемые по воле организации в том случае, если они способствуют достижению ее цели, и, наоборот, действия, пусть и совершаемые в рамках должностных полномочий, но препятствующие достижению цели организации, - это действия против ее воли.

Ту же логику, на наш взгляд, следует использовать, характеризуя интересы объединения. Интерес - стимул деятельности объединения, его ожидаемая выгода (польза) от участия в тех или иных отношениях, которая не может противопоставляться цели объединения и должна ей соответствовать. Иными словами, действия в соответствии с интересами объединения суть действия, направленные на достижение ее цели.

В связи с этим нельзя не затронуть вопрос о соотношении интересов объединения и интересов его членов. Каждый член социальной организации, вступая в нее, преследует собственный интерес, который совпадает с интересами организации <11>, и в этом смысле интересы организации допустимо рассматривать как общие интересы ее членов. В то же время, наряду с интересами объединения, разделяемыми членами социальной общности, у последних всегда имеются и иные собственные интересы. В определенные моменты каждый член социальной общности становится перед выбором, каким интересам отдать предпочтение. Таким образом, за выражением "конфликт интересов объединения и члена объединения" на самом деле скрывается коллизия различных интересов члена объединения. В социологической науке она именуется конфликтом социальных ролей <12>. Каждый член общества играет множество социальных ролей, среди которых имеется определенная иерархия. В ситуации, когда социальной роли, отличной от роли члена объединения, придается приоритетное значение, создается видимость, что интересы объединения отсутствуют. Фактически же этого не происходит. Например, член региональной общественной организации "Санкт-Петербургский клуб любителей кошек сибирской породы", целью которой является популяризация и разведение указанной породы в Санкт-Петербурге, отказался участвовать с принадлежащей ему именитой кошкой на выставке из-за желания провести время с семьей. Здесь социальная роль члена общественного объединения отошла на второй план по сравнению с ролью члена семьи. В иной ситуации интерес объединения может возобладать. Так, обладатель кошки сибирской породы направится на выставку вместо встречи с друзьями. Прочие члены приведенного в примере объединения, точно так же, как и упомянутый обладатель кошки, переживают противоборство социальных ролей и, соответственно, преобладание отдельных интересов, однако до тех пор, пока общий интерес сохраняется (пусть даже без реализации в действиях отдельных членов), продолжает существовать и организация. Постоянство общих интересов дает основание рассматривать их в числе черт, характеризующих объединения граждан.

--------------------------------

<11> Мы поддерживаем точку зрения Ц.А. Ямпольской о том, что "личная заинтересованность члена в деятельности своей организации существует неизменно, поскольку она отвечает его индивидуальным потребностям, запросам, вкусам, взглядам" (Ямпольская Ц.А. О понятии общественных организаций в СССР // Вопросы теории и истории общественных организаций. М., 1971. С. 14).

<12> См.: Смелзер Н. Указ. соч. С. 72 - 78.

 

Подводя итог описанию объединений граждан как социальных организаций, отметим, что им присущи два основных признака - организационное единство и целевая направленность, производными от которых являются ранее рассмотренные черты объединений. К производным целевой направленности можно причислить собственный интерес объединения и коллективную волю; к производным организационного единства - формирование органов управления, наличие субординационных социальных связей, отношений управления, внутренних правовых актов организации <13>.

--------------------------------

<13> В юридической литературе указанные акты чаще всего именуются локальными нормативными актами, среди которых выделяют: устав, положения об органах управления, внутренний регламент. Помимо этого, отношения в организации также регулируются индивидуальными правовыми актами - приказами и распоряжениями.

 

Учитывая социальную обусловленность правовой материи, рассмотрение объединений граждан как социальных организаций было вызвано необходимостью определения их сущностных признаков, которые могли бы стать ориентиром для законодателя при выделении отдельных разновидностей объединений в качестве самостоятельных субъектов права наряду с их членами (предпосылкой правосубъектности).

В дальнейшем перейдем к исследованию правового положения объединений граждан.

Не все социальные организации признаются правом в качестве возможных участников правоотношений <14> и, следовательно, обладают правосубъектностью. Яркий пример социальных общностей, существующих вне закона, - различные преступные сообщества. В частности, в соответствии с ч. 5 ст. 13 Конституции запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни.

--------------------------------

<14> Имеются в виду различные по природе правоотношения (публично-правового, частноправового или процессуального характера). Если объединение, в соответствии с законом, вправе участвовать в некоторых из них, то оно правосубъектно. Например, религиозная группа может выступать субъектом конституционных и процессуальных правоотношений, но, не обладая гражданской правоспособностью, не вправе вступать в имущественные отношения, приобретать гражданские права и нести гражданские обязанности.

 

Что же касается объединений, признаваемых правом, то действующее законодательство свидетельствует об их значительном разнообразии. Среди прочего это выражается в большом количестве и сложной системе источников правового регулирования отношений по реализации конституционного права на объединение. Так, согласно ст. 4 Закона об общественных объединениях статус общественных объединений, а также особенности правового положения общественных объединений, являющихся юридическими лицами, регулируются данным Законом. При этом гражданско-правовое положение организационно-правовых форм юридических лиц, причисляемых Законом к видам общественных объединений, и порядок их участия в гражданском обороте определяются Гражданским кодексом (ГК) РФ (п. 4 ст. 49). Кроме того, существуют законы об отдельных видах общественных объединений, например Федеральные законы от 11.07.2001 N 95-ФЗ "О политических партиях", от 12.01.1996 N 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности", от 11.08.1995 N 135-ФЗ "О благотворительной деятельности и благотворительных организациях", который содержит отсылочные нормы к ГК РФ и Федеральному закону от 12.01.1996 N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях".

Правовое положение религиозных объединений определяется Законом о свободе совести (ст. 1 и 2), нормы которого обладают приоритетом по сравнению с положениями ГК РФ (п. 2 ст. 123.26 ГК РФ). КС РФ в своих решениях рассматривает религиозные объединения как субъектов коллективной реализации свободы вероисповедания <15>.

--------------------------------

<15> См.: Постановления КС РФ от 23.11.1999 N 16-П, от 15.12.2004 N 18-П и от 06.12.2011 N 26-П; Определение КС РФ от 07.02.2002 N 7-О.

 

Нормы, характеризующие правовое положение коммерческих объединений, т.е. объединений, при помощи которых реализуется конституционный принцип свободы экономической деятельности, а также осуществляются права граждан на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (ч. 1 ст. 34 Конституции РФ), содержатся в первую очередь в ГК РФ (п. 4 ст. 49). В решениях КС РФ такие объединения рассматриваются как формы коллективного предпринимательства <16>.

--------------------------------

<16> См.: Постановления КС РФ от 10.04.2003 N 5-П, от 24.02.2004 N 3-П, от 15.03.2005 N 3-П, от 25.05.2010 N 11-П, от 23.04.2012 N 10-П, от 30.01.2013 N 2-П; Определения КС РФ от 15.01.2008 N 243-О-О, от 03.02.2010 N 149-О-О, от 07.12.2010 N 1620-О-О и др.

 

И наконец, правовое положение объединений с публичными функциями, посредством которых осуществляется конституционное право граждан на местное самоуправление, регулируется Федеральным законом от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации". В соответствии с позицией КС РФ муниципальные образования являются территориальными объединениями граждан, коллективно реализующих на основании Конституции право местного самоуправления <17>.

--------------------------------

<17> См.: Постановления КС РФ от 02.04.2002 N 7-П, от 11.11.2003 N 16-П, от 20.12.2010 N 22-П, от 30.03.2012 N 9-П, от 01.12.2015 N 30-П; Определения КС РФ от 09.04.2003 N 132-О, от 05.03.2009 N 375-О-О, от 24.09.2013 N 1397-О, от 29.09.2015 N 2003-О и др.

 

Сообразно приведенным источникам правового регулирования и с учетом позиций КС РФ с известной степенью условности можно выделить четыре вида объединений: 1) общественные объединения; 2) религиозные объединения; 3) коммерческие объединения; 4) объединения с публичными функциями. Используя указанную градацию, мы рассмотрим вопрос о соотношении понятий "объединение" и "юридическое лицо".

Далеко не все виды объединений являются юридическими лицами и нуждаются в регистрации в Едином государственном реестре юридических лиц (ЕГРЮЛ) для достижения уставных целей. Подтверждением этого служат содержащиеся в Законах об общественных объединениях и о свободе совести определения общественного и религиозного объединений. Так, согласно п. 1 и 2 ст. 6 Закона о свободе совести религиозным объединением признается добровольное объединение граждан Российской Федерации, иных лиц, постоянно и на законных основаниях проживающих на территории Российской Федерации, образованное в целях совместного исповедания и распространения веры и обладающее соответствующими этой цели признаками и которое может быть создано в форме религиозных групп, не являющихся юридическими лицами, либо религиозных организаций - юридических лиц. Аналогичный подход к определению общественного объединения содержится в ст. 5 Закона об общественных объединениях, в соответствии с которой под общественным объединением понимается добровольное, самоуправляемое, некоммерческое формирование, созданное по инициативе граждан, объединившихся на основе общности интересов для реализации общих целей, указанных в уставе общественного объединения. Данный Закон не связывает правосубъектность общественного объединения со статусом юридического лица и не устанавливает регистрацию общественного объединения в ЕГРЮЛ в качестве условия реализации конституционного права на объединение граждан. Напротив, в этой же ст. 5 Закона содержится положение о том, что право граждан на создание общественных объединений реализуется как непосредственно путем объединения физических лиц, так и через юридические лица - общественные объединения.

Системный анализ положений Законов о свободе совести и об общественных объединениях позволяет прийти к выводу о том, что религиозные и общественные объединения граждан правосубъектны вне зависимости от наличия у них статуса юридического лица.

В частности, исходя из буквального содержания ч. 1 ст. 96 Закона о КС РФ такие объединения наделяются правом на обращение в КС РФ, т.е. правосубъектностью в конституционном судопроизводстве. При этом в основе правосубъектности лежат ранее рассмотренные нами черты социальных организаций <18>.

--------------------------------

<18> Учитывая сущностные признаки социальных организаций, формальным подтверждением правосубъектности религиозных и общественных объединений, не являющихся юридическими лицами, могут служить локальные нормативные акты организации, центральное место среди которых традиционно занимает устав.

 

Однако изложенное не означает, что религиозные и общественные организации, не будучи зарегистрированными в ЕГРЮЛ, могут участвовать в любых правоотношениях.

Скорее наоборот: сфера их деятельности ограничена конституционным и процессуальным правом в части защиты прав объединения в связи с реализацией его некоммерческих целей <19>. Участие же в имущественных отношениях предполагает наличие у религиозных и общественных организаций статуса юридического лица <20>. И учитывая, что без аккумулирования, обособления имущества и совершения сделок в гражданском обороте непосредственно самим объединением, а не его членами, реализовать некоммерческие цели деятельности в большинстве случаев затруднительно, действующее законодательство предоставляет религиозным и общественным организациям возможность обрести статус юридического лица. В таком случае подобные объединения создаются в организационно-правовых формах некоммерческих организаций, соответствующих целям их деятельности и предусмотренных ГК РФ.

--------------------------------

<19> Здесь имеется в виду конституционное и гражданское судопроизводство, в рамках которого рассматриваются вопросы о нарушении прав объединения правовыми актами. Примером может служить ситуация, когда объединение, не являющееся юридическим лицом, обращается в суд общей юрисдикции с заявлением о признании нормативно-правового акта органа власти недействительным в связи с тем, что его положения препятствуют достижению уставных целей объединения. Несмотря на то что подобные ситуации крайне редко встречаются в практике судов общей юрисдикции, действующее гражданское процессуальное законодательство не препятствует их возникновению. Гражданский процессуальный кодекс РФ, обозначая круг лиц, которые вправе обратиться в суд, оперирует терминами "заинтересованное лицо", "лицо" и "организация". В указанном Кодексе отсутствуют положения, дающие основания толковать приведенные термины ограничительно и низводить их до лица юридического, тем самым приравнивая гражданскую процессуальную и гражданскую правосубъектность.

<20> Подробнее см.: Филипенко Н.В. К вопросу о значении и сущности юридического лица // Правоведение. 2012. N 1. С. 77 - 94.

 

В отличие от общественных и религиозных объединений, у коммерческих объединений нет права выбирать, становиться юридическим лицом или нет. Достижение их основной цели деятельности невозможно без обретения гражданской правосубъектности посредством регистрации в одной из организационно-правовых форм коммерческих юридических лиц.

Поскольку общественные и религиозные организации могут создаваться в организационно-правовых формах некоммерческих организаций, а для коммерческих объединений неизбежным является образование в организационно-правовых формах коммерческих юридических лиц, немаловажно отметить, что принадлежность юридического лица к числу унитарных или корпоративных, т.е., по существу, вид управленческой структуры организации, не оказывает влияния на возможность признания его объединением граждан.

Закон об общественных объединениях к числу разновидностей общественных объединений, наряду с организациями корпоративной структуры, относит типичные унитарные юридические лица - фонд и учреждение (ст. 7, 10, 11) <21>. В соответствии с п. 1 ст. 65.1 ГК РФ религиозные организации признаются унитарными, в то же время Закон о свободе совести допускает формирование любой управленческой структуры в религиозных объединениях в соответствии с их уставом и внутренними установлениями (п. 1 ст. 8). Кроме того, включение унитарных организаций в число объединений граждан поддерживается практикой КС РФ, который признает право унитарных юридических лиц на обращение в КС РФ в порядке ст. 96 Закона о КС РФ <22>. Учитывая ранее рассмотренные особенности отношений в объединениях граждан как социальных организациях, практику КС РФ нельзя не приветствовать. Ведь соотношение функций (ролей) отдельных граждан (учредителей, лиц, входящих в состав коллегиальных органов управления, осуществляющих функции единоличных органов управления, а также работников), в целом формирующих определенный вариант управленческой системы организации, не исключает то, что объединение обладает сущностными свойствами социальной организации.

--------------------------------

<21> В ст. 7 Закона об общественных объединениях в числе видов общественных объединений также названы общественное движение, орган общественной самодеятельности и политическая партия. Согласно подп. 2.1 п. 3 ст. 50 и п. 1 ст. 65.1 ГК РФ общественное движение является самостоятельной организационно-правовой формой некоммерческого корпоративного юридического лица. В соответствии с подп. 2 п. 3 ст. 50 ГК РФ орган общественной самодеятельности, как и политическая партия, является разновидностью общественной организации - некоммерческого юридического лица корпоративного типа. Между тем целесообразность включения общественных движений в число организационно-правовых форм юридических лиц ввиду отсутствия у них свойств социальной организации вызывает серьезные сомнения. Не развеивает их и то, что в ЕГРЮЛ числятся несколько десятков юридических лиц с наименованием, включающим в себя словосочетание "общественное движение". По всей видимости, за подобными наименованиями скрываются общественные организации. Наше предположение прежде всего основывается на оценке законодательного определения общественного движения (ст. 9 Закона об общественных объединениях), которое представляет собой неопределенную народную массу, о постоянстве и организационном единстве которой говорить не приходится. Признаки социальной организации проявляет лишь постоянный орган управления общественным движением, который, судя по всему, и должен быть причислен к числу юридических лиц. Отнесение законодателем органа общественной самодеятельности к организациям корпоративного типа вызывает не меньше сомнений. Одно только название данной социальной общности не предполагает корпоративного внутреннего устройства.

<22> См.: Постановления КС РФ от 06.04.2004 N 7-П, от 25.02.2014 N 4-П, от 08.04.2014 N 10-П, от 17.02.2015 N 2-П, от 16.04.2015 N 8-П; Определения КС РФ от 01.03.2001 N 57-О, от 10.07.2003 N 291-О, от 24.11.2005 N 412-О, от 27.12.2005 N 503-О, от 17.12.2008 N 1060-О-П, от 25.02.2010 N 317-О-О, от 21.06.2011 N 816-О-О, от 22.04.2014 N 863-О и др.

 

Иными словами, и унитарные, и корпоративные организации сочетают в себе признаки организационного единства и целевой направленности объединений граждан как социальных организаций.

Возвращаясь к вопросу о правосубъектности коммерческих объединений, хотелось бы обратить внимание на то, что с утратой гражданской правоспособности (внесением записи в ЕГРЮЛ о прекращении юридического лица) они не лишаются правосубъектности в полной мере. В КС РФ неоднократно обращались ликвидированные юридические лица и юридические лица, исключенные из ЕГРЮЛ в особом порядке <23>. При этом КС РФ применялся тот же подход, что и в отношении граждан, признанных недееспособными на основании оспариваемых на предмет неконституционности норм. КС РФ указывал, что по смыслу ч. 1 и 2 ст. 46 и ч. 4 ст. 125 Конституции РФ во взаимосвязи со ст. 52, 53, 96 и 97 Закона о КС РФ гражданин вправе обратиться в КС РФ с жалобой на нарушение своих конституционных прав законоположениями, на основании которых судом общей юрисдикции было вынесено решение о признании его недееспособным, т.е., по сути, об ограничении его права, гарантированного ст. 60 Конституции РФ; иное означало бы невозможность проверить, были ли в результате применения соответствующих законоположений нарушены конституционные права гражданина, признанного недееспособным, что, в свою очередь, не соответствовало бы установленным ч. 1 ст. 19, ст. 46, ч. 3 ст. 55, ст. 60, ч. 2 ст. 118 и ч. 4 ст. 125 Конституции РФ гарантиям защиты конституционных прав и свобод посредством конституционного судопроизводства, осуществление которого является исключительной прерогативой КС РФ <24>. Нераспространение приведенной позиции КС РФ на обращения ликвидированных юридических лиц, если на основании оспариваемых ими норм права судом было вынесено решение о ликвидации, влекущей за собой лишение право- и дееспособности, означало бы невозможность проверки конституционности норм, примененных судами в ходе рассмотрения споров о ликвидации юридических лиц, и, соответственно, отказ в защите конституционных прав последних.

--------------------------------

<23> См.: Постановления КС РФ от 18.07.2003 N 14-П, от 01.02.2005 N 1-П, от 16.07.2007 N 11-П; Определения КС РФ от 07.02.2002 N 7-О, от 28.06.2012 N 1246-О и др.

<24> Постановления КС РФ от 27.02.2009 N 4-П и от 27.06.2012 N 15-П.

 

Таким образом, даже прекратившие деятельность в качестве юридических лиц коммерческие объединения граждан отчасти сохраняют правосубъектность в рамках Конституционного Судопроизводства.

Что же касается объединений с публичными функциями, то российское законодательство, в отличие от ряда зарубежных правопорядков <25>, рассматривает их в качестве самостоятельной категории субъектов гражданского права, наряду с юридическими лицами, что исключает необходимость обретения такими объединениями статуса юридического лица.

--------------------------------

<25> Подробнее см.: Юридические лица в гражданском праве зарубежных стран: Монография / Под ред. Н.Г. Семилютиной. М., 2015. С. 19, 49 - 50, 201, 237; Суханов Е.А. Сравнительное корпоративное право. М., 2014. С. 117 - 122.

 

Получается, что не все виды (подвиды) объединений граждан являются юридическими лицами, но все юридические лица относятся к объединениям граждан. Следовательно, понятие "объединение граждан" значительно шире понятия юридического лица и вбирает в себя последнее. Учитывая, что и объединения граждан, и юридические лица в равной степени проявляют свойства социальных организаций, которые могут быть как правосубъектными, так и неправосубъектными, еще более емким понятием, нежели "объединение граждан", следует признать термин "социальные организации".

Соотношение объемов исследуемых понятий можно изобразить в виде следующего рисунка, где цифрой 1 обозначены социальные организации, цифрой 2 - объединения граждан и 3 - юридические лица:

Представленное соотношение объемов понятий "объединение" и "юридическое лицо" соответствует позиции КС РФ о допустимости рассмотрения им жалоб юридических лиц, основанной не на признании за последними статуса субъекта гражданского права, а на том, что юридические лица являются объединениями граждан, которые таким образом осуществляют конституционные права <26>.

--------------------------------

<26> См.: Постановление КС РФ от 24.10.1996 N 17-П.

 

В развитие данной логики можно сказать, что и ликвидированное юридическое лицо, продолжая оставаться организационным единством (объединением), не утрачивает способности быть субъектом конституционного судопроизводства.

Надеемся, что изложенное в настоящей статье позволит читателям взглянуть на проблему соотношения гражданской и процессуальной правосубъектности организаций в новом ракурсе.

 

References

 

Filipenko N.V. To the Issue of Meaning and Essence of a Legal Person [K voprosu o znachenii i sushchnosti yuridicheskogo litsa]. Legal Studies [Pravovedenie]. 2012. No. 1. P. 77 - 94.

Semilyutina N.G. (ed.). Legal Entities in the Civil Law of Foreign Countries: a Monograph [Yuridicheskie litsa v grazhdanskom prave zarubezhnykh stran: Monografiya]. Moscow, 2015. 432 p.

Shchiglik A.I. and Yampol'skaya Ts.A. (eds.). Issues of Theory and History of Social Organisations [Voprosy teorii i istorii obshchestvennykh organizatsiy]. Moscow, 1971. 258 p.

Smelser N. Sociology [Sotsiologiya]. Moscow, 1998. 688 p.

Sukhanov E.A. Comparative Corporate law [Sravnitel'noe korporativnoe pravo]. Moscow, 2014. 456 p.

Szczepanski J. The Elementary Concepts of Sociology [Elementarnye ponyatiya sotsiologii]. Moscow, 1969. 240 p.

 

 

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ С ОРГАНАМИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

В статье раскрываются правовые основы взаимодействия между Конституционным Судом РФ и Президентом РФ, Федеральным Собранием РФ, Правительством РФ, определяется характер взаимодействия Конституционного Суда РФ с законодательными и исполнительными органами власти, устанавливается место и роль Конституционного Суда РФ в системе разделения властей.

 

Ключевые слова: Конституционный Суд РФ, Президент РФ, Федеральное Собрание РФ, Правительство РФ, взаимодействие.

 

Legal Fundamentals of Interaction of the Constitutional Court of the Russian Federation with the Governmental Authorities of the Russian Federation

Правовые основы взаимодействия Конституционного Суда Российской Федерации с органами государственной власти Российской Федерации

 

The article describes the legal basis of cooperation between the Constitutional Court of the Russian Federation and President of Russian Federation, Federal Assembly of the Russian Federation, the Russian Federation Government, determines the nature of the interaction of the Constitutional Court of the Russian Federation with legislative and executive authorities set the place and role of the Constitutional Court of the Russian Federation in the separation system authorities.

 

Key words: The Constitutional Court of Russia, President of Russian Federation, Federal Assembly of the Russian Federation government, interaction.

 

Необходимость взаимодействия ветвей государственной власти является важным элементом в содержании принципа разделения властей <1>. Значимую роль в системе "сдержек и противовесов" выполняют органы судебного конституционного контроля, возникновение которых обусловлено совершенствованием указанного конституционного принципа <2>. Характер взаимодействия Конституционного Суда РФ (далее - Конституционный Суд) с законодательными и исполнительными органами власти определяет его место и роль в системе разделения властей.

--------------------------------

<1> См. подробнее об этом: Чиркин В.Е. Конституционное право: Россия и зарубежный опыт. М.: Зерцало. С. 246.

<2> Клишас А.А. Конституционный контроль и конституционное правосудие в зарубежных странах: Дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2007. С. 137.

 

Особое положение Конституционного Суда как конституционного органа государственной власти, подчеркивает А.В. Безруков, ставит его на одном уровне с другими федеральными органами государственной власти - Президентом РФ, Федеральным Собранием РФ, Правительством РФ <3>. Причем, в силу того что Конституционный Суд вправе нуллифицировать принимаемые ими нормативные правовые акты, обоснованно подчеркивает Б.С. Эбзеев, он в некоторых отношениях становится выше этих федеральных органов власти. Предлагается различать конституционные характеристики Конституционного Суда с институциональной и функциональной позиции. С институциональной позиции Конституционный Суд выступает как один из высших федеральных органов государственной власти, независимо и самостоятельно осуществляющий государственную власть наряду с другими высшими федеральными органами власти; с функциональной позиции - судебный орган, осуществляющий свою деятельность посредством конституционного судопроизводства <4>.

--------------------------------

<3> Безруков А.В. Конституционные основы деятельности судебных органов и прокуратуры в механизме обеспечения правопорядка // Конституционное и муниципальное право. 2016. N 4. С. 14.

<4> Эбзеев Б.С. Конституционный Суд России: правовая природа и функции // Конституционное правосудие в Российской Федерации и Германии: Материалы круглого стола (9 - 10.10.2012) / Под общ. ред. В.И. Фадеева. М., 2013. С. 24 - 25.

 

Статус Конституционного Суда в отличие от иных судов, как отмечает С.А. Татаринов, характеризуется тем, что, "во-первых, он единственный из судебных органов, компетенция которого прямо закрепляется в Конституции РФ <5> (ст. 125); во-вторых, не имеет над собой вышестоящих апелляционной, кассационной или надзорной судебных инстанций; в-третьих, наделяется исключительными полномочиями по проверке конституционности законодательных актов органов государственной власти и может лишать силы акты или их отдельные положения, признанные неконституционными; в-четвертых, содержание его деятельности по осуществлению конституционного судебного контроля носит преимущественно не правоприменительный, а нормативно-интерпретационный характер наиболее приближенного к сфере правотворчества; в-пятых, в качестве одной из сторон конституционного судопроизводства выступают органы государственной власти РФ и ее субъектов, которые издают проверяемые нормативные правовые акты или чья установленная компетенция оспаривается в Конституционном Суде; в-шестых, принимаемые им итоговые решения обладают высшей юридической силой, приравненной фактически к положениям Конституции РФ, оказывающие существенное воздействие на правотворческую и правоприменительную практику органов публичной власти в РФ" <6>.

--------------------------------

<5> Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12.12.1993 (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ) // СЗ РФ. 2014. N 31. Ст. 4398.

<6> Татаринов С.А. О формах взаимодействия между Конституционным Судом и другими органами государственной власти Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2016. N 12. С. 52.

 

Само по себе понятие "взаимодействие", по мнению И.Ю. Остаповича, означает: 1) взаимную связь, взаимную обусловленность; 2) согласованные действия при выполнении общей задачи; 3) воздействие объектов друг на друга, выступающее универсальной формой движения и развития <7>. В этой связи исследование взаимодействия Конституционного Суда с органами государственной власти предполагает выявление и анализ взаимных полномочий этих органов государственной власти по отношению друг к другу.

--------------------------------

<7> Остапович И.Ю. К вопросу о взаимодействии Конституционного Суда РФ с высшим органом законодательной власти России // Актуальные проблемы российского права. 2015. N 8. С. 195.

 

Согласно Конституции РФ обеспечение согласованного функционирования и взаимодействия органов государственной власти возложено на Президента РФ (ч. 1 ст. 80).

В соответствии с ч. 3 ст. 80 Конституции РФ в ведении Президента РФ находится определение основных направлений внутренней политики, в том числе судебной реформы. В силу п. "е" ч. 1 ст. 83 Конституции РФ, ст. 4, 23 ФКЗ от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде РФ" (далее - ФКЗ о КС РФ) <8> Президент РФ представляет Совету Федерации кандидатуры для назначения на должность судей Конституционного Суда, его Председателя и двух заместителей Председателя. При этом в силу ст. 9 ФКЗ о КС РФ предложения Президенту РФ о кандидатурах на должности судей управомочен вносить широкий круг субъектов, что позволяет говорить об участии в формировании судейского корпуса Конституционного Суда всех трех ветвей власти.

--------------------------------

<8> Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" // СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447.

 

Президент РФ присваивает высший квалификационный класс судьи судье Конституционного Суда; награждает судью государственными наградами РФ, присваивает почетные звания РФ; принимает решение о даче согласия на принятие судьей награды или иного знака отличия иностранного государства; вносит представление в Совет Федерации о досрочном прекращении полномочий Председателя, заместителей Председателя Конституционного Суда в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения последними своих должностных обязанностей (п. "б" ст. 89 Конституции РФ, ст. 13.1, п. 3 ч. 2 ст. 21, ч. 5 ст. 23 ФКЗ о КС РФ).

В силу ст. 90 Конституции РФ Президент РФ издает указы и распоряжения, обязательные для исполнения на всей территории РФ, в том числе и для судей Конституционного Суда. В частности, изданы указы о месте постоянного пребывания Конституционного Суда <9>, об обеспечении материальных гарантий независимости его судей <10>.

--------------------------------

<9> Указ Президента РФ от 23 декабря 2007 г. N 1740 "О месте постоянного пребывания Конституционного Суда Российской Федерации" // СЗ РФ. 2007. N 53. Ст. 6547.

<10> Указ Президента РФ от 14 сентября 1995 г. N 941 (в ред. от 19.03.2013) "О мерах по обеспечению материальных гарантий независимости судей Конституционного Суда Российской Федерации" // СЗ РФ. 1995. N 38. Ст. 3668.

 

В соответствии с ч. 2 ст. 125 Конституции РФ, а также положениями ФКЗ о КС РФ Президент РФ наделен правом обращаться с запросами в Конституционный Суд. Так, он может выступать субъектом обращения по следующим категориям дел, рассматриваемым Конституционным Судом:

- о проверке на соответствие Конституции РФ нормативных правовых актов и договоров, перечисленных в подп. "а", "б", "в", "г" п. 1 ч. 1 ст. 3 ФКЗ о КС РФ;

- по спорам о компетенции между федеральными органами государственной власти, между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ, а также между высшими государственными органами субъектов РФ, в том числе по спорам, в которых он не является стороной, но использует в порядке, установленном ст. 85 Конституции РФ, согласительные процедуры;

- о толковании Конституции РФ, в том числе в целях устранения неопределенности в понимании ее положений с учетом выявившегося противоречия между положениями международного договора РФ в истолковании, данном межгосударственным органом по защите прав и свобод человека, и положениями Конституции РФ применительно к возможности исполнения решения соответствующего межгосударственного органа <11>;

- о проверке на соответствие Конституции РФ вопроса, выносимого на референдум РФ в соответствии со ст. 23 ФКЗ от 28 июня 2004 г. N 5-ФКЗ "О референдуме Российской Федерации" <12>.

--------------------------------

<11> Пункт 6 ст. 1 Федерального конституционного закона от 14 декабря 2015 г. N 7-ФКЗ "О внесении изменений в Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" // Российская газета. 2015. 16 декабря.

<12> Федеральный конституционный закон от 28 июня 2004 г. N 5-ФКЗ (в ред. от 06.04.2015) "О референдуме Российской Федерации" // СЗ РФ. 2004. N 27. Ст. 2710.

 

Статьей 80 ФКЗ о КС РФ непосредственно на Президента РФ возложена обязанность по исполнению итоговых решений Конституционного Суда.

В свою очередь, Конституционный Суд уполномочен проверять конституционность актов Президента РФ, соблюдение процедуры выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления.

Судьи Конституционного Суда присутствуют при принесении присяги вступающим в должность вновь избранным Президентом РФ.

Конституционный Суд обязан направлять высшим органам государственной власти, включая Президента РФ, свои итоговые решения.

Взаимодействие Конституционного Суда осуществляется с палатами Федерального Собрания. Так, Конституционному Суду принадлежит право законодательной инициативы, ограниченное "вопросами своего ведения".

Д.А. Кучерявцев, анализируя роль судов в осуществлении права законодательной инициативы, приходит к выводу о необходимости корректировки ч. 1 ст. 104 Конституции РФ и предоставлении Конституционному Суду не специального, а общего права законодательной инициативы наряду с другими инициаторами законопроектов, перечисленными в ч. 1 ст. 104 Конституции РФ <13>.

--------------------------------

<13> Кучерявцев Д.А. Роль судов в осуществлении права законодательной инициативы в Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2015. N 5. С. 60.

 

По данному вопросу нам близка позиция О.В. Брежнева, который считает, что такое ограничение обусловлено стремлением обеспечить конституционный баланс между, с одной стороны, принципами конституционного судопроизводства, относящимися прежде всего к его деятельности как "негативного законодателя", а с другой стороны, необходимостью разумного участия Конституционного Суда в законодательном процессе, использования высокого профессионального потенциала этого органа в сфере "позитивного" правотворчества, а также не допустить в формальном смысле "подмену" Конституционным Судом законодателя, нарушение вследствие этого принципа разделения властей <14>.

--------------------------------

<14> Брежнев О.В. О некоторых аспектах взаимодействия Конституционного Суда Российской Федерации и Федерального Собрания // Известия Юго-Западного государственного университета. 2013. N 2(53). С. 102.

 

В юридической литературе в качестве самостоятельной формы взаимодействия принято выделять поручение Конституционного Суда Федеральному Собранию о необходимости устранения пробела или коллизии в правовом регулировании определенных общественных отношений <15>. Такая возможность, основанная на положениях ч. 4 ст. 79, ст. 80 ФКЗ о КС РФ и правовой позиции Конституционного Суда <16>, как правило, выражается в формулировке резолютивной части решения Конституционного Суда: "Федеральному законодателю надлежит... внести необходимые изменения в действующее правовое регулирование..." <17>.

--------------------------------

<15> Брежнев О.В. Указ. соч. С. 102.

<16> Постановление Конституционного Суда РФ от 14 мая 2012 г. N 11-П по делу о проверке конституционности положения абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Ф.Х. Гумеровой и Ю.А. Шикунова // Вестник Конституционного Суда РФ. 2012. N 4.

<17> Например, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 20 октября 2016 г. N 20-П "По делу о проверке конституционности положений части четвертой статьи 25.10 и подпункта 1 части первой статьи 27 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" в связи с жалобой гражданина Республики Корея Х." // СЗ РФ. 2016. N 44. Ст. 6195.

 

В силу ч. 3 ст. 100 Конституции РФ Конституционный Суд вправе обращаться с посланиями к палатам Федерального Собрания. Однако отсутствие правового регулирования механизма реализации данного института сделало его невостребованным, а попытки придать ему обязательный и периодичный характер остались на уровне проектов <18>. Вместе с тем представляется, что применение Конституционным Судом данной формы взаимодействия повысило бы эффективность исполнения его решений.

--------------------------------

<18> См.: пояснительная записка к проекту Федерального конституционного закона N 342513-6 "О внесении изменения в Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 16.09.2013).

 

Совет Федерации и Государственная Дума, а в некоторых случаях 1/5 членов (депутатов) Совета Федерации, 1/5 депутатов Государственной Думы вправе обращаться в Конституционный Суд с запросом о проведении абстрактного нормоконтроля, с ходатайством о разрешении спора о компетенции, с запросом о толковании Конституции РФ.

Взаимодействие Конституционного Суда с Советом Федерации осуществляется на регулярной основе.

Совет Федерации является субъектом обращения в Конституционный Суд по делам о даче заключения о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления. Совет Федерации назначает судей Конституционного Суда, его Председателя и заместителей Председателя, а также по основаниям, перечисленным в ст. 18 ФКЗ о КС РФ, принимает решение о прекращении полномочий судьи Конституционного Суда.

В Государственную Думу дважды в год направляется обновленный перечень решений Конституционного Суда, предполагающих изменение федерального регулирования и отражающих позиции Секретариата Суда, а также Аппарата Правительства РФ и Министерства юстиции РФ о состоянии исполнения решений, имеющихся разногласиях по вопросу их реализации. В свою очередь, Государственная Дума и ее профильные комитеты регулярно направляют информацию о состоянии исполнения решений Конституционного Суда <19>.

--------------------------------

<19> Информационно-аналитический отчет об исполнении решений Конституционного Суда РФ в 2014 году.

 

Следует отметить взаимодействие Конституционного Суда с Уполномоченным по правам человека РФ, которое осуществляется в форме обращений последнего в Конституционный Суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод граждан законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле (подп. 5 п. 1 ст. 29 ФКЗ от 26 февраля 1997 г. N 1-ФКЗ "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" <20>), а первого в форме направления Уполномоченным по правам человека РФ заключений на обращение судей Конституционного Суда по вопросам конституционности положений отдельных федеральных законов <21>.

--------------------------------

<20> В силу подп. 5 п. 1 ст. 29 Федеральный конституционный закон от 26 февраля 1997 г. N 1-ФКЗ (в ред. от 31.01.2016) "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" // СЗ РФ. 1997. N 9. Ст. 1011.

<21> Колобова Т.В. Взаимодействие Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации с Конституционным Судом Российской Федерации // Конституционализм и государствоведение. 2011. N 5. С. 181.

 

Тесное сотрудничество Конституционного Суда строится с Правительством РФ, которое, как высший исполнительный орган государственной власти РФ, в пределах своих полномочий организует исполнение Конституции РФ, федеральных конституционных законов, федеральных законов, указов Президента РФ, международных договоров РФ, осуществляет систематический контроль за их исполнением федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов РФ, принимает меры по устранению нарушений законодательства РФ <22>.

--------------------------------

<22> Статьи 1 и 4 Федерального конституционного закона от 17 декабря 1997 г. N 2-ФКЗ (в ред. от 28.12.2016) "О Правительстве Российской Федерации" // Российская газета. 1997. 23 декабря.

 

Правительство РФ уполномочено на осуществление нормативно-правового регулирования по вопросам порядка назначения и выплаты ежемесячного пожизненного содержания пребывающим в отставке судьям Конституционного Суда <23>, порядка возмещения из средств федерального бюджета организациям и лицам, не являющимся государственными, расходов, понесенных в связи с выполнением требований Конституционного Суда, порядка и размеров компенсации судебных расходов гражданам и (или) объединениям граждан, обратившимся в Конституционный Суд, в случае признания закона либо отдельных его положений противоречащими Конституции РФ <24>.

--------------------------------

<23> Постановление Правительства РФ от 27 апреля 1995 г. N 425 (в ред. от 04.08.2014) "Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты ежемесячного пожизненного содержания судьям Конституционного Суда Российской Федерации, пребывающим в отставке, и ежемесячном денежном содержании и порядке его выплаты членам семьи умершего (погибшего) судьи, находившимся на его иждивении" // Российская газета. 1995. 11 мая.

<24> Постановление Правительства РФ от 27 апреля 2005 г. N 257 (в ред. от 30.10.2014) "О порядке и размерах возмещения судебных расходов, понесенных гражданами и (или) объединениями граждан, а также их представителями в связи с участием в конституционном судопроизводстве" // Российская газета. 2005. 5 мая.

 

В силу ст. 80 ФКЗ о КС РФ на Правительство РФ возложена обязанность по подготовке и внесению в Государственную Думу проекта нового федерального конституционного закона, федерального закона или ряда взаимосвязанных проектов законов либо законопроекта о внесении изменений в закон, признанный неконституционным в отдельной его части, с целью устранения пробелов в правовом регулировании и (или) приведения нормативных правовых актов в соответствие с Конституцией РФ. Практически по каждому решению Конституционного Суда Аппарат Правительства РФ обеспечивает неотложное первичное реагирование. В частности, от заместителя Председателя Правительства РФ - Руководителя Аппарата Правительства РФ регулярно поступают сведения о поручениях соответствующим федеральным органам государственной власти по разработке законопроектов во исполнение решений Конституционного Суда.

Согласно ст. 27 ФКЗ "О Правительстве Российской Федерации" представители Конституционного Суда вправе участвовать в заседаниях Правительства РФ.

Плодотворное взаимодействие Конституционного Суда ведется с Министерством юстиции РФ, которое согласно Указу Президента РФ от 20 мая 2011 г. N 657 "О мониторинге правоприменения в РФ" <25> в целях выполнения решений Конституционного Суда осуществляет сбор, обобщение, анализ и оценку информации для обеспечения принятия (издания), изменения или признания утратившими силу (отмены) нормативных правовых актов <26>.

--------------------------------

<25> Российская газета. 2011. 25 мая.

<26> См.: Доклад о результатах мониторинга правоприменения в Российской Федерации за 2014 году.

 

Конституционный Суд направляет в порядке, установленном ст. 77 ФКЗ о КС РФ, Министру юстиции РФ итоговые решения в двухнедельный срок со дня их подписания. В свою очередь Министерство юстиции РФ ежеквартально предоставляет в Конституционный Суд подготовленные на основе осуществляемой им учетной и аналитической работы материалы о ходе исполнения решений Конституционного Суда.

Таким образом, Конституционный Суд занимает важное место в системе разделения властей, а взаимные полномочия Конституционного Суда и органов государственной власти, с одной стороны, направлены на достижение Конституционным Судом основных целей его деятельности по обеспечению верховенства, прямого действия Конституции РФ, защите основных прав и свобод человека, с другой стороны, направлены на деполитизацию деятельности Конституционного Суда как высшего органа судебного конституционного контроля, обладающего независимостью, самостоятельностью. Обеспечивая конституционность актов правотворчества, правоприменительной практики, данный судебный орган особыми свойствами своих решений, а также предоставленными ему полномочиями влияет на качество и эффективность деятельности органов законодательной и исполнительной ветвей власти.

Как справедливо отмечает Н.С. Бондарь, механизм взаимосвязи Конституционного Суда с другими структурными элементами системы разделения властей должен быть основан на началах безусловного признания верховенства права и высшей юридической силы Конституции РФ при сохранении вместе с тем независимости и самостоятельности каждой ветви власти <27>.

--------------------------------

<27> Бондарь Н.С. Место конституционного правосудия в системе разделения властей // Социология и право. Специальный выпуск по материалам международной научно-практической конференции "Правовое государство. Правовая политика. Правовая жизнь" (25 - 26.11.2011). 2011. N 11. С. 7.

 

Литература

 

1. Безруков А.В. Конституционные основы деятельности судебных органов и прокуратуры в механизме обеспечения правопорядка / А.В. Безруков // Конституционное и муниципальное право. 2016. N 4. С. 14.

2. Брежнев О.В. О некоторых аспектах взаимодействия Конституционного Суда Российской Федерации и Федерального Собрания / О.В. Брежнев // Известия Юго-Западного государственного университета. 2013. N 2(53). С. 102.

3. Бондарь Н.С. Место конституционного правосудия в системе разделения властей / Н.С. Бондарь // Социология и право. Специальный выпуск по материалам международной научно-практической конференции "Правовое государство. Правовая политика. Правовая жизнь" (25 - 26.11.2011). 2011. N 11. С. 5 - 12.

4. Доклад о результатах мониторинга правоприменения в Российской Федерации за 2014 году.

5. Информационно-аналитический отчет об исполнении решений Конституционного Суда РФ в 2014 году.

6. Клишас А.А. Конституционный контроль и конституционное правосудие в зарубежных странах: Дис. ... д. ю. н. / А.А. Клишас. М., 2007. 571 с.

7. Колобова Т.В. Взаимодействие Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации с Конституционным Судом Российской Федерации / Т.В. Колобова // Конституционализм и государствоведение. 2011. N 5. С. 173 - 181.

8. Кучерявцев Д.А. Роль судов в осуществлении права законодательной инициативы в Российской Федерации / Д.А. Кучерявцев // Конституционное и муниципальное право. 2015. N 5. С. 55 - 61.

9. Остапович И.Ю. К вопросу о взаимодействии Конституционного Суда РФ с высшим органом законодательной власти России / И.Ю. Остапович // Актуальные проблемы российского права. 2015. N 8. С. 194 - 202.

10. Татаринов С.А. О формах взаимодействия между Конституционным Судом и другими органами государственной власти Российской Федерации / С.А. Татаринов // Конституционное и муниципальное право. 2016. N 12. С. 51 - 56.

11. Чиркин В.Е. Конституционное право: Россия и зарубежный опыт / В.Е. Чиркин. М.: Зерцало. 448 с.

12. Эбзеев Б.С. Конституционный Суд России: правовая природа и функции / Б.С. Эбзеев // Конституционное правосудие в Российской Федерации и Германии: Материалы Круглого стола (9 - 10.10.2012) / Под общ. ред. В.И. Фадеева. М., 2013.

 

 

ЕДИНСТВЕННОСТЬ КАК ОСНОВА САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

В статье освещаются особенности самостоятельности Конституционного Суда Российской Федерации. В этой связи выдвигается идея о возможности обозначения самостоятельности Конституционного Суда Российской Федерации как его единственность. По мнению автора, такое понимание самостоятельности Конституционного Суда более соответствует характеру и масштабам федерального конституционного судопроизводства, осуществляемого в современной России.

 

Ключевые слова: самостоятельность судебной власти, единственность Конституционного Суда, сопоставимость полномочий, единоличный арбитр, исключительность, индивидуальность, специфичность, неповторяемость.

 

Singularity as Fundamental of Independence of the Constitutional Court of the Russian Federation

Единственность как основа самостоятельности Конституционного Суда Российской Федерации

 

The article highlights the peculiarities of the independence of the constitutional Court of the Russian Federation. In this regard, put forward the idea of the possibility to refer to independence of the constitutional Court of the Russian Federation as its uniqueness. According to the author, this understanding of the autonomy of the constitutional Court is more consistent with the nature and extent of Federal constitutional jurisdiction, carried out in modern Russia.

 

Key words: autonomy of the judiciary, uniqueness of the constitutional Court, the comparability of the authority, the sole arbitrator, the uniqueness, the individuality, the specificity, non repeatability.

 

В научной литературе подчеркивают, что Конституционный Суд обладает всеми общими атрибутами, присущими другим судам. Так, профессор Н.С. Бондарь пишет, что Конституционный Суд Российской Федерации обладает независимостью и самостоятельностью, обособленностью, беспристрастностью и исключительностью <1>. Другой автор, выделяя черты Конституционного Суда, указывает, что он единственный из судебных органов, компетенция которого прямо закрепляется в Конституции, не имеет над собой судебных инстанций, его деятельность преимущественно является нормативно-интерпретационной <2>.

--------------------------------

<1> Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России. М.: Норма, 2011. С. 80.

<2> Татаринов С.А. О формах взаимодействия между Конституционным Судом и другими органами государственной власти Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2016. N 12. С. 52.

 

Между тем Конституционный Суд Российской Федерации - орган судебной власти и одновременно является органом государственной власти <3>. Это означает, что Конституционный Суд Российской Федерации имеет двойственную природу. Возникает вопрос: является ли его самостоятельность тождественной самостоятельности судебных органов?

--------------------------------

<3> Эбзеев Б.С. Человек, народ, государство в конституционном строе Российской Федерации. М.: Проспект, 2016. С. 582, 584, 583.

 

1. "Для того чтобы проникнуть в правовую систему, факты нуждаются в предварительной "концептуализации", то есть должны быть подвергнуты особому интеллектуальному анализу, трактовке, которые помогают выделить их юридическое значение, чтобы впоследствии увязывать с этим значением определенные действия" <4>. Это общее положение, имеющее методологическое значение. Им можно руководствоваться при сопоставлении различных концепций, конструкций и понятий. С этой точки зрения самостоятельность Конституционного Суда можно признать не копией самостоятельности судебной власти. Поэтому мы предлагаем самостоятельность Конституционного Суда на уровне теории обозначить термином "единственность" <5>.

--------------------------------

<4> Жан-Луи Бержель. Общая теория права. М.: NOTA BENE, 2000. С. 280.

<5> Слово "единственность" не встречается в Конституции. Но конституционное право знает много слов, терминов и категорий, которые не используются Основным Законом. См.: Краснов М.А., Кряжков В.А. Толковый словарь конституционных терминов и понятий. М.: Городец, 2006; Авакьян С.А. Конституционный лексикон. М.: Юстицинформ, 2015.

 

Слово "единственность" подчеркивает принадлежность к чему-то исключительного положения в системе отношений, в которых состоит объект. Слово "единственность" обозначает качество объекта, его индивидуальность, органически принадлежащие ему свойства. Таково содержание слова "единственный" в словарях русского языка. В словаре В. Даля "единственный" означает один, несравненный, единоличный, лишь один. Единственность - это свойство, состояние предмета. Это состояние исключительности. Свойство, которое является беспримерным <6>.

--------------------------------

<6> Даль В. Толковый словарь. В четырех томах. М.: Терра, 1995. Т. 1. С. 451.

 

Современный толковый словарь русского языка исходит из того, что искомое слово обозначает "только один, всего один", "такой, который необходим в данном случае, точно соответствует чему-либо", а в переносном смысле - "замечательный, неповторимый, исключительный" <7>.

--------------------------------

<7> Ефремова Т.В. Современный толковый словарь русского языка: В трех томах. М., 2005. Т. 1. С. 659.

 

Итак, говоря о единственности чего-либо, можно иметь в виду такие его черты (признаки), как сопоставимость, неповторимость, единоличность, исключительность, индивидуальность и несравнимость. Разумеется, все они взаимосвязаны, перекликаются и перетекают друг в друга.

2. Единственность как свойство Конституционного Суда, сочетающего в себе черты органа правосудия и органа политической государственной власти, имеет свои проявления <8>. К ним можно отнести следующие положения:

--------------------------------

<8> При этом в статье не затронуты вопросы независимости Конституционного Суда Российской Федерации, ибо это является относительно самостоятельным вопросом, в состав которого входят важные стороны развития Суда, например финансовая независимость. См.: Клеандров М.И. Об обретении судебной властью Российской Федерации финансовой независимости // Журнал конституционного правосудия. 2014. N 1 (37). С. 2 - 11.

 

а) судебная власть состоит из многих структур, но Конституция закрепляет полномочия Конституционного Суда Российской Федерации. Часто объясняют это особым положением Конституционного Суда в судебной власти <9>. Но здесь, скорее, проявляется сопоставимость полномочий Конституционного Суда Российской Федерации с полномочиями Президента РФ, палат Федерального Собрания Российской Федерации и Правительства России. В отношении органов государственной власти Российской Федерации Конституция России предпочитает умолчание об их высшем положении. Но путем закрепления их полномочий в тексте Основного Закона Конституция косвенно признает высшее их положение;

--------------------------------

<9> Татаринов С.А. Указ. соч. С. 52.

 

б) некоторые авторы считают, что Конституционный Суд Российской Федерации призван осуществлять суд над властью <10>. Более близко к истине, когда считают, что он выступает в качестве единоличного посредника (арбитра) <11> между органами государства и государственной власти. Статья 125 Конституции РФ, как подчеркивал Конституционный Суд, содержит специальные предписания, которые возлагают на особый орган правосудия - Конституционный Суд Российской Федерации - полномочия по осуществлению проверки конституционности нормативных правовых актов. И только с его решением допускается утрата ими юридической силы. В Постановлении Конституционного Суда РФ от 16 июня 1998 года резюмировано: решения судов общей юрисдикции и арбитражных судов не признаются адекватным средством для лишения нормативных актов юридической силы в связи с их неконституционностью <12>. Неслучайно Конституционный Суд не нацелен на повсеместное исследование фактических обстоятельств дела. Конституционное судопроизводство не строится на основе изучения повседневных действий органов государственной власти и их должностных лиц. Суд, рассматривая вопрос о конституционности акта, не обязан изучать мотивы его издания и не должен оценивать его с точки зрения целесообразности. Презумпция конституционности нормативных правовых актов подчеркивает роль конституционного судопроизводства. К этому добавим и тот факт, что многие процессуальные формы деятельности Конституционного Суда РФ основаны на конституционных нормах. Именно эти нормы определяют виды процедур, формы обращений, субъектов обращений, перечень подлежащих проверке актов, а также юридическую силу решений Конституционного Суда <13>;

--------------------------------

<10> Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России. М.: Норма, 2011. С. 94 - 100.

<11> Зорькин В.Д. Право в условиях глобальных перемен. М.: Норма, 2013. С. 174.

<12> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 1998 года N 19-П // Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения. 1997 - 1998. М.: Юристъ, 2000. С. 17.

<13> Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М., 2003. С. 615 - 616.

 

в) толкование Конституции России - исключительное право Конституционного Суда Российской Федерации. Интерпретация конституционных норм достигается в процессе толкования их в отдельности, в системной связи норм, в соотношении с принципами и ценностями права, стандартами международных документов, а также в связи с достижениями доктрины конституционного права.

Нередко полномочие по толкованию Конституции характеризуют как монополию Суда. Однако толкование норм Конституции присуще и другим органам государственной власти. В частности, законодательный процесс, реализуемый Государственной Думой и Советом Федерации, основан на толковании ими положений Конституции (первичный интерпретатор) <14>.

--------------------------------

<14> Гриценко Е.В. Формирование доктрины прямого действия Конституции в российском конституционном праве // Государство и право. 2015. N 6. С. 13.

 

Интерпретация Конституционного Суда является разновидностью высшей юридической деятельности, реализуемой в соответствии с Основным Законом и Федеральным конституционным законом. Интерпретационной деятельности Суда присущи черты судебной, политико-правовой и научной деятельности. Итоговое решение по содержанию квалифицируется законом как окончательное и общеобязательное. Обязательность толкования не ограничена во времени и действует на всей территории Российской Федерации. Правовая позиция, выработанная Судом, вписывается в структуру соответствующей конституционной нормы и составляет часть текста действующей Конституции. Правовые позиции Конституционного Суда действуют непосредственно <15>.

--------------------------------

<15> См.: Кряжков В.А., Кряжкова О.Н. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации в его интерпретации // Государство и право. 2005. N 11. С. 13 - 21.

 

Особенность правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации усматривается в том, что они занимают особое место в системе правоприменительной практики страны.

Интерпретационная деятельность Конституционного Суда располагает значительными возможностями. Ограничусь двумя общеизвестными примерами. Конституционный Суд РФ относительно фразы "по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан", содержащейся в части 4 ст. 125 Конституции России, конкретизировал перечень субъектов жалоб (п. 3 ст. 3 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации"). Другой пример показывает связь интерпретационной деятельности Суда с институционализацией отношений. Так, им было обосновано конституционное право граждан на самоуправление <16>.

--------------------------------

<16> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 02.04.2002 по делу о проверке конституционности отдельных положений Закона Красноярского края "О порядке отзыва депутата представительного органа местного самоуправления" и Закона Корякского автономного округа "О порядке отзыва депутата представительного органа местного самоуправления, выборного должностного лица местного самоуправления в Корякском автономном округе" в связи с жалобами заявителей А.Г. Злобина и Ю.А. Хнаева // Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения. 2002. М.: Юристъ, 2003. С. 87 - 90.

 

Благодаря позициям Конституционного Суда Российской Федерации многие положения Конституции получили стройное обоснование. Это касается, например, обоснования прямого действия Конституции РФ <17>, территориальной целостности, разделения властей, единства государственной власти и др. Усилиями Суда соразмерность, определенность стали частью механизма конституционного регулирования.

--------------------------------

<17> См., например: пункты 2 и 5 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 16 июня 1998 г. N 19-П "По делу о толковании отдельных положений ст. ст. 125, 126 и 127 Конституции РФ" // Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения. 1997 - 1998. М., 2000. С. 15 - 19; Гриценко Е.В. Указ. соч. С. 5 - 18.

 

Федеральный конституционный закон "О внесении изменений в Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" от 28 декабря 2016 г. N 11-ФКЗ закрепляет юридическую силу итогового решения Конституционного Суда РФ. Имеются в виду постановления Конституционного Суда о признании нормативного акта полностью либо отдельных его положений не соответствующими Конституции Российской Федерации. Имеются также в виду и постановления Конституционного Суда России о признании акта полностью либо отдельных его положений соответствующими Конституции Российской Федерации в данном им истолковании. Законом урегулированы условия пересмотра дела в отношении заявителя, когда возникает в этом необходимость <18>. Положение о пересмотре дела касается деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов.

--------------------------------

<18> Новая редакция ст. 100 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" регулирует не только вопросы пересмотра компетентным органом данного дела, но и возмещения гражданам и (или) объединениям граждан, обратившимся в Конституционный Суд РФ, за счет средств федерального бюджета или бюджета соответствующего субъекта РФ их расходов.

 

Если из истолкования Конституционного Суда вытекает необходимость устранения пробела или противоречий в правовом регулировании, то ст. 80 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" (в новой редакции) в соответствующих случаях обязанности, вытекающие из этого, возлагает на субъекты законодательной инициативы, органы государственной власти РФ и органы государственной власти субъектов Российской Федерации. Этим самым утверждается правило о невозможности выхода любого органа государственной власти за пределы правового поля, основанного на положениях Конституции России. В данном случае усматривается реальность функции Конституционного Суда, направленной на восстановление легитимности правового пространства Российской Федерации и законодательного поля субъектов Российской Федерации;

г) ст. 29 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" устанавливает, что решения и другие акты Конституционного Суда "выражают соответствующую Конституции РФ правовую позицию судей, свободную от политических пристрастий". Это означает, что черта индивидуальности Конституционного Суда РФ связана с подходами и позициями судей органа конституционного правосудия.

В рамках идеалов, принципов, ценностей и положений Конституции конституционное судопроизводство через подход каждого из судей учитывает должное и сущее, статику и динамику, традиции и новизну, национально-культурную практику народов России и общечеловеческие ценности. Конституционное судопроизводство, осуществляемое Конституционным Судом, ориентировано на установление конкретно-исторического содержания конституционных норм.

Отсюда диалектический характер правовых позиций Конституционного Суда России. Известно, что ст. 73 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" в первоначальной редакции содержала прямое допущение изменения правовой позиции Суда. В соответствии с ФКЗ от 3 ноября 2010 г. N 7-ФКЗ это положение ст. 73 утратило силу. Однако ст. 79 ФКЗ "О Конституционном Суде" в редакции ФКЗ от 28 декабря 2016 г. N 11-ФКЗ, по сути, закрепляет приоритет правовой позиции Суда, содержащейся в последнем по времени принятия постановлении. Для этого использует такие обороты: "в этом постановлении", "до вступления в силу этого постановления", "признанным этим постановлением", "в этом постановлении истолкованием". Согласно ст. 106 ФКЗ "О Конституционном Суде РФ" правовые позиции подлежат обязательному учету как федеральным законодателем при принятии законов, так и судебными инстанциями при рассмотрении конкретных дел.

Пересмотр правовой позиции допустим только самим Конституционным Судом Российской Федерации. Процедура пересмотра развита в рамках конституционного судопроизводства. В науке процедуру связывают с различными обстоятельствами. Убедителен подход, согласно которому данная процедура может быть связана, например, с "превращением" конституционных норм. Но при этом определение меры такого "превращения" является прерогативой Конституционного Суда <19>;

--------------------------------

<19> Эбзеев Б.С. Указ соч. С. 579.

 

д) в разрешении Конституционным Судом России споров о компетенции между органами государственной власти по вертикали и горизонтали заложена еще одна черта его единственности, а именно его способность придавать реальную силу компромиссам и балансам, заложенным в Основном Законе. Здесь заключена специфическая связь Конституционного Суда Российской Федерации со сферами осуществления государственной власти и государственного управления, а также взаимодействия между органами государственной власти в процессе их функционирования. В рассмотрении таких дел Суд руководствуется нормами Конституции, а также принципами, которые закреплены Основным Законом или выводятся из его норм с учетом государственно-правовой практики и уровня социально-экономического и общественно-политического развития страны. При этом характер и форма решения Суда по вопросам разрешения споров о компетенции законодательством непосредственно не ограничены. В истории Конституционного Суда Российской Федерации были различные ситуации, связанные с данной категорией дел. Наиболее известно то дело, когда Конституционный Суд, участвуя в разрешении споров между Съездом народных депутатов, Верховным Советом РСФСР, с одной стороны, и Президентом РСФСР - с другой, руководствовался действующей Конституцией и "предложил враждующим сторонам либо найти компромисс внутри действующей конфигурации власти, либо идти на перевыборы" <20>;

--------------------------------

<20> Зорькин В.Д. Конституционный Суд России в историческом контексте. Размышления к юбилею Конституционного Суда // Конституционный контроль: доктрина и практика. М.: Норма, 2012. С. 41.

 

е) по характеру деятельность Конституционного Суда Российской Федерации является весьма своеобразной. Ни один орган осуществлять аналогичную деятельность не уполномочен. Так, неповторяемой является его деятельность по защите суверенитета Российской Федерации. Согласно п. 3.2 ст. 3 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд России по запросам федерального органа исполнительной власти разрешает вопрос о возможности исполнения решения межгосударственного органа по защите прав и свобод человека <21>. В этой связи нужно подчеркнуть значение еще двух положений. Одно из них касается пределов проверки по данной категории дел. Решение, принятое на основании положений международного договора Российской Федерации в их истолковании Европейским судом по правам человека, Конституционный Суд Российской Федерации проверяет с точки зрения основ конституционного строя Российской Федерации и установленного Конституцией Российской Федерации правового регулирования прав и свобод человека и гражданина. Другой момент. Согласно ст. 106 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" решение ЕСПЧ, основанное на его истолковании международного договора Российской Федерации, не должно противоречить Конституции Российской Федерации и толкованию ее положений Конституционным Судом Российской Федерации.

--------------------------------

<21> Пункт 3.2 введен в ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" Федеральным конституционным законом от 14.12.2015 N 7-ФКЗ.

 

Охрана внутреннего аспекта государственного суверенитета Российской Федерации была осуществлена в связи с необходимостью преодоления законодательных последствий "парада суверенитетов". Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 7 июня 2000 г. N 10-П указал: Конституция Российской Федерации связывает конституционно-правовой статус и полномочия республик не с их волеизъявлением в порядке договора, а с волеизъявлением многонационального российского народа. Реализуя принцип равноправия и самоопределения народов, многонациональный народ конституировал возрожденную суверенную государственность России как исторически сложившееся государственное единство в ее настоящем федеративном устройстве <22>.

--------------------------------

<22> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июня 2000 г. N 10-П по делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" // Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения. 2000. М., 2001. С. 127.

 

Разработаны правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам защиты независимости российского государства в международных отношениях. В Постановлении от 19 января 2016 г. N 1-П Конституционный Суд обосновывает вывод о признании невозможным исполнения Постановления ЕСПЧ. При этом Конституционный Суд России сослался на части 1 и 2 статьи 4, части 1 и 4 статьи 15, часть 2 статьи 16 и статью 79 Конституции Российской Федерации, закрепляющие суверенитет России, верховенство и высшую силу Конституции Российской Федерации. Суд указал, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод "обладает в правоприменительном процессе большей юридической силой, чем федеральный закон, но не равной и не большей, чем юридическая сила Конституции Российской Федерации" <23>.

--------------------------------

<23> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 января 2017 г. N 1-П "По делу о разрешении вопроса о возможности исполнения в соответствии с Конституцией Российской Федерации Постановления Европейского суда по правам человека от 31 июня 2014 года по делу "ОАО "Нефтяная компания "ЮКОС" против России в связи с запросом Министерства юстиции Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации. 2017. N 5. Ст. 866.

 

Заключение. Идея демократического правового государства, провозглашенная в Конституции России 1993 года, предполагает утверждение в стране принципов разделения властей и самостоятельности судебной власти. В качестве одного из специальных условий достижения этих задач Основной Закон выдвигает конституционное судопроизводство. В этой связке Конституционному Суду Российской Федерации, как носителю этого вида судопроизводства, обладающему чертой единственности, отводится особая роль, которая охватывает его статус и деятельность, место и роль, авторитет и влияние.

 

Литература

 

1. Авакьян С.А. Конституционный лексикон. М.: Юстицинформ, 2015.

2. Бержель Жан-Луи. Общая теория права. М.: NOTA BENE, 2000.

3. Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России в свете конституционного правосудия. М.: Норма, 2011.

4. Гриценко Е.В. Формирование доктрины прямого действия Конституции в российском конституционном праве // Государство и право. 2015. N 6.

5. Зорькин В.Д. Право в условиях глобальных перемен. М.: Норма, 2013.

6. Кряжков В.А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации в его интерпретации / В.А. Кряжков, О.Н. Кряжкова // Государство и право. 2005. N 11.

7. Татаринов Н.С. О формах взаимодействия между Конституционным Судом и другими органами государственной власти Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2016. N 12. С. 51 - 56.

8. Эбзеев Б.С. Человек, народ, государство в конституционном строе Российской Федерации. М.: Проспект, 2016.

 

 

 
Актуально
Популярное
Новые статьи