Москва
+7-929-527-81-33
Вологда
+7-921-234-45-78
Вопрос юристу онлайн Юридическая компания ЛЕГАС Вконтакте

Верховный Суд и защита прав человека (статьи за 2014 год)

Обновлено 20.03.2018 08:25

 

РАЗЪЯСНЕНИЕ ВЕРХОВНЫМ СУДОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ВОПРОСОВ НАСЛЕДОВАНИЯ

 

В статье дается комментарий Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по делам о наследовании от 29 мая 2012 г. N 9. Автор анализирует вопросы подсудности наследственных споров и отмечает достоинства и недостатки нового официального толкования гражданского процессуального законодательства.

 

Ключевые слова: наследственное право, толкование, наследственные споры, подсудность.

 

Explanation of the Supreme Court of the Russian Federation inheritance

Разъяснение Верховным Судом Российской Федерации вопросов наследования

 

The article gives a review of ruling of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation for the inheritance from may 29, 2012, N 9. The author analyses the issues of jurisdiction inheritance disputes and notes the advantages and disadvantages of the new official interpretation of the civil procedural legislation.

 

Key words: hereditary law, interpretation, inheritance disputes, jurisdiction.

 

Часть третья Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), регламентирующая наследственные правоотношения, вступила в законную силу в марте 2002 г. Через пять лет, в 2007 г., Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) отменил ранее действующее Постановление по делам о наследовании от 23 апреля 1991 г. N 2 [5]. Очевидно, что в течение десяти лет практика применения наследственного законодательства формировалась, основываясь, как правило, на толковании норм судьями районных судов и судов субъектов РФ, что оказывало определенное негативное влияние на единообразие применения норм права.

Учитывая также, что отечественное наследственное законодательство в 2002 г. претерпело весьма значительные изменения, представляется возможным утверждать, что Постановление Пленума ВС РФ по делам о наследовании от 29 мая 2012 г. N 9 (далее - Постановление) стало одним из самых ожидаемых разъяснений норм права, данных высшим судебным органом страны.

Представляется, что ожидания правоприменителей были вполне оправданны - Постановление является самым объемным из всех разъяснений наследственного законодательства, охватывает достаточно широкий круг вопросов наследования. Вместе с тем некоторые пункты Постановления требуют обсуждения.

 

I. Вопросы подсудности наследственных споров

 

1. В п. 1 Постановления ВС РФ указал, что наследственные споры подведомственны судам общей юрисдикции, независимо от субъектного состава участников и состава наследственного имущества. Данное указание нельзя недооценивать. Подведомственность наследственных дел судам общей юрисдикции не вызывает сомнений, поскольку такие споры вытекают из правоотношений, не связанных с предпринимательской и иной экономической деятельностью. Однако, исходя именно из субъектного состава участников, ранее арбитражные суды рассматривали некоторые наследственные споры [6; 7].

Также необходимо отметить, что ранее вопрос подведомственности наследственных дел рассматривался судами субъектов РФ с позиции разграничения компетенции между нотариальными и судебными органами. Вместе с тем, по моему мнению, использование здесь термина "подведомственность" является некорректным, поскольку он является процессуальным и относится к гражданско-правовым спорам, которые нотариусы разрешать не вправе.

В частности, судам общей юрисдикции подведомственны наследственные дела:

а) о включении в состав наследства имущества в виде акций, долей в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паев членов кооперативов, земельной доли, полученной наследодателем при реорганизации сельскохозяйственных предприятий и приватизации земель;

б) о выплате действительной стоимости доли наследодателя в уставном (складочном) капитале хозяйственного товарищества или общества либо о выдаче соответствующей ей части имущества в натуре, о выплате стоимости пая умершего члена производственного кооператива и т.п.

Закрепление в Постановлении перечня, который носит открытый характер, вполне оправданно. Ранее в некоторых случаях состав участников спорного правоотношения вполне позволял ошибочно, как правило, с ущербом именно для определения полного состава участников, отнести такие дела к подведомственности арбитражных судов. Например, арбитражными судами разрешались споры между наследниками - муниципальными образованиями по выморочному имуществу.

Вместе с тем на практике арбитражные суды могут рассматривать дела, связанные с наследованием. Например, согласно ст. 61.5 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", оспаривание сделок должника может осуществляться в отношении наследников (например, п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

Дела по заявлениям, содержащим, наряду с требованиями, возникшими из наследственных правоотношений, требования, подведомственные арбитражному суду, разделение которых невозможно, согласно ч. 4 ст. 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), подлежат рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции.

2. В Постановлении ВС РФ разъясняет процессуальные вопросы рассмотрения дел о наследовании, в частности вопросы подсудности. Здесь следует отметить, что после того, как в 2008 г. наследственные дела согласно Федеральному закону от 22 июля 2008 г. N 147-ФЗ "О внесении изменений в статью 3 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" и статью 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" были исключены из подсудности мировых судов, определение родовой подсудности наследственных споров не вызывало затруднений, поскольку все они рассматривались по первой инстанции районными (городскими) судами общей юрисдикции.

Родовая подсудность претерпевает изменения после того, как наследственные правоотношения окончены. Так, ВС РФ разъясняет, что дела по требованиям, основанным на обязательствах, которые возникают у наследников после принятия наследства (например, по уплате после открытия наследства процентов по кредитному договору, заключенному наследодателем, по коммунальным платежам за унаследованную квартиру и др.), подсудны мировому судье в качестве суда первой инстанции при цене иска, не превышающей пятидесяти тысяч рублей.

3. ВС РФ указывает, что иски с требованиями, возникшими из наследственных правоотношений, подаются в суд по месту жительства ответчика-гражданина или по месту нахождения ответчика-организации. Учитывая, что наследодателем может быть только физическое лицо, указание на ответчика-организацию не совсем понятно.

Общее правило подсудности наследственного спора - по месту жительства гражданина-ответчика. Это не вызывает нареканий при практическом применении и связано с местом открытия наследства (согласно п. 1 ст. 1115 ГК РФ, местом открытия наследства является последнее место жительства наследодателя).

При возникновении спора о правах на наследственное имущество, в состав которого входят несколько объектов недвижимости, находящихся на территории юрисдикции различных районных судов, а также о разделе такого имущества иск в отношении всех этих объектов может быть предъявлен по месту нахождения одного из них по месту открытия наследства. В случае, если по месту открытия наследства объекты недвижимости не находятся, иск подается по месту нахождения любого из них (п. 3 Постановления).

Представляется, что, рассматривая данную ситуацию, ВС РФ стремился к наибольшему обеспечению прав заинтересованных лиц на судебную защиту. Речь идет об исключительной подсудности исков о недвижимом имуществе - по месту нахождения такого имущества (п. 1 ст. 30 ГПК РФ). На первый взгляд ВС РФ несколько ограничивает исключительную подсудность, поскольку иск может быть подан не просто по месту нахождения объекта недвижимости, а по месту нахождения объекта недвижимости по месту открытия наследства, т.е. учитывается возможность открытия наследства не по месту жительства (п. 2 ст. 1115 ГК РФ).

Однако оговорка о том, что при отсутствии недвижимости по месту открытия наследства иск может быть подан по месту расположения любого недвижимого имущества, входящего в состав наследства, не вызывает одобрения. Например, наследство открыто в г. Москве. В его состав входит недвижимость, расположенная в различных субъектах РФ. Учитывая возможность подачи иска по месту расположения любой недвижимости, входящей в наследство, наследникам остается только уповать на добросовестность суда, который должен запросить нотариуса по месту жительства наследодателя об открытии наследства, призвать наследников к участию в деле и пр. Поэтому в современной правовой реальности наследники, предъявив права на недвижимость, расположенную вне места открытия наследства, могут узнать, что она по решению суда принадлежит другим лицам. При этом истец будет защищен правом на подачу иска по месту нахождения недвижимости, а наследники будут вынуждены вступить в затяжной процесс обжалования состоявшегося судебного акта.

В Постановлении говорится, что в рассматриваемом случае обращение с иском исключает обращение в другие суды. Вместе с тем с позиции вышеуказанного примера, при неразвитости системы информирования судами граждан посредством сети Интернет, эта оговорка практически ничего не меняет. Думается, что данное разъяснение правил подсудности не отвечает требованиям стабилизации наследственных правоотношений и защиты прав наследников.

4. Определяя подсудность наследственных дел, ВС РФ считает, что требования о признании недействительным завещания, в котором содержатся распоряжения относительно объектов недвижимости, предъявляются с соблюдением общих правил подсудности гражданских дел. Очевидно, что общим правилам подсудности должен подчиняться иск о признании недействительным завещания, в котором не содержатся распоряжения в отношении наследственного имущества.

Если при оспаривании завещания истцом заявлены также требования о признании права собственности на наследственное имущество, иск подлежит рассмотрению по месту нахождения объектов недвижимости.

Таким образом, если истец выдвигает только требование о признании завещания недействительным, то оно должно быть заявлено по общему правилу подсудности - по месту жительства ответчика. Остается неясным, по каким основаниям настолько расширена подсудность иска, в котором помимо требования о недействительности завещания ставится вопрос о праве собственности на наследственное имущество, поскольку ВС РФ говорит о рассмотрении такого иска по месту нахождения объектов недвижимости (здесь и далее выделено мной. - А.Н.). Отсутствие каких-либо оговорок позволяет предположить, что истец вправе обратиться с таким иском в районный суд по месту расположения любого объекта недвижимости, входящего в состав наследства, а не только того, о праве собственности на который заявляет истец. Причем не имеет значения, что, например, местом открытия наследства является место нахождения наиболее ценной части недвижимости. Представляется, что применение данного правила в дальнейшем претерпит изменения.

5. В Постановлении указывается, что иски кредиторов наследодателя, направленных до принятия наследства наследниками, подаются в суд по месту открытия наследства. По моему мнению, это не требовало какого-либо пояснения, поскольку подсудность таких исков прямо закреплена в ч. 2 ст. 30 ГПК РФ.

Также не вызывает сомнений позиция ВС РФ о том, что иски, связанные с правами на недвижимое имущество, находящееся за границей, разрешаются по праву страны, где находится это имущество. Согласно пп. 2 п. 1 ст. 1224 ГК РФ, наследование недвижимого имущества определяется по праву страны места нахождения этого имущества.

В Постановлении об этом не говорится, но необходимо учитывать, что наследование недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр, в РФ определяется по российскому праву (пп. 2 п. 1 ст. 1224 ГК РФ). Таким имуществом является так называемая движимая недвижимость - морские и речные суда, воздушные и космические объекты (ст. 130 ГК РФ). Соответственно, иски в отношении подобной недвижимости, независимо от места ее фактического нахождения, подчиняются правилам подсудности, установленным ГПК РФ. В Постановлении об этом ничего не говорится, но, по моему мнению, это очевидно следует из положений ст. 1224 ГК РФ.

6. Подсудность заявлений об установлении фактов, имеющих юридическое значение, связанных с наследственными правоотношениями, определяется по правилам ст. 266 ГПК РФ - их должны рассматривать районные суды по месту жительства заявителей. В п. 4 Постановления устанавливается одно исключение - заявления об установлении фактов владения и пользования недвижимым имуществом в целях признания наследственных прав подаются в суд по месту нахождения недвижимого имущества.

В Постановлении не рассматривается вопрос о том, в какой суд вправе обратиться лицо, постоянно проживающее за пределами РФ, с заявлением об установлении юридического факта, связанного с наследственными правоотношениями. По моему мнению, это должен быть суд по месту открытия наследства, а в отношении факта владения и пользования недвижимым имуществом - суд по месту нахождения соответствующей недвижимости.

7. В п. 5 Постановления содержится достаточно важное разъяснение о том, что при рассмотрении судами дел о наследовании от имени РФ выступает Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) в лице его территориальных органов, а от имени городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальных образований - их соответствующие органы в рамках компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Как правило, указанные органы выступают ответчиками в судах по спорам о судьбе выморочного имущества. Важность указанного разъяснения определяется тем, что в судебной практике данный вопрос не был до конца определен. В частности, указывалось, что если предметом спора является наследственное имущество в виде жилого помещения, которое считается выморочным, то к участию в деле должна быть привлечена администрация муниципального образования, в котором это помещение расположено. В отношении иного выморочного имущества к участию в деле привлекаются налоговые органы [3]. Поэтому вплоть до настоящего времени на практике приходилось слышать требование о замене в исковом заявлении соответствующего территориального подразделения Росимущества на территориальное подразделение ФНС РФ. Теперь ВС РФ подтвердил ошибочность позиции судов в рассматриваемом вопросе.

8. Некоторую неясность вносит разъяснение, содержащееся в п. 6 Постановления. В силу указанного пункта суд отказывает в принятии искового заявления, предъявленного к умершему гражданину, со ссылкой на п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, поскольку нести ответственность за нарушение прав и законных интересов гражданина может только лицо, обладающее гражданской и гражданской процессуальной правоспособностью. Если гражданское дело по такому исковому заявлению было возбуждено, производство по делу подлежит прекращению в силу абзаца 7 ст. 220 ГПК РФ с указанием на право истца на обращение с иском к принявшим наследство наследникам, а до принятия наследства - к исполнителю завещания или к наследственному имуществу (п. 3 ст. 1175 ГК РФ).

Прежде всего, ссылка в п. 6 Постановления на п. 3 ст. 1175 ГК РФ, в котором устанавливается порядок защиты прав кредиторов наследодателя, позволяет предположить, что к таковым относятся истцы по искам к наследодателю. Здесь, прежде всего, непонятно, как судье при принятии искового заявления может быть известно о смерти ответчика, если об этом не заявляет сам истец? Далее, по моему мнению, некорректным в данном случае является применение п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, который устанавливает, что судья отказывает в принятии искового заявления, если оно не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление разрешается в ином судебном порядке. О каком ином судебном порядке идет речь?

Механизм защиты прав кредиторов, предусмотренный п. 3 ст. 1175 ГК РФ, устанавливает право на обращение кредиторов, в пределах сроков исковой давности, с исковыми требованиями к наследникам или исполнителю завещания. Но это не иной (как по делам особого производства или делам, вытекающим из публично-правовых отношений) судебный порядок, скорее можно говорить об ином иске (не к наследодателю, а к наследникам или исполнителю завещания).

На мой взгляд, в п. 6 Постановления не учитывается, что в абзаце 7 ст. 220 ГПК РФ накладывает на суд обязанность прекращения производства, в связи со смертью гражданина, не по любым гражданско-правовым спорам, а только по спорам, не допускающим правопреемство. Допустим, что после принятия иска суду стало известно о смерти наследодателя. Исходя из обсуждаемого разъяснения, любое гражданское дело должно быть прекращено в случае смерти гражданина-ответчика, и истец будет вынужден повторно обращаться с иском к наследникам, нести все судебные расходы и пр. Такой подход представляется неверным, поскольку он нивелирует требования процессуального законодательства о правопреемстве (ч. 1 ст. 44 ГПК РФ) и противоречит требованиям п. 3 ст. 1175 ГК РФ, который обязывает суд приостановить производство по делу до принятия наследства наследниками.

Кроме того, неясно, каким образом истец может обратиться с иском к наследственному имуществу, если участниками процессуальных правоотношений могут быть только лица (ст. 34 ГПК РФ). ГК РФ допускает обращение кредиторов, но не с иском, а с требованиями к наследственному имуществу (п. 3 ст. 1175 ГК РФ), и это не имеет отношения к судебному способу защиты прав. В дальнейшем указанное противоречие может привести к тому, что районные суды начнут, руководствуясь Постановлением, разъяснять лицу право на обращение с иском к наследственному имуществу. Пока остается только догадываться, каким образом это право должно быть реализовано.

9. В п. 7 Постановления ВС РФ подтверждает сформированное судебной практикой мнение о том, что получение свидетельства о праве на наследство является правом, а не обязанностью наследника и не влияет на наличие у наследника наследственных прав. Это согласуется с положениями п. 1 ст. 1163 ГК РФ, согласно которым по общему правилу свидетельство о праве на наследство выдается наследникам в любое время по истечении шести месяцев со дня открытия наследства. Поэтому отсутствие свидетельства о праве на наследство не является основанием для отказа в принятии искового заявления по наследственному спору, возвращения такого искового заявления или оставления его без движения.

10. Установление законодателем срока на принятие наследства (ст. 1154 ГК РФ) позволяет определить состав, стоимость и место нахождения наследственного имущества. Поэтому востребованным в практическом отношении является положение п. 8 Постановления, позволяющее суду до истечения срока на принятие наследства рассматривать требования о включении имущества в состав наследства. В течение срока на принятие наследства также устанавливается и круг наследников. Поэтому вполне обоснованным является право суда рассмотреть вопрос о составе наследства, не распределяя его между наследниками.

Если в указанный срок решение не вынесено, то дополнительно могут рассматриваться и требования о признании права собственности в порядке наследования. В случае, если требование о признании права собственности в порядке наследования заявлено наследником в течение срока принятия наследства, суд приостанавливает производство по делу до истечения указанного срока.

Отдельно в п. 9 Постановления указывается, что наследники покупателя по договору купли-продажи недвижимости, умершего до государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, в случае возникновения спора вправе обратиться с иском к продавцу по указанному договору о государственной регистрации перехода права собственности к наследникам. Здесь остается дополнить, что сделка по отчуждению жилого помещения может быть признана недействительной по требованию наследника собственника жилого помещения [4].

11. Особое внимание в Постановлении уделяется возможности заключения мировых соглашений по делам о наследовании. В п. 10 Постановления перечисляются наследственные споры, по которым возможно заключение мирового соглашения. Также устанавливается перечень дел, по которым суд не вправе утвердить мировое соглашение. Введение дифференцированного подхода к заключению мировых соглашений по наследственным спорам вполне оправданно в практическом отношении. Ранее по одному из дел ВС РФ указал, что мировое соглашение не может быть заключено по делам о признании завещания недействительным, поскольку суд не может обеспечить защитой несуществующее материальное право на наследство у одной из сторон [2, 5]. Вместе с тем позднее мировые соглашения утверждались судами независимо от предмета спора, что оказывало негативное влияние на последующее оформление наследственных прав. Так, регистрационные органы полагали, что мировые соглашения могут служить основанием для регистрации наследственных прав на недвижимое имущество только тогда, когда на государственную регистрацию предоставляется мировое соглашение о разделе наследства. Более того, на практике отмечались случаи заключения мировых соглашений по делам об установлении юридических фактов, связанных с наследственными правоотношениями [1]. С учетом изложенного было выработано мнение о том, что мировыми соглашениями не могут оканчиваться споры о наследственных правах, если самим наследникам законом не предоставлено право решения этих вопросов (перераспределение наследственных долей, включение в состав наследников лиц, принявших наследство по истечении установленного срока, и пр.). В остальных случаях наследственный спор должен рассматриваться судом по существу с вынесением решения.

В настоящее время мировые соглашения могут заключаться по вопросам:

- о принятии наследником наследства по истечении срока, установленного на принятие наследства, и о применении в этих случаях правил об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (п. 2 и 3 ст. 1155 ГК РФ);

- о разделе наследства (ст. 1165 ГК РФ);

- о порядке предоставления компенсации несоразмерности получаемого наследственного имущества с наследственной долей наследником, заявившим о преимущественном праве на неделимую вещь или на предметы обычной домашней обстановки и обихода при разделе наследства (п. 2 ст. 1170 ГК РФ);

- о разделе наследства, в состав которого входит предприятие, в случае, когда никто из наследников не имеет преимущественного права на его получение в счет своей наследственной доли или им не воспользовался (ч. 2 ст. 1178 ГК РФ);

- о сроке выплаты компенсации наследнику умершего члена крестьянского (фермерского) хозяйства, не являющемуся членом этого хозяйства (п. 2 ст. 1179 ГК РФ);

- о включении в свидетельство о праве на наследство наследников по закону, которые лишены возможности представить доказательства отношений, являющихся основанием для призвания к наследованию (ч. 2 ст. 72 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. N 4462-1);

- о наследнике умершего члена жилищного накопительного кооператива, который имеет право быть принятым в члены кооператива в случае перехода пая умершего члена кооператива к нескольким наследникам, и о сроке выплаты им наследникам, не ставшим членами кооператива, компенсации, соразмерной их наследственным долям действительной стоимости пая (ч. 3 ст. 9 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 215-ФЗ "О жилищных накопительных кооперативах");

- о наследнике члена кредитного потребительского кооператива (пайщика), который имеет право быть принятым в члены кооператива (пайщики), в случае перехода паенакопления (пая) умершего члена кредитного потребительского кооператива (пайщика) к нескольким наследникам (ч. 5 ст. 14 Федерального закона от 18 июля 2009 г. N 190-ФЗ "О кредитной кооперации").

Суд отказывает в утверждении мирового соглашения сторон, в частности, по вопросам:

- об универсальности правопреемства при наследовании (п. 1 ст. 1110 ГК РФ);

- об определении наличия у сторон прав наследования и состава наследников (ст. 1116, 1117, 1121, 1141 ГК РФ);

- о признании недействительным завещания (ст. 1131 ГК РФ) и свидетельства о праве на наследство (п. 1 ст. 1155 ГК РФ);

- об отказе от наследства (ст. 1157 - 1159 ГК РФ);

- о разделе наследственного имущества с участием наследников, не принявших наследство, или наследников, у которых возникло право собственности только на конкретное наследственное имущество (ст. 1164 и 1165 ГК РФ), а также в других случаях.

 

II. Общие положения о наследовании

 

12. Общим положениям о наследовании посвящены п. 12 - 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по делам о наследовании от 29 мая 2012 г. N 9 (далее - Постановление). Согласно п. 12 Постановления, наследственные отношения регулируются правовыми нормами, действующими на день открытия наследства. В частности, этими нормами определяются круг наследников, порядок и сроки принятия наследства, состав наследственного имущества.

Исключения из общего правила предусмотрены в ст. 6, 7, 8 и 8.1 Федерального закона от 26.11.2001 N 147-ФЗ (в ред. от 11.11.2003) "О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации". Они заключаются в том, что к завещаниям, совершенным до введения в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), применяются правила об основаниях недействительности и об обязательной доле, действовавшие на момент совершения такого завещания, денежные средства во вкладах, по которым, до введения в действие части третьей ГК РФ, было сделано распоряжение, не входят в состав наследства и пр. Как правило, применение указанных исключений не вызывало затруднений в практическом отношении, и их закрепление в п. 12 Постановления является скорее традиционным и не несет какой-либо новой информации.

13. Состав лиц, участвующих в деле, по общему правилу определяется исходя из анализа правоотношений, по поводу которых возник спор, и установления конкретных носителей прав и обязанностей, имеющих материально-правовой интерес к предмету спора, а также лиц, на чьи права и обязанности может повлиять решение суда. Особенность рассмотрения дел о наследовании заключается в том, что независимо от содержания искового заявления и позиции истца к участию в деле в качестве соответчиков судом должны быть привлечены все наследники умершего собственника имущества. На эту особенность Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) указывает в п. 13 Постановления.

Говоря о субъектном составе участников наследственного спора, возможно дополнительно отметить, что при рассмотрении дел о наследовании отдельных видов имущества, перечисленного в гл. 65 ГК РФ, состав лиц, участвующих в деле, должен быть определен не только с учетом положений ГК РФ, но и специального законодательства.

14. В состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности:

- вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст. 128 ГК РФ);

- имущественные права (в т.ч. права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм);

- имущественные обязанности, в т.ч. долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (п. 1 ст. 1175 ГК РФ).

Такой подход ВС РФ к составу наследства, изложенный в п. 14 Постановления, основан на нормах ст. 1112 ГК РФ. Дополнительно следует отметить, что законом могут быть предусмотрены случаи, когда наследникам переходят отдельные личные неимущественные права наследодателя. Например, право следования неотчуждаемо, но переходит к наследникам на весь срок действия исключительного права на произведение (п. 3 ст. 1293 ГК РФ) или к наследникам в пределах определенного срока переходит исключительное право на фонограмму (п. 2 ст. 1327 ГК РФ).

15. В п. 15 Постановления закреплено ранее сформированное в законодательстве положение о том, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами (ст. 418, ч. 2 ст. 1112 ГК РФ). В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (разд. V Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ)), права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования (ст. 701 ГК РФ), поручения (п. 1 ст. 977 ГК РФ), комиссии (ч. 1 ст. 1002 ГК РФ), агентского договора (ст. 1010 ГК РФ).

Данный перечень является открытым. Например, в порядке наследования не могут переходить участки недр (ст. 1.2 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 N 2395-1 (в ред. от 28.12.2013) "О недрах").

16. ВС РФ разъяснил норму ч. 2 ст. 1114 ГК РФ о коммориентах. Вообще, в литературе указывалось, что применение правил о коммориентах может вызвать такую парадоксальную ситуацию, когда лица, имеющие право наследовать после друг друга, умирают одновременно, но в разных часовых поясах, и один из них приобретает право наследовать после другого, поскольку в одном из часовых поясов уже наступили другие сутки. Безусловно, подобный пример скорее дает почву для теоретических изысканий по данному вопросу. Вместе с тем нельзя недооценивать, что в п. 16 Постановления четко устанавливается, что в целях наследственного правопреемства одновременной считается смерть граждан в один и тот же день, соответствующий одной и той же календарной дате. Календарная дата определяется порядковым номером календарного дня, порядковым номером или наименованием календарного месяца и порядковым номером календарного года; календарным днем считается период времени продолжительностью 24 часа, за начало и окончание которого принимаются моменты времени, соответствующие 00 часам 00 минутам 00 секундам и 24 часам 00 минутам 00 секундам, исчисляемые по местному времени (ст. 2 и 4 Федерального закона от 03.07.2011 N 107-ФЗ "Об исчислении времени").

17. Дополнительное разъяснение дается ВС РФ и по вопросу места открытия наследства. По общему правилу таковым является последнее место жительства наследодателя ко дню открытия наследства (ч. 1 ст. 1115 ГК РФ). В п. 17 Постановления говорится, что место жительства наследодателя может подтверждаться документами, удостоверяющими его соответствующую регистрацию в органах регистрационного учета граждан РФ по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ. В исключительных случаях факт места открытия наследства может быть установлен судом (п. 9 ч. 2 ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ)).

В Постановлении не рассматривается вопрос о возможности открытия наследства по временному месту жительства наследодателя (например, при нахождении в длительной командировке, на учебе, нахождении в местах лишения свободы). Вместе с тем, поскольку ч. 1 ст. 20 ГК РФ определяет место жительства как место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает, временное место жительства не может быть местом открытия наследства и дополнительных разъяснений здесь не требуется.

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших возраста 14 лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, опекунов, попечителей (ч. 2 ст. 20 ГК РФ).

При рассмотрении заявления об установлении факта места открытия наследства суд учитывает длительность проживания наследодателя в конкретном месте на момент открытия наследства, нахождение в этом месте наследственного имущества и другие обстоятельства, свидетельствующие о преимущественном проживании наследодателя в этом месте. По моему мнению, дополнительно необходимо учитывать, что согласно ст. 2 Закона Российской Федерации "О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ" от 25.07.1993 N 5242-1, местом жительства может быть жилой дом, квартира, служебное жилое помещение, специализированные дома, а также иное жилое помещение, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма, аренды или по другим законным основаниям.

Кроме того, как правило, судами исследуются обстоятельства, связанные с тем, что постоянное проживание является качественным, а не количественным оценочным понятием. Оно характеризует не столько срок нахождения лица в определенном месте (человек может больше времени проводить на рабочем месте, нежели в месте жительства), сколько его действия, образ поведения в данном помещении (отдых в этом помещении в ночное время суток, нахождение там членов его семьи, размещение в нем личных вещей, иного имущества и т.д. и т.п.).

В случае если последнее место жительства наследодателя, обладавшего имуществом на территории РФ, неизвестно или известно, но находится за ее пределами, местом открытия наследства в Российской Федерации в соответствии с правилами ч. 2 ст. 1115 ГК РФ признается место нахождения на территории РФ: недвижимого имущества, входящего в состав наследственного имущества, находящегося в разных местах, или его наиболее ценной части, а при отсутствии недвижимого имущества - движимого имущества или его наиболее ценной части. Ценность имущества при установлении места открытия наследства определяется исходя из его рыночной стоимости на момент открытия наследства, которая может подтверждаться любыми доказательствами, предусмотренными ст. 55 ГПК РФ (п. 18 Постановления).

18. Одним из достаточно сложных вопросов применения норм наследственного законодательства остается вопрос о недостойных наследниках. Прежде всего, абз. 1 п. 1 ст. 1117 ГК РФ относит к таковым граждан, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке.

В отношении абз. 1 п. 1 ст. 1117 ГК РФ ВС РФ пояснил, что указанные противоправные действия являются основанием к утрате права наследования только при их умышленном характере. При этом мотивы и цели совершения противоправных действий (в т.ч. при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно наступление соответствующих последствий, правового значения не имеют (п. 19 Постановления).

По моему мнению, также не могут быть признаны недостойными наследниками лица, совершившие общественно опасные деяния в состоянии невменяемости, поскольку при этом они были лишены возможности отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими, а также несовершеннолетние, не достигшие возраста 14 лет, и граждане, признанные в судебном порядке недееспособными. В Постановлении отсутствуют какие-либо указания по этому поводу, что, на мой взгляд, нельзя оценить в качестве положительного момента.

Представляется, что мнение ВС РФ о независимости рассматриваемых противоправных действий от их мотивов и целей является обоснованным. Важно лишь, чтобы эти действия прямо или косвенно способствовали наступлению последствий, предусмотренных ч. 1 ст. 1117 ГК РФ (например, призванию лица к наследованию или увеличению его доли в наследстве). Следует отметить, что аналогичная позиция была сформулирована в ранее действовавшем Постановлении Пленума ВС РФ от 23.04.1991 N 2.

Действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, закрепленной в завещании, могут выразиться в составлении фиктивного завещания, сокрытии завещания, понуждении к составлению завещания, понуждении кого-либо из наследников по завещанию отказаться от наследства и т.п.

Кроме того, ВС РФ разъяснил, что вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с п. 1 ст. 1117 ГК РФ не требуется. В указанных в данной правовой норме случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

Думается, что предоставление нотариусу права самостоятельно признавать гражданина недостойным наследником нельзя признать правильным. Только суд может разрешить вопрос о признании или непризнании гражданина недостойным наследником, поскольку право наследования является конституционным правом, и возможность его реализации не может быть поставлена в зависимость от усмотрения кого-либо из должностных лиц.

Закон не устанавливает срок, который должен пройти с момента вступления приговора суда в законную силу до открытия наследства. Допустим, за пять лет до открытия наследства наследник причинил наследодателю вред здоровью средней тяжести и был условно осужден. После этого вплоть до смерти наследодателя продолжал проживать совместно с ним, вести общее хозяйство. На мой взгляд, при возникновении вопроса о недостойности эти обстоятельства также должны быть оценены судом в установленном процессуальном порядке.

Вопрос исключительно судебного признания лица недостойным наследником важен еще и потому, что недостойность является дополнительным юридическим ограничением прав лица, которое не предусмотрено уголовным законодательством, и применять его возможно не только при формальном наличии соответствующего приговора, но и с учетом и оценкой всех обстоятельств.

Законом предусмотрены и другие случаи признания граждан недостойными наследниками. Так, согласно абз. 2 п. 1 ст. 1117 ГК РФ, не наследуют по закону родители после детей, в отношении которых они были лишены родительских прав и не восстановлены в этих правах на момент открытия наследства. В данной ситуации родители, лишенные родительских прав, автоматически становятся недостойными наследниками и дополнительно признавать их таковыми не требуется.

Кроме того, в п. 2 ст. 1117 ГК РФ указывается, что по требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя.

Круг лиц, относящихся к алиментообязанным, исчерпывающе определен нормами СК РФ.

В отношении данной категории недостойных наследников в п. 20 Постановления разъясняется, что такие граждане могут быть отстранены от наследования по рассматриваемому основанию, если обязанность по содержанию наследодателя установлена решением суда о взыскании алиментов. Такое решение суда не требуется только в случаях, касающихся предоставления содержания родителями своим несовершеннолетним детям.

Злостный характер уклонения в каждом случае должен определяться с учетом продолжительности и причин неуплаты соответствующих средств. Факт злостного уклонения от исполнения обязанности по содержанию наследодателя может подтверждаться решением суда об ответственности за несвоевременную уплату алиментов, справкой судебных приставов-исполнителей о задолженности по алиментам, другими доказательствами. В качестве злостного уклонения может признаваться не только непредоставление содержания без уважительных причин, но и сокрытие алиментообязанным лицом действительного размера своего заработка и (или) дохода, смена им места работы или места жительства, совершение иных действий в этих же целях.

Иск об отстранении от наследования по данному основанию недостойного наследника может быть подан любым лицом, заинтересованным в призвании к наследованию или в увеличении причитающейся ему доли наследства, отказополучателем либо лицом, на права и законные интересы которого (например, на право пользования наследуемым жилым помещением) может повлиять переход наследственного имущества.

Представляется, что Постановление вводит различный порядок отстранения недостойных наследников. Если по основанию абз. 2 п. 1 ст. 1117 ГК РФ наследник отстраняется от наследования как недостойный в судебном порядке, то по абз. 1 п. 1 ст. 1117 ГК РФ признание недостойным наследником может быть осуществлено нотариусом. По моему мнению, такое разграничение не основано на законе и основания недостойности должны проверяться в судебном порядке.

Основания лишения права на получение наследства, предусмотренные ст. 1117 ГК РФ, распространяются только на случаи наследования по закону. Недостойные наследники не призываются и к наследованию обязательной доли. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

 

Библиографический список

 

1. Аверьянова Н.А., Ярошенко К.Б. Мировое соглашение как основание оформления наследственных прав в судебной и нотариальной практике, а также практике органов Федеральной регистрационной службы.

2. Бюллетень ВС РСФСР. 1976. N 9.

3. Обобщение судебной практики Оренбургского областного суда по рассмотрению дел, вытекающих из наследственных правоотношений.

4. Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 25.03.2008 // Бюллетень ВС РФ. 2009. N 4.

5. Постановление Пленума ВС РФ от 26.04.2007 N 15 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. N 7.

6. Постановление ФАС Поволжского округа от 06.03.2012 N Ф06-113/12 по делу N А12-10836/2011.

7. Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 29.02.2012 N Ф08-398/12 по делу N А63-14177/2009.

 

III. Наследование по завещанию

 

19. В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ) по делам о наследовании от 29 мая 2012 г. N 9 (далее - Постановление) указывается, что распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания по правилам ст. 1127 или 1129 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а в части, касающейся денежных средств, внесенных гражданином во вклад или находящихся на любом другом счете гражданина в банке, также путем совершения завещательного распоряжения правами на эти средства в соответствии со ст. 1128 ГК РФ и Правилами совершения завещательных распоряжений правами на денежные средства в банках (утв. Постановлением Правительства РФ от 27.05.2002 N 351).

Таким образом, совершение завещания возможно только в письменной форме. Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание, составленное в письменной форме, должно быть удостоверено, по общему правилу, нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, прямо предусмотренных ГК РФ. Нотариальная письменная форма завещания является основной и наиболее часто применяющейся в практическом отношении.

Нормативно-правовыми актами, регламентирующими порядок составления и нотариального удостоверения завещания, являются прежде всего ГК РФ и Основы законодательства РФ о нотариате (далее по тексту - Основы). В соответствии со ст. 1125 ГК РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При этом если завещание записывается нотариусом со слов наследодателя, то до его подписания оно должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. В случае невозможности личного прочтения текст завещания оглашается нотариусом наследодателю, о чем на завещании делается соответствующая надпись с обязательным указанием причин, по которым наследодатель не смог лично прочитать завещание.

В ГК РФ конкретизированы способы написания завещания: при написании завещания могут быть использованы технические средства, такие как ЭВМ, пишущая машинка (ст. 1125). Данное положение не носит безусловного характера - наследодатель может написать завещание и от руки, но только чернилами, поскольку нотариусы не принимают документы, исполненные карандашом, равно как и документы, имеющие подчистки либо подписки, зачеркнутые слова и иные неоговоренные исправления (ст. 45 Основ).

Возможность использования технических средств не освобождает наследодателя от необходимости собственноручного подписания завещания. Нотариальной практикой выработано требование об обязательности не только подписи наследодателя, но и написания им на завещании своей фамилии, имени, а также отчества, если иное не вытекает из закона или национального обычая, т.е. исполнения требований ст. 19 ГК РФ.

Закон предоставляет право завещателю, который в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, воспользоваться помощью рукоприкладчика. Рукоприкладчик подписывает завещание в присутствии нотариуса. При этом в самом завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также, в соответствии с документом, удостоверяющим личность, фамилия, имя, отчество и место жительства рукоприкладчика (ст. 1125 ГК РФ).

В качестве рукоприкладчиков не могут выступать: нотариус или другое удостоверяющее завещание лицо; лицо, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруг такого лица, его дети и родители; граждане, не обладающие дееспособностью в полном объеме; неграмотные; граждане с такими физическими недостатками, которые явно не позволяют им в полной мере осознавать существо происходящего (ст. 1124 ГК РФ).

При составлении и нотариальном удостоверении завещания по желанию завещателя может присутствовать свидетель. В случае совершения нотариального завещания необходимость наличия свидетеля при данном нотариальном действии закон связывает только с волеизъявлением наследодателя. Свидетель должен подписать завещание, на котором указываются его фамилия, имя, отчество и место жительства в соответствии с паспортными данными. Таким образом, можно утверждать, что, по аналогии с дореволюционным законодательством, свидетель своей подписью удостоверяет совершение завещания именно наследодателем и правильность изложения воли последнего.

В Постановлении не разъясняется ситуация, когда завещатель не может ни прочитать текст завещания самостоятельно, ни воспринимать его со слов нотариуса. В Методических рекомендациях по совершению отдельных видов нотариальных действий нотариусами Российской Федерации (утв. Приказом Минюста РФ от 15.03.2000 N 91) говорится, что если обратившийся для совершения нотариального действия глухой, немой или глухонемой гражданин неграмотен, то при совершении нотариального действия присутствует лицо, которое может объясниться с ним и удостоверить своей подписью, что содержание сделки соответствует воле участвующего в ней неграмотного глухого, немого или глухонемого. Представляется, что данное положение не исчерпывает всех ситуаций, когда завещатель вынужден прибегнуть к помощи переводчика, поскольку, например, за удостоверением завещания может обратиться и иностранный гражданин.

Согласно ч. 7 ст. 1125 ГК РФ при определенных условиях правом удостоверения завещаний обладают должностные лица органов местного самоуправления и консульских учреждений РФ.

Другой формой завещания являются завещания, приравненные к нотариально удостоверенным, или т.н. особые завещания. В ст. 1127 ГК РФ закреплена возможность удостоверения завещаний капитанами судов, плавающих под Государственным флагом РФ, начальниками разведочных, арктических или других подобных экспедиций, начальниками мест лишения свободы. В отношении так называемых лечебных завещаний законодатель объединил должностных лиц гражданских и военных лечебных организаций, исключив из этого перечня старших врачей военно-лечебных учреждений.

Кроме того, в настоящее время командиры воинских частей вправе удостоверять завещания работающих в воинских частях гражданских лиц, членов их семей и членов семей военнослужащих только при условии, что в соответствующих пунктах дислокаций воинских частей нет нотариусов.

В отношении приравненных к нотариальным завещаний ст. 1127 ГК РФ содержит специальные требования. Во-первых, приравненное завещание должно быть подписано наследодателем в присутствии лица, удостоверяющего завещание, и свидетеля, также подписывающего завещание. Во-вторых, если в любом из вышеперечисленных случаев гражданин, намеревающийся совершить завещание, высказывает желание пригласить для этого нотариуса и имеется разумная возможность выполнить это желание, то должностное лицо, наделенное правом удостоверения завещания, обязано принять все меры для приглашения к завещателю нотариуса. В-третьих, особое завещание, как только это представится возможным, должно быть направлено лицом, удостоверившим завещание, через органы юстиции нотариусу по месту жительства завещателя. Если лицу, удостоверившему завещание, известно место жительства завещателя, завещание направляется непосредственно соответствующему нотариусу.

В ст. 1127 ГК РФ специально оговаривается, что кроме перечисленных выше исключений в остальном к приравненным завещаниям применяются общие правила совершения завещаний. Приравненные завещания действуют до открытия наследства. Завещатель, например, после возвращения из экспедиции не обязан обращаться к нотариусу для составления нотариального завещания.

Закон предусматривает возможность совершения завещательного распоряжения, которое имеет силу нотариально удостоверенного завещания, но не является при этом завещанием, приравненным к нотариальному. Совершить такое завещательное распоряжение возможно только в отношении строго определенного имущества - денежных средств, принадлежащих наследодателю и находящихся на счетах в банках и иных кредитных организациях, которым предоставлено право привлекать во вклады или на другие счета денежные средства граждан. В литературе такие завещания получили название банковских. Необходимо отметить, что распорядиться указанными денежными средствами завещатель может и в общем порядке, предусмотренном ст. 1124 - 1127 ГК РФ, т.е. указав порядок их перехода к наследникам непосредственно в завещании (ст. 1128 ГК РФ).

Помимо нотариальных и приравненных к ним завещаний, ГК РФ предусматривает и другие виды завещания. По моему мнению, недостатком рассматриваемого Постановления является отсутствие каких-либо разъяснений относительно таких завещаний.

Одной из новых форм является закрытое завещание, которое полностью исключает возможность того, что воля завещателя станет преждевременно известна третьим лицам, в том числе и нотариусу.

Закрытое завещание в заклеенном конверте передается завещателем нотариусу в присутствии двух свидетелей, которые ставят на конверте свои подписи. Конверт, подписанный свидетелями, запечатывается в их присутствии нотариусом в другой конверт, на котором нотариус делает надпись, содержащую сведения о завещателе, от которого им принято закрытое завещание, месте и дате его принятия, фамилии, имени, отчестве и о месте жительства каждого свидетеля в соответствии с документом, удостоверяющим личность (ст. 1126).

В силу ч. 2 ст. 1126 ГК РФ закрытое завещание, под угрозой его недействительности, должно быть собственноручно написано и подписано наследодателем. Данное правило делает невозможным совершение закрытого завещания лицами с такими физическими недостатками, которые не позволяют собственноручно написать и подписать завещание.

Наследодатель, находящийся в чрезвычайных обстоятельствах, вправе совершить завещание в простой письменной форме. Данное положение, согласно ч. 1 ст. 1124 ГК РФ, является исключением из общих требований закона о форме и порядке совершения завещаний. Гражданин, который находится в положении, явно угрожающем его жизни и в силу сложившихся чрезвычайных обстоятельств лишенный возможности совершения завещания в соответствии с общими требованиями ГК РФ, может изложить последнюю волю в отношении своего имущества в простой письменной форме (ч. 1 ст. 1129 ГК РФ).

Изложение гражданином последней воли в простой письменной форме признается его завещанием, если завещатель в присутствии двух свидетелей собственноручно написал и подписал документ, из содержания которого следует, что он представляет собой завещание (ч. 1 ст. 1129 ГК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 1129 ГК РФ, завещание, совершенное в чрезвычайных обстоятельствах, утрачивает силу, если завещатель в течение месяца после прекращения этих обстоятельств не воспользуется возможностью совершить завещание в какой-либо иной форме, установленной ГК РФ.

Исполнение простого письменного завещания возможно только при условии судебного подтверждения факта совершения завещания в чрезвычайных обстоятельствах (ч. 3 ст. 1129 ГК РФ). Требование об этом должно быть заявлено заинтересованным лицом до истечения срока, установленного для принятия наследства. Представляется, что данное положение закона продиктовано прежде всего необходимостью предупреждения возможных злоупотреблений. Кроме того, в порядке ч. 3 ст. 1129 ГК РФ устанавливается факт совершения завещания в чрезвычайных обстоятельствах, т.е. предметом судебного разбирательства не является вопрос действительности самого завещания. Следовательно, подобное судебное решение ничуть не препятствует дальнейшему оспариванию самого завещания.

20. Отмена и изменение завещания, совершенного по правилам статей 1124 - 1127 ГК РФ, и завещательного распоряжения правами на денежные средства в банке осуществляются в соответствии со ст. 1130 ГК РФ.

В п. 23 Постановления отмечается, что нотариальное или приравненное к нему, а также закрытое завещание отменяет ранее составленное завещательное распоряжение на денежные средства в банке, если из содержания нового завещания следует, что его предметом являлись и права на соответствующие денежные средства. Например, в новом завещании в качестве предмета наследования указаны:

- все имущество наследодателя;

- часть наследственного имущества, включающая денежные средства;

- только денежные средства, внесенные во вклад (вклады) или находящиеся на другом счете (других счетах) в банке (банках), в том числе без конкретизации номера счета и наименования банка, или непосредственно те денежные средства, в отношении прав на которые было совершено завещательное распоряжение в банке.

Завещатель может составить одно завещательное распоряжение на все денежные средства, размещенные на нескольких счетах в банке, либо на денежные средства, размещенные на одном из этих счетов. Независимо от этого составленное позднее "основное" завещание отменяет банковское завещание.

ВС РФ разъяснил, что более позднее банковское завещание отменяет ранее составленное аналогичное завещание в отношении денежных средств в том же самом банке или филиале этого банка. Такое положение не вызывает сомнений и подтверждается нормами п. 6 ст. 1130 ГК РФ.

Вместе с тем, рассматривая далее вопрос о банковском завещании, ВС РФ дает указание, которое, на мой взгляд, является спорным. В частности, ВС РФ считает, что завещательным распоряжением правами на денежные средства в банке может быть отменено прежнее завещание - в части, касающейся прав на денежные средства, внесенные гражданином во вклад или находящиеся на любом другом счете гражданина в этом банке (п. 23 Постановления).

В рассматриваемом пункте Постановления говорится, что под "завещанием" следует понимать завещание, совершенного по правилам ст. 1124 - 1127 ГК РФ. Таким образом, ВС РФ устанавливает приоритет "банковского" завещания над обычным (нотариальным, закрытым и пр.) завещанием, что прямо противоречит п. 6 ст. 1130 ГК РФ. Полагаю, что данное противоречие требует разъяснения.

21. Свобода завещания позволяет наследодателю сделать самые различные распоряжения. Одним из таких распоряжений является завещательный отказ (легат). Завещательный отказ (легат) заключается в возложении наследодателем на одного или нескольких наследников по завещанию или по закону исполнения за счет наследства какой-либо обязанности имущественного характера в пользу одного или нескольких лиц (отказополучателей), которые приобретают право требовать исполнение этой обязанности (ст. 1137 ГК РФ).

Предметом завещательного отказа может быть: передача отказополучателю в собственность, во владение или на ином вещном праве или в пользование вещи, входящей в состав наследства; передача отказополучателю входящего в состав наследства имущественного права; приобретение для отказополучателя и передача ему иного имущества; выполнение для отказополучателя определенной работы или оказание ему определенной услуги; осуществление в пользу отказополучателя периодических платежей; осуществление иных обязанностей имущественного характера (ч. 1 ст. 1137 ГК РФ). Перечень имущественных обязанностей, которые могут быть предметом завещательного отказа, не является исчерпывающим - круг обязательств, устанавливаемых завещательным отказом, не ограничен, при условии, что все эти обязательства - имущественного характера.

В силу ч. 2 ст. 1137 ГК РФ на наследника, к которому переходит жилой дом, квартира или иное жилое помещение, завещатель может возложить обязанность предоставить другому лицу на период жизни этого лица или на иной срок право пользования этим помещением или его определенной частью. Данная норма ГК РФ закрепляет в законодательстве наиболее распространенный случай легата. При этом отказополучатель пользуется жилым помещением, предоставленным по завещательному отказу, наравне с собственником помещения в течение всего срока предоставления.

На право отказополучателя требовать исполнения завещательного отказа не влияет нуждаемость наследника в пользовании наследственным имуществом (например, личная нуждаемость в жилье); отказополучатель сохраняет право пользования наследственным имуществом независимо от перехода права собственности на это имущество от наследника к другому лицу (продажа, мена, дарение и т.д.) и от перехода указанного имущества к другим лицам по иным основаниям (аренда, наем и т.д.) (п. 24 Постановления).

Право на получение завещательного отказа действует в течение трех лет со дня открытия наследства и не переходит к другим лицам. В Постановлении ВС РФ разъяснил, что данный срок является пресекательным и не может быть восстановлен. Истечение трехлетнего срока является основанием к отказу в удовлетворении требований об исполнении завещательного отказа.

Представляется, что такой подход ВС РФ к определению правовой природы срока на получение завещательного отказа является обоснованным и продиктован необходимостью стимулировать отказополучателей к реализации права на получение завещательного отказа, а также ограничения срока имущественной обязанности, возложенной на наследника.

Завещательный отказ исполняется наследником в пределах стоимости перешедшего к нему имущества, определяемой после возмещения расходов, вызванных смертью наследодателя, и расходов на охрану наследства и управление им (п. 1 и 2 ст. 1174 ГК РФ), а также после удовлетворения права на обязательную долю (п. 1 ст. 1138 ГК РФ) и за вычетом приходящихся на наследника долгов наследодателя (п. 1 ст. 1138 ГК РФ).

22. ГК РФ рассматривает отношения между легатарием и обязанным наследником как отношения между кредитором и должником (ч. 3 ст. 1137 ГК РФ). В п. 26 Постановления разъясняется, что в случае возложения завещательного отказа на нескольких наследников такие наследники, принявшие наследство, становятся солидарными должниками перед отказополучателем (кредитором). Каждый из них обязан исполнить завещательный отказ в соответствии с его долей в наследственном имуществе, если из существа завещательного отказа не следует иное.

На мой взгляд, такая позиция ВС РФ требует дополнительных разъяснений. Безусловно, солидарная ответственность в данном случае наиболее полно отвечала бы требованию защиты интересов легатария. Тем более что самый распространенный случай завещательного отказа, как правило, связан с неделимостью предмета обязательства. Однако в силу ч. 1 ст. 323 ГК РФ солидарная обязанность может быть предусмотрена договором или установлена законом, т.е. говорить о солидарной ответственности наследников возможно только в случае, если она прямо предусмотрена ГК РФ. ГК РФ устанавливает только один случай солидарной ответственности наследников - перед кредиторами наследодателя (п. 1 ст. 1175 ГК РФ). Легатарий не является кредитором наследодателя. По смыслу ч. 3 ст. 1137 ГК РФ он является кредитором наследника. Поэтому говорить о солидарной ответственности наследников перед легатарием возможно только после внесения дополнений в ГК РФ.

Необходимо отметить, что в Постановлении не рассматривается обратная ситуация, когда имеется два и более отказополучателя и один обязанный наследник. Будут ли в данном случае применяться правила о солидарных требованиях (ст. 326 ГК РФ) и каким образом?

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 1137 ГК РФ при последующем переходе права собственности на имущество, входившее в состав наследства, к другому лицу право пользования этим имуществом, предоставленное по завещательному отказу, сохраняет силу. Здесь сохранилась позиция, ранее установленная ВС РФ, - переход права собственности не влияет на права отказополучателя, поскольку объем этих прав устанавливается наследодателем при составлении завещания и не может быть изменен его наследниками <1>.

--------------------------------

<1> См.: п. 15 Постановления Пленума ВС РСФСР от 23.04.1991 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании".

 

Постановление предусматривает, что дееспособные и ограниченные судом в дееспособности отказополучатели, проживающие в жилом помещении, предоставленном по завещательному отказу, несут солидарную с собственником такого жилого помещения ответственность по обязательствам, вытекающим из пользования таким жилым помещением, если в завещании не указаны иные условия пользования жилым помещением.

В судебной практике указывалось на возмездность пользования отказополучателем таким жилым помещением, если иное не установлено завещанием <2>, и это не вызывало нареканий при практическом применении.

--------------------------------

<2> См.: Обзор судебной и нотариальной практики Московской области по применению законодательства при рассмотрении вопросов, возникающих из наследственного права, а также отдельных видов договоров по передаче имущества в собственность от 08.10.2002.

 

23. Достоинством рассматриваемого Постановления является разъяснение вопроса о недействительных завещаниях. Завещание является сделкой и к нему применяются как общие, так и специальные основания недействительности, предусмотренные ГК РФ. Ранее суды указывали на возможность признания завещания недействительным только в судебном порядке. В частности, Московский областной суд указывал, что нотариус не вправе был решать вопрос о действительности или недействительности завещания. Признать завещание действительным или недействительным может только суд в порядке искового производства в рамках ст. 1131 ГК РФ. Завещание как односторонняя сделка может быть недействительной в силу закона (ничтожной) и в силу признания ее таковой судом (оспоримой).

В п. 27 Постановления приводятся следующие случаи ничтожности завещания: совершение завещания гражданином, не обладающим дееспособностью в полном объеме (п. 2 ст. 1118 ГК РФ); совершение завещания через представителя либо двумя или более гражданами (п. 3 и 4 ст. 1118 ГК РФ), несоблюдение письменной формы завещания и его удостоверения (п. 1 ст. 1124 ГК РФ), несоблюдение требований обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных п. 3 ст. 1126, п. 2 ст. 1127 и абз. 2 п. 1 ст. 1129 ГК РФ (п. 3 ст. 1124 ГК РФ).

ВС РФ указывает, что отказ нотариуса в выдаче свидетельства о праве на наследство в связи с ничтожностью завещания может быть оспорен в суде в соответствии с гл. 37 ГПК РФ. Таким образом, признается возможность признания завещания недействительным во внесудебном порядке, и наделяется таким правом нотариус.

Перечень оснований ничтожности завещаний не является исчерпывающим. Наделение нотариусов правом на признание завещания ничтожным не является новеллой. Вместе с тем обращает на себя внимание то, что вышеперечисленные основания являются слишком явными. На мой взгляд, любой добросовестный нотариус примет решение о ничтожности завещания, совершенного через представителя. Вместе с тем столь явные основания недействительности завещания на практике встречаются крайне редко. Как правило, признание завещания недействительным происходит в судебном порядке, независимо от того, является ли оно ничтожным или оспоримым. Это связано с тем, что основания для признания завещания недействительным не всегда очевидны.

Кроме того, в Постановлении не разъясняется ситуация, когда ничтожное завещание все-таки исполнено. Как правило, в такой ситуации заинтересованным лицам необходимо обращаться в суд с иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки либо с иском о признании недействительной ничтожной сделки. Последнее также не противоречит закону <3> и, по моему мнению, чаще всего применяется на практике.

--------------------------------

<3> См.: п. 32 Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ" // Бюллетень ВС РФ. 1996. N 9.

 

В Постановлении разъясняется, что завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абз. 2 п. 3 ст. 1125 ГК РФ), требованиям, установленным п. 2 ст. 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (п. 2 ст. 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

На мой взгляд, рассматривая недействительность завещаний, ВС РФ необходимо было более подробно остановиться на недостатках завещания, искажающих волеизъявление завещателя. Судами неоднократно отмечалось, что в большинстве случаев в качестве основания для признания завещаний недействительными истцами указывалось совершение завещания лицом, хотя и дееспособным, но находившимся в момент составления завещания в таком состоянии, когда оно не могло понимать значения своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Поскольку установление указанных обстоятельств требует разрешения вопросов в специальных областях знаний, по таким делам назначается посмертная судебно-медицинская (психиатрическая) экспертиза. При этом в силу ст. 67 и ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. Оценка судом заключения экспертов должна быть полно отражена в решении. В частности, должно быть указано, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ <4>. Данное требование исполняется судами далеко не во всех случаях. Поэтому, на мой взгляд, здесь необходимы дополнительные разъяснения ВС РФ.

--------------------------------

<4> См.: п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении".

 

24. Далее ВС РФ указывает, что в силу п. 3 ст. 1131 ГК РФ не могут служить основанием недействительности завещания отдельные нарушения порядка составления завещания, его подписания или удостоверения, например, отсутствие или неверное указание времени и места совершения завещания, исправления и описки, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления наследодателя.

Представляется, что ВС РФ не совсем корректно цитирует п. 3 ст. 1131 ГК РФ, поскольку в этой норме закона говорится не об отдельных, а о незначительных нарушениях порядка составления, подписания и удостоверения завещания, которые не влияют на понимание воли завещателя. На мой взгляд, это различные термины. Если незначительный - это "не имеющий существенного, важного значения", то отдельный - "единичный, некоторый" <5>. Как должен поступить суд в ситуации, когда при совершении завещания были допущены отдельные нарушения, не являющиеся незначительными? Например, в реестре нотариальных действий отсутствуют сведения о завещании. Можно ли в такой ситуации говорить об отсутствии влияния на понимание воли завещателя и было ли вообще само волеизъявление? Строгая формализация процесса совершения завещания является залогом последующего правильного понимания волеизъявления завещателя, выраженного им добровольно и свободно.

--------------------------------

<5> Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М.: Русский язык, 1984. С. 356, 414.

 

Завещание является односторонней сделкой, которая не создает прав и обязанностей в момент ее совершения. Для того чтобы завещание начало действовать, необходимо возникновение как минимум одного юридического факта - открытия наследства. Кроме того, завещатель не ограничен в праве отмены или изменения завещания. Поэтому ВС РФ вполне обоснованно указывает, что завещание может быть оспорено только после открытия наследства. В случае, если требование о недействительности завещания предъявлено до открытия наследства, суд отказывает в принятии заявления, а если заявление принято - прекращает производство по делу (ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 4, ч. 2 ст. 134, ст. 221 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

 

Литература

 

1. Обзор судебной и нотариальной практики Московской области по применению законодательства при рассмотрении вопросов, возникающих из наследственного права, а также отдельных видов договоров по передаче имущества в собственность от 08.10.2002.

2. Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М.: Русский язык, 1984. 750 с.

3. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. N 9.

4. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении".

5. Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 23.04.1991 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании".

 

IV. Наследование по закону

 

25. Обзор вопросов наследования по закону Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) начинает с общих указаний. Согласно п. 28 Постановления круг наследников по закону установлен ст. 1142 - 1145, 1147, 1148 и 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Отношения, влекущие призвание к наследованию по закону, подтверждаются документами, выданными в установленном порядке.

С увеличением числа наследственных очередей достаточно сложно привести перечень таких документов. Представляется, что по аналогии можно говорить о документах, указанных Приказом Минюста РФ от 15 марта 2000 г. N 91 "Об утверждении Методических рекомендаций по совершению отдельных видов нотариальных действий нотариусами Российской Федерации" (п. 31). Доказательством родственных и иных отношений наследников с наследодателем могут являться: документы, выданные органами ЗАГС, вступившие в законную силу решения суда об установлении факта родственных или иных отношений. В отдельных случаях могут быть приняты справки о родственных или иных отношениях, выданные организациями по месту работы или жительства; записи в паспортах о детях, о супруге; справки органов социальной защиты о назначении пенсии по случаю потери кормильца и т.п., если они в совокупности с другими документами подтверждают родственные или иные отношения наследников с наследодателем. Данный перечень также является примерным.

26. Согласно п. 28 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление), в случае расторжения брака и вступления решения суда об этом в законную силу до открытия наследства бывший супруг лишается права наследовать в качестве супруга наследодателя. Обращает внимание оговорка "лишается права наследовать в указанном качестве", т.е. в качестве супруга. Это означает, что при наследовании по закону бывший супруг может претендовать на наследство, например, в качестве нетрудоспособного иждивенца.

Иные правовые последствия наступают в случае признания брака недействительным. Супруг, в том числе и добросовестный, исключается из числа наследников первой очереди, даже если решение суда о признании брака недействительным вступило в законную силу после открытия наследства. Представляется, что такой подход является правильным и отвечает требованиям ч. 2 ст. 30 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), которая предусматривает, что к имуществу, приобретенному совместно лицами, брак которых признан недействительным, применяются положения ГК РФ о долевой собственности. Здесь также следует обратить внимание на то, что супруги, брак которых признан недействительным, не наследуют друг после друга в качестве наследников первой очереди, но вправе претендовать на наследство в качестве нетрудоспособных иждивенцев.

27. В качестве положительного момента Постановления необходимо отметить рассмотрение вопроса о наследовании свойственниками наследодателя - пасынком, падчерицей, отчимом, мачехой. Прежде всего, ВС РФ разъясняет, что пасынки и падчерицы наследодателя - это неусыновленные наследодателем дети его супруга независимо от их возраста. В свою очередь, отчим и мачеха наследодателя - это не усыновивший наследодателя супруг его родителя.

Особенности наследования этими лицами заключаются в том, что их отношения с наследодателем основаны не на родстве, а на свойстве, т.е. связи, возникающей между супругом и родственниками другого супруга, а также между родственниками супругов.

Очевидно, что расторжение брака или признание его недействительным ведет к прекращению таких отношений, о чем и указывает ВС РФ. Вместе с тем, далее ВС РФ определил, что в отличие от расторжения брака или признания его недействительным при прекращении брака вследствие смерти одного из супругов семейная связь свойственников - пережившего супруга и его пасынка (падчерицы) - не прерывается. Поэтому названные в п. 3 ст. 1145 ГК РФ лица призываются к наследованию и в случае, если брак родителя пасынка, падчерицы с наследодателем, а равно брак отчима, мачехи с родителем наследодателя был прекращен до дня открытия наследства вследствие смерти или объявления умершим того супруга, который являлся соответственно родителем пасынка, падчерицы либо родителем наследодателя. Такая позиция ранее высказывалась правоведами <1> и теперь официально принята ВС РФ.

--------------------------------

<1> См.: Наследственное право / Б.А. Булаевский, А.Ф. Ефимов, В.В. Залесский, В.П. Звеков и др.; отв. ред. К.Б. Ярошенко. М.: Волтерс Клувер, 2005. С. 135.

 

28. Определенное внимание уделяется в Постановлении наследникам по праву представления. Наследники по праву представления есть только у лиц, входящих в первые три очереди наследования. Это внуки и их потомки как наследники первой очереди; племянники и племянницы наследодателя как наследники второй очереди и двоюродные братья и сестры наследодателя как наследники третьей очереди (ст. 1142 - 1144 ГК РФ). В судебной практике право представления традиционно рассматривалось как право нисходящего родственника вступать на место своего родителя или другого восходящего умершего.

В п. 30 Постановления указывается на особенности перехода наследственной доли наследника по праву представления, не имеющего права наследования, отстраненного или не принявшего наследство, либо совершившего безадресный отказ от наследства. ВС РФ устанавливает, что доля, переходящая по праву представления к соответствующим потомкам наследодателя, делится поровну между оставшимися наследниками по праву представления либо переходит к единственному такому наследнику, принявшему наследство, и лишь при их отсутствии переходит к иным наследникам наследодателя согласно правилам приращения наследственных долей.

При первом рассмотрении может сложиться мнение, что позиция ВС РФ противоречит правилам приращения наследственных долей, которые не устанавливают какого-либо приоритета для наследников по праву представления. Думается, что ВС РФ рассматривал данную ситуацию с позиции первичности определения состава наследников по праву представления и распределения между ними причитающейся им наследственной доли. Это позволяет уйти от "дробления" наследственной доли и максимально обеспечить права наследников по праву представления с позиции, что доля наследника впоследствии, теоретически, должна перейти к его потомкам, но поскольку такой наследник умер и его потомки заступают на его место по праву представления, сохранение такой доли среди них будет соответствовать их интересам.

К сожалению, ВС РФ не дано рекомендаций по ситуации, когда наследник по праву представления имеет также право наследовать как нетрудоспособный иждивенец наследодателя. В литературе высказывались различные мнения по такой ситуации, но единой точки зрения выработано не было.

29. Специфика наследования нетрудоспособными иждивенцами раскрывается в ст. 1148 ГК РФ. Прежде всего, лицо относится к категории наследников - нетрудоспособных иждивенцев при соблюдении двух условий: а) оно состояло на иждивении умершего не менее года до его смерти и б) было нетрудоспособным ко дню открытия наследства.

ВС РФ устанавливает критерии, которым должно соответствовать лицо, относящееся к данной группе наследников. В силу п. 30 Постановления для целей наследования к нетрудоспособным относятся:

- несовершеннолетние лица (п. 1 ст. 21 ГК РФ). При этом гражданин считается нетрудоспособным, если день наступления его совершеннолетия совпадает с днем открытия наследства или определяется более поздней календарной датой;

- граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (п. 1 ст. 7 ФЗ от 17.12.2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"), вне зависимости от назначения им пенсии по старости. Здесь ВС РФ дает два важных пояснения. Во-первых, лица, за которыми сохранено право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, к нетрудоспособным не относятся, и во-вторых, день рождения лица, с которым связывается достижение возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости, определяется датой, более ранней, чем день открытия наследства;

- граждане, признанные в установленном порядке инвалидами I, II или III группы (вне зависимости от назначения им пенсии по инвалидности). Инвалидность такому гражданину должна быть установлена с даты, совпадающей с днем открытия наследства или предшествующей этому дню, бессрочно либо на срок до даты, совпадающей с днем открытия наследства, или до более поздней даты (п. 12 и 13 Правил признания лица инвалидом, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 20 февраля 2006 г. N 95 "О порядке и условиях признания лица инвалидом").

Следует отметить, что такой подход к определению критерия нетрудоспособности не является чем-то новым и был достаточно давно сформирован судебной практикой <2>.

--------------------------------

<2> См.: Постановление Пленума ВС СССР от 1 июля 1966 г. N 6 "О судебной практике по делам о наследовании"; Постановление Пленума ВС РСФСР от 23 апреля 1991 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании"; Обзор судебной и нотариальной практики Московской области по применению законодательства при рассмотрении вопросов, возникающих из наследственного права, а также отдельных видов договоров по передаче имущества в собственность, от 8 октября 2002 г. // Московский областной суд.

 

Нетрудоспособные иждивенцы наследодателя разделены законодателем на две группы. Первая группа - это граждане, входящие в одну из семи рассмотренных очередей наследования, нетрудоспособные ко дню открытия наследства, но не входящие в круг наследников той очереди, которая призывается к наследованию. Они наследуют по закону вместе и наравне с наследниками этой очереди, причем независимо от того, проживали они совместно с наследодателем или нет.

Вторую группу составляют нетрудоспособные иждивенцы, которые не входят ни в одну из семи наследственных очередей (ст. 1142 - 1145 ГК РФ), т.е. фактически не имеют родственной связи с наследодателем. Они наследует вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию, только при соблюдении еще одного, дополнительного, условия о совместном проживании с наследодателем, срок которого должен составлять не менее года до смерти последнего.

Кроме того, для нетрудоспособных иждивенцев, не входящих ни в одну из наследственных очередей, но проживавших совместно с наследодателем не менее года до открытия наследства, установлено еще одно правило призвания их к наследству. Если нет никого из наследников по закону, т.е. их наследование совместно с какой-либо очередью невозможно, то они наследуют самостоятельно в качестве наследников восьмой очереди. В Постановлении справедливо отмечается, что самостоятельное наследование нетрудоспособными иждивенцами наследодателя в качестве наследников восьмой очереди осуществляется, помимо случаев отсутствия других наследников по закону, также в случаях, если никто из наследников предшествующих очередей не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117 ГК РФ), либо лишены наследства (п. 1 ст. 1119 ГК РФ), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

30. ВС РФ раскрывает понятие иждивенчества. Так, находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти - вне зависимости от родственных отношений - полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.

В Постановлении особо отмечается, что нетрудоспособный гражданин - получатель ренты по договору пожизненного содержания с иждивением, заключенному с наследодателем - плательщиком ренты (ст. 601 ГК РФ), не наследует по закону в качестве иждивенца наследодателя.

Следует также отметить, что ранее ВС РФ разъяснял, что, сколь угодно долгими ни были бы отношения иждивения, прекратившиеся за год до смерти наследодателя, они не дают бывшему иждивенцу право на наследство по закону после смерти наследодателя. Данная позиция не отражена в Постановлении, но, на мой взгляд, не утрачивает своей актуальности на современном этапе.

31. В Постановлении разъяснены вопросы обязательной доли в наследственном имуществе. Право на обязательную долю принадлежит наследникам по закону, указанным в ч. 1 ст. 1149 ГК РФ (так называемым необходимым наследникам), а именно нетрудоспособным или несовершеннолетним детям наследодателя; нетрудоспособным супругу и родителям наследодателя; нетрудоспособным иждивенцам, подлежащим призванию к наследованию на основании п. 1 и 2 ст. 1148 ГК РФ.

Размер обязательной доли составляет не менее половины доли, которая причиталась бы необходимому наследнику при наследовании по закону. Величина обязательной доли увеличивается только в одном случае, когда завещание было составлено наследодателем до 1 марта 2002 г. К таким завещаниям применяются правила об обязательной доле, предусмотренные ранее действовавшим ГК РСФСР 1964 г. До 1 марта 2002 г. обязательная доля составляла не менее 2/3 доли, причитающейся необходимому наследнику по закону (ст. 535 ГК РСФСР 1964 г.).

В п. 32 Постановления ВС РФ высказал заслуживающую поддержки позицию, согласно которой необходимый наследник вправе претендовать на обязательную долю, если в силу завещания он не наследует или причитающаяся ему часть завещанного и незавещанного имущества не составляет указанной величины. Представляется, что выражение "не составляет указанной величины" означает, что размер доли необходимого наследника меньше размера обязательной доли.

Право на обязательную долю в наследстве в первую очередь удовлетворяется из оставшейся незавещанной части наследственного имущества, даже если это приведет к уменьшению прав других наследников по закону на эту часть имущества. Лишь при недостаточности незавещанной части наследственного имущества право на обязательную долю удовлетворяется из части имущества, которое завещано (ч. 2 ст. 1149 ГК РФ).

Обязательная доля обременяет все наследственное имущество, а не только ту его часть, которая завещана. Поэтому необходимый наследник не может претендовать на завещанное имущество при наличии такого незавещанного имущества, которое может полностью удовлетворить его требование об обязательной доле.

ВС РФ разъяснил, что при определении размера обязательной доли в наследстве следует исходить из стоимости всего наследственного имущества (как в завещанной, так и в незавещанной части), включая предметы обычной домашней обстановки и обихода, и принимать во внимание всех наследников по закону, которые были бы призваны к наследованию данного имущества (в том числе наследников по праву представления), а также наследников по закону, зачатых при жизни наследодателя и родившихся живыми после открытия наследства (п. 1 ст. 1116 ГК РФ). При этом, если в состав наследства включается исключительное право, право на обязательную долю в наследстве удовлетворяется с его учетом.

Обращает внимание, что требования о первоочередном удовлетворении права на обязательную долю в наследстве за счет завещанного имущества при достаточности незавещанного имущества, в том числе с согласия наследников по завещанию, удовлетворению не подлежат. Это правило применяется даже в случае, если при удовлетворении права на обязательную долю за счет незавещанного имущества к остальным наследникам по закону наследственное имущество не переходит.

Наследник, не потребовавший выделения обязательной доли в наследстве, не лишается права наследовать по закону в качестве наследника соответствующей очереди.

Представляется, что недостатком рассматриваемого Постановления является отсутствие каких-либо разъяснений о возможности снижения размера обязательной доли или отказа в ее присуждении.

Ранее в одном из определений Конституционный Суд РФ установил, что право нетрудоспособного супруга на обязательную долю в наследстве не носит абсолютного характера. Отмечалось, что при толковании и применении положений ГК РФ об обязательной доле в наследстве не могут не учитываться основанные на Конституции РФ законоположения, усиливающие гарантии права частной собственности на имущество, включая право распоряжаться им, и права каждого на судебную защиту. Исходя из данного положения, право нетрудоспособного супруга на обязательную долю в наследстве должно применяться с учетом конкретных обстоятельств, в частности, наличия у необходимого наследника собственного имущества, его участия в образовании общей собственности, длительности пользования ей. Поэтому предоставление такому наследнику обязательной доли в полном объеме во всех без исключения случаях может приводить к нарушению принципа социальной справедливости и требованиям строгого соразмерного конституционно признаваемым целям ограничения гарантированного гражданам права наследования.

Как указывается в Определении Конституционного Суда РФ, положение закона о праве на обязательную долю в наследстве не исключает права других наследников обращаться в суд с иском о проверке оснований для признания права этого лица на обязательную долю в наследстве и для изменения ее размера с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, исходя из принципа социальной справедливости и требования строгого соразмерного ограничения гарантированного гражданам права наследования <3>.

--------------------------------

<3> Определение Конституционного Суда РФ от 09.12.1999 N 209-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Куркиной Елены Анатольевны на нарушение ее конституционных прав статьей 535 ГК РСФСР" // Вестник Конституционного Суда РФ. 2000. N 2.

 

Определенное развитие позиция Конституционного Суда РФ получила в ГК РФ. Согласно ч. 4 ст. 1149 ГК РФ суд в случаях, когда осуществление права на обязательную долю повлечет за собой невозможность передачи наследнику по завещанию имущества, которым необходимый наследник при жизни наследодателя не пользовался, а наследник по завещанию пользовался для проживания (дом, квартира, дача и т.п.) или использовал в качестве основного источника получения средств к существованию (орудия труда, творческая мастерская и т.п.), суд вправе уменьшить размер обязательной доли или отказать в ее присуждении.

Умаление абсолютного характера права необходимых наследников аргументировано необходимостью индивидуального подхода к каждому случаю ограничения свободы завещания.

Положения ч. 4 ст. 1149 ГК РФ распространяются не только на нетрудоспособного супруга, но и на иных обязательных наследников. Вместе с тем, ч. 4 ст. 1149 ГК РФ ограничивает право суда на уменьшение или отказ в присуждении обязательной доли только указанными в данной статье случаями.

Поскольку право на обязательную долю ограничивает свободу завещания, справедливым является закрепление в ч. 1 ст. 1158 ГК РФ правомочия необходимого наследника на совершение только безоговорочного отказа от причитающейся ему обязательной доли. Предоставление необходимому наследнику ограниченного правомочия на отказ от обязательной доли позволяет одновременно и соблюсти право самого наследника на отказ от наследства, и не изменять завещательные распоряжения наследодателя.

32. Принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не устраняет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью (ст. 1150 ГК РФ). При этом доля пережившего супруга определяется по правилам, предусмотренным ст. 256 ГК РФ. Важно учитывать, что переживший супруг может отказаться от принятия наследства, но при этом он не лишается права на выделение своей доли.

Вопрос о правах пережившего супруга является достаточно важным, поскольку при практической реализации этих прав нередко возникают определенные сложности. Поэтому в Постановлении уделяется определенное внимание правам пережившего супруга при наследовании. В частности, в п. 33 Постановления ВС РФ указывает, что переживший супруг вправе подать заявление об отсутствии его доли в имуществе, приобретенном во время брака. В этом случае все это имущество входит в состав наследства.

Согласно ст. 42 СК РФ брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности как на все их имущество, так и на отдельные его виды или на имущество каждого из супругов. Здесь следует учитывать, что положения ст. 1150 ГК РФ относятся только к ситуации, когда имущество является общим совместным, вне зависимости от того, что такой режим установлен законом или брачным договором. Поэтому востребованным является указание ВС РФ о том, что условия брачного договора, которым договорный режим имущества супругов установлен только для случая расторжения брака, при определении состава наследства не учитываются. Такая позиция ВС РФ, на мой взгляд, является вполне логичной, поскольку при наличии такого брачного договора, если брак не расторгнут, то брачное имущество продолжает оставаться общей собственностью супругов.

Представляется, что определенным недостатком является отсутствие разъяснений по сроку реализации пережившим супругом права на долю в общем имуществе. Обращение к нотариусу за получением свидетельства о праве собственности на супружескую долю не является обязанностью пережившего супруга, императивно предусмотренной законом <4>. На практике нотариус разъясняет пережившему супругу ст. 34, 35 СК РФ и принимает заявление об отказе от получения свидетельства о праве собственности на супружескую долю. Вместе с тем, действия нотариуса не всегда достигают желаемого результата, поскольку впоследствии переживший супруг за пределами срока на принятие наследства обращается в суд с заявлением о признании свидетельства о праве на наследство недействительным и разделе наследственного имущества, мотивируя это тем, что отказался от получения документа, но не отказывался от самого права собственности. В такой ситуации реализация пережившим супругом права на супружескую долю оказывает негативное влияние на стабильность наследственных правоотношений. На мой взгляд, такая ситуация требует разъяснений ВС РФ.

--------------------------------

<4> Определение судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 25 августа 2009 г. N 18-В09-54 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2010. N 3.

 

Литература

 

1. Наследственное право / Б.А. Булаевский, А.Ф. Ефимов, В.В. Залесский, В.П. Звеков и др.; отв. ред. К.Б. Ярошенко. М.: Волтерс Клувер, 2005. 448 с.

2. Обзор судебной и нотариальной практики Московской области по применению законодательства при рассмотрении вопросов, возникающих из наследственного права, а также отдельных видов договоров по передаче имущества в собственность, от 8 октября 2002 г. // Московский областной суд.

3. Определение Конституционного Суда РФ от 09.12.1999 N 209-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Куркиной Елены Анатольевны на нарушение ее конституционных прав статьей 535 ГК РСФСР" // Вестник Конституционного Суда РФ. 2000. N 2.

4. Определение судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 25 августа 2009 г. N 18-В09-54 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2010. N 3.

5. Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 23 апреля 1991 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании".

6. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 1 июля 1966 г. N 6 "О судебной практике по делам о наследовании".

 

V. Приобретение наследства

 

33. Для приобретения наследства наследник должен его принять. Исключение из данного правила предусмотрено только для случаев наследования выморочного имущества. Приобретение выморочного имущества не зависит от согласия на принятие наследства соответствующего уполномоченного государственного или муниципального органа.

Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) в п. 34 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление) разъяснил, что наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Позиция ВС РФ воспроизводит п. 4 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) - независимо от момента фактического приобретения наследства, юридически оно считается принадлежащим наследникам со дня открытия наследства.

В отношении государственной регистрации следует отметить, что Федеральный закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" от 21.07.1997 N 122-ФЗ не предусматривает какого-либо срока для государственной регистрации перешедших к наследнику прав на недвижимое имущество.

34. В силу п. 2 ст. 1152 ГК РФ принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Действие данного принципа универсальности наследственного правопреемства не зависит от того, каким из способов, указанных в ст. 1153 ГК РФ, наследник принял наследство (т.е. когда наследник в течение шести месяцев фактически принял наследственное имущество либо его часть, или когда наследник подал нотариальному органу по месту открытия наследства заявление о принятии наследства).

В п. 35 Постановления указывается, что совершение действий, направленных на принятие наследства, в отношении наследственного имущества, данному наследнику не предназначенного (например, наследником по завещанию, не призываемому к наследованию по закону, в отношении незавещанной части наследственного имущества), не означает принятия причитающегося ему наследства и не ведет к возникновению у такого лица права на наследование указанного имущества.

По моему мнению, такой подход является вполне логичным, поскольку в п. 2 ст. 1152 ГК РФ говорится не о принятии наследником наследственного имущества как такового, а о принятии наследником именно причитающегося ему наследства.

ВС РФ не рассматривает ситуацию, когда наследник добросовестно заблуждался относительно принадлежности ему наследственного имущества (например, имеется дополнительное завещание, не известное на момент открытия наследства, которым один из наследников по закону переведен в наследники по завещанию). Представляется, что подобная ситуация не противоречит п. 35 Постановления и должна решаться в рамках, например, восстановления срока на принятие наследства.

Принцип универсальности наследования действует для одного основания наследования. Поэтому при призвании наследника к наследованию одновременно по нескольким основаниям (по завещанию и по закону или в порядке наследственной трансмиссии и т.п.) наследник может принять наследство, причитающееся ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям (п. 2 ст. 1152 ГК РФ).

Исключение из данного правила устанавливается для обязательных наследников. Наследник, имеющий право на обязательную долю в наследстве, вправе потребовать удовлетворения этого права либо наследовать наравне с иными наследниками по закону. Данное исключение является обоснованным и направленным на защиту права завещателя распорядиться своим имуществом на случай смерти по своему усмотрению. Также оно связано с особым характером права на обязательную долю - обеспечение наиболее близких наследодателю лиц, по каким-то причинам не упомянутым в завещании. Вместе с тем если необходимые наследники вправе наследовать по закону, то они могут воспользоваться правом, и в таком случае отпадает необходимость их обеспечения посредством обязательной доли.

Кроме того, в Постановлении говорится, что наследник, подавший заявление о принятии наследства либо заявление о выдаче свидетельства о праве на наследство без указания основания призвания к наследованию, считается принявшим наследство, причитающееся ему по всем основаниям.

При призвании наследника к наследству одновременно по нескольким основаниям срок принятия наследства не влияет на исчисление срока на принятие наследства. Поэтому если в течение шести месяцев наследник принял наследство только по одному из причитающихся оснований, по истечении этого срока он не может претендовать на принятие наследства по другим основаниям.

Это правило имеет одно исключение - если наследник не знал о возможности наследования им по нескольким основаниям и поэтому принял наследство только по одному из оснований, то впоследствии он вправе реализовать свое право наследования в полном объеме и по истечении срока на принятие наследства.

35. Одним из способов приобретения наследства является совершение наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства (п. 2 ст. 1153 ГК РФ). ВС РФ в п. 36 Постановления расширил примерный перечень таких действий, закрепленный в п. 2 ст. 1153 ГК РФ. В частности, о фактическом принятии наследства свидетельствует:

- вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания);

- обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав;

- обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя;

- осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей;

- возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных ст. 1174 ГК РФ. Необходимо отметить, что речь идет о возмещении расходов по ст. 1174 ГК РФ именно за счет наследственного имущества. Так, в Постановлении ВС РФ указал, что получение лицом компенсации на оплату ритуальных услуг и социального пособия на погребение не свидетельствует о фактическом принятии наследства;

- иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом.

Следует отметить, что ранее ВС РФ разъяснил, что под фактическим вступлением во владение наследственным имуществом, подтверждающим принятие наследства, следует иметь в виду любые действия наследника по управлению, распоряжению и пользованию этим имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии или уплату налогов, страховых взносов, других платежей, взимание квартплаты с жильцов, проживающих в наследственном доме по договору жилищного найма, производство за счет наследственного имущества расходов (по уходу за наследодателем и осуществлению его похорон, содержанию граждан, находящихся на иждивении наследодателя, охране наследственного имущества и управлению им, удовлетворению претензий по заработной плате и приравненным к ней платежам) или погашение долгов наследодателя и т.п. (п. 12 Постановления ВС РФ от 23.04.1991 "О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании").

Представляется, что данное разъяснение не теряет своей актуальности и в настоящее время.

Также в Постановлении ВС РФ разъяснил, что действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Кроме того, данные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства (ст. 1154 ГК РФ).

При принятии наследства неформальным способом наследнику необходимо подтвердить совершение фактических действий по принятию наследства. ВС РФ указал, что в доказательство совершения таких действий наследником могут быть представлены: справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и иные документы.

Представляется, что такая позиция ВС РФ требует уточнения. На мой взгляд, следует учитывать, что в качестве доказательств фактического принятия наследства выступают именно действия. Не все из перечисленных ВС РФ документов подтверждают именно совершение действий. Действительно, квитанции об уплате налога или коммунальных услуг свидетельствуют о действиях. Однако каким образом подтверждают действия сберегательная книжка или паспорт транспортного средства? Так, ранее Московский областной суд указал, что сберегательная книжка наследодателя является доказательством принятия наследства при условии, что наследник использовал эту книжку в рамках определенных прав, т.е. обращался за получением части денег на похороны <1>. Простое удержание данного документа на руках нельзя расценить как действие по принятию наследства.

--------------------------------

<1> См.: Обзор судебной и нотариальной практики Московской области по применению законодательства при рассмотрении вопросов, возникающих из наследственного права, а также отдельных видов договоров по передаче имущества в собственность от 08.10.2002.

 

По моему мнению, высказанная позиция подтверждается и в Постановлении. Так, например, под фактическими действиями понимаются владение и пользование наследственным имуществом. При этом ВС РФ указывает, что наличие совместного с наследодателем права общей собственности на имущество, доля в праве на которое входит в состав наследства, само по себе не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

36. ВС РФ обращает внимание не только на наличие действий по принятию наследства как таковых, но и на их направленность. Наследник, совершивший действия, которые могут свидетельствовать о принятии наследства (например, проживание совместно с наследодателем, уплата долгов наследодателя), не для приобретения наследства, а в иных целях, вправе доказывать отсутствие у него намерения принять наследство, в том числе и по истечении срока принятия наследства (ст. 1154 ГК РФ), представив нотариусу соответствующие доказательства либо обратившись в суд с заявлением об установлении факта непринятия наследства.

Представляется, что позиция ВС РФ продиктована практическим применением норм наследственного законодательства и заслуживает поддержки.

37. Далее ВС РФ указывает, что факт непринятия наследником наследства может быть установлен после его смерти по заявлению заинтересованных лиц (иных наследников, принявших наследство).

По моему мнению, отдельные наследственные споры имеют процессуальную специфику, не свойственную для остальных гражданско-правовых споров. Заключается она в некотором смешении процессуальных порядков рассмотрения данной категории дел, происходящем, когда лицо обращается в суд с исковым заявлением, но в этом заявлении одним из требований является установление факта, которое должно рассматриваться в порядке особого производства. Как правило, суды такие требования не разделяют и рассматривают их в порядке искового производства. С данной позиции вышеуказанное разъяснение ВС РФ является обоснованным.

Кроме того, думается, что рассматриваемое мнение ВС РФ не противоречит закону. Так, согласно ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), любое заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих прав и законных интересов. В отношении принятия наследства фактическими действиями п. 2 ст. 1153 ГК РФ устанавливает презумпцию принятия наследства, пока не доказано иное, и не содержит каких-либо ограничений по перечню лиц, которые вправе "доказывать иное". Вероятно, на практике заявителями по делам данной категории будут выступать лица, заинтересованные в приобретении права на принятие наследства либо в увеличении своей наследственной доли.

В Постановлении отсутствуют разъяснения о возможности доказывания факта непринятия наследства при жизни наследника. На мой взгляд, это противоречит закону, поскольку согласно ст. 263 ГПК РФ требовать установления юридического факта возможно только при невозможности получения заявителем соответствующих документов в ином порядке. Поскольку наследник при жизни сам вправе выразить свою волю и доказывать факт непринятия наследства, по моему мнению, у других заинтересованных лиц такое право возникает только после смерти наследника.

38. В связи с принятием наследства фактическим способом нередко возникает вопрос о сроке существования "открытой доли". Например, наследник проживает в квартире, принадлежащей наследодателю, но при этом не оформляет свои права в отношении этой квартиры. ВС РФ не дает по этому вопросу каких-либо разъяснений. На мой взгляд, здесь следует учитывать, что получение свидетельства о праве на наследство, которое доказывает права лица в отношении наследства, является правом, а не обязанностью наследника (ст. 1162 ГК РФ). Поэтому существование "открытой доли" не ограничено по времени. Как правило, она существует до тех пор, пока наследник или его наследники не оформят свои права.

 

Литература

 

1. Обзор судебной и нотариальной практики Московской области по применению законодательства при рассмотрении вопросов, возникающих из наследственного права, а также отдельных видов договоров по передаче имущества в собственность от 08.10.2002.

 

39. Закон предусматривает общие и специальные сроки на принятие наследства. По общему правилу наследство должно быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства. В случае открытия наследства в день предполагаемой гибели гражданина наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу решения суда об объявлении его умершим (ч. 1 ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Специальные сроки действуют в следующих случаях. Во-первых, для лиц, право наследования у которых возникает в случае отказа наследника от наследства или отстранения его как недостойного, срок для принятия наследства составляет шесть месяцев со дня возникновения у этого лица права наследования (ч. 2 ст. 1154 ГК РФ). Во-вторых, для лиц, у которых право наследования возникает только в случае непринятия наследства другим наследником, рассматриваемый срок составляет три месяца и исчисляется со дня окончания общего срока на принятие наследства (ч. 3 ст. 1154 ГК РФ). Кроме того, специальный срок предусмотрен для принятия наследства в порядке наследственной трансмиссии.

Немаловажным является указание ВС РФ о том, что исчисление срока на принятие наследства подчиняется общим требованиям, содержащимся в гл. 11 ГК РФ. В частности, течение срока на принятие наследства начинается на следующий день после календарной даты, которой определяется возникновение у наследников права на принятие наследства. Это может быть:

- на следующий день после даты открытия наследства;

- на следующий день после даты вступления в законную силу решения суда об объявлении гражданина умершим;

- на следующий день после даты смерти - дня, указанного в решении суда об установлении факта смерти в определенное время (п. 8 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ), а если день не определен - на следующий день после даты вступления решения суда в законную силу;

- на следующий день после даты отказа наследника от наследства или отстранения наследника по основаниям недостойности;

- для лиц, у которых право наследования возникает только вследствие непринятия наследства другим наследником, - на следующий день после даты окончания срока принятия наследства, установленного п. 1 ст. 1154 ГК РФ.

Заявление о принятии наследства от имени наследника, родившегося после открытия наследства, может быть подано его законным представителем в течение шести месяцев со дня рождения такого наследника.

Срок принятия наследства истекает в последний месяц, в такой же по числу день, которым определяется его начало. Если день не определен, то им считается:

- день вступления решения суда в законную силу;

- день отказа наследника от наследства или отстранения наследника по основаниям недостойности;

- для лиц, у которых право наследования возникает только вследствие непринятия наследства другим наследником, - день окончания срока принятия наследства, установленного п. 1 ст. 1154 ГК РФ.

40. В случае пропуска срока, установленного для принятия наследства, наследство может быть принято наследником, пропустившим указанный срок, как в судебном, так и во внесудебном порядке.

Суд по заявлению наследника может восстановить срок, установленный для принятия наследства, и признать наследника принявшим наследство. Для реализации такой возможности установлен специальный порядок (ст. 1155 ГК РФ). Восстановление срока для принятия наследства осуществляется в рамках искового производства. Дела данной категории связаны с установлением права на наследственное имущество. Поэтому Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) указал, что по иску о восстановлении срока на принятие наследства в качестве ответчиков выступают наследники, принявшие наследство, независимо от того, получено ими свидетельство о праве на наследство или нет.

Восстановление срока возможно, если в судебном заседании будет установлено, что, во-первых, наследник пропустил названный срок по уважительной причине и, во-вторых, обратился с заявлением в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В п. 40 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление) ВС РФ указал, что к числу уважительных причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом.

На мой взгляд, все перечисленные обстоятельства объединяет то, что они, вопреки воле наследника, создают объективную невозможность принятия им наследства. Вместе с тем не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.

Кроме того, ранее судами указывалось, что проживание в другом населенном пункте само по себе не может являться уважительной причиной пропуска срока для принятия наследства. В таких случаях необходимо доказывать отсутствие реальной возможности направления нотариусу почтой соответствующего заявления о принятии наследства <1>.

--------------------------------

<1> См.: Обобщение судебной практики Оренбургского областного суда по рассмотрению дел, вытекающих из наследственных правоотношений.

 

Представляется, что несовершеннолетний возраст наследника может рассматриваться в качестве уважительной причины пропуска срока для принятия наследства, но не во всех случаях, а с учетом конкретных обстоятельств дела.

По моему мнению, в равной степени нахождение наследника в местах лишения свободы само по себе не может расцениваться как уважительная или неуважительная причина пропуска срока для принятия наследства. В данном случае необходимо доказать отсутствие у наследника, находящегося в местах лишения свободы, сведений об открытии наследства и невозможность их получения либо невозможность принятия наследства путем направления соответствующего заявления почтой, невозможность действия через представителя, причем эта невозможность должна присутствовать в течение всего шестимесячного срока с момента открытия наследства.

Второе условие восстановления срока - обращение в суд в течение шести месяцев после того, как прекратилось действие причин, препятствующих принятию наследства. По смыслу закона, данный срок, в отличие от срока на принятие наследства, является пресекательным и не может быть восстановлен судом. Закрепление в законе данного условия направлено на защиту прав наследников, которые своевременно приняли наследство. В настоящее время такая позиция в полном объеме отражена в Постановлении.

41. Помимо названных причин, необходимо учитывать, что задача суда состоит в защите нарушенного или оспариваемого права. Поэтому судебный порядок применим в тех случаях, когда между "опоздавшим" наследником и другими наследниками имеется спор и вопрос о принятии наследства не может быть решен между ними во внесудебном порядке.

В п. 41 Постановления определены задачи суда, которые разрешаются при удовлетворении требования о восстановлении срока на принятие наследства. На мой взгляд, необходимость такого разъяснения возникла в связи с тем, что в судебной практике, сложившейся на базе ранее действовавшего законодательства, были распространены случаи, когда суд, рассматривая требование наследника о восстановлении срока для принятия наследства, ограничивался вынесением решения только о восстановлении срока, предоставляя наследникам право обратиться к нотариусу по поводу оформления наследственных прав.

Одновременно с восстановлением срока на принятие наследства суд не только признает наследника принявшим наследство, но и определяет доли всех наследников в наследственном имуществе и при необходимости определяет меры по защите прав нового наследника и признает ранее выданные свидетельства о праве на наследство недействительными. ВС РФ разъяснил, что восстановление пропущенного срока принятия наследства и признание наследника принявшим наследство исключает для наследника необходимость совершения каких-либо других дополнительных действий по принятию наследства. Обращает внимание, что речь идет именно о задачах суда, которые должны быть решены им независимо от того, содержались ли такие требования в исковом заявлении, помимо требования о восстановлении срока.

42. Наследник, которому восстановлен срок, имеет право на получение причитающегося ему наследства. Отношения, связанные с перераспределением и разделом наследства между наследниками, принявшими наследство в срок, и наследником, которому срок для принятия наследства восстановлен, подчиняются правилам ГК РФ о неосновательном обогащении (ст. 1104, 1105, 1107, 1108 ГК РФ). В этих отношениях наследник, принявший наследство в срок, выступает как приобретатель (владеющий имуществом по отпавшему основанию), а наследник, которому срок восстановлен, как потерпевший.

По общему правилу, наследник, которому восстановлен срок для принятия наследства, имеет право на получение причитающегося ему имущества в натуре, и только в случае невозможности возврата имущества в натуре ему должна быть выплачена действительная стоимость имущества, определяемая на момент его приобретения, в данной ситуации - на момент открытия наследства (ст. 1105 ГК РФ).

Ранее в практическом отношении не был окончательно решен вопрос "о невозможности возврата имущества в натуре". Как правило, суды занимали позицию, согласно которой невозможность возврата наступает не только тогда, когда наследственное имущество не сохранилось физически, но и в случае если наследник утратил право собственности на наследство в результате того, что распорядился им (например продал квартиру наследодателя). Такой подход продиктован необходимостью обеспечения стабильности гражданского оборота, поскольку последствия, возникающие в результате восстановления срока для принятия наследства, не должны затрагивать права и интересы третьих лиц, к которым имущество перешло на законных основаниях.

В настоящее время обоснованность такого подхода подтверждена в п. 42 Постановления. При этом ВС РФ указал, что размер компенсации рассчитывается исходя из действительной стоимости наследственного имущества, определяемой на момент его приобретения, т.е. на день открытия наследства (ст. 1105 ГК РФ).

43. Отказ от наследства имеет много общего с принятием наследства. Это вполне естественно, поскольку отказ, так же как и принятие наследства, является односторонней сделкой, совершение которой полностью находится во власти наследника. Отказ от наследства "есть изъявление наследником воли остаться чуждым наследству" <2>. Отказ от наследства невозможен только при наследовании выморочного имущества.

--------------------------------

<2> Никольский В. Об основных моментах наследования. М.: Унив. тип. (Катков и Ко), 1871. С. 303.

 

В соответствии с п. 2 ст. 1157 ГК РФ наследник вправе отказаться от наследства в течение срока, установленного для принятия наследства, в том числе в случае, когда он уже принял наследство, при этом не имеет значения, каким из способов наследник принял наследство.

При этом, если наследник совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, суд может по заявлению этого наследника признать его отказавшимся от наследства и по истечении установленного срока для принятия наследства, если найдет причины пропуска срока уважительными (п. 2 ст. 1157 ГК РФ). Здесь необходимо учитывать, что данное правило применимо только в случае фактического принятия наследства.

Закон допускает возможность отказа от наследства как с указанием лиц, в пользу которых наследник отказывается от наследства, так и без такового. При этом не имеет значения, по какому из оснований наследник призывается к наследованию. В первом случае отказ будет являться направленным или адресным, а во втором - безадресным или безусловным. Круг лиц, в пользу которых можно совершить отказ, ограничивается наследниками по завещанию или по закону (любой очереди), не лишенных наследства, в том числе призываемых к наследованию по праву представления или в порядке наследственной трансмиссии (п. 1 ст. 1158 ГК РФ). Данное правило не подлежит расширительному толкованию.

Согласно п. 45 Постановления наследник, совершающий направленный отказ в пользу нескольких наследников, может распределить между ними свою долю по своему усмотрению, а если ему завещано конкретное имущество, - определить имущество, предназначаемое каждому из них. Если доли наследников, в пользу которых совершен отказ от наследства, не распределены между ними отпавшим наследником, их доли признаются равными.

На мой взгляд, такая позиция ВС РФ повлечет дальнейшие теоретические дискуссии. Право отказавшегося наследника на распределение своей доли законом не предусмотрено, хотя и не противоречит ему, поскольку раз допускается адресный отказ, то возможность подобного распоряжения отказавшимся наследником своей долей является частью адресного отказа. На мой взгляд, здесь можно говорить о достаточно специфичной ситуации - наследственной долей распоряжается лицо, которое наследство не принимало и, более того, от него отказалось. Представляется, что само распределение наследником доли наследственного имущества можно рассматривать как сделку, и, соответственно, к ней применимы основания недействительности, предусмотренные ГК РФ.

Наследник по праву представления вправе отказаться от наследства в пользу любого другого лица из числа наследников, призванных к наследованию, или без указания лиц, в пользу которых он отказывается от наследственного имущества.

Исходя из необходимости точного соблюдения воли наследодателя не допускается направленный отказ:

- от имущества, наследуемого по завещанию, если все имущество наследодателя завещано назначенным им наследникам;

- если наследнику подназначен наследник.

Кроме того, закон запрещает направленный отказ от обязательной доли в наследстве. Здесь законодатель исходит из того, что право на обязательную долю индивидуально распространяется на необходимых наследников, а сама обязательная доля носит определенное целевое назначение - материальное обеспечение таких наследников (п. 1 ст. 1158 ГК РФ).

Отказ от наследства, так же как и его принятие, носит безоговорочный характер: нельзя отказаться от части наследства или, например, от долгов наследодателя, входящих в состав наследства. Вместе с тем, как указывалось ранее, если наследник призывается к наследованию одновременно по нескольким основаниям, он может отказаться от наследства, причитающегося ему по одному из этих оснований, по нескольким или по всем (п. 3 ст. 1158 ГК РФ). В п. 46 Постановления ВС РФ дал следующее разъяснение данного требования:

- наследник, имеющий право на обязательную долю в наследстве, при его осуществлении не может отказаться от наследования по закону незавещанной части имущества (п. 2 ст. 1149 ГК РФ);

- наследник, призванный к наследованию по любому основанию, приняв его, вправе отказаться от наследства (или не принять наследство), причитающееся ему в результате отказа от наследства в его пользу другого наследника;

- наследник, принимающий наследство по закону, не вправе отказаться от наследства, переходящего к нему при безусловном отказе от наследства другого наследника;

- при отказе наследника по закону от направленного отказа в его пользу другого наследника эта доля переходит ко всем наследникам по закону, призванным к наследованию (в том числе и к наследнику, отказавшемуся от направленного отказа), пропорционально их наследственным долям.

44. В Постановлении уделено внимание правилам приращения наследственных долей - специальному порядку увеличения наследственных долей наследников за счет доли отпавшего наследника.

Наследник считается отпавшим в случае, если он был призван к наследованию, но безоговорочно отказался от наследства, либо не принял его или не имел права наследовать или был отстранен от наследования как недостойный (п. 1 ст. 1161 ГК РФ), либо завещание было признано недействительным. Данный перечень является исчерпывающим. Поэтому, если, например, наследник умер после открытия наследства, не успев его принять, приращения наследственных долей не происходит, действуют правила о наследственной трансмиссии.

Как определил ВС РФ, вторым условием применения правила о приращении наследственных долей является наличие незавещанного имущества (завещание отсутствует, или в нем содержатся распоряжения только в отношении части имущества, или завещание является недействительным, в том числе частично, и при этом завещателем не был подназначен наследник в соответствии с п. 2 ст. 1121 ГК РФ).

Правила приращения распространяются на наследников, которые были призваны к наследованию и приняли наследство. Отпавший наследник в процессе приращения не участвует и никак не может на него влиять. Если впоследствии он восстановится в правах наследования, то у него возникает право на получение причитающейся ему части наследства от сонаследников.

При наследовании по закону доля отпавшего наследника переходит остальным наследникам по закону той очереди, которая призывается к наследованию, и делится между ними равными частями. В случае если наследодатель завещал все имущество назначенным им наследникам, то доля отпавшего наследника переходит остальным наследникам по завещанию пропорционально их наследственным долям, если только завещанием не предусмотрено иное распределение этой части наследства (пп. 2 п. 1 ст. 1161 ГК РФ). Вместе с тем если отпавшему наследнику был подназначен дополнительный наследник, то приращения наследственных долей не происходит (если, конечно, подназначенный наследник примет наследство).

В случае смерти наследника по завещанию, в соответствии с которым все наследственное имущество завещано нескольким наследникам с распределением между ними долей либо конкретного имущества, до открытия наследства или одновременно с завещателем предназначавшаяся ему часть наследства наследуется по закону наследниками завещателя (если такому наследнику не был подназначен наследник).

Правила о приращении долей не применяются ни при отпадении необходимого наследника, призванного к наследованию обязательной доли, ни при отказе от получения завещательного отказа. Первый запрет объясняется целевой направленностью обязательной доли, второй - особым правовым положением отказополучателя (в частности тем, что он не является наследником).

45. Свидетельство о праве на наследство является документом, подтверждающим наличие у лица наследственных прав в отношении указанного в нем имущества наследодателя. Данный документ подтверждает статус лица как наследника. Вместе с тем следует учитывать, что при условии фактического принятия наследства отсутствие данного документа не умаляет прав наследника. Получение свидетельства является правом, а не обязанностью наследника. Оно необходимо, если в составе наследственного имущества есть недвижимые вещи, переход права собственности на которые требует государственной регистрации, а также банковские вклады, долги третьих лиц наследодателю и др. В таких ситуациях без свидетельства о праве на наследство наследник не сможет впоследствии осуществить свои в права в отношении указанного имущества.

ВС РФ разъяснил, что неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей (выплаты долгов наследодателя, исполнения завещательного отказа, возложения и т.п.).

 

46. Наследственное имущество, в отношении которого нет наследников ни по завещанию, ни по закону, является выморочным и переходит в собственность РФ. Данное правило касается любого наследственного имущества, включая невостребованную земельную долю, за исключением жилых помещений. Согласно п. 2 ст. 1151 ГК РФ выморочное имущество в виде расположенного на территории РФ жилого помещения переходит в порядке наследования по закону в собственность муниципального образования, в котором данное жилое помещение расположено, а если оно расположено в городе федерального значения (Москве или Санкт-Петербурге), то в собственность такого субъекта РФ.

 

Основываясь на положениях п. 1 ст. 1151 ГК РФ, ВС РФ определил, что выморочное имущество переходит в собственность государства (муниципального образования) без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации. Свидетельство о праве на наследство в отношении выморочного имущества выдается в том же порядке, что и иным наследникам, без вынесения специального судебного решения о признании имущества выморочным.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Никольский В. Об основных моментах наследования. М.: Унив. тип. (Катков и Ко), 1871.303 с.

 

2. Обобщение судебной практики Оренбургского областного суда по рассмотрению дел, вытекающих из наследственных правоотношений.

 

 

 

VI. Раздел наследства

 

 

 

47. Для случаев, когда наследование осуществляется по закону или по завещанию, в котором определены идеальные доли наследников, наследственное имущество поступает в общую долевую собственность наследников. Правовой режим такого имущества подчиняется положениям Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) об общей долевой собственности (гл. 16 ГК РФ) с учетом специальных правил, содержащихся в ст. ст. 1165 - 1170 ГК РФ. При этом при разделе наследства правила о преимущественных правах отдельных наследников (ст. ст. 1168 - 1170 ГК РФ) применяются в течение трех лет со дня открытия наследства (ст. 1164 ГК РФ). Данный срок является пресекательным и не подлежит восстановлению.

 

Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) в п. 51 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление) установил запрет на заключение соглашения о разделе наследства, в состав которого входит недвижимое имущество, до получения соответствующими наследниками свидетельства о праве на наследство. Это полностью соответствует аналогичным требованиям п. 2 ст. 1165 ГК РФ и связано с государственной регистрацией права на недвижимое имущество, поскольку свидетельство о праве на наследство удостоверяет переход к наследнику права собственности на имущество наследодателя. В свою очередь, раздел движимого наследственного имущества возможен до получения свидетельства о праве на наследство.

 

48. Длительное время достаточно сложным для практического применения оставался вопрос о преимущественных правах отдельных наследников, и в частности о преимущественном праве на неделимую вещь при разделе наследства. В ст. 1168 ГК РФ закреплены три вида преимущественных прав наследников на неделимую вещь при разделе наследства.

 

Первый вид - преимущество собственника вещи. Наследники - сособственники наследодателя в отношении неделимой вещи (включая жилое помещение, не подлежащее разделу в натуре) имеют преимущественное право на получение такой вещи в счет своей наследственной доли перед всеми другими наследниками, не являвшимися при жизни наследодателя участниками общей собственности на неделимую вещь, включая наследников, постоянно пользовавшихся ею (и наследников, проживавших в жилом помещении, не подлежащем разделу в натуре).

 

Такое приоритетное право наследника в отношении неделимой вещи сохраняется и в ситуации, когда, будучи совместно с наследодателем собственником вещи, наследник ею не пользовался. Кроме того, наследник обладает преимущественным правом независимо от размера его доли и доли наследодателя в праве собственности на неделимую вещь.

 

Если собственниками неделимой вещи совместно с наследодателем являлись несколько наследников, то они имеют преимущественное право перед остальными наследниками, но не друг перед другом. Поэтому в случае, когда все они выразили желание воспользоваться преимущественным правом, доля наследодателя распределяется между ними пропорционально их наследственным долям.

 

Второй вид - преимущество постоянного пользователя вещью - относится к наследникам, которые не были совместно с наследодателем сособственниками неделимой вещи, но постоянно пользовались ею ко дню открытия наследства. Они имеют преимущественное право в отношении такой вещи перед другими наследниками, но только при отсутствии наследников - сособственников с наследодателем неделимой вещи. Дополнительное условие касается случаев наследования жилого помещения, не подлежащего разделу в натуре - приоритет наследников-пользователей возможен при отсутствии наследников, проживавших в таком помещении ко дню открытия наследства и не имеющих иного жилого помещения.

 

Следует отметить, что постоянным является регулярное использование вещи в течение непрерывного промежутка времени. Обращает внимание, что одним из условий возникновения преимущественного права является законность пользования наследником неделимой вещью: преимущественное право отсутствует в ситуации, когда речь идет о неправомерном пользовании чужой вещью, которое осуществлялось без ведома собственника или вопреки его воле.

 

Третий вид - преимущество права пользования жилым помещением. ВС РФ указал, что наследники, проживавшие ко дню открытия наследства в переходящем по наследству жилом помещении, не подлежащем разделу в натуре, и не имеющие иного жилого помещения, принадлежащего на праве собственности или предоставленного по договору социального найма, могут воспользоваться этим правом преимущественно перед другими наследниками лишь при отсутствии наследников, обладавших совместно с наследодателем правом общей собственности на наследуемое жилое помещение.

 

Данное разъяснение основано на п. 3 ст. 1168 ГК РФ. Вместе с тем в указанной норме закона говорится о наследниках, не имеющих иного жилого помещения. ВС РФ говорит о наследниках, не имеющих иного жилого помещения, принадлежащего на праве собственности или предоставленного по договору социального найма, т.е. иные основания предоставления лицу жилого помещения не должны приниматься во внимание. На мой взгляд, такой подход нельзя признать правильным, поскольку он не учитывает возможность пользования наследником жилым помещением по иным основаниям.

 

Вероятно, представляя разъяснение именно в таком виде, ВС РФ полагал, что проживание наследников в жилом помещении наследодателя должно иметь законное основание. Ранее в литературе высказывалось заслуживающее поддержки мнение о том, что при отсутствии законного основания факт проживания наследника в жилом помещении наследодателя стал бы фактом нарушения права пользования жилым помещением, принадлежащим наследодателю, проживающему в нем. Законом не могут предоставляться преимущества и льготы, непосредственно вытекающие из правонарушения <1>. Кроме того, ВС РФ не учитывает ситуации, когда у наследника есть иное жилое помещение, но он не может им воспользоваться в силу каких-либо социально-политических причин (например, наследник является беженцем).

 

--------------------------------

 

<1> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья: Постатейный / Авт. кол.: Л.П. Ануфриева, А.В. Бегичев, Н.Г. Вилкова и др.; отв. ред. Л.П. Ануфриева. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 251.

 

 

 

Необходимо отметить, что в случае, когда условиям реализации преимущественных прав отвечают несколько наследников, то раздел наследства между ними производится по общим правилам.

 

49. В силу ст. 1170 ГК РФ несоразмерность наследственного имущества, о преимущественном праве на получение которого заявляет наследник, с наследственной долей этого наследника устраняется передачей этим наследником остальным наследникам другого имущества из состава наследства или предоставлением иной компенсации, в том числе выплатой соответствующей денежной суммы. Если соглашением между всеми наследниками не установлено иное, осуществление кем-либо из них преимущественного права возможно после предоставления соответствующей компенсации другим наследникам.

 

ВС РФ в п. 54 Постановления разъяснил, что наследникам, у которых нет преимущественного права, компенсация предоставляется независимо от их согласия на это, а также величины их доли и наличия интереса в использовании общего имущества, но до осуществления преимущественного права (если соглашением между наследниками не установлено иное). При этом суд вправе отказать в удовлетворении указанного преимущественного права, установив, что эта компенсация не является соразмерным возмещением наследственных долей остальных наследников, которые не имеют такого преимущественного права, или ее предоставление не является гарантированным.

 

Таким образом, при наличии спора о преимущественном праве необходимо учитывать, что компенсация должна быть соразмерной и гарантированной. Вопрос о соразмерности разрешается после проведения независимой оценки всего наследственного имущества и определения стоимости долей наследников. По моему мнению, только после этого возможно говорить о гарантированности компенсации, поскольку иначе просто непонятно, например, какую денежную сумму должен предоставить приоритетный наследник остальным наследникам.

 

Поскольку осуществление преимущественного права возможно только после предоставления соответствующей компенсации, гарантированность может быть обеспечена, по аналогии с надлежащим исполнением обязательства, - внесением соответствующей денежной суммы компенсации в депозит нотариуса (п. 2 ст. 327 ГК РФ).

 

50. Рассматривая преимущественные права, ВС РФ устанавливает, что при осуществлении преимущественного права на неделимую вещь (ст. 133 ГК РФ), включая жилое помещение, в силу п. 4 ст. 252 ГК РФ компенсация предоставляется путем передачи другого имущества или выплаты соответствующей денежной суммы с согласия наследника, имеющего право на ее получение, тогда как при осуществлении преимущественного права на предметы обычной домашней обстановки и обихода выплата денежной компенсации не требует согласия такого наследника.

 

Применение этого разъяснения может вызвать затруднения. Правила о преимущественных правах (ст. 1168 ГК РФ) устанавливают изъятия из общих правил о долевой собственности (ст. 252 ГК РФ). Одно из таких изъятий указано в абз. 1 п. 54 Постановления - предоставляется остальным наследникам, которые не имеют указанного преимущественного права, независимо от их согласия на это. Однако буквально в следующем абзаце ВС РФ говорит о необходимости получения согласия наследника на получение компенсации. Остается неясным: или это стилистическая неточность и речь идет о разделе наследства за пределами срока реализации преимущественных прав, или здесь ВС РФ установил ограничение, которое не предусмотрено законом и в практическом отношении сводит на нет реализацию наследником преимущественного права на неделимую вещь.

 

51. Наследственное имущество, которое находится в общей долевой собственности двух или нескольких наследников, может быть разделено по соглашению между ними. К соглашению о разделе наследства применяются правила ГК РФ о форме сделок и форме договоров (п. 1 ст. 1165 ГК РФ).

 

По общему правилу раздел наследства производится в соответствии с размерами причитающихся наследникам долей. Поэтому выделяющийся наследник вправе претендовать на имущество, стоимость которого равна стоимости его наследственной доли. В соглашении наследники могут изменить размер наследственных долей. Вместе с тем при наличии завещания, в котором каждому наследнику определено конкретное имущество, раздел возможен только в соответствии с распоряжениями наследодателя.

 

Соглашение о разделе заключается только в отношении наследственного имущества. Поэтому в п. 55 Постановления разъясняется, что соглашение о разделе наследства, совершенное с целью прикрыть другую сделку с наследственным имуществом (например, о выплате наследнику денежной суммы или передаче имущества, не входящего в состав наследства, взамен отказа от прав на наследственное имущество), ничтожно.

 

Передача всего наследственного имущества одному из наследников с условием предоставления им остальным наследникам компенсации может считаться разделом наследства только в случаях осуществления преимущественного права, предусмотренного ст. ст. 1168 и 1169 ГК РФ.

 

52. Наследники и иные лица, заинтересованные в сохранности наследства, вправе просить нотариуса об установлении доверительного управления в отношении такого имущества. В случае, когда наследование осуществляется по завещанию, в котором назначен исполнитель завещания, права учредителя доверительного управления принадлежат исполнителю завещания (ст. 1173 ГК РФ).

 

Ранее в нотариальной практике устанавливалось, что доверительный управляющий не может быть выгодоприобретателем по договору доверительного управления имуществом. Поэтому наследники или другие заинтересованные лица, в интересах которых заключен договор, не могут быть доверительными управляющими. В настоящее время ВС РФ ограничил круг лиц, выступающих в качестве доверительных управляющих, и установил, что доверительным управляющим в отношении наследственного имущества может быть только нотариус или исполнитель завещания.

 

По договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя). Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему (ст. 1012 ГК РФ).

 

Как правило, особенностью договора доверительного управления наследственным имуществом является отсутствие в нем указания на выгодоприобретателя, поскольку на момент учреждения доверительного управления его имя может быть неизвестно (если наследодатель не указал его в завещании). Как справедливо указывается в литературе, это положение, вытекающее из существа отношений наследования, входит в противоречие со ст. 1016 ГК РФ, относящей к числу существенных условий договора доверительного управления имуществом указание в договоре наименования юридического лица или имени гражданина, в интересах которых осуществляется управление имуществом <2>.

 

--------------------------------

 

<2> См.: Гришаев С.П. Доверительное управление имуществом.

 

 

 

Доход, полученный от управления наследственным имуществом, по окончании доверительного управления передается наследникам-выгодоприобретателям на основании свидетельства о праве на наследство.

 

Договор доверительного управления наследственным имуществом, в том числе в случаях, если в состав наследства входит доля наследодателя в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью либо доверительное управление учреждается до вступления наследника, принявшего наследство, во владение наследством, заключается на срок, определяемый с учетом правил ГК РФ о сроках осуществления мер по управлению наследством.

 

Таким образом, срок учреждения доверительного управления определяется нотариусом с учетом характера и ценности наследства, а также времени, необходимого наследникам для вступления во владение наследством, но при этом он не может превышать шести месяцев, а в случаях, предусмотренных п. п. 2 и 3 ст. 1154 и п. 2 ст. 1156 ГК РФ, - девяти месяцев со дня открытия наследства.

 

По истечении этих сроков наследник, принявший наследство, вправе учредить доверительное управление в общем порядке, в соответствии с правилами гл. 53 ГК РФ.

 

В Постановлении остался неразрешенным вопрос о том, кто является инициатором учреждения доверительного управления. Согласно п. 2 ст. 1172 ГК РФ нотариус принимает меры по управлению наследством по заявлению соответствующих лиц, действующих в интересах сохранения наследства, т.е. нотариус не может учреждать доверительное управление по собственному желанию. Однако, по смыслу ст. 1173 ГК РФ, если в составе наследства имеется имущество, требующее не только охраны, но и управления, то нотариус по собственной инициативе в качестве доверительного управляющего заключает договор доверительного управления.

 

Кроме того, ВС РФ определил, что доверительное управление учреждается до вступления наследника во владение наследственным имуществом. Вместе с тем имущество, переданное в доверительное управление, считается обремененным в пользу доверительного управляющего, и наследники не могут владеть, пользоваться, распоряжаться таким имуществом без согласия доверительного управляющего. Возникает ситуация, когда учреждение доверительного управления затрудняет вступление наследника во владение наследственным имуществом, которая не нашла своего разъяснения в Постановлении.

 

Необходимо отметить, что ГК РФ предусматривает еще один случай, когда нотариус выступает в качестве учредителя доверительного управления. Согласно абз. 2 п. 2 ст. 1038 ГК РФ осуществление прав и исполнение обязанностей умершего правообладателя, являющегося стороной договора коммерческой концессии, до принятия наследником этих прав и обязанностей или до регистрации наследника в качестве индивидуального предпринимателя осуществляется управляющим, назначаемым нотариусом. Договор коммерческой концессии применяется в сфере предпринимательской деятельности, поэтому сторонами данного договора могут быть только коммерческие организации и граждане, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Гришаев С.П. Доверительное управление имуществом.

 

2. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья: Постатейный / Авт. кол.: Л.П. Ануфриева, А.В. Бегичев, Н.Г. Вилкова и др.; отв. ред. Л.П. Ануфриева. М.: Волтерс Клувер, 2004. 656 с.

 

 

 

VII. Ответственность наследников по долгам наследодателя

 

 

 

53. Каждый из наследников, принявших наследство, отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества <1>. Законодатель не определяет понятие долга. Поэтому в юридической литературе высказывалось заслуживающее поддержки мнение о том, что для решения вопроса о наличии ответственности по конкретному долгу наследодателя необходимо использование следующих установленных законом критериев: обязательство не должно носить личного характера; в законе не должен быть установлен запрет перехода обязанностей к наследникам; долги денежного характера подлежат возврату в любых случаях <2>.

 

--------------------------------

 

<1> Подробно см.: Абраменков М.С., Блинков О.Е. Ответственность наследников по долгам наследодателя в российском и иностранном праве // Наследственное право. 2010. N 3. С. 19 - 23; Антощенко-Оленева О.И. К вопросу об ответственности наследника по долгам наследодателя // Наследственное право. 2010. N 3. С. 9 - 11; Бегичев А.В. Ответственность наследников по обязательствам умершего собственника предприятия // Наследственное право. 2010. N 3. С. 4 - 9; Блинков О.Е. Ответственность наследников по долгам наследодателя (практические соображения) // Нотариус. 2004. N 1. С. 30 - 36; Внуков Н.А. Ответственность наследников по обязательствам наследодателя - индивидуального предпринимателя с участием граждан-потребителей // Наследственное право. 2010. N 3. С. 11 - 14; Гаврилов В.Н. Ответственность наследников по российскому и зарубежному законодательству // Наследственное право. 2010. N 3. С. 23 - 32; Мусаев Р.М. Ответственность обязательного наследника // Наследственное право. 2010. N 3. С. 14 - 16; Фольгерова Ю.Н. Гражданско-правовая ответственность наследников по долгам наследодателя // Наследственное право. 2010. N 3. С. 16 - 19.

 

<2> См.: Гришаев С.П. Наследственное право: Учебно-практическое пособие. М.: Проспект, 2011. 129 с.

 

 

 

Согласно п. 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ) от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление) под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (ст. 418 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

 

Ранее судебная практика не относила к долгам наследодателя затраты по уходу за наследодателем во время его болезни, на его похороны, расходы по охране наследственного имущества и управлению им. Также не считались вытекающими из обязательств наследодателя и случаи предъявления третьими лицами исков о признании права собственности на имущество и истребовании принадлежащего им имущества (см. п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 23.04.1991 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании"). Данное разъяснение в настоящее время не действует, вместе с тем, на наш взгляд, это разъяснение не утрачивает своей актуальности.

 

Наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по исполнению договоров наследодателя со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, имеются обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее). Проценты, подлежащие уплате в соответствии со ст. 395 ГК РФ, взимаются за неисполнение денежного обязательства наследодателем по день открытия наследства, а после открытия наследства за неисполнение денежного обязательства наследником, по смыслу п. 1 ст. 401 ГК РФ - по истечении времени, необходимого для принятия наследства (приобретения выморочного имущества). Размер задолженности, подлежащей взысканию с наследника, определяется на время вынесения решения суда.

 

Продолжает действовать разъяснение ВС РФ о том, что при принятии наследства к наследнику переходит обязанность исполнения договора купли-продажи, в обеспечение которого наследодателем было заключено соглашение о задатке. В случае неисполнения этих обязательств наследник должен возвратить стороне, давшей задаток, двойную сумму задатка в соответствии с п. 2 ст. 381 ГК РФ <3>.

 

--------------------------------

 

<3> Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за четвертый квартал 2005 г. (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 1 марта 2006 г.) // БВС РФ. 2006. N 5.

 

 

 

Вполне обоснованное внимание ВС РФ уделяет долгам наследодателя, вытекающим из заключенного им договора кредита. Смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками. Наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. При этом согласно ст. 810 ГК РФ:

 

- сумма кредита, предоставленного наследодателю для использования, не связанного с предпринимательской деятельностью (личного, семейного и пр.), может быть возвращена наследником досрочно полностью или по частям, но только при условии уведомления об этом кредитора не менее чем за тридцать дней до дня такого возврата, если кредитным договором не установлен более короткий срок уведомления заимодавца;

 

- сумма кредита, предоставленного в иных случаях, может быть возвращена досрочно с согласия кредитора;

 

- сумма беспроцентного займа может быть возвращена заемщиком досрочно без каких-либо дополнительных условий.

 

Заслуживает поддержки мнение ВС РФ о том, что наследники не должны отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны кредитора. Поэтому, установив факт злоупотребления правом, например, в случае намеренного без уважительных причин длительного непредъявления кредитором, осведомленным о смерти наследодателя, требований об исполнении обязательств, вытекающих из заключенного им кредитного договора, к наследникам, которым не было известно о его заключении, суд согласно п. 2 ст. 10 ГК РФ отказывает кредитору во взыскании указанных выше процентов за весь период со дня открытия наследства.

 

Согласно п. 2 ст. 367 ГК РФ поручительство прекращается с переводом на другое лицо долга по обеспеченному поручительством обязательству, если поручитель не дал кредитору согласия отвечать за нового должника. Поэтому поручитель наследодателя становится поручителем наследника, только если им было дано согласие на это. Здесь поручитель отвечает перед кредиторами наследодателя в пределах стоимости наследственного имущества, и поручительство прекращается в той части, в которой прекращается обеспеченное им обязательство. В свою очередь, как указывает ВС РФ, наследники поручителя отвечают также в пределах стоимости наследственного имущества по тем обязательствам поручителя, которые имелись на время открытия наследства <4>.

 

--------------------------------

 

<4> Описанные правила действовали до 1 июня 2015 года. Об изменениях в области ответственности поручителя см.: Блинков О.Е. Новый закон об ответственности поручителя в случае смерти должника // Наследственное право. 2015. N 2. С. 3 - 5.

 

 

 

Ранее нередко возникали ситуации, когда наследники, фактически принявшие наследство, не оформляли своих прав, что существенно затрудняло защиту интересов кредиторов. В п. 63 Постановления ВС РФ разъяснил, что при рассмотрении дел о взыскании долгов наследодателя судом могут быть разрешены вопросы признания наследников принявшими наследство, определения состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, взыскания суммы задолженности с наследников в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества и т.д.

 

54. Наследники отвечают по долгам наследодателя как солидарные должники. Ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники (включая наследников на выморочное имущество), независимо от основания наследования и способа принятия наследства. Поэтому лица, отказавшиеся от наследства в установленном порядке, и отказополучатели, не являющиеся наследниками, не отвечают по долгам наследодателя.

 

ВС РФ отмечает, что наследники, совершившие действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости всего причитающегося им наследственного имущества. На наш взгляд, такая позиция ВС РФ основана на универсальности наследственного правопреемства.

 

Солидарная ответственность означает, что к каждому из наследников могут быть предъявлены требования кредиторов наследодателя в полном объеме (ст. 323 ГК РФ). Вместе с тем каждый из наследников отвечает только в пределах своей доли наследства. Поэтому при отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (п. 1 ст. 416 ГК РФ).

 

Различают принятие наследства в результате открытия наследства и в результате наследственной трансмиссии. В соответствии с п. 2 ст. 1175 ГК РФ наследник, принявший наследство в порядке наследственной трансмиссии, отвечает в пределах стоимости этого наследственного имущества по долгам наследодателя, которому это имущество принадлежало, и не отвечает этим имуществом по долгам наследник, от которого к нему перешло право на принятие наследства.

 

Требования кредиторов по обязательствам наследников, возникающим после принятия наследства (например, по оплате унаследованного жилого помещения и коммунальных услуг), удовлетворяются за счет имущества наследников.

 

55. В силу п. 3 ст. 1175 ГК РФ кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. При предъявлении требований кредиторами наследодателю срок исковой давности, установленный для соответствующих требований, не подлежит перерыву, приостановлению и восстановлению - открытие наследства не влияет на течение сроков исковой давности. Требование кредитора, предъявленное по истечении срока исковой давности, не подлежит удовлетворению.

 

Необходимо учитывать, что если срок исковой давности начал течь до открытия наследства, то требования к наследникам могут быть предъявлены в течение оставшейся части срока давности. Но по обязательствам наследодателя, срок исполнения которых до открытия наследства еще не наступил, сроки исковой давности исчисляются в общем порядке.

 

Действительная стоимость наследственного имущества, в пределах которой отвечают наследники, является рыночной стоимостью этого имущества и определяется на момент открытия наследства, независимо от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Абраменков М.С., Блинков О.Е. Ответственность наследников по долгам наследодателя в российском и иностранном праве // Наследственное право. 2010. N 3. С. 19 - 23.

 

2. Антощенко-Оленева О.И. К вопросу об ответственности наследника по долгам наследодателя // Наследственное право. 2010. N 3. С. 9 - 11.

 

3. Бегичев А.В. Ответственность наследников по обязательствам умершего собственника предприятия // Наследственное право. 2010. N 3. С. 4 - 9.

 

4. Блинков О.Е. Новый закон об ответственности поручителя в случае смерти должника // Наследственное право. 2015. N 2. С. 3 - 5.

 

5. Блинков О.Е. Ответственность наследников по долгам наследодателя (практические соображения) // Нотариус. 2004. N 1. С. 30 - 36.

 

6. Внуков Н.А. Ответственность наследников по обязательствам наследодателя - индивидуального предпринимателя с участием граждан-потребителей // Наследственное право. 2010. N 3. С. 11 - 14.

 

7. Гаврилов В.Н. Ответственность наследников по российскому и зарубежному законодательству // Наследственное право. 2010. N 3. С. 23 - 32.

 

8. Гришаев С.П. Наследственное право: Учебно-практическое пособие. М.: Проспект, 2011. 129 с.

 

9. Мусаев Р.М. Ответственность обязательного наследника // Наследственное право. 2010. N 3. С. 14 - 16.

 

10. Фольгерова Ю.Н. Гражданско-правовая ответственность наследников по долгам наследодателя // Наследственное право. 2010. N 3. С. 16 - 19.

 

 

 

VIII. Наследование отдельных видов имущества

 

 

 

56. В состав наследства может входить только то имущество, которое принадлежало наследодателю на законных основаниях. Ранее Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) разъяснял, что самовольная постройка не является имуществом, принадлежащим наследодателю на законных основаниях, она не может быть включена в наследственную массу. Вместе с тем это обстоятельство не лишает наследников, принявших наследство, права требовать признания за ними права собственности на самовольную постройку. Однако такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если к наследникам в порядке наследования перешло право собственности или право пожизненного наследуемого владения земельным участком, на котором осуществлена постройка, при соблюдении условий, установленных ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) <1>. При этом, в случае признания права собственности на самовольную постройку, у застройщика возникает право требования у правообладателя земельного участка возмещения расходов на ее возведение.

 

--------------------------------

 

<1> См.: Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" // БВС РФ. 2010. N 7.

 

 

 

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ) от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление) содержится немаловажное дополнение. Наследник, к которому перешло вещное право на земельный участок, заявивший о признании права собственности на самовольную постройку, возмещает наследникам по закону и наследникам по завещанию, содержащему распоряжения в отношении остального имущества (кроме земельного участка), стоимость постройки, исходя из причитающейся им доли в наследстве.

 

На наш взгляд, механизм возмещения остальным наследникам стоимости самовольной постройки не подчиняется требованиям ст. 1170 ГК РФ, поскольку наследник не заявляет преимущественных прав на такую постройку. Представляется, что вопрос о возмещении должен разрешаться в решении суда, которым признается право собственности на самовольную постройку.

 

57. Ранее действовавшая ст. 2 Закона РФ от 04.07.1991 N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" предусматривала приватизацию квартир в общую совместную собственность. В настоящее время, согласно ст. 3.1 Закона о приватизации жилищного фонда в РФ, в случае смерти одного из участников совместной собственности на жилое помещение, приватизированное до 31.05.2001, определяются доли участников общей собственности на данное жилое помещение, в том числе доля умершего. При этом указанные доли в праве общей собственности на данное жилое помещение признаются равными.

 

В Постановлении ВС РФ закрепил применение общих правил наследования в отношении приватизированных квартир, находящихся в общей собственности, а также отметил, что доля умершего участника совместной собственности на жилое помещение определяется исходя из равенства долей всех участников общей собственности на данное жилое помещение <2>.

 

--------------------------------

 

<2> См.: Воронова О.Н. Наследование жилых помещений (исторический очерк) // Наследственное право. 2010. N 4. С. 8 - 12; Березин Д.А. Наследование жилого помещения, обремененного ипотекой // Наследственное право. 2013. N 3. С. 27 - 29.

 

 

 

Представляется, что подобное разъяснение продиктовано необходимостью исключения из практики случаев, когда после смерти лица, являвшегося сособственником квартиры, принадлежавшей на праве совместной собственности только супругам, нотариусы не выдавали свидетельство о праве на наследство и не открывали наследственного дела. Второму же супругу они заявляли, что квартира становится автоматически собственностью пережившего супруга.

 

Здесь следует отметить, что доля на имущество, находящееся в совместной собственности, определяется либо по соглашению участников совместной собственности, либо при недостижении соглашения - по решению суда (ст. 244 ГК РФ) <3>. Наследники, не будучи ее участниками, формально не могут заключать такие соглашения. Однако на практике нотариусы удостоверяют соглашения об определении долей между наследниками (как собственниками с момента вступления в наследство) и сособственниками, остававшимися в живых. Впоследствии органы государственной регистрации прав на недвижимое имущество регистрируют такие соглашения об определении долей.

 

--------------------------------

 

<3> См.: Блинков О.Е., Бутова Е.А. Общая собственность наследников: актуальные проблемы теории и практики // Наследственное право. 2015. N 1. С. 21 - 24.

 

 

 

Также необходимо учитывать, что при государственной регистрации прав на долю в общей долевой собственности к заявлению о регистрации должны прилагаться письменные согласия других сособственников, надлежащим образом оформленные каждым из них в органе, осуществляющем государственную регистрацию прав, или нотариально заверенные (ст. 24 ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним"). Поэтому, если обращается один из сособственников с заявлением о государственной регистрации перераспределения долей в праве общей собственности, необходимым условием такой регистрации является наличие письменного согласия сособственников, чьи доли перераспределяются, если иное не предусмотрено законом или договором между этими сособственниками. Очевидно, что получить такое согласие от умершего сособственника невозможно. Единственным правовым способом разрешения этой ситуации было бы вынесение судебного решения и на его основании - регистрация права в органах государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, и только потом нотариус мог бы выдать свидетельство о праве на наследство.

 

58. В Постановлении уделяется внимание наследованию прав, связанных с участием наследодателя в коммерческих и некоммерческих организациях.

 

В состав наследства участника полного товарищества или полного товарища в товариществе на вере, участника общества с ограниченной или с дополнительной ответственностью, члена производственного кооператива входит доля (пай) этого участника (члена) в складочном (уставном) капитале (имуществе) соответствующего товарищества, общества или кооператива (ч. 1 ст. 1176 ГК РФ) <4>.

 

--------------------------------

 

<4> Подробно см.: Белоотченко Е.А. К вопросу о моменте приобретения статуса участника общества с ограниченной ответственностью в случае наследования доли в уставном капитале общества // Наследственное право. 2014. N 4. С. 25 - 27; Выстороп Е.И., Ростовцева Н.В. Проблемы наследования доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Наследственное право. 2013. N 4. С. 28 - 34; Клещев С.Е. Наследование имущества частных учреждений // Наследственное право. 2013. N 3. С. 36 - 39; Можилян С.А. Особенности наследования доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Наследственное право. 2014. N 1. С. 44 - 48; Науменко О.В. Права пережившего супруга при оформлении наследства на долю уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Наследственное право. 2012. N 1. С. 29 - 33; Никольский С.Е., Блинков О.Е. Наследование пая в жилищном кооперативе: теоретические и практические проблемы конкуренции общих и специальных норм // Нотариус. 2007. N 3. С. 11 - 14; Попова Л.И. Правовые основания наследования имущества крестьянского (фермерского) хозяйства // Наследственное право. 2013. N 3. С. 40 - 41; Ремизова А.В. Наследование доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью пережившим супругом // Наследственное право. 2012. N 4. С. 38 - 42; Тужилова-Орданская Е.М., Евтушенко И.Н. К вопросу о наследовании предприятия как объекта гражданских прав // Наследственное право. 2012. N 2. С. 42 - 44.

 

 

 

В наследственную массу полного товарища, участника хозяйственного общества, члена производственного кооператива входит доля (пай) этого участника (члена) в складочном (уставном) капитале (имуществе) соответствующего юридического лица. Но наследник такого наследодателя не становится автоматически полным товарищем, участником хозяйственного общества или членом производственного кооператива. В ст. 1176 ГК РФ указывается, что в ГК РФ, других законах, учредительных документах хозяйственного товарищества или общества либо производственного кооператива может быть установлена необходимость получения согласия остальных участников товарищества или общества либо членов кооператива для вступления наследника в хозяйственное товарищество или производственный кооператив либо для перехода к наследнику доли в уставном капитале хозяйственного общества.

 

Данное положение ст. 1176 ГК РФ нельзя признать несправедливым. Устанавливая его, законодатель, не нарушая прав граждан на наследование, защитил интересы других участников юридического лица. Поскольку для предпринимательской деятельности характерен рисковый характер ее осуществления, наследник по целому ряду причин не всегда может устраивать других участников такой деятельности (необходимость доверительных отношений, отсутствие определенных знаний и т.п.). Поэтому наследнику может быть отказано в получении такого согласия. Однако это нисколько не умаляет его наследственных прав, поскольку в таком случае он вправе получить от хозяйственного товарищества или общества, производственного кооператива действительную стоимость унаследованной доли (пая) либо соответствующую ей часть имущества в порядке, предусмотренном применительно к указанному случаю правилами ГК РФ, других законов или учредительными документами соответствующего юридического лица.

 

В части 2 ст. 1176 ГК РФ специально подчеркивается, что если в состав наследства вкладчика товарищества на вере входит его доля в складочном капитале этого товарищества, то наследник, к которому перешла эта доля, становится вкладчиком товарищества на вере. Аналогично решается вопрос и с акциями, входящими в состав наследственного имущества. Наследники, к которым перешли эти акции, становятся участниками акционерного общества (ч. 3 ст. 1176 ГК РФ).

 

Помимо необходимости получения согласия остальных участников товарищества или общества, членов кооператива необходимо учитывать и другие обстоятельства. Для отдельных категорий граждан законом могут быть установлены ограничения на их участие в предпринимательской деятельности. Так, например, в силу ст. 14 ФЗ "О муниципальной службе в РФ", муниципальный служащий не вправе заниматься предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц. Законом или уставом общества, не являющегося публичным, могут быть установлены ограничения числа, суммарной номинальной стоимости акций или максимального числа голосов, принадлежащих одному акционеру (п. 5 ст. 99 ГК РФ), может быть установлено ограничение числа суммарной номинальной стоимости акций, принадлежащих одному акционеру. Эти и другие положения действующего законодательства необходимо учитывать при наследовании прав, связанных с участием наследодателя в учреждении и деятельности коммерческих организаций.

 

В пункте 66 Постановления ВС РФ указал, что основанием для постановки вопроса об участии наследника в соответствующем юридическом лице является свидетельство о праве на наследство, в состав которого входит доля (пай) или часть доли (пая) в складочном (уставном) капитале (имуществе) товарищества, общества или кооператива. Получение такого свидетельства о праве на наследство происходит в общем порядке, согласия участников соответствующего товарищества, общества или кооператива на его получение не требуется.

 

Потребительские кооперативы ГК РФ относит к некоммерческим организациям. Они, так же как и производственные кооперативы, относятся к юридическим лицам, но обладают не общей, а специальной правоспособностью и могут осуществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы и соответствует этим целям.

 

Наследник члена жилищного, дачного или иного потребительского кооператива, согласно п. 1 ст. 1177 ГК РФ, имеет право быть принятым в члены соответствующего кооператива без каких-либо дополнительных условий или оговорок.

 

Необходимо учитывать, что по общему правилу гражданин может стать членом потребительского кооператива только по достижении 16 лет. Вместе с тем, например, членами садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения граждан могут быть малолетние и несовершеннолетние лица, являющиеся наследниками умершего члена соответствующего некоммерческого объединения, а также лица, к которым перешли права на земельные участки в результате дарения или иных сделок с земельными участками (ч. 2 ст. 18 Федерального закона от 15.04.1998 N 66-ФЗ "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан").

 

Если наследодатель - член потребительского кооператива полностью выплатил пай за предоставленное ему кооперативом помещение (включая жилое), то в состав наследства включается именно помещение, а не сумма выплаченного пая. При этом такое помещение входит в наследство независимо от государственной регистрации права наследодателя. К наследникам члена потребительского кооператива, не внесшего полностью паевой взнос за помещение, переданное ему кооперативом в пользование, переходит пай в сумме, выплаченной к моменту открытия наследства.

 

Пай наследодателя, входящий в состав наследственного имущества, может перейти к нескольким наследникам. Наследники могут отказаться от членства в кооперативе, поскольку членство в кооперативе - это право, а не обязанность. Для таких ситуаций в ч. 2 ст. 1177 ГК РФ предусмотрено, что порядок, способы и сроки выплаты наследникам, не ставшим членами кооператива, причитающихся им сумм или выдачи вместо них имущества в натуре определяются законодательством о потребительских кооперативах и учредительными документами соответствующего кооператива.

 

59. Наследование отдельной категории денежных средств, принадлежащих наследодателю, имеет свои особенности. Согласно ст. 1183 ГК РФ, право на получение денежных сумм, предоставленных наследодателю в качестве средств к существованию, которые должны были выплатить ему, но он не получил их по какой-либо причине, принадлежит проживавшим совместно с умершим членом его семьи, а также его нетрудоспособным иждивенцам независимо от того, проживали они совместно с наследодателем или нет. В качестве таких денежных сумм ГК РФ указывает: а) заработную плату и приравненные к ней платежи; б) пенсии; в) стипендии; г) пособия по социальному страхованию; д) возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью; е) алименты <5>.

 

--------------------------------

 

<5> Подробно см.: Абраменков М.С. К вопросу о правовом регулировании посмертного перехода пенсионных накоплений // Наследственное право. 2014. N 4. С. 22 - 24; Громов А.А. Наследование денежных средств из некоторых гражданско-правовых обязательств // Наследственное право. 2013. N 3. С. 32 - 35; Демичев А.А. Наследование отдельных видов имущества по действующему российскому законодательству в контексте соотношения интересов государства и личности // Наследственное право. 2013. N 4. С. 34 - 39; Кожина Ю.А., Фроловская Ю.И. Наследование средств накопительной части пенсии // Наследственное право. 2014. N 4. С. 37 - 40.

 

 

 

Данный перечень не является исчерпывающим, сюда могут быть включены любые денежные средства определенного целевого назначения: они предоставляются наследодателю в качестве средств к существованию. Поэтому в Постановлении ВС РФ указывает, что к таким денежным суммам, с учетом конкретных обстоятельств дела, могут быть отнесены любые причитающиеся наследодателю платежи, предназначенные для обеспечения обычных повседневных потребностей его самого и членов его семьи. Кроме того, очевидно, что речь идет о денежных средствах, полученных на законных основаниях. Так, например, сумма излишне выплаченной пенсии не входит в состав наследства и подлежит взысканию с наследников.

 

Немаловажно, что в Постановлении ВС РФ устанавливает приоритет определенных специальным законом в части круга лиц условий и правил выплаты соответствующих денежных сумм перед ст. 1183 ГК РФ. В частности, приоритетным будет порядок, устанавливаемый ст. 141 ТК РФ, п. 3 ст. 23 ФЗ "О трудовых пенсиях в РФ", ст. 63 Закона РФ от 12.02.1993 N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", п. 90 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил РФ, утвержденного Приказом Министра обороны РФ от 30.06.2006 N 200, п. 157 Положения о денежном довольствии сотрудников органов внутренних дел РФ, утвержденного Приказом Министерства внутренних дел РФ от 14.12.2009 N 960.

 

Право нетрудоспособного иждивенца на получение рассматриваемых денежных сумм возникает вне зависимости от срока нахождения на иждивении наследодателя. Причем нетрудоспособные иждивенцы, как и члены семьи наследодателя, наследуют в том случае, даже если они не входят в состав наследников по завещанию или по закону на остальное имущество. В силу п. 2 ст. 1183 ГК РФ такие наследники вправе предъявить требование о выплате обязанным лицам в течение четырех месяцев со дня открытия наследства. Закон не предусматривает возможности восстановления данного срока в случае его пропуска. Поэтому при непредъявлении требований о выплате в установленный срок, равно как и при отсутствии лиц, имеющих право на получение денежных сумм, не выплаченных наследодателю, соответствующие суммы включаются в состав наследства и наследуются на общих основаниях.

 

Исходя, вероятно, из целевой направленности данных денежных средств, ВС РФ разъяснил, что не подлежат удовлетворению требования лиц, наделенных правом на получение указанных в п. 1 ст. 1183 ГК РФ невыплаченных наследодателю денежных сумм, а также требования наследников о признании за наследодателем права на их получение либо права на их получение в размере, превышающем установленный наследодателю при жизни, и о возложении на соответствующее лицо обязательства произвести начисление и выплату таких денежных сумм.

 

Обращаем внимание, что здесь ВС РФ говорит прежде всего о лицах, указанных в п. 1 ст. 1183 ГК РФ. Однако, как указывалось ранее, при определении круга лиц необходимо руководствоваться специальными законами <6>. На наш взгляд, отсутствие этого дополнения не означает, что вышеуказанные требования лица, которое наделено правом на получение невыплаченных денежных средств не п. 1 ст. 1183 ГК РФ, а специальным законом, могут быть удовлетворены судом. Представляется, исходя опять-таки из целевой направленности денежных средств, что подобное ограничение должно распространяться на любых лиц, как тех, чье право на получение невыплаченного основано на п. 1 ст. 1183 ГК РФ, так и тех, чье аналогичное право предусмотрено специальным законом.

 

--------------------------------

 

<6> См.: Блинков О.Е. Наследование невыплаченных сумм, предоставленных гражданину в качестве средств к существованию // Наследственное право. 2013. N 3. С. 29 - 32.

 

 

 

Кроме того, по нашему мнению, дополнительным аргументом здесь выступает установленный ВС РФ запрет процессуального правопреемства по данной категории требований. В случае смерти лица, обратившегося в суд с таким требованием (например, с требованием о признании права на пенсию), производство по делу подлежит прекращению на любой стадии гражданского судопроизводства по абз. 7 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

 

60. В состав наследства плательщика ренты вместе с правом собственности на недвижимое имущество, переданное ему по договору ренты, включается обязанность по выплате получателю ренты определенной денежной суммы либо предоставлению средств на его содержание в иной форме. Такой подход ВС РФ не вызывает сомнений и позволяет наиболее полно защитить права получателя ренты.

 

В пункте 69 Постановления ВС РФ указал, что права получателя ренты могут переходить по наследству лишь в случае заключения сторонами договора постоянной ренты. Вместе с тем стороны вправе в договоре постоянной ренты установить запрет на переход прав получателя ренты в порядке наследования, поскольку такая возможность вытекает из п. 2 ст. 589 ГК РФ.

 

По требованиям о расторжении договора ренты заявленным получателем ренты в суде процессуальное правопреемство допускается. Поэтому суд обязан приостановить производство по такому делу до определения правопреемника.

 

Смерть получателя ренты до государственной регистрации сделки по расторжению договора ренты не может служить основанием для отказа во включении имущества, переданного плательщику ренты, в состав наследства получателя ренты. ВС РФ обоснованно полагает, что получатель ренты выразил при жизни свое намерение на возврат такого имущества, впоследствии заявления не отзывал, но по независящим от него причинам был лишен возможности соблюсти все правила оформления документов для регистрации сделки, в которой ему не могло быть отказано.

 

61. Ранее на практике возникал вопрос о наследовании компенсации, предусмотренной договором личного страхования, участником которого является наследодатель. Согласно ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства могут входить лишь те права и обязанности, носителем которых при жизни был сам наследодатель. Для того чтобы имущественные права могли быть включены в состав наследства, они должны возникнуть при жизни наследодателя. В том случае, когда права и обязанности возникают лишь в результате смерти наследодателя, переход прав по наследству невозможен. Наследник не может приобрести право, которое самому наследодателю не принадлежало. Поэтому, например, то обстоятельство, что выгодоприобретатель по договору страхования одновременно является наследником, не влечет за собой возможность взыскания с него суммы долга по кредитному договору, поскольку природа возникновения у наследника соответствующего права связана с правоотношениями по договору страхования, где он выступает в качестве самостоятельного субъекта - выгодоприобретателя.

 

В настоящее время ВС РФ указал, что в состав наследства не включается сумма компенсации, причитающейся лицу, предусмотренная трудовым или гражданско-правовым договором, заключенным с наследодателем.

 

62. В силу ст. 1184 ГК РФ средства транспорта и другое имущество, предоставленные государством или муниципальным образованием на льготных условиях наследодателю в связи с его инвалидностью или другими подобными обстоятельствами, входят в состав наследства и наследуются на общих основаниях, установленных ГК РФ <7>.

 

--------------------------------

 

<7> См.: Блинков О.Е. Наследование транспортных средств // Транспортное право. 2009. N 4. С. 5 - 7.

 

 

 

В Постановлении ВС РФ воспроизводит указанную норму, с оговоркой о том, что включение такого имущества в состав наследства не зависит от того, было ли оно предоставлено безвозмездно или за плату.

 

Вместе с тем в ст. 1184 ГК РФ речь идет об имуществе, предоставленном государством или муниципальным образованием, и не раскрывается вопрос об имуществе, предоставленном некоммерческими организациями. ВС РФ также не высказал мнения по данному вопросу. Представляется, что к такому имуществу должны применяться общие правила о наследовании. Независимо от субъекта, предоставившего такое имущество, важно, чтобы оно перешло именно в собственность наследодателя. Если вещь предоставлялась во временное пользование, то, очевидно, срок этого пользования ограничивался жизнью наследодателя, и тогда данная вещь подлежит возврату предоставившему ее субъекту.

 

63. Государственные награды, которых был удостоен наследодатель и на которые распространяется законодательство о государственных наградах РФ, не входят в состав наследства. В силу ст. 1185 ГК РФ передача таких наград после смерти награжденного другим лицам осуществляется в порядке, установленном законодательством о государственных наградах РФ.

 

Единственным законодательным актом в данной области является Положение о государственных наградах РФ (утв. Указом Президента РФ от 07.09.2010 N 1099). Оно предусматривает, что государственные награды и документы к ним лиц, награжденных посмертно, передаются для хранения как память одному из супругов, отцу, матери, сыну или дочери. Положение предусматривает, что только перечисленные лица являются наследниками.

 

В случае смерти награжденных государственные награды и документы к ним остаются у наследников, а при отсутствии наследников государственные награды и документы к ним подлежат возврату в Администрацию Президента РФ.

 

Положение содержит перечень наград, на которые распространяется законодательство о государственных наградах. Остальные награды, почетные, памятные и иные знаки включаются в состав наследства и наследуются на общих основаниях.

 

На наш взгляд, вопрос о государственных наградах так и остался нерешенным. С одной стороны, Положение содержит круг лиц, которые именуются наследниками, и, вероятно, государственные награды должны передаваться им именно в установленной очередности: пережившему супругу, отцу, матери, сыну или дочери. Не ясно, как поступить в ситуации, когда сын и дочь одновременно претендуют на передачу им государственных наград наследодателя? ВС РФ на этот вопрос ответа не дает <8>. В судебных актах можно встретить формулировки, свидетельствующие о применении норм наследования к переходу государственных наград. Например, "суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии доказательств того, что С.Л.А. приняла наследство в виде государственных наград, которыми был награжден М.А.Т." <9>. Представляется, что нормы наследственного права здесь применяться не должны ввиду запрета, содержащегося в ст. 1185 ГК РФ.

 

--------------------------------

 

<8> См.: Блинков О.Е. Наследование государственных наград, почетных и памятных знаков // Наследственное право. 2010. N 4. С. 22 - 27.

 

<9> Кассационное определение СК Пензенского областного суда от 23 августа 2011 N 33-2197.

 

 

 

В литературе высказывалась точка зрения, согласно которой весь комплекс вопросов, связанных с государственными наградами, регулируется не гражданско-правовыми, а исключительно конституционно-правовыми нормами, на применение которых уполномочены не судебные органы, а Президент РФ. Поэтому споры о государственных наградах должны решаться исключительно в административном порядке <10>. Представляется, что такой подход лишает лицо права на судебную защиту, что нельзя признать правильным.

 

--------------------------------

 

<10> См.: Боннер А.Т. Имеют ли цену государственные награды СССР? // Законодательство. 2009. N 7. С. 60 - 74.

 

 

 

64. В Постановлении ВС РФ закрепил право наследников на обращение в суд с иском о признании сделки, заключенной наследодателем, недействительной, даже если при жизни наследодатель эту сделку не оспаривал. В этом вопросе основное внимание ВС РФ уделяет вопросу о порядке исчисления срока исковой давности. Начало течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. То обстоятельство, что наследодатель не оспаривал сделки при жизни, не влечет изменения сроков исковой давности и порядка их исчисления.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Абраменков М.С. К вопросу о правовом регулировании посмертного перехода пенсионных накоплений // Наследственное право. 2014. N 4. С. 22 - 24.

 

2. Белоотченко Е.А. К вопросу о моменте приобретения статуса участника общества с ограниченной ответственностью в случае наследования доли в уставном капитале общества // Наследственное право. 2014. N 4. С. 25 - 27.

 

3. Березин Д.А. Наследование жилого помещения, обремененного ипотекой // Наследственное право. 2013. N 3. С. 27 - 29.

 

4. Блинков О.Е. Наследование государственных наград, почетных и памятных знаков // Наследственное право. 2010. N 4. С. 22 - 27.

 

5. Блинков О.Е. Наследование невыплаченных сумм, предоставленных гражданину в качестве средств к существованию // Наследственное право. 2013. N 3. С. 29 - 32.

 

6. Блинков О.Е. Наследование транспортных средств // Транспортное право. 2009. N 4. С. 5 - 7.

 

7. Блинков О.Е., Бутова Е.А. Общая собственность наследников: актуальные проблемы теории и практики // Наследственное право. 2015. N 1. С. 21 - 24.

 

8. Боннер А.Т. Имеют ли цену государственные награды СССР? // Законодательство. 2009. N 7. С. 60 - 74.

 

9. Воронова О.Н. Наследование жилых помещений (исторический очерк) // Наследственное право. 2010. N 4. С. 8 - 12.

 

10. Выстороп Е.И., Ростовцева Н.В. Проблемы наследования доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Наследственное право. 2013. N 4. С. 28 - 34.

 

11. Громов А.А. Наследование денежных средств из некоторых гражданско-правовых обязательств // Наследственное право. 2013. N 3. С. 32 - 35.

 

12. Демичев А.А. Наследование отдельных видов имущества по действующему российскому законодательству в контексте соотношения интересов государства и личности // Наследственное право. 2013. N 4. С. 34 - 39.

 

13. Клещев С.Е. Наследование имущества частных учреждений // Наследственное право. 2013. N 3. С. 36 - 39.

 

14. Кожина Ю.А., Фроловская Ю.И. Наследование средств накопительной части пенсии // Наследственное право. 2014. N 4. С. 37 - 40.

 

15. Можилян С.А. Особенности наследования доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Наследственное право. 2014. N 1. С. 44 - 48.

 

16. Науменко О.В. Права пережившего супруга при оформлении наследства на долю уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Наследственное право. 2012. N 1. С. 29 - 33.

 

17. Никольский С.Е., Блинков О.Е. Наследование пая в жилищном кооперативе: теоретические и практические проблемы конкуренции общих и специальных норм // Нотариус. 2007. N 3. С. 11 - 14.

 

18. Попова Л.И. Правовые основания наследования имущества крестьянского (фермерского) хозяйства // Наследственное право. 2013. N 3. С. 40 - 41.

 

19. Ремизова А.В. Наследование доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью пережившим супругом // Наследственное право. 2012. N 4. С. 38 - 42.

 

20. Тужилова-Орданская Е.М., Евтушенко И.Н. К вопросу о наследовании предприятия как объекта гражданских прав // Наследственное право. 2012. N 2. С. 42 - 44.

 

 

 

IX. Наследование земельных участков

 

 

 

65. Согласно ст. 1181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) принадлежавший наследодателю на праве собственности земельный участок или право пожизненного наследуемого владения земельным участком входит в состав наследства и наследуется на общих основаниях, установленных ГК РФ <1>. На принятие наследства, в состав которого входят указанные земельные участки, никаких специальных разрешений не требуется.

 

--------------------------------

 

<1> Подробно см.: Амелина Н.Е. Наследование земельных участков и упрощенный порядок оформления права собственности на земельные участки наследниками индивидуальных жилых домов // Наследственное право. 2008. N 1. С. 34 - 36; Буряков В.Н. Специальные виды наследования земельных участков // Наследственное право. 2008. N 1. С. 36 - 38; Ельникова Е.В. О преемстве в правах на земельный участок при наследовании жилых домов // Наследственное право. 2007. N 2. С. 30 - 32; Писарев Г.А. Земельный участок и права на него в составе наследства // Наследственное право. 2015. N 3. С. 45 - 48; Писарев Г.А. Наследование земельных участков, принадлежащих на праве пожизненного наследуемого владения // Наследственное право. 2008. N 3. С. 31 - 37; Попова Л.И. Правовые основания наследования имущества крестьянского (фермерского) хозяйства // Наследственное право. 2013. N 3. С. 40 - 41.

 

 

 

При наследовании земельного участка или права пожизненного наследуемого владения земельным участком по наследству переходят также находящиеся в границах этого земельного участка поверхностный (почвенный) слой, замкнутые водоемы, находящиеся на нем лес и растения.

 

В отличие от других вещей, которые наследуются только в том случае, если они принадлежали наследодателю на праве собственности, земельные участки могут также наследоваться, если они принадлежали ему на основании особого права - пожизненного наследуемого владения. Субъектами этого права могут быть только граждане, которым предоставляются земельные участки безвозмездно и только из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности. Земельные участки на основании права пожизненного наследуемого владения предоставлялись гражданам в виде приусадебного участка для ведения личного подсобного хозяйства, гражданам, решившим создать крестьянское (фермерское) хозяйство; лицам, вышедшим из состава сельскохозяйственной организации в целях создания крестьянского (фермерского) хозяйства.

 

Поэтому, как обоснованно указывает Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ) в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление), наследниками земельного участка, принадлежавшего наследодателю на праве пожизненного наследуемого владения, могут быть только граждане. Включение в завещание распоряжения относительно такого земельного участка в пользу юридического лица влечет в этой части недействительность завещания. Кроме того, поскольку ст. 1181 ГК РФ не установлено каких-либо изъятий для случаев наследования несколькими лицами, каждый наследник приобретает долю в указанном праве независимо от делимости земельного участка.

 

Необходимо отметить, что земельные участки имеют различное целевое назначение, режим использования (и в зависимости от этого минимальные размеры участков, предоставляемых гражданам) и некоторые законодательные ограничения на принадлежность отдельных категорий участков гражданам. Например, иностранные граждане и лица без гражданства не могут быть собственниками земельных участков, относящихся к землям сельскохозяйственного назначения. В случае если в их собственности оказались такие земельные участки, закон предусматривает определенный механизм отчуждения участков (ст. ст. 3, 5 Федерального закона от 24 июля 2002 г. N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения"). Сказанное отнюдь не означает, что иностранный гражданин не может быть наследником земельного участка сельскохозяйственного назначения. Просто после оформления права собственности на этот участок он должен произвести его отчуждение <2>.

 

--------------------------------

 

<2> См.: Блинков О.Е. Наследование земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения в странах СНГ и Балтии // Наследственное право. 2007. N 2. С. 26 - 30.

 

 

 

66. В Постановлении подробно разъясняется вопрос о наследовании земельных долей, полученных при реорганизации сельскохозяйственных предприятий и приватизации земель до начала выдачи свидетельств о государственной регистрации прав по форме, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 февраля 1998 г. N 219 "Об утверждении Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

 

Безусловно, данный вопрос заслуживает внимания, хотя, на мой взгляд, пик его актуальности был пройден несколько лет назад, и за прошедшее время судебной практикой выработаны достаточно четкие рекомендации его разрешения <3>. В частности, ВС РФ указывает, что при отсутствии свидетельства о праве на земельную долю, выданного по форме, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 27 октября 1993 г. N 1767 "О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России", либо Постановлением Правительства Российской Федерации от 19 марта 1992 г. N 177 "Об утверждении форм свидетельства о праве собственности на землю, договора аренды земель сельскохозяйственного назначения и договора временного пользования землей сельскохозяйственного назначения", удостоверяется выпиской из решения органа местного самоуправления о приватизации сельскохозяйственных угодий, принятого до начала применения Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

 

--------------------------------

 

<3> См.: Ефимов А.Ф., Толчеев Н.К. Настольная книга судьи по земельным спорам / Под ред. Н.К. Толчеева. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2009. 224 с.

 

 

 

В литературе отмечается, что при оформлении наследственных прав принадлежность земельного участка, предоставленного в рассматриваемый период времени, может быть подтверждена:

 

- постановлениями местных Советов народных депутатов в период с 25 апреля 1991 г. по 27 октября 1993 г. и выданными на основании их временными свидетельствами, регистрация которых не предусматривалась;

 

- постановлениями глав местной администрации, начиная с 27 октября 1993 г., зарегистрированными в земельном комитете либо в учреждениях юстиции по государственной регистрации прав <4>.

 

--------------------------------

 

<4> См.: Ефимов А.Ф., Толчеев Н.К. Настольная книга судьи по земельным спорам / Под ред. Н.К. Толчеева. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2006.

 

 

 

Открытие наследства до вынесения решения о передаче земель в собственность при реорганизации колхозов, совхозов и приватизации государственных сельскохозяйственных предприятий (либо после вынесения такого решения, но до выдачи свидетельства о праве собственности на земельную долю) не является основанием для отказа в удовлетворении требования наследника о включении земельной доли в состав наследства, если наследодатель, выразивший волю на ее приобретение, был включен в прилагавшийся к заявке трудового коллектива на предоставление земли в избранную им форму собственности список лиц, имеющих право на получение земли в собственность бесплатно, и не отозвал свое заявление.

 

Ранее в такие заявки включались работники колхозов и совхозов, других сельскохозяйственных предприятий, пенсионеры этих хозяйств, проживающие на их территориях; лица, занятые в социальной сфере на селе (работники предприятий и организаций народного образования, здравоохранения, культуры, быта, связи, торговли и общественного питания, расположенных на территориях сельскохозяйственных предприятий); временно отсутствующие работники (военнослужащие срочной службы, стипендиаты хозяйства и т.п.), а также лица, имеющие право вернуться на прежнее место работы (в случае их возвращения), и лица, уволенные с этого предприятия по сокращению численности работников после 1 января 1992 г.

 

Владелец имущественной земельной доли мог внести ее в качестве взноса в создаваемое товарищество, акционерное общество или кооператив. Поэтому в практическом отношении было выработано требование о необходимости предоставления наследниками не только вышеуказанных документов, но и решения общего собрания коллектива о реорганизации сельскохозяйственного предприятия со списком участников долевой собственности, решения органов местного самоуправления о передаче сельскохозяйственных земель в общую собственность с планом земельного участка, справки из сельскохозяйственного предприятия о том, что земельная доля не была внесена в уставный капитал.

 

Признанные в установленном порядке невостребованными земельные доли, принадлежавшие на праве собственности гражданам, которые не передали эту земельную долю в аренду или не распорядились ею иным образом в течение трех и более лет подряд, до их передачи решением суда в муниципальную собственность входят в состав наследства и наследуются на общих основаниях, установленных ГК РФ.

 

67. В Постановлении получил подтверждение ранее сложившийся тезис о приоритете гражданского законодательства перед земельным при решении вопроса о возможности совершения завещательных распоряжений отдельно в отношении дома и отдельно в отношении земельного участка при этом доме.

 

Ранее в судебной практике возникали дела о признании недействительным завещания, в котором наследодатель завещал дом и придомовый земельный участок разным наследникам. Как правило, истцы ссылались на ст. 35 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ). Такую позицию нельзя признать правильной, поскольку гражданское законодательство, имеющее в данном случае приоритет (ст. 4 Федерального закона от 26 ноября 2001 г. N 147-ФЗ "О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", пп. 5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ), рассматривает дом и земельный участок как самостоятельные объекты гражданского оборота (ст. 130 ГК РФ) и не содержит ограничений на возможность совершения отдельного посмертного распоряжения земельными участками (ст. 1181 ГК РФ). ВС РФ устанавливает единственное исключение из данного правила, с которым нельзя не согласиться: по смыслу пп. 5 п. 1 ст. 1, а также п. 4 ст. 35 ЗК РФ не могут быть завещаны отдельно часть земельного участка, занятая зданием, строением, сооружением и необходимая для их использования, и само здание, строение, сооружение. Наличие в завещании таких распоряжений влечет в этой части недействительность завещания.

 

ВС РФ не дает разъяснений по вопросу возможности реализации наследником преимущественного права (ст. 1168 ГК РФ) отдельно в отношении дома и земельного участка в ситуации, когда дом подлежит разделу, а земельный участок юридически неделим. На мой взгляд, основываясь на приоритете наследственного законодательства, это возможно. В настоящее время подтвердить данное мнение судебной практикой ввиду ее отсутствия не представляется возможным. Полагаю, что развитие судебной практики будет достаточно неоднозначным, поскольку в Постановлении содержится указание о том, что в случае возникновения спора между собственником недвижимости, расположенной на земельном участке, и собственником этого участка суд может признать право собственника недвижимости на приобретение в собственность земельного участка, на котором находится эта недвижимость, или право собственника земельного участка на приобретение оставшейся на нем недвижимости либо установить условия пользования земельным участком собственником недвижимости на новый срок. При этом ВС РФ не определяет каких-либо критериев приоритета прав собственника земельного участка или прав собственника недвижимости на этом участке.

 

68. Одним из ограниченных вещных прав продолжает оставаться право постоянного бессрочного пользования земельным участком. Переоформление этого права в право собственности или аренды сроком не ограничено. Поэтому на практике встречаются случаи, когда земельный участок принадлежал наследодателю на праве бессрочного пользования. Ранее неоднократно указывалось, что такие участки не входят в состав наследства и не наследуются.

 

Вместе с тем на таком участке может располагаться объект незавершенного строительства, принадлежащий наследодателю. Согласно ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на объект незавершенного строительства вместе с этим объектом переходит и право пользования земельным участком. В Постановлении указывается, что наследники приобретают право на использование соответствующей части земельного участка на тех же условиях и в том же объеме, что и наследодатель в соответствии с целевым назначением земельного участка. Переход прав на участок, находящийся у наследодателя в постоянном бессрочном пользовании, о котором говорит ВС РФ, не является наследованием. Наследники оформляют права на соответствующий земельный участок после получения свидетельства о праве на наследство, в котором указан объект незавершенного строительства.

 

В Постановлении рассматривается ситуация, когда строение (здание, сооружение), находящееся на земельном участке, принадлежащем наследодателю на праве бессрочного пользования, разрушено. Разрушение строения не является основанием для отказа в передаче земельного участка наследнику, если прекращение права собственности на это строение не было зарегистрировано в установленном порядке (ст. 131 ГК РФ). По мнению ВС РФ, права в отношении земельного участка сохраняются за наследниками в течение трех лет после разрушения строения (здания, сооружения), а в случае, если этот срок был продлен уполномоченным органом, - в течение соответствующего периода. По истечении этого срока названные права сохраняются за наследниками, если они не были прекращены в установленном порядке и при условии начала восстановления (в том числе наследниками) разрушенного здания, строения, сооружения.

 

ВС РФ не разъяснил вопросов, связанных с возможностью перехода прав на участок, находящийся в постоянном бессрочном пользовании наследодателя, в ситуации, когда наследодатель умирает, не успев приступить к освоению участка. В литературе отмечается неурегулированность данной проблемы и, как следствие, противоречивость судебной практики по данному вопросу <5>. По моему мнению, рассматриваемая ситуация может быть разрешена только в судебном порядке, с обязательной оценкой всех заслуживающих внимания обстоятельств (срок с момента предоставления участка до смерти наследодателя, причины неосвоения и пр.).

 

--------------------------------

 

<5> См.: Ефимов А.Ф. Некоторые вопросы рассмотрения судами дел о наследовании земельных участков // Комментарий судебной практики. М.: Юридическая литература, 2002. Вып. 8. С. 14 - 28.

 

 

 

69. Если наследодатель обратился с заявлением о передаче ему земельного участка в собственность на основании п. 5 ст. 20 ЗК РФ, но умер до принятия решения по его заявлению, то таковой должен рассматриваться как принадлежащий наследодателю и наследоваться на общих основаниях. Такой подход объясняется тем, что наследник вправе обратиться с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, после принятия наследства. В том случае, если право собственности правопредшественника не было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, правоустанавливающими являются документы, подтверждающие основание для перехода права в порядке правопреемства, а также документы правопредшественника, свидетельствующие о приобретении им права собственности на недвижимое имущество <6>. Следует отметить, что речь идет о земельном участке, в отношении которого отсутствует законодательный запрет на его передачу в частную собственность.

 

--------------------------------

 

<6> См.: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" // БВС РФ. 2010. N 7.

 

 

 

По общему правилу для целей государственной регистрации не допускается истребование у заявителя дополнительных документов, кроме прямо предусмотренных законом (п. 2 ст. 17 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним"). Обращаясь с заявлением, наследодатель реализовал свое право на получение участка в собственность, предусмотренное п. 9.1 ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 г. N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации". Решение о передаче земельного участка в собственность, принятое органами местного самоуправления по заявлению наследодателя, будет являться таким документом.

 

Аналогично суд вправе признать за наследниками право собственности в порядке наследования на земельный участок, предоставленный наследодателю, являвшемуся членом садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, если до своей смерти наследодатель обратился с заявлением о предоставлении ему этого участка в собственность и законом не установлен запрет на передачу такого участка в собственность. Дополнительно здесь должно быть соблюдено условие о законности предоставления земельного участка как некоммерческому объединению, а также распределения части этого участка наследодателю.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Амелина Н.Е. Наследование земельных участков и упрощенный порядок оформления права собственности на земельные участки наследниками индивидуальных жилых домов // Наследственное право. 2008. N 1. С. 34 - 36.

 

2. Блинков О.Е. Наследование земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения в странах СНГ и Балтии // Наследственное право. 2007. N 2. С. 26 - 30.

 

3. Буряков В.Н. Специальные виды наследования земельных участков // Наследственное право. 2008. N 1. С. 36 - 38.

 

4. Ельникова Е.В. О преемстве в правах на земельный участок при наследовании жилых домов // Наследственное право. 2007. N 2. С. 30 - 32.

 

5. Ефимов А.Ф. Некоторые вопросы рассмотрения судами дел о наследовании земельных участков // Комментарий судебной практики. М.: Юридическая литература, 2002. Вып. 8. С. 14 - 28.

 

6. Ефимов А.Ф., Толчеев Н.К. Настольная книга судьи по земельным спорам / Под ред. Н.К. Толчеева. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2009. 224 с.

 

7. Писарев Г.А. Земельный участок и права на него в составе наследства // Наследственное право. 2015. N 3. С. 45 - 48.

 

8. Писарев Г.А. Наследование земельных участков, принадлежащих на праве пожизненного наследуемого владения // Наследственное право. 2008. N 3. С. 31 - 37.

 

9. Попова Л.И. Правовые основания наследования имущества крестьянского (фермерского) хозяйства // Наследственное право. 2013. N 3. С. 40 - 41.

 

 

 

ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ В СВЯЗИ С ПРИНЯТИЕМ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ ОТ 27 ИЮНЯ 2013 Г. N 21 "О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ КОНВЕНЦИИ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА И ОСНОВНЫХ СВОБОД ОТ 4 НОЯБРЯ 1950 Г. И ПРОТОКОЛОВ К НЕЙ"

 

 

 

В статье изложены авторская позиция по вопросам применения норм Европейской конвенции и постановлений Европейского суда по правам человека, а также авторский комментарий положений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 21.

 

 

 

Ключевые слова: правосудие, суд, гражданский процесс, правоприменение, судебное постановление, судебная практика, Европейский суд по правам человека.

 

 

 

Issues of law-application in connection with adoption of Decree of the Plenum of the Supreme Court of the RF of 27.06.2013 "On Application by Courts of General Jurisdiction of the Convention for Human Rights and Fundamental Freedoms of November 4, 1950 and protocols thereto"

 

Вопросы правоприменения в связи с принятием Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней"

 

 

 

The article presents the author's position on the application of the European Convention and the decisions of the European Court of Human Rights, as well as the author's comment provisions of the Resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation dated June 27, 2013 N 21.

 

 

 

Key words: justice, the court, Civil Procedure, law enforcement, a court order, jurisprudence, European Court of Human Rights.

 

 

 

В целях единообразного применения судами Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция, Европейская конвенция) <1>, формирования унифицированного механизма использования постановлений Европейского суда по правам человека (далее - Европейский суд, Суд, ЕСПЧ) <2> Пленум Верховного Суда РФ дал судьям рекомендации. Являясь долгожданным итогом для научной общественности <3>, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 <4> содержит ряд ключевых моментов, которые разъясняют, а в ряде случаев существенно изменяют направление судебной практики по вопросам применения Конвенции.

 

--------------------------------

 

<1> Конвенция о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 04.11.1950) (с изм. от 13.05.2004) // Собрание законодательства РФ. 2001. N 2. Ст. 163.

 

<2> Регламент (Правила процедуры) Европейского суда по правам человека (принят в г. Страсбурге 04.11.1998, с изм. и доп. от 16.01.2012).

 

<3> См., например: Рехтина И.В. Проблемы взаимодействия Российской Федерации с Европейским судом по правам человека // Арбитражный и гражданский процесс. 2013. N 1. С. 44 - 48; Соловьева Т.В. Роль национальных судов в процессе реализации постановлений Европейского суда по правам человека // Российская юстиция. 2012. N 7. С. 63 - 65.

 

<4> О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21.

 

 

 

В п. 1 Постановления констатируется, что Конвенция и Протоколы к ней являются международными договорами России. Данные разъяснения сформулированы в общей концепции с ранее принятыми Постановлениями Пленумов Верховного Суда РФ: "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" от 31 октября 1995 г. N 8 <5>, "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ" от 10 октября 2003 г. N 5 <6>.

 

--------------------------------

 

<5> О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 (ред. от 16.04.2013).

 

<6> О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013).

 

 

 

В п. 2 Постановления вводятся термины "правовая позиция Европейского суда", "окончательное постановление Суда", однако без соответствующих дефиниций. Устанавливается различный правоприменительный режим в отношении постановлений Европейского суда, адресованных России, и постановлений, вынесенных в отношении иных государств - участников Конвенции.

 

1) Акты Суда, содержащие его правовую позицию по вопросу толкования норм Конвенции, вынесенные в отношении России, обязательны для применения российскими судами (императивный режим применения).

 

2) Акты Суда, содержащие правовую позицию, вынесенные против иных государств, учитываются российскими судьями при условии аналогичности обстоятельств рассматриваемого дела, т.е. не являются обязательными для применения, но могут использоваться при рассмотрении гражданского дела в национальном суде (факультативный режим применения).

 

В п. 3 Постановления подчеркивается, что нормы Конвенции устанавливают минимальный уровень гарантий защиты прав и свобод. Законодательством России может устанавливаться более высокий уровень гарантий защиты в отношении российских граждан.

 

В п. 4 - 5 формулируется "широкое" понимание ограничения прав и свобод, под которым понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении, созданы препятствия для реализации его прав и свобод. Проводится градация прав на "абсолютные", ограничение которых недопустимо ни при каких условиях (например, право не подвергаться пыткам), и "относительные", ограничение которых допустимо в исключительных случаях: 1) основано на федеральном законе; 2) преследует социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); 3) является необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

 

В п. 6 указывается, что основания для ограничения прав могут содержаться и в иных международных договорах РФ. В п. 8 акцентируется внимание на обязанности фиксировать в процессуальных документах необходимость ограничения прав и свобод человека с указанием оснований для такого ограничения. Например, удаление лица из зала судебного заседания допускается только после того, как этому лицу были разъяснены правовые последствия такого ограничения (п. 1 ст. 6 Конвенции).

 

В п. 9 Пленум разъясняет судам возможность восстановления гарантированных Конвенцией прав национальными судами. Факт нарушения данных прав должен отражаться в судебном акте. Причиненные таким нарушением материальный ущерб и (или) моральный вред подлежат возмещению в установленном законом порядке. Пленум отсылает к практике Европейского суда и указывает, что суды могут принимать во внимание размер справедливой компенсации, присуждаемой ЕСПЧ за аналогичное нарушение.

 

Исходя из подразделения процедур на: 1) меры индивидуального характера, направленные не только на выплату денежной компенсации, но и на необходимость пересмотра дела в рамках внутригосударственной судебной системы, и 2) меры общего характера, направленные на недопущение подобных нарушений Конвенции в будущем (например, изменение действующего законодательства и совершенствование правоприменительной практики), Пленум подчеркивает, что отмена (изменение) судебного акта, при вынесении которого было допущено нарушение положений Конвенции или Протоколов к ней, может являться достаточной для восстановления нарушенных прав и без денежной компенсации морального вреда.

 

В п. 10 подчеркивается, что отказ заинтересованного лица от реализации своих прав и свобод должен соответствовать признакам: 1) отказ должен быть явно выраженным; 2) добровольным; 3) не противоречить законодательству РФ, общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам; 4) лицу разъяснены последствия такого отказа; 5) отражен в процессуальном акте (заявлении, протоколе, иных документах); 6) факультативный признак: формой выражения отказа от своих прав может выступать бездействие в установленных законом случаях (например, абз. 8 ст. 222 ГПК РФ <7>).

 

--------------------------------

 

<7> Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 21.07.2014).

 

 

 

В п. 11 Пленум подчеркивает обязанность различного рода должностных лиц (в том числе судей) осуществлять свои действия в соответствии не только с законодательством России, но и с общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами РФ, включая Конвенцию и Протоколы к ней в толковании Европейского суда.

 

В п. 12 расставлен приоритет прав и свобод, гарантированных ст. 6 Конвенции. Пленум подчеркивает, что необходимость соблюдения разумных сроков не может оправдать ограничение иных прав, предусмотренных ст. 6 Конвенции (например, права на процессуальное равенство сторон в судебном процессе, права обвиняемого задать вопрос показывающему против него свидетелю). Суд не должен под предлогом соблюдения разумных сроков судопроизводства отказывать в исследовании доказательств, необходимых для полного и объективного разрешения дела, а также для обеспечения процессуального равенства сторон.

 

В п. 13 реанимируется такой принцип гражданского судопроизводства, как активность суда, состоящий в обязанности суда совершать необходимые для обеспечения эффективной защиты прав и свобод действия. Например, если при рассмотрении дела об установлении отцовства будет выявлена недостаточная ясность или неполнота генетической экспертизы, то для эффективной защиты прав ребенка суду следует в соответствии со ст. 87 ГПК РФ назначить дополнительную экспертизу.

 

Пункты 14 - 16 Постановления посвящены уголовному судопроизводству. В п. 14 уделяется внимание такой мере пресечения, как заключение под стражу, в п. 15 - презумпции невиновности лица, совершившего преступление, а в п. 16 указано, что лишенное свободы лицо вправе участвовать в судебном разбирательстве по гражданскому делу.

 

П. 17 Постановления отсылает к ст. 46 Конвенции, истолкованной с учетом Рекомендации Комитета министров Совета Европы N R (2000) 2 от 19 января 2000 г. <8> и посвящен относительно новому институту гражданского процессуального законодательства - институту пересмотра судебных постановлений по новым обстоятельствам (гл. 42 ГПК РФ) <9>, который часто обсуждается на страницах юридической печати. Разъясняется, что не всякое установленное Европейским судом нарушение норм Конвенции является основанием для пересмотра судебного акта по новым обстоятельствам, а только в случае, когда заявитель продолжает испытывать неблагоприятные последствия такого акта и выплаченная заявителю компенсация либо иные средства не обеспечивают восстановление нарушенных прав и свобод <10>.

 

--------------------------------

 

<8> Рекомендация N R (2000) 2 Комитета министров Совета Европы "По пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями Европейского суда по правам человека" // Журнал российского права. 2000. N 9. С. 61 - 64.

 

<9> О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс РФ: Федеральный закон от 09.12.2010 N 353-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2010. N 50. Ст. 6611.

 

 

 

Также конкретизируются условия пересмотра по новым обстоятельствам: 1) обращение заявителя в ЕСПЧ; 2) вынесение ЕСПЧ постановления, в котором констатируется нарушение его прав и свобод, гарантированных Конвенцией; 3) установленное нарушение норм Конвенции, носящее процессуальный характер, ставит под сомнение результаты рассмотрения дела; 4) лицо (жертва) продолжает испытывать неблагоприятные последствия, а справедливая компенсация не обеспечивает восстановление нарушенных прав; 5) наличие причинно-следственной связи между нарушением норм Конвенции и продолжающимися неблагоприятными последствиями.

 

В п. 18 Пленум конкретизирует объект пересмотра по новым обстоятельствам, указывая на возможность пересмотра как решений суда, так и иных судебных постановлений. В п. 19 разъясняется, что закрепленный в ст. 394 ГПК РФ трехмесячный срок о пересмотре судебного постановления по новым обстоятельствам исчисляется со дня, следующего за днем, когда постановление Европейского суда стало окончательным. Дата вступления постановления ЕСПЧ в законную силу указывается в самом постановлении и, как правило, это дата вынесения окончательного постановления по делу. Восстановление пропущенного срока возможно при наличии уважительных причин его пропуска (например, в случае несвоевременного получения заявителем или его представителем текста постановления ЕСПЧ).

 

В п. 21 Пленум акцентирует внимание судей на том, что, повторно рассмотрев дело и устранив нарушения норм Конвенции, российский судья, исходя из установленных обстоятельств дела, может вынести аналогичный судебный акт.

 

В п. 22 Постановления рассмотрена конкуренция двух принципов: 1) принципа восстановления нарушенных прав (restitutio in integrum) и 2) принципа правовой определенности (res judicata). Устанавливается приоритет принципа восстановления нарушенных прав над принципом правовой определенности. Отмена судебного акта по новым обстоятельствам всегда превалирует над принципом правовой определенности, даже в случае завершенного исполнительного производства по отмененному решению. В последнем случае осуществляется поворот исполнения решения суда, за исключением случаев, указанных в ст. 445 ГК РФ.

 

В п. 23 Пленум обращает внимание на недопустимость двойной ответственности: если заявителю Европейским судом была присуждена справедливая компенсация во исполнение ст. 41 Конвенции, то удовлетворение иска о компенсации причиненного вреда российским судом исключается. Неприсуждение ЕСПЧ денежной компенсации само себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении подобного иска в национальном суде, если только Суд не счел, что факт установленного им нарушения Конвенции или Протоколов к ней сам по себе является достаточным для компенсации морального вреда.

 

В п. 24 конкретизируется, что при рассмотрении регрессных требований о виновности конкретных лиц в совершении действий (бездействия), противоречащих Конвенции или Протоколам к ней, на основании п. 3.1 ст. 1081 ГК РФ суду обязательно необходимо установить наличие вины соответствующих лиц, за исключением случаев, когда возмещение вреда допускается без вины (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

 

В п. 25 Постановления частично решается проблема поиска (доступности) постановлений Европейского суда. Пленум с целью ознакомления с текстами постановлений на русском языке рекомендует судам использовать в том числе справочную систему "Международное право", разработанную Верховным Судом РФ и установленную в ведомственном контуре Государственной автоматизированной системы "Правосудие", а также поисковую систему Европейского суда HUDOC.

 

Однако: 1) система "Международное право" рассчитана на внутриведомственные отношения, что исключает доступ к базе данных иных заинтересованных лиц; 2) поисковая система Европейского суда содержит оригиналы постановлений и отдельные неофициальные переводы на русский язык актов, вынесенных против России. Как правило, на сайте размещается часть постановления с указанием "информация по делу", из содержания которой невозможно или затруднительно установить логику рассуждений Европейского суда по установленным фактам, анализ представленных материалов и аргументацию (обоснование) итоговых выводов. Выполнение самостоятельного перевода постановления ЕСПЧ российским судьей является неправомерным; 3) использование Пленумом формулировки "в том числе" позволяет судьям использовать и иные поисковые системы, в которых содержатся неофициальные переводы постановлений ЕСПЧ и, как правило, акты, вынесенные против России. Постановления, вынесенные против иных государств, можно найти исключительно на языке оригинала. Иного рода источники - интернет-сайты, сборники решений и др. - содержат неофициальные переводы текстов постановлений Европейского суда.

 

Пленум, к сожалению, не акцентирует внимание на том, что применение судами постановлений ЕСПЧ, не опубликованных на государственном языке РФ, противоречит требованиям Конституции РФ.

 

Проблема доступности актов Европейского суда является системной и требует комплексного подхода к ее решению. Приемлемым вариантом в подобном случае может быть создание официального сайта, курируемого Уполномоченным РФ при Европейском суде, содержащего полный банк официальных текстов постановлений Европейского суда, переводы которых выполнены компетентной структурой.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 21.07.2014).

 

2. Ильин А.В. Некоторые вопросы, связанные с признанием Постановления Европейского суда по правам человека основанием для пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам // Арбитражный и гражданский процесс. 2013. N 5. С. 44 - 50.

 

3. Конвенция о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 04.11.1950) (с изм. от 13.05.2004) // Собрание законодательства РФ. 2001. N 2. Ст. 163.

 

4. О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс РФ: Федеральный закон от 09.12.2010 N 353-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2010. N 50. Ст. 6611.

 

5. О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 (ред. от 16.04.2013).

 

6. О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21.

 

7. О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013).

 

8. Регламент (Правила процедуры) Европейского суда по правам человека (принят в г. Страсбурге 04.11.1998) (с изм. и доп. от 16.01.2012).

 

9. Рекомендация N R (2000) 2 Комитета министров Совета Европы "По пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями Европейского суда по правам человека" // Журнал российского права. 2000. N 9. С. 61 - 64.

 

10. Рехтина И.В. Проблемы взаимодействия Российской Федерации с Европейским судом по правам человека // Арбитражный и гражданский процесс. 2013. N 1. С. 44 - 48.

 

11. Соловьева Т.В. Роль национальных судов в процессе реализации постановлений Европейского суда по правам человека // Российская юстиция. 2012. N 7. С. 63 - 65.

 

 

 

 

 

ОБЗОР ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ ВЕРХОВНЫМ СУДОМ РФ

 

 

 

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 25 декабря 2014 года

 

 

 

"Обзор практики рассмотрения дел Верховным Судом РФ"

 

 

 

Определение от 17 декабря 2014 г. по делу N 305-ЭС14-3530

 

 

 

Сбытовая компания обратилась с иском к сетевой компании о взыскании в качестве неосновательного обогащения 76199609,43 руб., переплаченных за услуги по передаче электроэнергии, оказанные в апреле - декабре 2010 г. по договору от 02.02.2010.

 

Решением суда, оставленным без изменения апелляционной и кассационной инстанциями, в иске отказано. Суды руководствовались ст. ст. 309, 310, 779, 781, 1102 ГК РФ, Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электроэнергии и оказания этих услуг, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 N 861, п. 55 методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных Приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 N 20-э/2.

 

ОАО "С" (третье лицо) указало, что уровень напряжения, в соответствии с которым должна была осуществляться оплата, определен судами неверно. Энергопринимающие устройства предприятия присоединены к электрическим сетям сетевой компании через энергетические установки производителя электроэнергии. При этом присоединение осуществлено не только через распределительное устройство ЗРУ-35, входящее в состав энергоустановки ТЭЦ-3, но также через шины распределительного устройства ОРУ-110 с высоким уровнем напряжения 110 кВ (ВН), что подтверждается актом разграничения балансовой принадлежности электросетей (электроустановок) и эксплуатационной ответственности между ОАО "Т" (собственник ТЭЦ) и ОАО "С" от 23.01.2009; схемой границ балансовой принадлежности сетей между теми же лицами; однолинейной схемой присоединения к внешней электросети в сечении ОАО "Т" - ОАО "Я", а также решением арбитражного суда от 26.05.2014 по делу N А82-6802/2013, выводы которого основаны на заключении судебной экспертизы по данным обстоятельствам.

 

По мнению ОАО "С", обстоятельства свидетельствуют о нарушении судами ст. 6 ФЗ от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике"; п. п. 5, 6 Правил N 861; п. 81 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 N 1178. ОАО "С" указало на необходимость применения к спорным правоотношениям п. 55 методических указаний N 20-э/2, так как законодательство об электроэнергетике и тарифном регулировании обязывало стороны рассчитываться за услуги по передаче электроэнергии по напряжению станции наиболее высокого уровня, то есть по ставке тарифа на содержание электросетей для уровня ВН.

 

ОАО "С" не согласилось с выводом судов об отсутствии опосредованного присоединения энергопринимающих устройств ОАО "С" к сетям сетевой организации через энергетические установки производителя электроэнергии, поскольку положенные в основу этого вывода обстоятельства установлены в ранее рассмотренном деле, в котором ОАО "С" не участвовало.

 

ОАО "С" оспорило вывод судов о праве сторон публичного договора оказания услуг по передаче электроэнергии по своей воле определять условия, не соответствующие объективным характеристикам технологического присоединения сетей и влияющие на цену этих услуг. В частности, по мнению ОАО "С", стороны не вправе в обход нормативных запретов определять уровни напряжения для расчета за услуги по передаче электроэнергии. К тому же ОАО "С" считает, что суды не учли тот факт, что условие договора об определении величин заявленной мощности для различных уровней напряжения было необходимо для расчетов в соответствии с ранее действующей редакцией п. 55 методических указаний N 20-э/2. Впоследствии сбытовая компания предпринимала меры для изменения условий договора, но сетевая компания отказывалась привести договор в соответствие с изменившимся законодательством.

 

Стороны в 2010 году находились в правоотношениях по возмездному оказанию услуг по передаче электроэнергии по сетям сетевой компании до энергопринимающих устройств ОАО "С". Разногласия сбытовой и сетевой компаний сводились к определению способа опосредованного присоединения энергопринимающих устройств ОАО "С" к сетям сетевой компании (через энергетические установки производителя электроэнергии - ТЭЦ, принадлежащей ОАО "Т", или нет) и, как следствие, к цене (тарифу), по которой должны быть оплачены услуги по передаче электроэнергии в отношении этой группы точек поставки ОАО "С".

 

Разница в расчетах за период с апреля по декабрь 2010 года в размере 76199609,43 руб., составившая цену иска, образовалась в связи с тем, что сетевая компания отрицала факт присоединения ОАО "С" к своим сетям через энергетические установки ТЭЦ и рассчитала стоимость услуг исходя из тарифов, предусмотренных для каждого из уровней напряжения, на котором осуществлено присоединение потребителя (высокого - ВН и среднего - СН-1), а также величин мощности на этих уровнях. В то же время сбытовая компания настаивала на присоединении потребителя к сетевой компании через энергетические установки ТЭЦ и рассчитала стоимость услуг по тарифу, установленному для наиболее высокого уровня напряжения (ВН), на котором присоединены сети сетевой компании к производителю, и всего суммарного объема мощности.

 

Данные услуги сбытовая компания оплатила исходя из расчета, произведенного сетевой компанией.

 

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики установлены Законом об электроэнергетике. Из ст. 3, п. 2 ст. 26 этого Закона следует, что услуги по передаче электроэнергии - это комплекс организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электросетей в соответствии с требованиями технических регламентов. Оказание услуг по передаче электроэнергии осуществляется в отношении точек поставки на розничном рынке на основании публичного договора возмездного оказания услуг, заключаемого потребителем самостоятельно или в его интересе обслуживающим его гарантирующим поставщиком (энергосбытовой организацией).

 

В соответствии с п. 4 ст. 421, п. 1 ст. 422, п. 4 ст. 426 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. В случаях, предусмотренных законом, Правительство РФ может издавать правила, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров.

 

Утверждаемые Правительством РФ нормативные документы, регулирующие функционирование (ценообразование) оптового и розничных рынков электроэнергии, обязательны для сторон публичного договора со дня их вступления в силу и распространяются также на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров (ст. 6 ФЗ от 26.03.2003 N 36-ФЗ "Об особенностях функционирования электроэнергетики в переходный период и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ и признании утратившими силу некоторых законодательных актов РФ в связи с принятием Федерального закона "Об электроэнергетике").

 

Порядок заключения и исполнения договоров оказания услуг по передаче электроэнергии устанавливается в Правилах N 861, в соответствии с п. 5 которых если энергопринимающие устройства потребителя электроэнергии присоединены к электросетям сетевой организации через энергетические установки производителей электроэнергии, такой потребитель заключает договор с той сетевой организацией, к сетям которой присоединены энергетические установки производителей электроэнергии. При этом точкой поставки по договору будет являться точка присоединения энергопринимающего устройства потребителя электроэнергии к объекту электросетевого хозяйства лица, не оказывающего услуг по передаче электроэнергии.

 

Услуги по передаче электроэнергии являются естественно-монопольной деятельностью, подлежащей государственному ценовому регулированию. Тарифы на эти услуги устанавливаются в соответствии с основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике и правилами государственного регулирования цен (тарифов) в электроэнергетике (ст. ст. 4 и 6 ФЗ от 17.08.1995 N 147-ФЗ "О естественных монополиях", п. 4 ст. 23.1 Закона об электроэнергетике, п. п. 46 - 48 Правил N 861, п. п. 64, 68.1 Основ ценообразования в отношении электрической и тепловой энергии в РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26.02.2004 N 109).

 

В п. 6 Правил N 861 указано, что потребители услуг, опосредованно присоединенные к электросетям, оплачивают услуги по передаче электроэнергии в соответствии с методическими указаниями, утверждаемыми федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов.

 

Особенности оплаты услуг по передаче электроэнергии потребителями, энергопринимающие устройства которых присоединены к электросетям сетевой организации через энергетические установки производителя электроэнергии, установлены в п. 55 методических указаний N 20-э/2 (в редакции Приказа Федеральной службы по тарифам от 31.12.2009 N 558-э/1). Потребители, присоединенные к сетям сетевой организации подобным способом, оплачивают услуги по установленной ставке тарифа на содержание электросетей для уровня напряжения, на котором производитель присоединен к электросетям сетевой организации по напряжению станции наиболее высокого уровня. Если таким способом присоединена только часть энергопринимающих устройств потребителя, а другая часть - непосредственно, то величина заявленной мощности потребителя указывается отдельно для каждого из способов присоединения и услуги оплачиваются по правилам, установленным для каждого из способов присоединения.

 

Иные условия технологического присоединения влекут применение другого тарифа и иного порядка расчетов (п. п. 44, 45 методических указаний N 20-э/2).

 

Таким образом, вариант тарифа, применяемый на услуги по передаче электроэнергии, императивно установлен законодательством и предопределен условиями технологического присоединения сетей. Оплата ставки за содержание сетей по п. 55 методических указаний N 20-э/2 обусловлена составом электросетевого оборудования сетевой компании, участвующим реально или потенциально в передаче электроэнергии, и тем, что сетевая организация не несет расходов на передачу электроэнергии и на ее трансформацию на пониженные уровни напряжения, так как трансформация происходит на энергетических установках производителя.

 

Для разрешения данного спора определяющее значение имеют следующие признаки:

 

- опосредованность присоединения энергопринимающих устройств потребителя к сетям сетевой организации через энергетические установки производителя электроэнергии;

 

- уровень напряжения, на котором энергетические установки производителя электроэнергии присоединены к сетям сетевой организации по напряжению станции наиболее высокого уровня.

 

Эти обстоятельства могут подтверждаться документами, фиксирующими факт технологического присоединения сетей (п. 19 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 N 861), и сведениями о перетоках электроэнергии.

 

Суды пришли к выводу о недоказанности факта неосновательного обогащения на стороне сетевой компании, поскольку услуги оплачены по надлежащему тарифу.

 

В связи с недоказанностью присоединения через энергетические установки производителя у судов не было оснований для применения правил, установленных п. 55 методических указаний N 20-э/2.

 

Доводы сбытовой компании о ненадлежащем тарифе, о неправильной оценке способа присоединения ОАО "С" к сетям сетевой компании опровергнуты судами со ссылками на обстоятельства, установленные вступившими в силу до разрешения данного дела судебными актами по спорам, рассмотренным с участием тех же лиц, по тем же фактическим обстоятельствам, за тот же период регулирования.

 

Так, в частности, судебными актами по делу N А40-151737/12 на основании анализа документов о технологическом присоединении энергопринимающих устройств ОАО "С" к сетям сетевой компании в 2012 году, а также актов первичного учета электроэнергии, отпускаемой производителем электроэнергии в энергосистему области, которыми сетевая компания подтвердила возможность перетока электроэнергии среднего уровня напряжения из сетей сетевой компании в энергопринимающие устройства ОАО "С" минуя энергетические установки производителя электроэнергии, установлен факт отсутствия присоединения потребителя через энергетические установки производителя электроэнергии.

 

ОАО "С" подтвердило, что схема технологического присоединения его энергопринимающих устройств и электросетей сетевой компании в 2010 году не отличалась от той, что существовала в 2012 году.

 

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ данные обстоятельства не подлежали доказыванию вновь при рассмотрении настоящего дела, в котором участвуют те же лица.

 

Вопреки доводам ОАО "С", одного лишь факта опосредованного присоединения к сетям сетевой компании недостаточно для применения п. 55 методических указаний N 20-э/2.

 

Ссылка на п. 81 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 N 1178, не принимается, так как этого нормативного правового акта в спорный период еще не существовало.

 

Судебная коллегия оставила судебные акты по делу без изменения.

 

 

 

Постановление от 8 декабря 2014 г. N 303-АД14-4688

 

 

 

Постановлениями Росприроднадзора, оставленными без изменения решениями арбитражного суда и постановлениями апелляционного суда, МУП "Т." признано виновным в совершении правонарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 8.21 КоАП РФ (осуществление без специального разрешения выбросов вредных веществ в атмосферный воздух посредством ТЭЦ и котельных), и подвергнуто штрафам в размере 180000 руб. за каждое правонарушение. ФАС округа снизил размер штрафов до 40000 руб.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 8.21 КоАП РФ (в редакции ФЗ от 09.05.2005 N 45-ФЗ, от 22.06.2007 N 116-ФЗ) выброс вредных веществ в атмосферный воздух или вредное физическое воздействие на него без специального разрешения влечет наложение штрафа на граждан в размере от 2000 до 2500 руб.; на должностных лиц - от 4000 до 5000 руб.; на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, - от 4000 до 5000 руб. или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток; на юридических лиц - от 40000 до 50000 руб. или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.

 

Согласно ч. 1 ст. 14 ФЗ от 04.05.1999 N 96-ФЗ "Об охране атмосферного воздуха" выброс вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух стационарным источником допускается на основании разрешения, выданного территориальным органом федерального органа исполнительной власти в области охраны окружающей среды, органами исполнительной власти субъектов РФ, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды, в порядке, определенном Правительством РФ.

 

Разрешением на выброс вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух устанавливаются предельно допустимые выбросы и другие условия, которые обеспечивают охрану атмосферного воздуха.

 

Из содержания Административного регламента Росприроднадзора по предоставлению государственной услуги по выдаче разрешений на выбросы вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух (за исключением радиоактивных веществ), утвержденного Приказом Минприроды России от 25.07.2011 N 650, в том числе формы разрешения на выброс вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух (приложение N 2 к Административному регламенту), следует, что юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю, в результате деятельности которых осуществляются выбросы вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух, на все имеющиеся в его распоряжении стационарные источники выбросов выдается одно такое разрешение.

 

Из материалов дел об административных правонарушениях следует, что МУП "Т", осуществляющему деятельность по производству, передаче и распределению пара и горячей воды (тепловой энергии), на праве хозяйственного ведения принадлежат имущественные комплексы - ТЭЦ и котельные, которые являются стационарными источниками выбросов вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух. Специальное разрешение на такие выбросы оно в установленном порядке не получало.

 

При таких обстоятельствах МУП "Т" совершено одно правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 8.21 КоАП РФ, которое выразилось в осуществлении им выбросов вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух посредством ТЭЦ и котельных без соответствующего разрешения, которое оно должно было получить на все стационарные источники выбросов.

 

Следовательно, восемь рассмотренных в отношении МУП "Т" дел об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1 ст. 8.21 КоАП РФ, подлежат объединению в одно производство с назначением одного наказания в виде штрафа в размере 40000 руб.

 

Судья Верховного Суда РФ объединил рассмотренные дела в одно производство и изменил все постановления Росприроднадзора и судебные акты, назначив наказание в виде штрафа в размере 40000 руб.

 

 

 

Определение от 2 декабря 2014 г. N 306-ЭС14-2019

 

 

 

ООО "Г" обратилось в кадастровую палату с заявлением о постановке на кадастровый учет объекта недвижимости (помещения) с приложением технического плана помещения.

 

Кадастровая палата решением от 04.10.2013 отказала в осуществлении кадастрового учета помещения на основании п. 2 ч. 2 ст. 27 ФЗ от 24.07.2007 N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" со ссылкой на то, что в техническом плане помещения в строке "Кадастровый номер здания или сооружения, в которых расположено помещение" указан кадастровый номер объекта незавершенного строительства.

 

ООО "Г" обжаловало отказ в судебном порядке.

 

Решением арбитражного суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в удовлетворении требования отказано. Суды исходили из того, что в соответствии с действующим законодательством кадастровый учет возможен только в здании или сооружении, а не на объекте незавершенного строительства. ФАС округа судебные акты отменил, требование удовлетворил, указав, что вступившим в законную силу Определением арбитражного суда Республики Татарстан от 29.03.2012 по делу N А65-20045/2009, оставленным без изменения постановлением ФАС округа от 28.08.2012, признано право собственности ООО "Г" на спорное помещение в объекте незавершенного строительства степенью готовности 70%.

 

Поскольку спорное помещение является частью здания, поставленного на кадастровый учет в качестве объекта незавершенного строительства, то у кадастровой палаты отсутствовали правовые основания для отказа в осуществлении кадастрового учета помещения по причине нахождения его в объекте незавершенного строительства.

 

Отказ в осуществлении кадастрового учета препятствует ООО "Г" в государственной регистрации права собственности на спорный объект, на который право собственности признано в судебном порядке.

 

Кадастровая палата указала, что суд кассационной инстанции не принял во внимание положения закона, определяющие требования при постановке на кадастровый учет объектов недвижимости. По ее мнению, проведение кадастрового учета помещения в объекте незавершенного строительства до его окончания строительством и ввода здания (сооружения) в эксплуатацию не предусмотрено законом.

 

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 27 Закона о кадастре (в редакции от 24.07.2007), на котором был основан оспариваемый отказ, орган кадастрового учета принимает решение об отказе в осуществлении кадастрового учета в случае, если заявление о кадастровом учете или необходимые документы по форме либо по содержанию не соответствуют требованиям данного Закона.

 

Основанием для отказа кадастровой палаты явилось представление технического паспорта на помещение, расположенное в объекте незавершенного строительства, то есть документов, не соответствующих по форме и содержанию требованиям закона, не предусматривающего проведение учета по такому объекту.

 

Суды первой и апелляционной инстанций исходили из Закона о кадастре, регулирующего отношения, возникающие в сфере государственного кадастра недвижимости, и устанавливающего порядок и основания его осуществления.

 

Государственный кадастр недвижимости является систематизированным сводом сведений об учтенном в соответствии с указанным Законом недвижимом имуществе, а также сведений о прохождении Государственной границы РФ, о границах между субъектами РФ, границах муниципальных образований, границах населенных пунктов, о территориальных зонах и зонах с особыми условиями использования территорий, иных предусмотренных данным Законом сведений. Государственный кадастр недвижимости является федеральным государственным информационным ресурсом (п. 2 ст. 1 Закона).

 

Статья 7 Закона о кадастре, определяющая состав сведений государственного кадастра недвижимости об объекте недвижимости, предусматривает, что в государственный кадастр вносятся сведения об уникальных характеристиках объекта: 1) вид объекта недвижимости (земельный участок, здание, сооружение, помещение, объект незавершенного строительства); 2) кадастровый номер и дата его внесения в государственный кадастр недвижимости; 3) описание местоположения границ объекта в объеме сведений, определенных порядком ведения государственного кадастра, если объектом является земельный участок; 4) описание местоположения объекта на земельном участке в объеме сведений, определенных порядком ведения государственного кадастра недвижимости, если объектом является здание, сооружение или объект незавершенного строительства; 5) кадастровый номер здания или сооружения, в которых расположено помещение, номер этажа, на котором расположено это помещение (при наличии этажности), описание местоположения этого помещения в пределах данного этажа, либо в пределах здания или сооружения, либо соответствующей части здания или сооружения, если объектом является помещение; 6) площадь, определенная с учетом установленных в соответствии с этим Законом требований, если объектом является земельный участок, здание или помещение.

 

В государственный кадастр могут также быть внесены дополнительные сведения об объекте недвижимости, в том числе степень готовности объекта незавершенного строительства в процентах (пп. 26 п. 2 ст. 7 Закона).

 

Для проведения кадастрового учета здания, сооружения, помещения либо объекта незавершенного строительства заявителем представляются необходимые документы, в том числе технический план и другие указанные в ст. 22 Закона о кадастре документы.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 41 Закона о кадастре технический план представляет собой документ, в котором воспроизведены определенные сведения, внесенные в государственный кадастр недвижимости, и указаны сведения о здании, сооружении, помещении или об объекте незавершенного строительства, необходимые для постановки на учет такого объекта, либо сведения о части или частях такого объекта, либо новые необходимые для внесения в государственный кадастр недвижимости сведения о таком объекте, которому присвоен кадастровый номер.

 

Из этих норм следует, что проведение кадастрового учета объекта недвижимости осуществляется в отношении здания, сооружения, помещения либо объекта незавершенного строительства.

 

В соответствии с подпунктами 6 и 14 п. 2 ст. 2 ФЗ от 30.12.2009 N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений" здание - результат строительства, представляющий собой объемную строительную систему, имеющую надземную и (или) подземную части, включающую в себя помещения, сети инженерно-технического обеспечения и системы инженерно-технического обеспечения и предназначенную для проживания и (или) деятельности людей, размещения производства, хранения продукции или содержания животных; помещение - часть объема здания или сооружения, имеющая определенное назначение и ограниченная строительными конструкциями.

 

Завершение строительства и ввод объекта в эксплуатацию оформляются соответствующим разрешением, то есть документом, который удостоверяет выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства градостроительному плану земельного участка или в случае строительства, реконструкции линейного объекта проекту планировки территории и проекту межевания территории, а также проектной документации (ст. 55 Градостроительного кодекса РФ).

 

Форма кадастрового паспорта помещения утверждена Приказом Минэкономразвития России от 28.12.2012 N 831. Из приложения N 2 к Приказу следует, что помещение является частью здания или сооружения, а не объекта незавершенного строительства.

 

Системное толкование данных норм свидетельствует о том, что Законом о кадастре осуществление кадастрового учета предусмотрено в отношении зданий и сооружений, в установленном порядке введенных в эксплуатацию, помещений, расположенных в них, а также в отношении объекта незавершенного строительства.

 

В силу п. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам отнесены здания, сооружения, объекты незавершенного строительства, а также иные указанные в статье объекты прав.

 

ФЗ от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" определяет недвижимое имущество (недвижимость), права на которое подлежат государственной регистрации, как здания, сооружения, жилые и нежилые помещения, предприятия как имущественные комплексы (ст. 1), устанавливая особенности регистрации права собственности на объекты незавершенного строительства (ст. 25).

 

Из имеющихся в деле технического плана и технического паспорта следует, что административный корпус со степенью готовности 70% является объектом незавершенного строительства. Объект техническую инвентаризацию прошел, но в целом не учтен, так как в эксплуатацию не сдан, разрешения на ввод объекта в эксплуатацию не выдано, в установленном законом порядке права как на объект недвижимости не зарегистрированы (учтен лишь как объект незавершенного строительства).

 

Таким образом, поскольку наличие объекта незавершенного строительства подразумевает возможность дальнейшего его преобразования в здание или сооружение, это может повлечь изменение его характеристик, состава помещений в объекте, определяемых по завершении строительства и ввода объекта в эксплуатацию и подлежащих впоследствии указанию в техническом плане здания, сооружения.

 

Постановка на кадастровый учет помещения до завершения строительства и ввода в эксплуатацию здания (сооружения), в котором оно расположено, Законом о кадастре не предусмотрена, кадастровая палата обоснованно отказала в проведении кадастрового учета спорного помещения.

 

При таких обстоятельствах ссылка на отмену с 01.10.2013 пп. 2 п. 2 ст. 27 Закона о кадастре в связи с внесением в него ФЗ от 23.07.2013 N 250-ФЗ изменений не может опровергать выводы судов, поскольку ООО "Г" обратилось в кадастровую палату до изменений.

 

Более того, введенным Законом N 250-ФЗ пп. 5 п. 2 ст. 26 Закона о кадастре предусмотрено, что предоставление для кадастрового учета документов, по форме либо содержанию не соответствующих требованиям данного Закона, является основанием для приостановления осуществления кадастрового учета, а последующее неустранение обстоятельства, послужившего основанием для приостановления в соответствии с пп. 6 п. 2 ст. 27 Закона - основанием для отказа в осуществлении кадастрового учета.

 

Изменение Законом N 250-ФЗ порядка отказа в кадастровом учете при предоставлении несоответствующих документов только после первоначального приостановления по существу не влияет на наличие основания для отказа в проведении учета спорного объекта.

 

ФАС округа исходил из наличия Определения арбитражного суда от 29.03.2012 по делу N А65-20045/2009, которым было признано право собственности ООО "Г" на спорное помещение в объекте незавершенного строительства. Наличие этого Определения, по существу, явилось поводом для возложения на кадастровую службу обязанности по осуществлению учета спорного помещения, необходимого для последующей регистрации права собственности на него.

 

Поскольку в Законе о кадастре, на соответствие которому был проверен отказ, не содержится положений о проведении кадастрового учета помещения в объекте незавершенного строительства, нет оснований для признания его не соответствующим закону в связи с наличием указанного судебного акта.

 

Судебная коллегия отменила постановление кассационной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции.

 

 

 

Постановление от 1 декабря 2014 г. по делу N 304-АД14-627

 

 

 

Постановлением управления МЧС России, оставленным без изменения решением арбитражного суда и судами апелляционной и кассационной инстанций, ТСЖ признано виновным в совершении правонарушений, предусмотренных ч. ч. 3, 4 ст. 20.4 КоАП РФ, и подвергнуто штрафу в размере 150000 руб.

 

В соответствии с ч. 3 ст. 20.4 КоАП РФ нарушение требований пожарной безопасности к внутреннему противопожарному водоснабжению, электроустановкам зданий, сооружений и строений, электротехнической продукции или первичным средствам пожаротушения либо требований пожарной безопасности об обеспечении зданий, сооружений и строений первичными средствами пожаротушения влечет наложение штрафа на граждан в размере от 2000 до 3000 руб.; на должностных лиц - от 6000 до 15000 руб.; на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, - от 20000 до 30000 руб.; на юридических лиц - от 150000 до 200000 руб.

 

Согласно ч. 4 ст. 20.4 КоАП РФ нарушение требований пожарной безопасности к эвакуационным путям, эвакуационным и аварийным выходам либо системам автоматического пожаротушения и системам пожарной сигнализации, системам оповещения людей о пожаре и управления эвакуацией людей в зданиях, сооружениях и строениях или системам противодымной защиты зданий, сооружений и строений влечет наложение штрафа на граждан в размере от 3000 до 4000 руб.; на должностных лиц - от 15000 до 20000 руб.; на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, - от 30000 до 40000 руб.; на юридических лиц - от 150000 до 200000 руб.

 

При проверке деятельности ТСЖ были выявлены нарушения:

 

- сети внутреннего противопожарного водопровода находятся в неисправном состоянии (п. 55 Правил противопожарного режима в РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 N 390, ст. 86 ФЗ от 22.07.2008 N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности");

 

- пожарные краны внутреннего противопожарного водопровода не укомплектованы рукавами и стволами (п. 57 Правил, ст. 86 Закона N 123-ФЗ);

 

- не проведена проверка работоспособности внутреннего противопожарного водопровода с составлением акта (п. 55 Правил, ст. 86 Закона);

 

- в здании не предусмотрена система оповещения людей о пожаре 1-го типа (п. 5.1, таблица 2 НПБ 104-03 "Системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожарах в зданиях и сооружениях");

 

- не обеспечено включение насосов-повысителей от поэтажных кнопок управления (ст. ст. 6, 85, 151 Закона N 123-ФЗ, п. 12.21 СНиП 2.04.01-85* "Внутренний водопровод и канализация зданий");

 

- краны внутреннего противопожарного водопровода не оборудованы противопожарными шкафами согласно требованиям НПБ 151-2000 "Шкафы пожарные. Технические требования пожарной безопасности. Методы испытания" (п. 4.15 НПБ 151-2000 "Шкафы пожарные. Технические требования пожарной безопасности. Методы испытания");

 

- двери лифтовых холлов не являются противопожарными дверями 2-го типа (п. 7.22, таблицы 1 и 2, п. 5.14 СНиП 21-01-97* "Пожарная безопасность зданий и сооружений"; ст. ст. 6, 24, 87, 88, 151 Закона N 123-ФЗ);

 

- помещение кабинета председателя не защищено автоматической пожарной сигнализацией и системой оповещения людей о пожаре (ст. ст. 6, 85, 151 Закона N 123-ФЗ, п. 7.3.3 СНиП 31-01-2003 "Здания жилые многоквартирные");

 

- не заключен договор на обслуживание автоматической пожарной сигнализации с фирмой, имеющей лицензию (п. 63 Правил);

 

- в мусорокамерах здания не предусмотрена установка спринклерного пожаротушения (ст. ст. 6, 151 Закона N 123-ФЗ, п. 7.3.11 СНиП 31-01-2003 "Здания жилые многоквартирные", п. 7.3.10 СП 54.13330.2011 "Здания жилые многоквартирные").

 

Выявленные нарушения отражены в акте проверки от 18.07.2013.

 

Установленные обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами. Порядок и срок привлечения ТСЖ к ответственности соблюдены. Наказание назначено в соответствии с требованиями КоАП РФ.

 

Согласно ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

 

Суды пришли к выводу о том, что ТСЖ не были предприняты все зависящие от него меры по соблюдению требований пожарной безопасности.

 

Судья Верховного Суда РФ оставил постановление Управления МЧС России и судебные акты по делу без изменения.

 

 

 

Определение от 25 ноября 2014 г. N 18-КГ14-158

 

 

 

Л. обратился в суд с иском к администрации муниципального образования, департаменту архитектуры и градостроительства о признании незаконным решения об отказе в согласовании схемы расположения земельного участка, его постановке на кадастровый учет и предоставлении участка. В обоснование иска истец сослался на то, что 06.06.2012 он обратился в департамент муниципальной собственности и городских земель с заявлением о предоставлении ему в собственность бесплатно участка размером 72247 кв. м для создания крестьянского (фермерского) хозяйства. Департамент сослался на необходимость предварительного согласования в департаменте архитектуры и градостроительства схемы расположения испрашиваемого участка, в чем истцу было отказано решением данного департамента от 25.06.2012.

 

Решением суда иск удовлетворен. Апелляционным определением решение оставлено без изменения. Кассационная инстанция судебные акты отменила, дело направила на новое рассмотрение.

 

В силу п. 4 ст. 28 ЗК РФ не допускается отказ в предоставлении в собственность граждан и юридических лиц земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, за исключением случаев изъятия участков из оборота; установленного федеральным законом запрета на приватизацию участков; резервирования земель для государственных или муниципальных нужд.

 

Департамент муниципальной собственности и городских земель отказал Л. в предоставлении участка с указанием на то, что утверждение схемы размещения участка относится к компетенции департамента архитектуры и градостроительства. После утверждения схемы границ участка и постановки его на кадастровый учет департамент муниципальной собственности и городских земель рассмотрит возможность предоставления испрашиваемого участка.

 

Суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что администрацией муниципального образования не приведено оснований, предусмотренных федеральным законодательством, для отказа в предоставлении участка.

 

Суд кассационной инстанции указал, что судом не учтено, что Л. в нарушение требований ФЗ от 11.06.2003 N 74-ФЗ "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" не представил в администрацию обоснование размера предоставляемого участка. Кроме того, испрашиваемый им участок расположен на землях населенных пунктов в территориальной зоне Ж. 1 (зона застройки индивидуальными жилыми домами), тогда как в силу ст. 11 данного Закона для создания фермерского хозяйства и осуществления его деятельности могут предоставляться и приобретаться участки из земель сельскохозяйственного назначения. Кассационная инстанция также сослалась на то, что самим истцом не осуществлен ряд необходимых действий, направленных на согласование схемы расположения спорного участка и постановку его на кадастровый учет.

 

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 N 29 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" производство в суде кассационной инстанции предназначено для исправления существенных нарушений норм материального права, допущенных судами в ходе предшествующего разбирательства по делу. Суд кассационной инстанции проверяет только законность судебных постановлений, то есть правильность применения и толкования норм материального и процессуального права. Иная оценка установленных в суде первой инстанции обстоятельств дела не может являться основанием к отмене обжалуемых судебных постановлений.

 

Судебная коллегия отменила постановление кассационной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции и апелляционное определение.

 

 

 

 

 

ФАКУЛЬТАТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ В РАЗЪЯСНЕНИЯХ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 

 

В статье анализируются спорные вопросы определения факультативных признаков субъективной стороны состава преступления в актах толкования Верховного Суда РФ, выделяются недостатки законодательной и интерпретационной техники при регламентации и применении норм о факультативных признаках субъективной стороны состава преступления.

 

 

 

Ключевые слова: акты толкования, правоприменение, факультативные признаки субъективной стороны состава преступления, законодательная техника, интерпретационная техника.

 

 

 

Non-binding features of the subjective party of the elements of crime in explanations of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation

 

Факультативные признаки субъективной стороны состава преступления в разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации

 

 

 

The article analyzes the controversial questions of definition of optional features of the subjective side of corpus delicti in the acts of the interpretation of the Supreme Court of the Russian Federation, highlighted the shortcomings of the legislative and interpretative art in regulation and application of the rules of optional attributes of the subjective side of the offense.

 

 

 

Key words: acts of interpretation, enforcement, optional features of the subjective side of the offense, the legislative technique, interpretive technique.

 

 

 

Верховный Суд Российской Федерации в соответствии с Конституцией Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским делам, разрешению экономических споров, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам, образованным в соответствии с федеральным конституционным законом, осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за деятельностью этих судов и дает разъяснения по вопросам судебной практики. Сформулированные конституционные положения свидетельствуют о роли и значимости разъяснительной деятельности. Разъяснительная деятельность Верховного Суда РФ осуществляется путем принятия Постановлений Пленумов Верховного Суда РФ, в которых дается толкование многообразных уголовно-правовых проблем, возникающих в процессе правоприменения <1>.

 

--------------------------------

 

<1> См.: Шибанова Е.В. Роль Верховного Суда РФ в нивелировании пробелов законодательной техники УК РФ и УПК РФ // Российская юстиция. 2014. N 10. С. 47 - 50.

 

 

 

Отметим, что наибольшие трудности в разъяснительной деятельности уголовно-правовых предписаний вызывают правильное определение признаков субъективной стороны преступления вообще и факультативных (эмоциональное состояние, мотив, цель) в частности. Все это связано с тем, что в современных доктринальных источниках существует несколько точек зрения относительно собственно содержания субъективной стороны состава преступления (количество основных и факультативных ее признаков).

 

Сформулированные в науке точки зрения, не являясь официальным толкованием, вместе с тем оказывают существенное влияние на законодательную, правоприменительную, интерпретационную, процедурную практику. Более того, в указанного рода толкованиях содержатся ошибки как сущностного, так и содержательного характера. Например, неверное понимание психического отношения лица к совершенному им деянию - действию либо бездействию - и наступившим в результате этого последствиям.

 

В сложившейся ситуации Верховный Суд РФ, видя возникающие противоречия, пытается устранить их путем разъяснений на уровне Пленума Верховного Суда РФ, таким образом высший орган судебной власти берет на себя ответственность за правильное применение уголовно-правовых норм. Однако делается это не всегда удачно. Даваемые высшим органом российской судебной власти разъяснения не отличаются четкостью и безупречностью, изобилуют ошибками и вступают в противоречие с законодательными положениями. Складывается впечатление, что Верховному Суду РФ не всегда удается справиться с такой сверхсложной задачей <2>.

 

--------------------------------

 

<2> Рарог А.И. Правовое значение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ // Государство и право. 2001. N 2. С. 53; Кузнецов А.П., Степанов М.В., Ситникова М.Л. Толкование Пленумом Верховного Суда РФ уголовного законодательства об ответственности за хищения // Российский судья. 2006. N 2. С. 12 - 15.

 

 

 

Как уже отмечалось, субъективная сторона и ее факультативные признаки вызывают определенные трудности в их понимании, толковании и применении. Вместо того чтобы устранить возникшие противоречия, Пленум Верховного Суда РФ в своих постановлениях дает неверное разъяснение ряда уголовно-правовых положений.

 

1. Нарушение правил грамматического толкования. Проведенное исследование показало, что в процессе разъяснительной деятельности факультативных признаков субъективной стороны (мотив, цель) Пленум Верховного Суда РФ допускает ошибки в трактовке мотивов и целей преступлений, в одном случае формулируя их в единственном числе, а в другом случае - во множественном.

 

Примером может служить п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" <3>, в котором устанавливается: "При рассмотрении дел о краже, грабеже и разбое, являющихся наиболее распространенными преступлениями против собственности, судам следует иметь в виду, что в соответствии с законом под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества".

 

--------------------------------

 

<3> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. N 2.

 

 

 

Пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. N 45 "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений" <4> содержит следующий тезис: "Судам следует отграничивать хулиганство, ответственность за которое предусмотрена статьей 213 УК РФ, от других преступлений, в том числе свершенных лицом из хулиганских побуждений, в зависимости от содержания и направленности его умысла, мотива, цели и обстоятельств совершенных им действий". Пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" <5> поясняет: "По смыслу закона квалификация по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ совершенного виновным убийства определенного лица с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства. Поэтому, если установлено, что убийство потерпевшего совершено, например, из корыстных или из хулиганских побуждений, оно не может одновременно квалифицироваться по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, следует понимать убийство в процессе совершения указанных преступлений или с целью их сокрытия..."

 

--------------------------------

 

<4> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. N 1.

 

<5> Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 3.

 

 

 

Одновременно с этим п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. N 11 "О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации" <6> определяет: "Если убийство совершено после окончания изнасилования или насильственных действий сексуального характера либо покушений на них в целях сокрытия совершенного преступления, либо по мотивам мести за оказанное сопротивление, содеянное виновным лицом следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом "к" части 2 статьи 105 УК РФ и соответствующими частями статьи 131 или статьи 132 УК РФ либо частью 3 статьи 30 УК РФ и соответствующими частями статей 131 и 132 УК РФ". Пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2011 г. N 11 "О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности" <7> устанавливает: "Исходя из положений примечания 2 к статье 282.1 УК РФ к числу преступлений экстремистской направленности относятся преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, предусмотренные соответствующими статьями Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации (например, статьями 280, 282, 282.1, 282.2 УК РФ, пунктом "л" части 2 статьи 105, пунктом "е" части 2 статьи 111, пунктом "б" части 1 статьи 213 УК РФ), а также иные преступления, совершенные по указанным мотивам, которые в соответствии с пунктом "е" части 1 статьи 63 УК РФ признаются обстоятельством, отягчающим наказание".

 

--------------------------------

 

<6> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 8.

 

<7> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2012. N 9.

 

 

 

Подобное имеет место быть не только в различных разъяснениях высшего органа судебной власти РФ, но и в рамках одного акта толкования. Так, п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. N 2 "О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг" (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 2001 г. N 1 "О внесении изменений и дополнений в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 1994 г. N 2 "О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег и ценных бумаг") <8> поясняет: "Обратить внимание судов на то, что изготовление в целях сбыта или сбыт поддельных денег или ценных бумаг приобретает повышенную общественную опасность в условиях становления рыночной экономики, подрывая устойчивость отечественной валюты и затрудняя регулирование денежного обращения". Пункт же 2 этого правового акта противоречит п. 1: "Изготовление с целью сбыта или сбыт поддельных денег, государственных ценных бумаг или других ценных бумаг в валюте Российской Федерации либо иностранной валюты или ценных бумаг в иностранной валюте могут совершаться только с прямым умыслом; отсутствие при изготовлении цели сбыта исключает уголовную ответственность".

 

--------------------------------

 

<8> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2001. N 6.

 

 

 

Такой подход противоречит самой конструкции субъективной стороны состава преступления, где эмоциональное состояние, мотив, цель всегда упоминаются в единственном числе, и вторит нормам действующего уголовного закона РФ, содержащим юридико-технические несовершенства.

 

2. Подмена понятий "мотив преступления" и "цель преступления" другими словосочетаниями. В большинстве случаев при обозначении факультативных признаков субъективной стороны состава преступления в актах Верховного Суда РФ употребляются существительные "мотив", "цель", но есть и исключения - в ряде указаний использованы другие формулировки: "побуждение", "заинтересованность", "на почве" <9>.

 

--------------------------------

 

<9> См.: Тютюнник И.Г. Особенности корыстного мотива в преступлениях против свободы личности // Российский следователь. 2014. N 11. С. 21 - 25.

 

 

 

Побуждение не имеет четкого определения в словарях, оно дефиницируется иногда сквозь желание, но чаще через ощущение недостатка в чем-либо (потребность), имеющее направленность, намерение действовать <10>. Важно отметить здесь, что наличие побуждения в конструкции состава еще не говорит о присутствии мотива преступления в нем, поскольку мотив - не всякое, а только осознанное побуждение. Если же побуждение индивидуально не осознано, то стоит говорить лишь об импульсе преступления, и в этой связи только о неосторожной форме вины.

 

--------------------------------

 

<10> См., например: Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: избранные статьи: В 6 т. М., 2005. Т. 2. С. 163; Ожегов С.И. Словарь русского языка. Изд. 7-е. М., 1968. С. 679.

 

 

 

Так, п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2011 г. N 11 "О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности" говорит: "При производстве по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности судам необходимо иметь в виду, что согласно пункту 2 части 1 статьи 73 УПК РФ подлежат доказыванию мотивы совершения указанных преступлений. Квалификация преступлений против жизни и здоровья, совершенных по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, по пункту "л" части 2 статьи 105, или по пункту "е" части 2 статьи 111, или по пункту "е" части 2 статьи 112, или по пункту "б" части 2 статьи 115, или по пункту "б" части 2 статьи 116 УК РФ исключает возможность одновременной квалификации содеянного по другим пунктам указанных частей этих статей, предусматривающим иной мотив или цель преступления (например, из хулиганских побуждений). Преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, следует отграничивать от преступлений, совершенных на почве личных неприязненных отношений. Для правильного установления мотива преступления следует учитывать, в частности, длительность межличностных отношений подсудимого с потерпевшим, наличие с ним конфликтов, не связанных с национальными, религиозными, идеологическими, политическими взглядами, принадлежностью к той или иной расе, социальной группе". Если приводить пример, в частности, о хулиганских побуждениях, не ясно, какой факультативный признак субъективной стороны имеет в виду Пленум - мотив преступления или цель преступления.

 

В соответствии с общими правилами языкового толкования нельзя придавать без достаточного основания разным терминам одно и то же значение <11>, поэтому необходимо во всех случаях, где в тексте документа есть указание на мотив или цель преступления, употреблять одинаковые формулировки (только слово "мотив", только слово "цель") и использовать идентичные конструкции одного и того же мотива, одной и той же цели в разных составах. Это позволит избежать ошибок при толковании и применении уголовно-правовых норм.

 

--------------------------------

 

<11> См.: Кашанина Т.В. Юридическая техника: Учебник. М., 2007. С. 348.

 

 

 

3. Искажение содержательной сущности используемых в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ понятий, в частности понятия "хищение". Постановления Пленума Верховного Суда РФ противоречивы, имеют изъяны содержательного характера <12> в отношении значения факультативных признаков субъективной стороны состава преступления.

 

--------------------------------

 

<12> Кузнецов А.П., Степанов М.В., Ситникова М.Л. Указ. соч.

 

 

 

Так, Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое", исходя из распространенности преступлений против собственности, разъяснил понятие хищения, упомянув вслед за законодателем в качестве одного из признаков любого хищения корыстную цель. Тем не менее п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. N 5 "О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств" <13>, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 мая 1998 г. N 9 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными сильнодействующими и ядовитыми веществами" <14> ничего не говорят о корыстной цели завладения оружием и предметами, указанными в Постановлении от 12 марта 2002 г., наркотическими средствами, психотропными сильнодействующими и ядовитыми веществами.

 

--------------------------------

 

<13> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. N 5.

 

<14> Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. N 7.

 

 

 

Об этом свидетельствует и положение п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 г. N 1 "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности" <15>: "Судам необходимо иметь в виду, что посягательство на жизнь и здоровье другого человека путем производства взрыва, поджога или иных действий подобного характера, совершенное по мотиву мести или личных неприязненных взаимоотношений и не преследующее цель воздействовать на принятие решения органами власти или международными организациями, не образует состав преступления, предусмотренный статьей 205 УК РФ, и квалифицируется по соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации". Одновременно с этим отметим, что действующему уголовному закону РФ неизвестно словосочетание "личные неприязненные взаимоотношения". Употребление в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ формулировок, отличных от законодательных, не облегчает, а, напротив, осложняет работу судебных органов.

 

--------------------------------

 

<15> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2012. N 6.

 

 

 

В этой связи можно констатировать: Пленум Верховного Суда РФ, не имея правотворческих функций, вместо разъяснения смысла юридических норм образовал фактически новые правовые предписания.

 

Изложенные замечания свидетельствуют о том, что, несмотря на активность Пленума Верховного Суда РФ в разъяснении положений уголовного закона, касающихся факультативных признаков субъективной стороны состава преступления, существует еще достаточно проблем. В отсутствие законодательных дефиниций состава преступления, его элементов и признаков компетентное разъяснение дискуссионных правовых положений является важнейшим направлением деятельности высшего органа судебной власти - Верховного Суда РФ.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Шибанова Е.В. Роль Верховного Суда РФ в нивелировании пробелов законодательной техники УК РФ и УПК РФ // Российская юстиция. 2014. N 10. С. 47 - 50.

 

2. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: Избранные статьи: В 6 т. М., 2005. Т. 2. С. 163.

 

3. Кашанина Т.В. Юридическая техника: Учебник. М., 2007. С. 348.

 

4. Кузнецов А.П., Степанов М.В., Ситникова М.Л. Толкование Пленумом Верховного Суда РФ уголовного законодательства об ответственности за хищения // Российский судья. 2006. N 2. С. 12 - 15.

 

5. Тютюнник И.Г. Особенности корыстного мотива в преступлениях против свободы личности // Российский следователь. 2014. N 11. С. 21 - 25.

 

6. Ожегов С.И. Словарь русского языка. Изд. 7-е. М., 1968. С. 679.

 

7. Рарог А.И. Правовое значение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ // Государство и право. 2001. N 2. С. 53.

 

 

 

 

 

ОБЗОР ПРАВОВЫХ ПОЗИЦИЙ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ВОПРОСАМ ЧАСТНОГО ПРАВА ЗА НОЯБРЬ 2014 Г.

 

 

 

Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за ноябрь 2014 г.

 

 

 

Определения Судебной коллегии по экономическим спорам

 

 

 

Определение ВС РФ от 07.11.2014 N 303-ЭС14-524

 

 

 

1. Ответчик на сайте информационного агентства "Интерфакс" разместил безотзывную публичную оферту, в которой указал на то, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения эмитентом облигационных обязательств он безотзывно обязуется приобрести облигации у любого лица по цене, соответствующей номинальной стоимости облигаций, увеличенной на сумму купонного дохода.

 

По условиям данной оферты ее акцептом признается направление держателем ценных бумаг (владельцем или уполномоченным им лицом) уведомления. Для приобретения облигаций оферентом держатель облигаций должен в определенный срок совершить установленные в ней действия.

 

При решении вопроса о возникновении у ответчика договорных обязательств перед держателями облигаций судам следовало руководствоваться нормами п. 2 ст. 437 ГК РФ и п. п. 1 и 3 ст. 438 ГК РФ с учетом положений п. 3 ст. 434 ГК РФ, согласно которому письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 упомянутого Кодекса.

 

Ответчиком, по сути, были предоставлены дополнительные гарантии выплаты держателям облигаций причитающихся им сумм облигационного займа и купонного дохода (в том числе накопленного) посредством выкупа им ценных бумаг как третьим лицом. Сообщение об этом размещено в форме, доступной для всех приобретателей облигаций.

 

Покупка кредиторами ценных бумаг эмитента и последующее совершение ими как адресатами оферты в установленный в этой оферте срок указанных в ней действий свидетельствуют об акцепте оферты и, как следствие, о возникновении между сторонами договорных обязательств по купле-продаже.

 

2. Ссылка судов на специальные правила заключения биржевых сделок в данном случае является неверной, так как соответствующие положения, по сути, включены в договор как стандартные условия исполнения его сторонами соответствующих договорных обязательств (как форма реализации ими прав и обязанностей), которые существовали не сами по себе, а предопределялись договором.

 

Исполнение обязательств ответчиком заключалось в совершении им в пользу кредиторов конкретных действий, составляющих предмет обязательств (ст. 307 ГК РФ). Основные из них - принять и оплатить проданные облигации посредством заключения договора с агентом и подачи через него в систему торгов встречной адресной заявки.

 

Надлежащее исполнение в силу п. 1 ст. 408 ГК РФ освобождало ответчика от его обязанностей и прекращало обязательство. Отказ от исполнения названных обязательств не мог быть произвольно заявлен ответчиком, являющимся лишь одной стороной договора (ст. 310 ГК РФ). Непринятие им в нарушение положений ст. 309 ГК РФ должных мер к выкупу облигаций на фондовой бирже ММВБ не могло повлечь за собой наступление негативных последствий на стороне добросовестных участников оборота - держателей облигаций.

 

 

 

Определение ВС РФ от 10.11.2014 N 305-ЭС14-1452

 

 

 

1. Положений о возложении обязанности по внесению платы за коммунальные услуги на арендаторов нежилых помещений, в том числе находящихся в жилых домах, ни ГК РФ, ни ЖК РФ не содержат.

 

2. В соответствии с материалами дела в договоре аренды содержалось условие об обязанности арендатора заключить договоры на снабжение помещения энергетическими и прочими ресурсами. Договор, который бы предусматривал обязательство арендатора перед управляющей компанией оплачивать фактически потребленные им при использовании помещения коммунальные ресурсы, заключен не был. Поскольку договор аренды регулирует отношения собственника и арендатора, у судов не имелось оснований считать, что в нем содержится условие об исполнении арендатором в пользу третьего лица обязательств собственника по несению коммунальных расходов.

 

3. Пункт 2 ст. 616 ГК РФ предусматривает обязанность арендатора поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

 

Данная правовая норма регулирует правоотношения между сторонами договора аренды и не является основанием возникновения у арендатора обязанности оплаты расходов на содержание арендованного имущества в пользу третьих лиц.

 

Согласно ч. 1 ст. 39 ЖК РФ собственники помещений в многоквартирном доме несут бремя расходов на содержание общего имущества в многоквартирном доме.

 

Собственник нежилого помещения, расположенного в многоквартирном доме, в силу прямого указания закона обязан нести расходы по содержанию общего имущества, поэтому с арендатора нежилого помещения не могут быть взысканы расходы на содержание общего имущества дома.

 

 

 

Определение ВС РФ от 13.11.2014 N 305-ЭС14-1170

 

 

 

В соответствии с разъяснением, изложенным в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 28.02.1995 N 2/1 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", начиная с 08.12.1994 созданные ранее государственные и муниципальные предприятия обладают имуществом на праве хозяйственного ведения.

 

Спорное имущество находилось на праве хозяйственного ведения во владении предприятия, а затем было передано управлению, являющемуся в отношении спорного имущества правопреемником предприятия, образованного до введения государственной регистрации прав на недвижимое имущество.

 

Таким образом, так как право федеральной собственности и право хозяйственного ведения на спорное имущество возникли до введения государственной регистрации прав на недвижимое имущество, они в силу п. 1 ст. 6 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" признаются действительными и при отсутствии государственной регистрации.

 

Поскольку материалами дела подтверждается, что спорное имущество фактически не выбывало из владения управления, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что требование о признании права хозяйственного ведения на спорное имущество ведет к восстановлению прав и законных интересов истца в полном объеме (п. 58 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

 

 

 

Определение ВС РФ от 14.11.2014 N 305-ЭС14-442

 

 

 

1. В силу положений п. 1 ст. 20 Земельного кодекса (ЗК) РФ и п. 2 ст. 3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" государственным и муниципальным унитарным предприятиям, основанным на праве хозяйственного ведения, земельные участки могут предоставляться только на праве аренды.

 

Ответчик, владея недвижимыми объектами на праве хозяйственного ведения и имея право на приобретение земельного участка, занятого этими строениями и необходимого для их использования, договор аренды не оформил, освобождая себя тем самым от платежей за пользование земельным участком.

 

Согласно Постановлению Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 54 "О некоторых вопросах, возникших у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием земельного налога" плательщиками земельного налога признаются лица, обладающие правом постоянного (бессрочного) пользования, которое зарегистрировано в ЕГРП, или возникло до введения требования о государственной регистрации вещных прав, или приобретено в порядке универсального правопреемства.

 

Таким образом, ответчик не может уплачивать добровольно и с него нельзя взыскать принудительно ни земельный налог, ни арендную плату.

 

2. В Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.12.2013 N 12790/13 сформулирована правовая позиция о том, что в подобных случаях имеет место фактическое пользование земельным участком, поэтому правовым основанием для взыскания с фактических пользователей земельных участков неосновательно сбереженных ими денежных средств являются ст. 1102 ГК РФ и ст. ст. 35, 36, 65 ЗК РФ. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 29.06.2010 N 241/10 и от 15.11.2011 N 8251/11.

 

Таким образом, является обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что предприятие неосновательно сберегло денежные средства, подлежащие уплате за пользование земельным участком, и в силу ст. 1102 ГК РФ у него возникла обязанность возвратить собственнику земли неосновательное обогащение в размере, равном арендной плате, подлежащей определению в соответствии с Правилами определения размера арендной платы, а также порядка, условий и сроков внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 16.07.2009 N 582.

 

Ссылка судов на Постановления Президиума ВАС РФ от 15.11.2011 N 8251/11 и от 12.07.2006 N 11991/05 является необоснованной, поскольку изложенная в них правовая позиция основана на Законе РФ от 11.10.1991 N 1738-1 "О плате за землю" и неприменима к спорным правоотношениям, возникшим после того как Федеральным законом от 29.11.2004 N 141-ФЗ "О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации, а также о признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" этот Закон с 01.01.2006 признан утратившим силу в части определения плательщиков земельного налога.

 

 

 

Определение ВС РФ от 18.11.2014 N 303-ЭС14-395

 

 

 

1. Поводом для обращения истца с иском явилось размещение ответчиком без согласия собственников помещений, расположенных в доме, двух вывесок на фасаде многоквартирного жилого дома. Одна вывеска в форме шоколадной плитки площадью 2 кв. м и сведениями - "Шоколадный Департамент. Фирменный магазин кондитерских изделий. Режим работы с 09 до 21. Наименование, юридический адрес и идентификационный номер налогоплательщика (ИНН)", вторая вывеска площадью 7,56 кв. м и сведениями - "Шоколадный Департамент. Фирменный магазин кондитерских изделий".

 

В Постановлении Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе" было указано, что при применении п. 1 ст. 3 этого Закона следует исходить из того, что не может быть квалифицирована в качестве рекламы информация, которая хотя и отвечает перечисленным критериям, однако обязательна к размещению в силу Закона или размещается в силу обычая делового оборота.

 

К такой информации относятся, в частности, сведения, предоставляемые лицами в соответствии со ст. 495 ГК РФ, ст. 11 Федерального закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции", ст. 18 Федерального закона "О качестве и безопасности пищевых продуктов", ст. ст. 9, 10 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) и т.д.

 

Системное толкование указанных норм права дает основание делать вывод о наличии различных оснований для размещения информации: реклама, соответствующая требованиям п. 1 ст. 3 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ "О рекламе" (далее - Закон о рекламе), целью которой является формирование или поддержание интереса к продукту и его продвижение на рынке, а также иные информационные конструкции размещаются по инициативе и волеизъявлению заинтересованных в этом лиц, а информация, содержащая сведения, прямо предусмотренные Законом о защите прав потребителей, размещается в силу требований этого Закона.

 

Поскольку согласно преамбуле к Закону о защите прав потребителей этот Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав, то обязанность довести необходимую информацию до потребителя является публичной, неисполнение которой исполнителем (продавцом) влечет предусмотренную Законом ответственность.

 

Поскольку вывеска площадью 2 кв. м по содержанию находящихся сведений на ней, ее размеру, расположению на фасаде дома соответствует требованиям, предъявляемым Законом о защите прав потребителей, ее следовало признать вывеской, содержащей информацию, необходимую для защиты прав потребителей, обязательную в соответствии с указанным Законом для доведения до сведения неограниченного круга лиц.

 

2. Вместе с тем вторая спорная вывеска площадью 7,56 кв. м не содержит всех необходимых сведений, предусмотренных Законом о защите прав потребителей, превышает допустимые для информационной вывески размеры, была размещена при соблюдении ответчиком процедуры ее установки как рекламной конструкции. С учетом этих обстоятельств, а также способа доведения информации о своем товаре и обозначении продавца, в том числе посредством использования товарного знака, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно указали на то, что она в силу указанных признаков направлена на привлечение и поддержание внимания к реализуемому товару, его продвижению и поэтому является рекламной конструкцией.

 

3. При решении вопроса о наличии у ответчика обязанности уплатить определенную плату за размещение спорных вывесок суды в связи с указанием истца на неосновательное обогащение ответчика в результате использования общего имущества многоквартирного жилого дома обоснованно исходили из положений ст. ст. 36, 44 Жилищного кодекса (ЖК) РФ.

 

По решению собственников помещений в многоквартирном доме, принятому на общем собрании, объекты общего имущества в многоквартирном доме могут быть переданы в пользование иным лицам в случае, если это не нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц (п. 4 ст. 36 ЖК РФ).

 

Статья 44 ЖК РФ предусматривает, что решение о пользовании общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме иными лицами, в том числе посредством заключения договоров на установку и эксплуатацию рекламных конструкций, должно быть принято общим собранием собственников многоквартирного жилого дома.

 

Однако суды не учли, что законом прямо установлена возможность принятия такого решения на общем собрании собственников помещений об использовании общего имущества дома, определении размера платы лишь при использовании имущества для установки и эксплуатации другими лицами рекламных конструкций, но не в случае размещения информации в соответствии с требованиями Закона о защите прав потребителей.

 

Поскольку, размещая именно такую информацию в соответствии с требованиями этого Закона, продавец (исполнитель) выполняет публичную обязанность в интересах неограниченного круга лиц, взимание с него соответствующей платы ни нормами указанного Закона, ни нормами ЖК РФ не предусмотрено, в связи с чем такое лицо не может быть признано обогатившимся за чужой счет и оснований для применения главы 60 ГК РФ не имеется.

 

 

 

Определение ВС РФ от 19.11.2014 N 309-ЭС14-376

 

 

 

1. Из взаимосвязанных положений ст. 51 ГК РФ, п. 8 ст. 11 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО), подп. "д" п. 1 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о регистрации) следует, что сведения об участниках общества с ограниченной ответственностью и о размерах и номинальной стоимости их долей в уставном капитале общества подлежат обязательной государственной регистрации и включению в ЕГРЮЛ и считаются достоверными до внесения в ЕГРЮЛ соответствующих изменений.

 

2. Суд апелляционной инстанции, отказывая истице в удовлетворении требования о признании недействительным решения межрайонной инспекции ФНС России в части ее государственной регистрации в качестве участника общества с ограниченной ответственностью, указал, что установление судом недействительности решения общего собрания в части принятия истицы в общество может явиться основанием для обращения в регистрирующий орган с заявлением о внесении новых записей в ЕГРЮЛ.

 

Однако судом не учтены требования п. 2 ст. 26 Закона об ООО о том, что выход участников из общества, в результате которого в обществе не останется ни одного участника, а также выход единственного участника из общества не допускаются, и п. 6 Правил ведения Единого государственного реестра юридических лиц и предоставления содержащихся в нем требований, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 19.06.2002 N 438, о том, что изменение сведений, содержащихся в конкретной записи ЕГРЮЛ, осуществляется путем внесения новой записи со ссылкой на изменяемую запись.

 

Из указанных положений следует, что заявление истицы об изменении содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о ней как единственном участнике общества со ссылкой на резолютивную часть Постановления суда апелляционной инстанции могло быть удовлетворено регистрирующим органом при условии предварительного внесения в соответствующий раздел ЕГРЮЛ сведений хотя бы об одном из ранее вышедших из общества участников, для чего необходимо признание недействительными действий того из указанных лиц, которое последним заявило о выходе из общества и имело возможность заявить о своем выходе с соблюдением требований п. 2 ст. 26 Закона об ООО только в силу наличия в ЕГРЮЛ сведений об истице как участнике этого общества.

 

Так как основание недействительности решения общего собрания общества в части принятия в него истицы возникло до выхода из этого общества других участников, признание судом указанного решения недействительным лишает правового основания выход того из названных участников, чье заявление о выходе в силу Постановления суда апелляционной инстанции не соответствовало требованию п. 2 ст. 26 Закона об ООО.

 

3. Поскольку в силу ст. 168 ГК РФ (в действовавшей в спорном периоде редакции) направленная на прекращение прав и обязанностей, вытекающих из участия в обществе с ограниченной ответственностью, сделка участников общества, не соответствующая требованиям п. 2 ст. 26 Закона об ООО, признавалась ничтожной, а о применении последствий недействительности этой сделки в виде внесения в ЕГРЮЛ сведений об одном из вышедших из общества лиц как об участнике этого общества истицей самостоятельно не заявлялось, суд вправе был применить эти последствия по собственной инициативе (п. 2 ст. 166 ГК РФ) либо, руководствуясь ч. 3 ст. 9 АПК РФ, предложить истице уточнить свои требования.

 

Судами установлено, что участниками общества при проведении общего собрания и принятии решения о принятии в общество истицы нарушены требования Закона об ООО, касающиеся созыва общего собрания и наличия волеизъявления лица на переход доли в уставном капитале общества. Решение общего собрания, приложенное обществом к заявлению о государственной регистрации соответствующих изменений и подтверждающее переход доли, считается неподанным, поскольку содержало недостоверные сведения, касающиеся перехода доли, что, в свою очередь, является основанием для отказа в государственной регистрации спорных изменений на основании подп. "а" п. 1 ст. 23 Закона о регистрации.

 

Поскольку в результате государственной регистрации межрайонной инспекцией ФНС России сведений об истице как участнике общества с ограниченной ответственностью нарушены ее права и законные интересы, эти нарушения должны быть устранены путем аннулирования соответствующей записи.

 

 

 

Определение ВС РФ от 20.11.2014 N 308-ЭС14-1222

 

 

 

1. В соответствии с п. 2 ст. 10 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" (далее - Закон об обороте земель сельхозназначения) передача в аренду находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков из земель сельхозназначения осуществляется в порядке, установленном ст. 34 ЗК РФ, в случае если имеется только одно заявление о передаче земельных участков из земель сельхозназначения в аренду, при условии предварительного и заблаговременного опубликования сообщения о наличии предлагаемых для такой передачи земельных участков в средствах массовой информации, определенных субъектом Российской Федерации. При этом принятие решения о передаче земельных участков в аренду допускается при условии, что в течение месяца с момента опубликования сообщения не поступили иные заявления.

 

В п. 3 ст. 10 Закона об обороте земель сельхозназначения предусмотрено, что в случае, если подано два и более заявления о передаче земельных участков из земель сельхозназначения в аренду, такие земельные участки предоставляются в аренду на торгах (конкурсах, аукционах). Организация и проведение торгов (конкурсов, аукционов) по продаже земельных участков из земель сельхозназначения, а также права на заключение договоров аренды таких земельных участков осуществляются в соответствии со ст. 38 ЗК РФ.

 

Вместе с тем Федеральный закон от 11.06.2003 N 74-ФЗ "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" (далее - Закон о фермерском хозяйстве), устанавливая порядок предоставления земель сельскохозяйственного назначения такому субъекту, не определяет процедуру предоставления земельного участка в случае наличия конкурирующей заявки второго такого же субъекта или иной сельскохозяйственной организации.

 

Из системного толкования приведенных норм права следует, что в отсутствие в Законе о фермерском хозяйстве соответствующих положений, регулирующих спорную ситуацию, и учитывая, что указанным лицам для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства необходимы земли сельхозназначения, применению подлежат правила, установленные п. 2 ст. 10 Закона об обороте земель сельхозназначения, прямо содержащим норму о предоставлении земельных участков из земель сельхозназначения в аренду в случае, если подано два и более заявления на торгах (конкурсах, аукционах). Применение этой нормы в рассматриваемом случае вытекает также из ст. 2 Закона об обороте земель сельхозназначения, которая предусматривает, что участниками отношений, регулируемых Законом об обороте земель сельхозназначения, являются граждане, юридические лица, Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования, не исключая тем самым его действие на крестьянские (фермерские) хозяйства.

 

Правовое регулирование спорной ситуации положениями п. 2 ст. 10 Закона об обороте земель сельхозназначения соответствует установленным ст. 34 ЗК РФ принципам эффективности, справедливости, публичности, открытости и прозрачности процедур предоставления земельных участков, гарантирует равный доступ всех лиц к приобретению земельных участков из публичной собственности. Иное толкование положений Закона направлено на установление необоснованного приоритета земельных прав одних землепользователей над другими и противоречит приведенным выше принципам.

 

3. Ссылка на Постановление Президиума ВАС РФ от 19.11.2013 по делу N 7685/13 не может быть признана обоснованной, поскольку оно было принято при иных обстоятельствах. В указанном деле глава крестьянского (фермерского) хозяйства был единственным лицом, заинтересованным в приобретении земельного участка из земель сельхозназначения, в связи с чем в этой ситуации подлежали применению положения ст. 12 Закона о фермерском хозяйстве.

 

4. Лицо при обращении в суд за защитой своих нарушенных прав, действуя в своем интересе, имеет право на выбор установленных ст. 12 ГК РФ способов защиты. Поскольку заключенные с колхозом договоры аренды были прекращены и он обратился за предоставлением земельных участков вновь, то при обращении в суд колхоз указывал на нарушение порядка передачи земельных участков главе крестьянского (фермерского) хозяйства, т.е. без учета его конкурирующей заявки и необходимости в этом случае проведения торгов, в силу чего он является заинтересованным лицом как по оспариванию ненормативного акта, так и заключенных на основании этого акта договоров аренды. Выбор способа защиты своих нарушенных прав был сделан колхозом с учетом характера нарушения права и преследуемого им интереса.

 

 

 

Определения Судебной коллегии по гражданским делам

 

 

 

Определение ВС РФ от 11.11.2014 N 5-КГ14-92

 

 

 

ВС РФ отменил судебные акты нижестоящих судебных инстанций в рамках дела по иску управляющей организации к собственникам жилого помещения в доме о взыскании задолженности по оплате коммунальных платежей и по встречному иску собственников жилого помещения к управляющей организации о признании тарифа на содержание и ремонт жилых помещений незаконным и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В качестве обоснования ВС РФ указал, что для правильного разрешения данного спора юридически значимыми и подлежащими установлению обстоятельствами являются следующие обстоятельства:

 

- какой способ управления многоквартирным домом был выбран собственниками помещений;

 

- может ли управляющая организация самостоятельно на основании заключенного договора определять тарифы при расчете платы за содержание и ремонт жилых помещений;

 

- проводилось ли в спорный период общее собрание собственников помещений, на котором был установлен размер платы за содержание и ремонт жилых помещений;

 

- какие тарифы применялись управляющей организацией при расчете платы за содержание и ремонт жилых помещений, кем они утверждены, основания их утверждения и правильность расчетов.

 

 

 

Определение ВС РФ от 18.11.2014 N 5-КГ14-3

 

 

 

ВС РФ отменил судебный акт суда апелляционной инстанции и оставил в силе решение суда первой инстанции в рамках дела о расторжении договоров аренды земельных участков и обязанности возвратить земельные участки. В качестве обоснования ВС РФ отметил, что отсутствуют какие-либо объективные причины для расторжения договоров аренды с муниципальным образованием. Расторжение договора аренды на основании отмены "в порядке самоконтроля" органом местного самоуправления постановления о предоставлении земельных участков в аренду не предусмотрено нормами гражданского и земельного законодательства. Более того, произвольное расторжение договоров аренды с изъятием законно предоставленных земельных участков, на которых находятся законно возведенные объекты капитального строительства, нарушает публичный порядок, принципы правовой определенности и уважения собственности.

 

 

 

Определение ВС РФ от 30.09.2014 N 4-КГ14-18

 

 

 

ВС РФ отменил судебный акт суда апелляционной инстанции и направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции дело по иску о признании договора о срочном пользовании земельными участками ничтожным, незаключенным, о сносе самовольных построек, по встречному иску о признании права собственности на объекты незавершенного строительства. В качестве обоснования ВС РФ указал следующее. Из содержания ст. ст. 432 - 434, 609 ГК РФ следует, что для признания заключенным договора аренды недвижимого имущества, каковым был признан договор о срочном пользовании земельными участками, требовались не только достижение соглашения по всем существенным условиям, соблюдение требования о письменной форме сделки, но и государственная регистрация такого договора, отсутствие которой свидетельствовало о незаключенности договора. Признание договора незаключенным означает отсутствие каких-либо договорных обязательств между его сторонами.

 

Однако суд апелляционной инстанции не учел, что в том случае, если договор, признанный незаключенным, фактически исполнялся (имела место передача имущества и т.п.), следовало определить правовые последствия признания договора незаключенным исходя из норм, регулирующих внедоговорные обязательства.

 

 

 

 

 

ПЕРВОЕ "ЛИЗИНГОВОЕ" ДЕЛО, РАССМОТРЕННОЕ НОВЫМ ВЕРХОВНЫМ СУДОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 

 

Первое "лизинговое" дело, рассмотренное новым Верховным Судом Российской Федерации

 

 

 

В октябре 2014 г. Судебная коллегия ВС РФ по экономическим спорам рассмотрела первое дело по спору, возникшему из отношений в сфере лизинговой деятельности.

 

Фабула дела такова. В 2007 г. ОАО "Северная Венеция" (лизингодатель) и ООО "ПСК "ПГ-Стром" (лизингополучатель) заключили договор возвратного лизинга оборудования. ОАО "Северная Венеция" при приобретении оборудования оплатило его по цене 31,1 млн. руб., общая сумма лизинговых платежей должна была составить 44,1 млн. руб. ООО "ПСК "ПГ-Стром" выплатило 19 млн. руб. лизинговых платежей.

 

В конце марта 2009 г. ООО "ПСК "ПГ-Стром" передало по соглашению о перемене лиц в обязательстве права и обязанности лизингополучателя ООО "ИСК-Энерго", которое обязалось выполнять условия договора, относящиеся к периоду с апреля 2009 г. Согласно условиям этого соглашения ООО "ПСК "ПГ-Стром" отказалось от финансовых претензий к ОАО "Северная Венеция" по обязательствам, которые возникнут с апреля 2009 г., при этом ОАО "Северная Венеция" не освобождается от исполнения ранее возникших обязательств, а обязательства, исполненные ООО "ПСК "ПГ-Стром" (первоначальным лизингополучателем) по договору, возврату и зачету не подлежат и учитываются как исполненные ООО "ИСК-Энерго" (новым лизингополучателем).

 

В мае 2010 г. договор расторгнут по соглашению сторон ввиду неисполнения новым лизингополучателем обязательств по внесению лизинговых платежей. По условиям соглашения о расторжении договора ООО "ИСК-Энерго" признало просроченную задолженность по лизинговым платежам в сумме 10,9 млн. руб. и обязалось погасить ее в течение года. ОАО "Северная Венеция" сохранило право собственности на оборудование, ООО "ИСК-Энерго" обязалось возвратить его в трехдневный срок.

 

В день расторжения договора лизинга те же организации заключили договор подряда, по которому ООО "ИСК-Энерго" (исполнитель) обязалось выполнить в интересах ОАО "Северная Венеция" пуско-наладочные работы в отношении комплекса оборудования, включавшего спорное имущество. Работы были выполнены надлежащим образом. Далее стороны заключили соглашение о зачете, которым прекращали обязательство ОАО "Северная Венеция" по оплате работ в сумме 29,7 млн. руб. и обязательства ООО "ИСК-Энерго" в такой же сумме, в том числе задолженность по договору лизинга в размере 10,9 млн. руб.

 

Осенью 2012 г. ОАО "Северная Венеция" продало лизинговое имущество стороннему приобретателю по цене 23 млн. руб. ООО "ИСК-Энерго" потребовало от ОАО "Северная Венеция" вернуть 16 млн. руб. в качестве части выкупного платежа, но данное требование удовлетворено не было.

 

ООО "ИСК-Энерго" обратилось в суд с иском о взыскании с ОАО "Северная Венеция" 15,5 млн. руб. неосновательного обогащения в виде удерживаемой оплаченной части фактической выкупной цены оборудования. ОАО "Северная Венеция" предъявило встречный иск о взыскании 22,6 млн. руб. убытков, связанных с расторжением договора. В расчет убытков включены недополученная часть лизинговых платежей и часть цены пусконаладочных работ, приходящаяся на спорное оборудование.

 

Для установления величины действительной выкупной стоимости предмета лизинга, уплаченной к моменту расторжения договора в составе лизинговых платежей, было назначено последовательно две экспертизы. По результатам первой эксперт рассчитал эту величину, исходя из пропорционального распределения выкупной стоимости по лизинговым платежам. По результатам повторной экспертизы эксперт пришел к выводу о невозможности расчета данной величины ввиду отсутствия в договоре формулы распределения внутри лизингового платежа, которая позволила бы выделить долю, приходящуюся на выкупную стоимость.

 

Суд первой инстанции в удовлетворении обоих исков отказал. Апелляционный и кассационный суды оставили решение без изменения. При этом суды обосновали отказ в первоначальном иске тремя доводами. Во-первых, в части выкупной стоимости, включенной в 19 млн. руб. платежей, которые внесло ООО "ПСК "ПГ-Стром" (первоначальный лизингополучатель), ООО "ИСК-Энерго" (новый лизингополучатель) является ненадлежащим истцом. Во-вторых, в соглашениях о расторжении договора и о зачете указания на обязанность ОАО "Северная Венеция" вернуть часть ранее полученных лизинговых платежей отсутствуют. В-третьих, в отсутствие формулы расчета выкупной стоимости любое определение ее размера будет произвольным.

 

В обоснование отказа в удовлетворении встречного иска суды также привели три довода. Во-первых, в соглашении о расторжении договора лизинга указание на обязанность ООО "ИСК-Энерго" внести будущие платежи отсутствует. Во-вторых, ОАО "Северная Венеция" не доказало, что с учетом реализации предмета лизинга его притязания не превышают пределов возмещения убытков и неосновательного обогащения. В-третьих, отсутствует причинная связь между расторжением договора и расходами по договору на пуско-наладку оборудования.

 

ООО "ИСК-Энерго" обратилось в ВАС РФ с заявлением о пересмотре указанных судебных актов в порядке надзора в части отказа в первоначальном иске. С учетом переходных положений процессуального законодательства, связанных с упразднением ВАС РФ, дело передано для рассмотрения в заседании Судебной коллегии ВС РФ.

 

Дело по спору, возникшему из гражданских правоотношений, рассмотрено судьями Т.В. Завьяловой (председательствующий), А.Г. Першутовым, входившими ранее в пятый (налоговый) состав ВАС РФ, и Н.В. Павловой, входившей ранее в третий (договорный) состав ВАС РФ. Определением от 14.10.2014 по делу N 307-ЭС14-22 акты нижестоящих инстанций в части отказа в первоначальном иске отменены, в отмененной части дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию.

 

В этом Определении обращают на себя внимание две линии рассуждений.

 

Первая связана с определением характера, субъектного состава и размера обязательств, возникающих при расторжении договора лизинга. Существенная часть мотивировки Определения Судебной коллегии ВС РФ в рамках данной линии стала заметным шагом назад по сравнению с правовыми позициями, сформулированными в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление о выкупном лизинге), а также в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 N 6878/13 и от 15.07.2014 N 4664/13. Несмотря на закрепленные в сохраняющих силу итоговых правовых позициях ВАС РФ подход к выкупному лизингу как к финансовой услуге, выражающейся в предоставлении финансирования, и сальдовый метод определения последствий расторжения договора и возврата лизингового имущества, Судебная коллегия ВС РФ вновь разрешила спор на основе, казалось, уже окончательно и бесповоротно признанных очевидно ошибочными постулатов:

 

о смешанном характере договора выкупного лизинга, включающего элементы финансовой аренды и купли-продажи;

 

о возможности определения выкупной стоимости предмета лизинга в составе лизинговых платежей на основе остаточной стоимости предмета лизинга, рассчитанной с применением Положения по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, утвержденного Приказом Минфина России от 30.03.2001 N 26н;

 

об установлении величины действительной выкупной стоимости предмета лизинга экспертами (алхимиками, астрологами, хиромантами и прочими шарлатанами) по результатам экспертизы в соответствии с нумеролого-каббалистической методикой, рекомендованной Постановлением Президиума ВАС РФ от 12.07.2011 N 17389/10;

 

о допустимости произвольных расчетов, несмотря на отсутствие общепризнанной формулы вычисления подлежащей возврату части выкупной цены предмета лизинга, и возможности использовать любую формулу.

 

Справедливости ради следует отметить, что в Определении Судебной коллегии ВС РФ имеется ссылка на необходимость расчета сальдо встречных обязательств в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ о выкупном лизинге. Вместе с тем коллегия не увидела явного противоречия между разумным и справедливым сальдовым подходом, с одной стороны, и обильно цитируемыми в Определении альтернативными здравому смыслу правоположениями, которые содержались в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 18.05.2010 N 1729/10 и от 12.07.2011 N 17389/10, - с другой. С учетом Постановления Пленума ВАС РФ о выкупном лизинге 2014 г. вряд ли можно считать сохранившими силу (по смыслу ч. 4 ст. 170 АПК РФ) Постановления Президиума ВАС РФ от 2010 и 2011 гг., в основу которых положена совершенно иная квалификация лизинга.

 

Вторая линия рассуждений относится к вопросу о праве нового лизингополучателя претендовать на возврат лизингодателем части платежей, внесенных первоначальным лизингополучателем. Использование в рамках первой линии рассуждений ссылок на утратившие силу Постановления Президиума ВАС РФ от 2010 и 2011 гг. потребовало отступления от классических подходов к определению субъектного состава кондикционного обязательства и правопреемства в нем на активной стороне.

 

Судебная коллегия ВС РФ признала допустимым кондикционное притязание нового лизингополучателя в ситуации, когда приобретение или сбережение имущества ответчиком если и произошло, то не за счет истца (вряд ли уместно называть его потерпевшим), а за счет третьего лица (в материальном, а не процессуальном смысле). При этом, во-первых, к моменту заключения третьим лицом и истцом соглашения о перемене стороны данное притязание еще не возникло (абз. 2 п. 2 ст. 390 ГК РФ), во-вторых, в соглашении отсутствуют указания на его уступку третьим лицом истцу как будущего требования (ст. 388.1 ГК РФ).

 

Конструкция передачи договора (ст. 392.3 ГК РФ) может нивелировать отсутствие как кондикционного притязания в момент замены стороны, так и указания на правопреемство в нем в соглашении о перемене стороны, только если последствия расторжения договора лизинга определены в рамках сальдового подхода. Требование о выплате сальдо возникает у тех лиц, которые являются сторонами договора лизинга в день его расторжения.

 

В рассматриваемом деле истец ставит вопрос о взыскании неосновательного обогащения именно в виде части выкупной стоимости предмета лизинга, содержащейся во внесенных лизинговых платежах. В тех же терминах исковое требование оценивается судами, включая Судебную коллегию ВС РФ. Поэтому вывод судов трех инстанций о том, что истец (новый лизингополучатель) является ненадлежащим в части платежей, внесенных третьим лицом (первоначальным лизингополучателем), представляется значительно более обоснованным, чем противоположный вывод коллегии.

 

 

 

 

 

ОБЗОР ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ ВЕРХОВНЫМ СУДОМ РФ

 

 

 

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 28 ноября 2014 года

 

 

 

"Обзор практики рассмотрения дел Верховным Судом РФ"

 

 

 

Определение от 18 ноября 2014 г. N 303-ЭС14-395

 

 

 

ООО "П.", являясь управляющей организацией, с которой собственники помещений многоквартирного жилого дома заключили договор на управление имуществом дома, обратилось с иском к ООО "С." о взыскании неосновательного обогащения в сумме 160 985,87 руб. за использование фасада дома и процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 15 088,76 руб.

 

Поводом для обращения с иском явилось размещение ответчиком без согласия собственников помещений, расположенных в доме, на фасаде дома двух вывесок. Одна вывеска в форме шоколадной плитки площадью 2 кв. м и со сведениями - "Шоколадный департамент. Фирменный магазин кондитерских изделий. Режим работы с 09 до 21. Наименование, юридический адрес и идентификационный номер налогоплательщика (ИНН)", вторая вывеска площадью 7,56 кв. м и со сведениями - "Шоколадный департамент. Фирменный магазин кондитерских изделий".

 

В обоснование иска ООО "П." указало, что в силу п. 5 ст. 19 ФЗ от 13.03.2006 N 38-ФЗ "О рекламе" ООО "С." обязано было заключить договор с управляющей компанией на размещение на фасаде дома рекламных конструкций. Однако на направленную претензию о необходимости заключения договора и возмещения неосновательного обогащения за использование общего имущества дома ООО "С." не ответило.

 

Решением арбитражного суда, оставленным без изменения апелляционным судом, иск удовлетворен. Суды сочли, что обе конструкции направлены на привлечение и поддержание внимания к реализуемому товару, то есть имеют рекламный характер.

 

ФАС округа признал спорные конструкции, размещенные в месте непосредственного осуществления деятельности ООО "С.", не рекламными конструкциями, а иными вывесками с изображением товарного знака с целью продвижения товаров третьим лицам, указав также, что плата в этом случае подлежит взысканию с ООО "С.". На основании ст. 246, 290 ГК РФ, ч. 1 ст. 36, пп. 3 п. 2 ст. 44 ЖК РФ суд пришел к выводу, что использование общего имущества дома, в том числе стены, должно быть возмездным. Даже если размещенная на фасаде информация не является рекламой, это не освобождает ООО "С." от внесения платы.

 

Учитывая, что взысканная сумма соответствует установленному протоколом общего собрания собственников помещений размеру платы за размещение вывесок, рекламных и иных информационных конструкций, определенной в зависимости от площади занимаемой конструкции, ФАС округа оставил судебные акты без изменения.

 

ООО "С." считает, что суды необоснованно не применили Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", п. 1 ст. 9 которого обязывает доводить до сведения потребителей сведения о фирменном наименовании своей организации, месте ее нахождения (адрес) и режиме работы. Поскольку спорные вывески были размещены во исполнение требований этого Закона, оснований для взыскания неосновательного обогащения нет.

 

Суды разошлись в правовой оценке спорных конструкций: суды первой и апелляционной инстанций признали их рекламными, а суд кассационной инстанции - вывесками с обозначением товарного знака, размещенными в месте осуществления своей деятельности лицом, имеющим право на использование обозначения "Шоколадный департамент", но не рекламными конструкциями. Тем не менее суды пришли к единому выводу о наличии у разместившего их лица обязанности оплатить использование общего имущества дома.

 

Судебная коллегия полагает, что суды не дали должной оценки доводам ответчика, указавшего, что, поскольку размещение спорных вывесок произведено им в силу требований Закона о защите прав потребителей, плата в этом случае не взимается. Поскольку характер и способ размещения информации заинтересованными в этом лицами могут иметь различное назначение, судам следовало проверить этот довод с учетом положений как Закона о рекламе, так и Закона о защите прав потребителей.

 

Согласно Закону о рекламе информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке, является рекламой и должна в связи с этим отвечать требованиям, предъявляемым Законом (п. 1 ст. 3).

 

В соответствии со ст. 9, 10 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан довести до сведения потребителя фирменное наименование (наименование) своей организации, место ее нахождения (адрес) и режим ее работы, а также иные сведения, предусмотренные в этих нормах.

 

В Постановлении Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе" указано, что при применении п. 1 ст. 3 Закона следует исходить из того, что не может быть квалифицирована в качестве рекламы информация, которая хотя и отвечает перечисленным критериям, однако обязательна к размещению в силу закона или размещается в силу обычая делового оборота.

 

К такой информации относятся, в частности, сведения, предоставляемые лицами в соответствии со ст. 495 ГК РФ, ст. 11 ФЗ "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции", ст. 18 ФЗ "О качестве и безопасности пищевых продуктов", ст. 9, 10 Закона "О защите прав потребителей".

 

Реклама, соответствующая требованиям п. 1 ст. 3 Закона о рекламе, целью которой является формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке, а также иные информационные конструкции размещаются по инициативе и волеизъявлению заинтересованных лиц, а информация, содержащая сведения, предусмотренные Законом о защите прав потребителей, размещается в силу требований этого Закона.

 

Поскольку согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей он регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав, обязанность довести необходимую информацию до потребителя является публичной, ее неисполнение влечет предусмотренную законом ответственность.

 

Решением Хабаровской городской Думы в соответствии с ФЗ от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ" 26.12.2008 утверждены Правила благоустройства городского округа "Город Хабаровск", определяющие виды, способы, цели размещения вывесок и требования к ним. Эти Правила действовали на момент размещения спорных вывесок и в связи с этим подлежали применению.

 

Согласно Правилам информационная табличка, являющаяся разновидностью вывески, - это обязательная к размещению вывеска, предназначенная для доведения до потребителей информации о фирменном наименовании предприятия, учреждения, организации, месте их нахождения (адрес) и режиме их работы в соответствии со ст. 9 Закона "О защите прав потребителей". Предприятия, учреждения, организации и индивидуальные предприниматели должны разместить информационные таблички на стене здания рядом с входом в предприятие, учреждение, организацию. При этом было рекомендовано применять следующие размеры информационной таблички: 40 x 60, 50 x 70, 60 x 80 см. Вывеска должна располагаться на фасаде здания непосредственно у входа в помещение или в пределах помещения, занимаемого предприятием, между первым и вторым этажом здания, если иное не предусмотрено собственником здания или сооружения. Площадь вывески не должна превышать 2,0 кв. м, если иное не предусмотрено собственником здания или сооружения.

 

Нормативный акт органа местного самоуправления при этом не предусматривает необходимость размещения в этих целях двух информационных табличек по одному адресу в непосредственной близости друг к другу, в какой находятся спорные вывески.

 

Поскольку вывеска площадью 2 кв. м по содержанию сведений, размеру, расположению на фасаде дома соответствует требованиям Закона о защите прав потребителей, а также Правилам, устанавливаемым к информационной табличке, ее следовало признать вывеской, содержащей информацию, необходимую для защиты прав потребителей, обязательную в соответствии с Законом для доведения до сведения неограниченного круга лиц.

 

Вторая вывеска площадью 7,56 кв. м не содержит всех необходимых сведений, предусмотренных Законом о защите прав потребителей, превышает допустимые для информационной вывески размеры, была размещена при соблюдении ответчиком процедуры ее установки как рекламной конструкции. С учетом этого, а также способа доведения информации о товаре и обозначении продавца, в том числе посредством использования товарного знака, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно не согласились с ООО "С." о признании ее информацией, размещенной в соответствии с требованиями Закона о защите прав потребителей, сделав вывод, что она направлена на привлечение и поддержание внимания к реализуемому товару, его продвижению и поэтому является рекламной конструкцией.

 

При решении вопроса о наличии у ООО "С." обязанности уплатить плату за размещение спорных вывесок суды в связи с указанием истца на неосновательное обогащение ответчика в связи с использованием общего имущества дома обоснованно исходили из ст. 36, 44 ЖК РФ.

 

Согласно п. 2 ст. 36 ЖК РФ предусмотрено право собственников помещений в многоквартирном доме владеть, пользоваться и в установленных ЖК РФ и гражданским законодательством пределах распоряжаться общим имуществом в доме.

 

По решению собственников помещений, принятому на общем собрании, объекты общего имущества могут быть переданы в пользование иным лицам в случае, если это не нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц (п. 4 ст. 36 ЖК РФ).

 

Ст. 44 ЖК РФ предусмотрено, что решение о пользовании общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме иными лицами, в том числе посредством заключения договоров на установку и эксплуатацию рекламных конструкций, должно быть принято общим собранием собственников.

 

Однако суды не учли, что законом прямо установлена возможность принятия такого решения на общем собрании собственников помещений об использовании общего имущества дома, определении размера платы лишь при использовании имущества для установки и эксплуатации другими лицами рекламных конструкций, но не в случае размещения информации в соответствии с требованиями Закона о защите прав потребителей.

 

Поскольку, размещая именно такую информацию в соответствии с требованиями этого Закона, продавец (исполнитель) выполняет публичную обязанность в интересах неограниченного круга лиц, взимание с него соответствующей платы ни данным Законом, ни ЖК РФ не предусмотрено, в связи с чем такое лицо не может быть признано обогатившимся за чужой счет и оснований для применения гл. 60 ГК РФ не имеется.

 

Судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска только в части требования о взыскании в соответствии со ст. 1102 ГК РФ неосновательного обогащения за размещение на фасаде дома рекламной конструкции площадью 7,56 кв. м в размере 144 252,34 руб., а также 2302,57 руб. процентов. В части взыскания 16 733,53 руб. неосновательного обогащения и 2302,57 руб. процентов, начисленных за размещение вывески площадью 2 кв. м, в иске следовало отказать.

 

Судебная коллегия отменила судебные акты в части взыскания 16 733,53 руб. неосновательного обогащения и 2302,57 руб. процентов и в этой части иска отказала, в остальной части оставила судебные акты без изменения.

 

 

 

Определение от 12 ноября 2014 г. по делу N 306-ЭС14-146

 

 

 

ООО "П." обратилось с иском к банку о взыскании долга по арендной плате.

 

Решением арбитражного суда иск удовлетворен. Апелляционный суд решение оставил без изменения. ФАС округа оставил судебные акты без изменения.

 

Между Комитетом по управлению имуществом (арендодатель) и банком (арендатор) 01.05.2005 заключен договор аренды нежилого помещения. По его условиям (с учетом дополнительного соглашения) ежемесячная арендная плата с 01.04.2009 составила 581 885,93 руб. плюс НДС.

 

Исполняя договор, банк ежемесячно перечислял 581 885,93 руб. как арендную плату муниципальному образованию в лице комитета; 104 739,47 руб. как НДС в бюджет, выступая налоговым агентом на основании п. 3 ст. 161 НК РФ.

 

Впоследствии арендуемое банком помещение было приобретено ООО "П.", которое с 28.05.2010 в силу ст. 617 ГК РФ стало новым арендодателем.

 

Дополнительным соглашением в связи со сменой собственника арендуемого помещения в договоре аренды изменены сведения об арендодателе.

 

ООО "П." ссылается на невнесение банком в составе предусмотренных договором платежей НДС.

 

Установив, что в период с августа по декабрь 2010 года НДС не уплачивался банком ни ООО "П.", ни в бюджет, суды удовлетворили иск, сочтя, что уплата цены сделки в полном объеме, включая ту ее часть, которую составляют суммы НДС, является гражданско-правовой обязанностью арендатора перед арендодателем по договору аренды.

 

Между тем суды не учли следующее.

 

В договоре аренды есть прямое указание на то, что установленная в нем ежемесячная плата (581 885,93 руб.) не включает в себя НДС.

 

Предъявление продавцом дополнительно к подлежащей уплате покупателем цене реализуемого товара (работ, услуг) суммы НДС вытекает из п. 1 ст. 168 НК РФ.

 

Соответствующее условие не может быть предметом соглашения сторон и является для них обязательным (п. 1 ст. 422 ГК РФ).

 

Согласно п. 2 ст. 346.11 НК РФ организации, перешедшие на упрощенную систему налогообложения, не признаются плательщиками НДС, за исключением этого налога, подлежащего уплате при ввозе товаров на территорию РФ и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, а также налога, уплачиваемого в соответствии со ст. 174.1 НК РФ.

 

При этом в пп. 1 п. 5 ст. 173 НК РФ предусмотрена обязанность лиц, не являющихся плательщиками налога, в случае выставления ими покупателю счета-фактуры с выделением суммы налога перечислить соответствующую сумму в бюджет.

 

В данном случае ООО "П." письменно проинформировало банк о том, что оно находится на упрощенной системе налогообложения и не является плательщиком НДС. В спорный период оно формировало цену без учета НДС и выставляло банку счета на уплату арендных платежей в размере 581 885,93 руб. (без выделения НДС). ООО "П." этот налог в бюджет не перечисляло.

 

Таким образом, НДС, спустя три года рассчитанный ООО "П." по ставке 18%, был безосновательно предъявлен им к взысканию.

 

Судебная коллегия отменила судебные акты по делу и в иске отказала.

 

 

 

Определение от 30 октября 2014 г. по делу N 309-ЭС14-1436

 

 

 

Индивидуальный предприниматель С. обратился с иском к администрации муниципального образования о признании права собственности на самовольную постройку - здание пристроя к административному бытовому зданию.

 

Решением арбитражного суда в иске отказано. Апелляционный суд решение оставил без изменения. ФАС округа оставил судебные акты без изменения.

 

Постановлением администрации от 01.09.2004 С. разрешено в течение года проектирование на арендуемом земельном участке здания для размещения складских и бытовых помещений со сносом деревянного склада.

 

После получения положительного заключения по рабочему проекту на здание от 11.08.2005 и от 04.10.2005 С. обратился с заявлением о выдаче разрешения на строительство.

 

Постановлением администрации от 01.11.2005 ему разрешено в течение одного года строительство здания для размещения складских и бытовых помещений.

 

В соответствии с Постановлением от 01.11.2005 администрацией 14.11.2005 С. выдано разрешение на проведение земляных работ по строительству данного объекта.

 

Строительство здания завершено в 2007 году, о чем свидетельствуют акт приемки законченного строительством объекта от 30.08.2007 и кадастровый паспорт на здание от 28.08.2009.

 

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 11.04.2013 за С. 04.03.2013 на основании договора купли-продажи от 10.12.2012 зарегистрировано право собственности на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: эксплуатация и обслуживание здания склада.

 

С. 30.05.2013 обратился в Главное управление архитектуры и градостроительства с заявлением о выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. Письмом от 17.06.2013 в выдаче разрешения было отказано в связи с отсутствием разрешения на строительство.

 

С. считает, что спорное здание является самовольной постройкой, но соответствует строительным и иным нормам и правилам, не нарушает права и законные интересы других лиц.

 

Суды руководствовались ст. 222 ГК РФ и ст. 51 Градостроительного кодекса РФ и исходили из того, что С. не принял никаких мер к получению разрешения на строительство как до начала строительства, так и во время проведения работ.

 

В соответствии с п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

 

Согласно ч. 1 ст. 55 Градостроительного кодекса разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представляет собой документ, который удостоверяет выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства градостроительному плану земельного участка или в случае строительства, реконструкции линейного объекта проекту планировки территории и проекту межевания территории, а также проектной документации.

 

Из ст. 2 ФЗ от 17.11.1995 N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в РФ" следует, что разрешение на строительство - основание для реализации архитектурного проекта, выдаваемое заказчику (застройщику) органами местного самоуправления городских округов, городских и сельских поселений, органами исполнительной власти субъектов РФ - городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга в целях контроля за выполнением градостроительных нормативов, требований утвержденной градостроительной документации, а также в целях предотвращения причинения вреда окружающей среде.

 

Согласно п. 6.1 - 6.6 Временных правил застройки города Ижевска, утвержденных решением Городской думы города Ижевска от 29.04.1996 N 170 и действовавших на момент начала строительства, порядок оформления разрешений на строительство объектов ограничивал процедуру получения разрешения на строительство изданием постановления за подписью первого заместителя главы администрации - вице-мэра города Ижевска.

 

Из материалов дела следует, что С. до начала строительства осуществил архитектурно-строительное планирование и необходимые согласования с органами местного самоуправления, провел государственную экспертизу проектной документации и получил разрешение на строительство в форме Постановления от 01.11.2005 за подписью первого заместителя главы администрации - вице-мэра города Ижевска.

 

Поэтому нельзя согласиться с выводом судов о том, что С. не принял надлежащих мер для легального осуществления строительства спорного объекта.

 

Вместе с тем С. не оспаривает тот факт, что на момент рассмотрения спора у него отсутствует акт ввода здания в эксплуатацию, процедура выдачи которого регламентируется ч. 3 и 4 ст. 55 Градостроительного кодекса. Следовательно, спорный объект соответствует признакам самовольной постройки.

 

Признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в случае, если лицо, обратившееся в суд, по какой-либо не зависящей от него причине было лишено возможности получить правоустанавливающие документы на вновь созданный или реконструированный объект недвижимости в порядке, установленном нормативными правовыми актами, регулирующими отношения, связанные с градостроительной деятельностью, и отношения по использованию земель.

 

Такой иск не может быть использован для упрощения регистрации прав на вновь созданный объект недвижимости с целью обхода норм специального законодательства, предусматривающего разрешительный порядок создания и ввода в гражданский оборот новых недвижимых вещей.

 

Как разъяснено в п. 26 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию.

 

Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению при установлении судом того, что единственными признаками самовольной постройки являются отсутствие разрешения на строительство и/или отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, предпринимало меры. В этом случае суд должен также установить, не нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан.

 

В подтверждение совершения С. действий, направленных на легализацию спорного объекта, в материалы дела представлено письмо управления от 17.06.2013 об отказе в выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

 

Согласно заключению строительно-технической экспертизы от 06.12.2013 спорный объект находится в работоспособном состоянии и пригоден для дальнейшей безопасной эксплуатации, его строительные конструкции соответствуют требованиям ФЗ от 27.12.2002 N 184-ФЗ "О техническом регулировании" в части защиты жизни и здоровья граждан, имущества физических и юридических лиц, государственного или муниципального имущества, охраны окружающей среды, жизни или здоровья животных и растений.

 

С. является собственником земельного участка площадью 836 кв. м, на котором расположен вновь возведенный объект. При этом договор купли-продажи участка заключен с администрацией уже после окончания строительства объекта.

 

Учитывая это, а также тот факт, что возведение здания произведено в соответствии с градостроительными и строительными нормами и правилами и не создает угрозы жизни и здоровью граждан, за С. может быть признано право собственности на самовольную постройку.

 

Судебная коллегия отменила судебные акты по делу и иск удовлетворила.

 

 

 

Определение от 28 октября 2014 г. N 5-КГ14-114

 

 

 

С. обратился в суд с иском к ООО "И." о признании права собственности на квартиру, ссылаясь на то, что ответчик в нарушение условий предварительного договора не заключает с ним основной договор купли-продажи квартиры, тогда как свои обязательства по договору истец выполнил в полном объеме.

 

Решением суда, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, иск удовлетворен: за истцом признано право собственности на квартиру, с ответчика взыскан штраф.

 

08.04.2009 между С. и ООО "И." заключен предварительный договор, согласно которому стороны обязались заключить договор купли-продажи квартиры в срок не позднее 6 месяцев с даты государственной регистрации права собственности продавца на квартиру. Жилой дом построен и сдан в эксплуатацию. С. полностью исполнил свое обязательство по оплате стоимости квартиры, с 16.04.2009 он фактически владеет и пользуется квартирой, несет бремя содержания имущества. Однако ООО "И." свои обязательства по предварительному договору не исполняет и основной договор купли-продажи квартиры не заключает.

 

Суд руководствовался п. 5 ст. 429 и п. 4 ст. 445 ГК РФ и исходил из того, что, поскольку истцом надлежащим образом и в полном объеме исполнены обязательства, предусмотренные предварительным договором, а ответчик уклоняется от исполнения обязательств по заключению основного договора купли-продажи, за С. должно быть признано право собственности на квартиру.

 

При этом суд указал, что истец при заключении предварительного договора имел намерение приобрести товар (квартиру) исключительно для личных, семейных, домашних нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, на него распространяется действие Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", что обеспечивает ему дополнительную правовую защиту. Поскольку ответчиком нарушены права истца как потребителя, суд, руководствуясь п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, взыскал с него в пользу истца штраф за отказ в удовлетворении законных требований о признании права собственности в добровольном порядке.

 

П. 1 ст. 13 Закона о защите прав потребителей предусматривает, что за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором. Ответственность продавца, как следует из п. 3 ст. 13 и ст. 15 данного Закона, наступает в форме возмещения вреда, уплаты неустойки (пени) и компенсации морального вреда.

 

Согласно п. 6 ст. 13 данного Закона при удовлетворении требований потребителя суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной в пользу потребителя.

 

Это означает, что с продавца взыскивается штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя, установленных законом, при удовлетворении судом исков о возмещении вреда, уплате неустойки (пени) и компенсации морального вреда и установлении судом их размера.

 

Иск о признании права собственности представляет собой констатацию в судебном акте факта наличия у субъекта гражданского правоотношения, возникшего на законных основаниях права, которое не признается кем-либо из иных субъектов гражданского права.

 

Поскольку требования С. заключались в признании за ним права собственности на квартиру, суд никаких денежных сумм в его пользу не присуждал, таким образом, и оснований для взыскания штрафа не имелось.

 

Судебная коллегия отменила судебные акты в части взыскания штрафа.

 

 

 

Определение от 28 октября 2014 г. N 18-КГ14-147

 

 

 

С.А. обратился с иском к С.С., З. о признании недействительным свидетельства о праве на наследство жилого дома, договора дарения жилого дома и земельного участка, заключенного между ответчиками, признании права собственности на данные объекты.

 

В обоснование требований С.А. сослался на то, что 15.01.1992 умер его отец С.К. На момент смерти отца истец проживал совместно с ответчиком. На основании завещания от 23.03.1981, заверенного сельским Советом народных депутатов Адлерского района, С.К. завещал все свое имущество истцу. С.А. указывает, что он фактически принял наследство, поскольку проживал и был зарегистрирован в доме на момент смерти отца, между тем на основании свидетельства о праве на наследство по закону дом перешел в собственность его брата С.С., который данное домовладение и земельный участок подарил З.

 

Решением суда в иске отказано. Апелляционная инстанция решение отменила, иск удовлетворила: признаны недействительными свидетельство о праве на наследство по закону, регистрация права собственности С.С. на жилой дом; регистрация права собственности С.С. на земельный участок; признан недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, заключенный между С.С. и З. Признано право собственности С.А. в порядке наследования по завещанию на наследственное имущество С.К. на жилой дом и земельный участок; возложена обязанность на Росреестр аннулировать в ЕГРП записи регистрации права собственности З. на дом и участок и провести государственную регистрацию права собственности на эти объекты за С.А.

 

С.К., отец истца С.А. и ответчика С.С., умер 15.01.1992. После его смерти открылось наследство в виде жилого дома, который в порядке наследования по закону перешел в собственность С.С. на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 30.09.1992. Земельный участок С.С. оформил в собственность на основании Постановления главы местной администрации от 27.10.1992.

 

07.05.2010 С.С. подарил З. жилой дом и земельный участок. 01.06.2010 З. выдано свидетельство о государственной регистрации права на дом.

 

Суд первой инстанции исходил из того, что истец не представил доказательств, подтверждающих, что он совершил действия по фактическому принятию им наследственного имущества.

 

Суд апелляционной инстанции установил, что истец, являясь наследником по завещанию от 23.02.1981, фактически принял наследство, оставшееся после смерти его отца, поскольку был зарегистрирован и проживал в спорном домовладении, что само по себе свидетельствует о вступлении им во владение и управление наследственным имуществом.

 

В соответствии со ст. 532 ГК РСФСР, действовавшей на момент открытия наследства, при наследовании по закону наследниками в равных долях являются в первую очередь дети (в том числе усыновленные), супруг и родители (усыновители) умершего, а также ребенок умершего, родившийся после его смерти.

 

Согласно ст. 546 ГК РСФСР для приобретения наследства наследник должен его принять. Не допускается принятие наследства под условием или с оговорками.

 

Признается, что наследник принял наследство, когда он фактически вступил во владение наследственным имуществом или когда он подал нотариальному органу по месту открытия наследства заявление о принятии наследства.

 

Указанные в данной статье действия должны быть совершены в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

 

Лица, для которых право наследования возникает лишь в случае непринятия наследства другими наследниками, могут заявить о своем согласии принять наследство в течение оставшейся части срока для принятия наследства, а если эта часть менее трех месяцев, то она удлиняется до трех месяцев.

 

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со времени открытия наследства.

 

Ст. 5 ФЗ от 26.11.2001 N 147-ФЗ "О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" определено, что по гражданским правоотношениям, возникшим до введения в действие части третьей ГК РФ, раздел V "Наследственное право" применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

 

Под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать, в частности, совершение действий по вступлению во владение или в управление наследственным имуществом; принятию мер по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произведению за свой счет расходов на содержание наследственного имущества; оплате за свой счет долгов наследодателя или получению от третьих лиц причитавшихся наследодателю денежных средств, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

 

Суд первой инстанции принял во внимание вступившее в законную силу решение суда от 01.02.2011 по иску З. к С.А., С.Г., С.С., С.О. о признании их утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета. В обоснование иска З. указала, что в жилом доме, принадлежащем ей на праве собственности, зарегистрированы С.А., С.Г., С.С., С.О., однако они членами ее семьи не являются, коммунальные платежи не уплачивают, в доме с 1991 года не проживают. В ходе рассмотрения дела С.А. и члены его семьи признали иск в полном объеме. Суд принял признание иска и удовлетворил требования З., признав ответчиков, в том числе С.А., утратившими право пользования жилым помещением, и обязал снять их с регистрационного учета.

 

Это решение суда было исполнено, ответчики С.А. и члены его семьи в 2011 году были сняты с регистрационного учета.

 

Апелляционная инстанция в нарушение требований ч. 2 ст. 61 ГПК РФ не учла решения от 01.02.2014.

 

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

 

Оспаривая правомерность выданного С.С. свидетельства о праве на наследство по закону от 30.09.1992 и последующую сделку дарения имущества З., С.А. не ссылается на иные действия (кроме регистрации и проживания в доме на момент смерти отца), свидетельствующие о фактическом принятии наследственного имущества, не указывает, в чем выразились его действия по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в чем проявилось его отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. Истец не отрицал тот факт, что знал о наличии завещания отца, составленного им в 1981 г. в его пользу, между тем в нотариальную контору в установленный шестимесячный срок для принятия наследства не обратился, а заявление об оспаривании наследственных прав ответчика подал в суд спустя более двадцати лет после смерти наследодателя.

 

Судебная коллегия оставила судебные акты по делу без изменения.

 

 

 

 

 

ВСЯ ВЛАСТЬ САДОВОДАМ. ВЕРХОВНЫЙ СУД ОПРЕДЕЛИЛСЯ С ПОГРАНИЧНЫМИ СПОРАМИ, НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫМИ СОБРАНИЯМИ И ИЗЪЯТИЕМ ЗЕМЕЛЬНЫХ УЧАСТКОВ

 

 

 

Вся власть садоводам. Верховный Суд определился с пограничными спорами, недействительными собраниями и изъятием земельных участков

 

 

 

Российское законодательство постоянно меняется, поэтому обзоры судебной практики, утвержденные Верховным Судом РФ, всегда воспринимаются с особым вниманием. Благодаря им можно ожидать, что гражданские дела будут рассматриваться судами более единообразно и обоснованно. Продолжаем анализировать важный для садоводов и собственников земельных участков Обзор судебной практики по вопросам, возникающим при рассмотрении дел, связанных с садоводческими, огородническими и дачными некоммерческими объединениями, за 2010 - 2013 годы, который был утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 2 февраля 2014 г. (далее - Обзор судебной практики) <1>.

 

--------------------------------

 

<1> Начало в N 11 журнала.

 

 

 

Когда собрание недействительно

 

 

 

Высшим органом управления каждого садоводческого некоммерческого объединения является общее собрание его членов.

 

Общее собрание вправе рассматривать и принимать решение практически по любым вопросам, которые стоят перед объединением или его членами, в том числе:

 

- вносить изменения в устав такого объединения и дополнения к уставу или утверждать устав в новой редакции;

 

- принимать в члены такого объединения и исключать из его членов;

 

- определять количественный состав правления такого объединения, избирать членов его правления и досрочно прекращать их полномочия;

 

- избирать председателя правления и досрочно прекращать его полномочия, если уставом такого объединения не установлено иное;

 

- избирать членов ревизионной комиссии (ревизора) такого объединения и досрочно прекращать их полномочия;

 

- избирать членов комиссии по контролю за соблюдением законодательства и досрочно прекращать их полномочия;

 

- принимать решения об организации представительств, фонда взаимного кредитования, фонда проката такого объединения о его вступлении в ассоциации (союзы) садоводческих, огороднических или дачных некоммерческих объединений;

 

- утверждать внутренние регламенты такого объединения, в том числе ведения общего собрания членов такого объединения (собрания уполномоченных); деятельности его правления; работы ревизионной комиссии (ревизора); работы комиссии по контролю за соблюдением законодательства; организации и деятельности его представительств; организации и деятельности фонда взаимного кредитования; организации и деятельности фонда проката; внутреннего распорядка работы такого объединения;

 

- принимать решения о реорганизации или о ликвидации такого объединения, назначении ликвидационной комиссии, а также утверждать промежуточный и окончательный ликвидационный балансы;

 

- принимать решения о формировании и об использовании имущества такого объединения, о создании и развитии объектов инфраструктуры, а также устанавливать размеры целевых фондов и соответствующих взносов;

 

- устанавливать размер пеней за несвоевременную уплату взносов, изменять сроки внесения взносов малообеспеченными членами такого объединения;

 

- утверждать приходно-расходную смету такого объединения и принимать решения о ее исполнении;

 

- рассматривать жалобы на решения и действия членов правления, председателя правления, членов ревизионной комиссии (ревизора), членов комиссии по контролю за соблюдением законодательства, должностных лиц фонда взаимного кредитования и должностных лиц фонда проката;

 

- утверждать отчеты правления, ревизионной комиссии (ревизора), комиссии по контролю за соблюдением законодательства, фонда взаимного кредитования, фонда проката;

 

- поощрять членов правления, ревизионной комиссии (ревизора), комиссии по контролю за соблюдением законодательства, фонда взаимного кредитования, фонда проката и членов такого объединения;

 

- принимать решения о приобретении земельного участка, относящегося к имуществу общего пользования, в собственность такого объединения.

 

Вопросы, которые отнесены к исключительной компетенции общего собрания садоводческого объединения, перечислены в п. 1 ст. 21 Федерального закона от 15.04.1998 N 66-ФЗ "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" (далее - Закон N 66-ФЗ). В этой же статье указаны требования к созыву и проведению общего собрания. В том случае, если общее собрание будет проведено с нарушением закона, его решения можно оспорить в судебном порядке.

 

Гражданских дел, которые рассматриваются по исковым заявлениям о признании решения общего собрания недействительным, в судах немало. Поэтому вопрос о признании собрания недействительным был рассмотрен Верховным Судом РФ и отражен в Обзоре судебной практики.

 

Верховный Суд РФ указал, что решение общего собрания членов садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединений является недействительным в случае отсутствия кворума для принятия решения на общем собрании членов общества, а также в случае нарушения процедуры созыва и проведения общего собрания. Отсутствие кворума является наиболее частой причиной оспаривания принятых общим собранием решений, поэтому стоит уделить этому вопросу особое внимание.

 

Кворум на собрании есть, если на нем присутствуют более чем 50% членов такого объединения (не менее чем 50% уполномоченных). Сложно обеспечить кворум в тех некоммерческих объединениях, в которых большое количество членов. Но закон указывает, что лично присутствовать на собрании совсем не обязательно. Свои полномочия на участие в собрании и в голосовании можно делегировать любому лицу, выписав доверенность. Доверенность заверяется либо председателем правления, либо нотариально.

 

Помимо наличия или отсутствия кворума, при рассмотрении дел о признании общего собрания недействительным суды устанавливают, соответствует ли закону и уставу процедура назначения и созыва общего собрания товарищества. Общее собрание членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения (собрание уполномоченных) созывается правлением такого объединения по мере необходимости, но не реже чем один раз в год (абз. 1 п. 2 ст. 21 Закона N 66-ФЗ).

 

Из этого правила есть одно исключение: можно не ждать решения правления для проведения внеочередного общего собрания членов такого объединения (собрание уполномоченных) по вопросу о досрочном прекращении полномочий председателя правления соответствующего объединения или досрочном переизбрании членов правления. Такое собрание может быть организовано и проведено инициативной группой, но при этом обязательно нужно соблюдать требования по уведомлению членов объединения о таком собрании.

 

Требования об уведомлении членов некоммерческого объединения о предстоящем общем собрании содержатся в Законе N 66-ФЗ. Так, в соответствии с п. 2 ст. 21 этого Закона уведомление членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения о проведении общего собрания его членов (собрания уполномоченных) может осуществляться в письменной форме (почтовые открытки, письма), посредством соответствующих сообщений в СМИ, а также размещения объявлений на информационных щитах, расположенных на территории такого объединения, если его уставом не установлен иной порядок уведомления.

 

Уведомить всех членов объединения об общем собрании необходимо не позднее двух недель до даты его проведения. В уведомлении надо перечислить все вопросы, которые выносятся на рассмотрение общего собрания.

 

С 1 сентября 2013 г. вступил в силу Федеральный закон от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", которым подразд. 4 разд. I части первой ГК РФ дополнен гл. 9.1 "Решения собраний". С этой даты при проведении общего собрания в садоводческом и дачном объединении нужно руководствоваться не только Законом N 66-ФЗ, но и указанной главой Гражданского кодекса РФ.

 

Срок исковой давности по делам об оспаривании решений общего собрания изменился, и теперь он составляет шесть месяцев вместо трех лет, как было до 1 сентября 2013 г.

 

 

 

Из товарищества исключить, землю изъять

 

 

 

Садоводческое и дачное некоммерческое объединение основано на добровольном членстве. Это означает, что членом такого объединения можно стать только добровольно, обратившись с соответствующим заявлением. Прекратить членство в некоммерческом объединении можно тоже на основании заявления либо по решению общего собрания об исключении.

 

Особые опасения вопросы исключения из членов садоводческого объединения вызывают у тех, кто еще не оформил в собственность свои земельные участки, а владеет ими на праве пользования. Верховный Суд РФ в этой части разъяснил, что гражданин может быть исключен из членов некоммерческого объединения, а также лишен права пользования, права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком за умышленные или систематические нарушения, предусмотренные земельным законодательством, при условии неустранения фактов ненадлежащего использования земельного участка после наложения административного взыскания в виде штрафа.

 

Следует обратить внимание на то, что вопрос исключения из членов некоммерческого объединения принимается общим собранием, а лишение права пользования земельным участком - это прерогатива органа местного самоуправления и суда.

 

Федеральным законом от 07.06.2013 N 123-ФЗ "О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и статью 3 Федерального закона "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", вступившим в силу 6 сентября 2013 г., внесены изменения в основания и порядок принудительного прекращения права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком и права пожизненного наследуемого владения земельным участком. Теперь принудительное прекращение права пожизненного наследуемого владения земельным участком, права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком по основаниям, указанным в пп. 1 п. 2 ст. 45 ЗК РФ, осуществляется на основании вступившего в законную силу судебного акта об изъятии земельного участка (при условии неустранения ненадлежащего использования земельного участка после назначения административного наказания в виде штрафа).

 

Полагаем, что данная норма была принята с целью уменьшения огромного количества заброшенных и неиспользуемых по назначению земельных участков.

 

В качестве примера в Обзоре судебной практики приведено одно из дел, которое было рассмотрено судом.

 

Гражданин Т. обратился в суд с иском к СНТ "П", М., администрации городского округа и комитету муниципального имущества и земельных ресурсов администрации городского округа о признании недействительным решения общего собрания об исключении его из товарищества и изъятии земельного участка.

 

Верховный Суд РФ отмечает, что, разрешая спор, суд правильно исходил из того, что в соответствии с п. 2 ст. 54 ЗК РФ прекращение права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком осуществляется при условии неустранения фактов ненадлежащего использования земельного участка после наложения административного взыскания в виде штрафа.

 

Судом было установлено, что СНТ "П" нарушена процедура проведения общего собрания товарищества, итогом которого явилось решение об исключении Т. из числа членов товарищества. Вопрос об изъятии земельного участка в силу ст. 54 ЗК РФ относится к компетенции органа местного самоуправления. Однако соответствующее решение в отношении Т. и его земельного участка не принималось. При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу об удовлетворении исковых требований Т.

 

Из данного примера следует, что общее собрание превысило пределы своей компетенции и рассмотрело вопрос об изъятии земельного участка у гражданина. Кроме этого, при рассмотрении вопроса об исключении кого-либо из членов объединения нужно соблюдать процедуру рассмотрения этого вопроса. Прежде всего вопрос об исключении из членов должен быть внесен в повестку дня и обеспечено уведомление всех членов о дне собрания. Также нужно помнить, что решение об исключении из членов некоммерческого объединения принимается общим собранием членов такого объединения (собранием уполномоченных) большинством в две трети голосов, а не простым большинством, как при рассмотрении других вопросов.

 

 

 

Из садоводства вышел - заключи договор

 

 

 

Повторим: членство в садоводческом и дачном объединении - дело добровольное, и можно, не вступая в члены объединения, вести свое хозяйство индивидуально.

 

В последнее время отмечается, что многие садоводы стремятся именно к этому - выйти из членов объединения, заключив с ним договор о порядке пользования объектами инфраструктуры или не заключая такой договор, и перестать зависеть от решений общего собрания. Когда заключение такого договора проходит по обоюдному согласию, вопросов нет. Но, как показывает практика, чаще всего по условиям договора у садовода и объединения согласия не находится.

 

Верховным Судом РФ был рассмотрен и этот вопрос, поскольку, по мнению высшего суда, проведенное изучение судебной практики показало, что у судов при разрешении споров, связанных с пользованием гражданами, ведущими садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке, инфраструктурой и другим имуществом общего пользования объединения, возникают затруднения.

 

Было отмечено, что решением суда на гражданина, ведущего садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке, может быть возложена обязанность по заключению договора на пользование инфраструктурой и другим имуществом общего пользования объединения по требованию садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения.

 

Данная позиция Верховного Суда РФ является важной для рассмотрения подобных споров, поскольку однозначного мнения у судов о возникновении у гражданина именно обязанности, а не только права по заключению с некоммерческим объединением договора о порядке пользования объектами инфраструктуры, не было. В качестве примера в Обзоре судебной практики приведено следующее гражданское дело.

 

СНТ "Ф" обратилось в суд с иском к Е. о понуждении заключить договор о пользовании объектами инфраструктуры, другим имуществом общего пользования товарищества. В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

 

По смыслу ст. 445 ГК РФ понудить к заключению договора по суду можно только то лицо, для которого заключение договора является обязательным в силу ГК РФ или другого закона. В силу ст. 8 Закона N 66-ФЗ граждане вправе вести садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке. Граждане, ведущие садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, вправе пользоваться объектами инфраструктуры и другим имуществом общего пользования садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения за плату и на условиях договоров, заключенных с таким объединением в письменной форме в порядке, определенном общим собранием членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения.

 

В случае неуплаты установленных договором взносов за пользование объектами инфраструктуры и другим имуществом общего пользования садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения на основании решения правления такого объединения либо общего собрания его членов граждане, ведущие садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке, лишаются права пользоваться объектами инфраструктуры и другим имуществом общего пользования садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения. Размер платы за пользование объектами инфраструктуры и другим имуществом общего пользования садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения для граждан, ведущих садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке, при условии внесения ими взносов на приобретение (создание) указанного имущества, не может превышать размер платы за пользование указанным имуществом для членов такого объединения.

 

На основании изложенного суд пришел к правильному выводу о том, что заключение договора о пользовании объектами инфраструктуры садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения для граждан, ведущих садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке, является обязательным в силу закона. Согласно п. 1 ст. 445 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или иными законами для стороны, которой направлена оферта (проект договора), заключение договора обязательно, эта сторона должна направить другой стороне извещение об акцепте, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора) в течение 30 дней со дня получения оферты.

 

При разрешении спора судом установлено, что Е. на праве собственности принадлежит земельный участок, расположенный на территории СНТ "Ф". Согласно списку членов СНТ "Ф" Е. членом товарищества не является.

 

Уставом СНТ "Ф" принятие решений о формировании и об использовании имущества товарищества, о создании и развитии объектов инфраструктуры, а также установление размеров целевых фондов и соответствующих взносов отнесено к компетенции общего собрания членов товарищества.

 

Судом установлено, что решением общего собрания СНТ "Ф" от 27.01.2008 правление товарищества было уполномочено на заключение договоров о пользовании инфраструктурой с гражданами, ведущими садоводство в индивидуальном порядке. 15 сентября 2009 г. Е. был направлен для подписания договор о пользовании объектами инфраструктуры. Между тем со стороны Е. в адрес товарищества протокол разногласий к договору или какой-либо иной документ, свидетельствующий о ее несогласии заключить договор на предложенных условиях, не направлялся.

 

На основании изложенного суд пришел к обоснованному выводу о том, что заключение договора о пользовании объектами инфраструктуры СНТ "Ф" для Е. обязательно в силу закона, так как она не является членом товарищества, условия договора, который Е. обязана заключить, соответствуют требованиям закона, при этом последняя уклоняется от заключения договора, в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению.

 

Садоводческое и дачное объединение существует за счет взносов его членов. За личные деньги садоводов строятся дороги, проводится электричество, водопровод, нанимаются сторож и бухгалтер и т.д. Те садоводы, которые пользуются своими участками, расположенными на территории некоммерческого объединения, но не являются его членами, все равно должны платить за пользование общим имуществом, даже в том случае, если между ними и садоводством договор заключен не был.

 

Отсутствие заключенного договора между садоводом - владельцем земельного участка и садоводческим или дачным некоммерческим объединением о порядке пользования объектами, так же как и неиспользование земельного участка, не освобождает собственника от внесения платы за содержание имущества общего пользования некоммерческого объединения.

 

Обращаясь в суд с иском о взыскании с садоводов, не являющихся членами объединения, неосновательного обогащения, судом устанавливается факт несения садоводством расходов на содержание общего имущества, например дорог, сетей электроснабжения и водоснабжения, вывоз мусора, уборку территории, охрану и т.д.

 

Размер взносов должен быть установлен общим собранием.

 

 

 

Признание права собственности на земельный участок

 

 

 

Согласно ст. 25 ЗК РФ права на земельные участки возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

 

Особенности предоставления в собственность земельных участков садоводам, огородникам, дачникам и их садоводческим, огородническим и дачным некоммерческим объединениям урегулированы в ст. 28 Закона N 66-ФЗ. Пунктом 3 этой статьи закреплено право граждан на приватизацию своих садовых или дачных земельных участков, находящихся в их постоянном (бессрочном) пользовании или в пожизненном наследуемом владении. В соответствии с п. 4 ст. 28 в случае, если земельный участок, составляющий территорию садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, предоставлен данному некоммерческому объединению либо иной организации, при которой до вступления в силу Закона N 66-ФЗ было создано (организовано) данное некоммерческое объединение, гражданин, являющийся членом данного некоммерческого объединения, имеет право бесплатно приобрести в собственность земельный участок, предоставленный ему в соответствии с проектом организации и застройки территории данного некоммерческого объединения либо другим устанавливающим распределение земельных участков в данном некоммерческом объединении документом.

 

Граждане, обладающие такими земельными участками, вправе зарегистрировать права собственности на них в соответствии со ст. 25.2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним". Принятия решений о предоставлении указанным гражданам в собственность таких земельных участков не требуется.

 

В связи с возникающими затруднениями при разрешении споров о признании права собственности на земельные участки в порядке приватизации Верховный Суд РФ отмечает, что формирование земельного участка в установленном порядке, с описанием и установлением его границ, не является обязательным условием его приватизации. Правовое значение для суда в данном случае имеют три обстоятельства:

 

1) испрашиваемый гражданином участок должен входить в состав территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения;

 

2) данное некоммерческое объединение должно быть создано до вступления в силу Закона N 66-ФЗ, т.е. до 23 апреля 1998 г.;

 

3) гражданин, испрашивающий земельный участок в собственность бесплатно, должен являться членом данного некоммерческого объединения (партнерства) и пользоваться этим участком на законных основаниях.

 

 

 

Определение границ земельного участка

 

 

 

Долгие годы при выделении земельных участков в нашей стране работы по установлению границ и межеванию не проводились. Поэтому площадь земельного участка, указанная в правоустанавливающих документах, может не соответствовать фактической. В связи с этим в судах рассматривается большое количество дел, которые связаны со спорами о границе земельного участка между соседями.

 

Если земельные участки соседей не поставлены на кадастровый учет и их границы не были установлены, то истцу в суд необходимо представить доказательства того, что спорная часть входит в состав принадлежащего ему участка, а ответчик своими действиями создает препятствия в его использовании. Суд при рассмотрении данной категории дел устанавливает местонахождение спорной границы участка, сравнивая фактическую площадь с той, которая указана в правоустанавливающих документах. Для этих целей судом может быть назначена судебная землеустроительная экспертиза.

 

Если будет установлено, что площадь земельного участка истца с учетом фактических границ больше или меньше площади, указанной в правоустанавливающем документе, суд проверяет, за счет каких земель образовалась данная разница, производился ли кем-либо из сторон или прежних владельцев участков перенос спорной границы, осуществлялась ли истцом или ответчиком дополнительная прирезка к своему земельному участку и имеет ли данная прирезка отношение к той части участка, по поводу которой заявлен спор, а также как давно стороны пользуются участками в имеющихся границах.

 

Такие дела разрешаются в суде проще, если земельные участки были поставлены на кадастровый учет. В этом случае доказательством нарушения прав истца будет являться несовпадение фактических границ его земельного участка с границами, установленными в ГКН по результатам кадастровых работ.

 

Верховный Суд РФ отмечает, что в таких случаях суды, независимо от длительности существования фактических границ, принимают решения об их приведении в соответствие с результатами кадастровых работ.

 

В Обзоре судебной практики указано, что при рассмотрении споров о границах участков следует учитывать:

 

- наличие у истца субъективного права на земельный участок (права собственности, постоянного (бессрочного) пользования, пожизненного наследуемого владения, аренды земельного участка);

 

- наличие препятствий к осуществлению правомочий пользования и владения участком (в чем заключается нарушение или угроза нарушения права);

 

- факт противоправного создания именно ответчиком препятствий к осуществлению истцом правомочий по пользованию и (или) распоряжению земельным участком и другие обстоятельства.

 

Отсутствие подписи смежного землепользователя в акте согласования границ при проведении кадастровых работ является основанием для признания результатов межевания недействительными только в случае нарушения прав и законных интересов смежного землепользователя.

 

Российское законодательство постоянно меняется, поэтому обзоры судебной практики, утвержденные Верховным Судом РФ, всегда воспринимаются с особым вниманием, поскольку благодаря им можно ожидать, что гражданские дела будут рассматриваться судами более единообразно и обоснованно.

 

 

 

 

 

ПРАВОВОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЙ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В МЕХАНИЗМЕ СЕМЕЙНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

 

 

 

В статье рассматриваются отдельные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, устанавливающие правила, неизвестные семейному и гражданскому процессуальному законодательству. В связи с этим обозначается проблема определения места постановлений Пленума в системе источников семейного права.

 

 

 

Ключевые слова: семейные отношения; споры, возникающие из семейных правоотношений; постановления Пленума; источники семейного права.

 

 

 

Legal significance of decrees of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation in the mechanism of family-law regulation

 

Правовое значение постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в механизме семейно-правового регулирования

 

 

 

The article considers some clarifications of the Plenum of the Supreme court of the Russian Federation, establishing rules are not known to family and civil procedural legislation. In this regard, the issue of determining the place of the resolutions of the Plenum in the system of sources of family law.

 

 

 

Key words: family relationships; disputes arising from family relationships; the resolution of the Plenum; sources of family law.

 

 

 

Аксиоматичным по своей сути является положение, согласно которому в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ (далее - Пленум) содержатся разъяснения для судов по вопросам, возникающим в практике рассмотрения отдельных категорий дел. За период действия Семейного кодекса Российской Федерации <1> (далее - СК РФ) Пленум пять раз обращался к вопросам применения действующего законодательства при рассмотрении отдельных видов споров, возникающих из семейных правоотношений:

 

--------------------------------

 

<1> Семейный кодекс Российской Федерации. 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 25.11.2013) // Российская газета. N 17. 27.01.1996.

 

 

 

- Постановление от 25 октября 1996 г. N 9 "О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов" (в ред. Постановления от 06.02.2007 N 6) (далее - Постановление N 9);

 

- Постановление от 4 июля 1997 г. N 9 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об установлении усыновления" (не действует);

 

- Постановление от 27 мая 1998 г. N 10 "О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей" (в ред. Постановления от 06.02.2007 N 6) (далее - Постановление N 10);

 

- Постановление от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" (в ред. Постановления от 06.02.2007 N 6) (далее - Постановление N 15);

 

- Постановление от 20 апреля 2006 г. N 8 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей" (в ред. Постановления от 06.02.2007 N 6) (далее - Постановление N 8).

 

Специфика рассмотрения судами дел, возникающих из семейных правоотношений, заключается в том числе и в том, что судами применяются положения законодательства различной отраслевой принадлежности - гражданского процессуального, семейного, законодательства об актах гражданского состояния, иногда даже уголовного (например при рассмотрении дел о лишении родительских прав), в связи с чем разъяснения правовых предписаний для судов имеют существенное значение.

 

В рамках настоящей статьи предлагается проанализировать отдельные разъяснения Пленума, которые, по нашему мнению, устанавливают новые правила, ранее неизвестные отечественному законодателю. Заметим, что такая постановка вопроса не является принципиально новой для науки семейного права. Еще в 1978 г. В.П. Шахматов, исследуя источники семейного права, обращал на это внимание <2>.

 

--------------------------------

 

<2> См.: Шахматов В.П. Понятие семейного права. Источники семейного права: Методические указания. Красноярск: Красноярский государственный университет, 1978. С. 19 - 20.

 

 

 

Прежде всего, в Постановлении N 15 обратимся к содержанию п. 1: "При принятии искового заявления о расторжении брака судье необходимо учитывать, что согласно ст. 17 СК РФ муж не имеет права без согласия жены возбуждать дело о расторжении брака во время беременности жены и в течение одного года после рождения ребенка. Это положение распространяется и на случаи, когда ребенок родился мертвым или умер до достижения им возраста одного года (выделено мной. - О.Л.)".

 

Итак, по мнению Пленума, запрет для мужа должен действовать и в том случае, когда ребенка фактически нет. Признавая существенность морально-этического содержания данного вопроса, все-таки полагаем необходимым отметить следующее.

 

Буквальное толкование содержания ст. 17 СК РФ позволяет предположить, что данный запрет действительно должен применяться в течение года со дня рождения ребенка. Но лишь предположить, поскольку есть аргументы, обосновывающие иную позицию.

 

Во-первых, очевидно, что законодатель, устанавливая соответствующий запрет, исходил из интересов ребенка, приоритетной защиты прав и интересов последнего (ст. 1 СК РФ). В том случае, если ребенок родился мертвым либо умер до достижения им возраста одного года - в чем смысл сохранения данного запрета? Если имеется в виду лишь определенный период времени - 365 дней, независимо от того, жив ребенок или нет, то соответствующая норма была бы абсурдна. Безусловно, до достижения ребенком возраста одного года вполне обоснованны дополнительные меры по охране и защите его прав и интересов. Но если он родился мертвым, даже свидетельство о его рождении не выдается (п. 1 ст. 20 Федерального закона N 143-ФЗ "Об актах гражданского состояния"). Если же ребенок умер до достижения возраста одного года, то запрет тоже должен утрачивать свое действие, потому как нет субъекта, для обеспечения интересов которого он был установлен.

 

Во-вторых, для подтверждения своей позиции приведем аналогичную, по сути, норму - согласно п. 2 ст. 89 СК РФ право требовать предоставления алиментов в судебном порядке имеет жена в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка. Заметим, что в Постановлении N 9 отсутствуют какие-либо разъяснения, касающиеся порядка исчисления названного периода времени. В частности, если ребенок умер до достижения им возраста трех лет, сохранит ли его мать право требовать выплаты алиментов до истечения соответствующего срока? Очевидно, нет. И Пленум не дает никаких указаний по данному вопросу.

 

Таким образом, можно утверждать, что в п. 1 Постановления N 9 Пленум установил правило, не предусмотренное семейным законодательством. Кроме того, в аналогичной по своей сути ситуации при регулировании алиментных обязательств Пленум не дал подобных разъяснений.

 

Значительную сферу предмета семейно-правового регулирования составляют отношения по воспитанию детей, причем воспитание может осуществляться не только родителями, но и усыновителями, опекунами (попечителями), приемными родителями и иными лицами, наделенными соответствующими полномочиями. По общему правилу, отношения между усыновителями и усыновленным ребенком тождественны отношениям по воспитанию в кровнородственной семье, в том числе и в части применения мер семейно-правовой ответственности.

 

В отличие от родителей, которые могут быть ограничены в родительских правах либо лишены родительских прав, в том числе и после так называемого "административного отобрания" ребенка (ст. 77 СК РФ), в отношении усыновителей законодательство предусматривает исключительно лишь отмену усыновления (ст. 140 - 143 СК РФ).

 

Однако обращение к п. 12 Постановления N 10 свидетельствует о том, что Пленум в своих разъяснениях установил новое правило: "В таком же порядке может быть разрешен вопрос об отобрании детей от усыновителей, если отсутствуют установленные законом (ст. 141 СК РФ) основания к отмене усыновления". Таким образом, Пленум допускает возможность ограничения прав усыновителей по воспитанию усыновленного ребенка, хотя в СК РФ отсутствует соответствующая норма.

 

Более того, специальные разъяснения по поводу отмены усыновления изложены в Постановлении N 8. Следует особо подчеркнуть, что в этой части разъяснения даже противоречат друг другу (выделено мной. - О.Л.).

 

Итак, в п. 19 Постановления N 8 указывается: "Поскольку родительские права и обязанности возникают у усыновителей в результате усыновления, а не происхождения от них детей, необходимо иметь в виду, что в случаях уклонения усыновителей от выполнения возложенных на них обязанностей родителей, злоупотребления этими правами либо жестокого обращения с усыновленными, а также если усыновители являются больными хроническим алкоголизмом или наркоманией, судом может быть решен вопрос об отмене усыновления (ст. 140, п. 1 ст. 141 СК РФ), а не о лишении или ограничении родительских прав (ст. 69, 70, 73 СК РФ)".

 

Таким образом, Пленум не только предусмотрел возможность отобрания ребенка у усыновителей, но и ввел тем самым в правоприменительной сфере новый институт - "ограничение прав усыновителей".

 

В течение нескольких последних лет семейное законодательство существенно изменилось, в частности, скорректированы требования, предъявляемые к усыновителям и иным лицам, претендующим на воспитание ребенка; установлены новые правила исчисления и индексации алиментов, взыскиваемых в твердой денежной сумме; появились совершенно новые нормы, некоторые положения утратили свою силу.

 

В связи с этим отдельные разъяснения Пленума по вопросам применения законодательства при рассмотрении дел, возникающих из семейных правоотношений, также утратили свою силу. В то же время объективно в толковании нуждаются как новшества законодательства, так и ранее установленные предписания, но в силу тех или иных причин не попавшие в поле зрения Пленума. Однако при формулировании соответствующих разъяснений Пленум (теперь уже в ином правовом статусе) должен в необходимом и достаточном объеме апеллировать исключительно к положениям действующего законодательства.

 

 

 

Литература

 

 

 

1. Шахматов В.П. Понятие семейного права. Источники семейного права: Методические указания. Красноярск: Красноярский государственный университет, 1978. 37 с.

 

 

 

 

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИИ И СВОБОДА ДОГОВОРА

 

 

 

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 10 ноября 2014 года

 

 

 

Верховный Суд России и свобода договора

 

 

 

14 марта 2014 года Пленум Высшего Арбитражного Суда России принял Постановление N 16 "О свободе договора и ее пределах", в котором изложил свои либеральные, но при этом весьма взвешенные позиции относительно применения одного из основных принципов обязательственного права. Однако вскоре после опубликования данного документа был принят Федеральный конституционный закон от 04.06.2014 N 8-ФКЗ "О внесении изменений в Федеральный конституционный закон "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и статью 2 Федерального конституционного закона "О Верховном Суде Российской Федерации", часть 1 статьи 3 которого сразу отнесла разъяснение ВАС РФ к числу временных, так как Верховный Суд РФ своего слова еще не сказал. И временность следует отнести не столько к документу, сколько к изложенным в нем позициям. Попытаемся оценить, каковы их перспективы и шансы того, что объединенный Верховный Суд РФ придаст этой позиции статус постоянной.

 

 

 

НЕ ВАЖНО, ЧТО ОГРАНИЧИВАЕМ, ВАЖНО КАК

 

 

 

Свобода договора рассматривается как конституирующий принцип гражданского права, вытекающий из статей 33 и 35 Конституции РФ. Ограничение данного принципа возможно в силу части 3 статьи 56 Конституции РФ, должно соответствовать ее части 3 статьи 55, согласно которой ограничение конституционного права должно быть предусмотрено федеральным законом, преследовать цели защиты прав и законных интересов третьих лиц, нравственности, безопасности государства и быть соразмерным поставленной цели. В этой связи отметим, что Федеральным законом от 30.12.2012 N 302-ФЗ (в ред. от 04.03.2013) "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" была изменена редакция статьи 1 Гражданского кодекса: вышеприведенное нормоположение части 3 статьи 55 Конституции РФ было практически скопировано в пункт 2 статьи 1 с учетом объекта регулирования. Таким образом, суды лишились необходимости прибегать к непосредственному применению российской Конституции. С другой стороны, пункт 2 статьи 1 и статья 421 Гражданского кодекса (далее - ГК РФ или Кодекс), в силу которых граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора, существовали с момента принятия еще первой части Кодекса и находили свое последовательное применение к договорным отношениям. Поэтому цели включения нормы абзаца 2 пункта 2 статьи 1 Кодекса выполняют более масштабные задачи.

 

Как известно, вторая часть Гражданского кодекса была введена отдельным Федеральным законом от 26.01.1996 N 14-ФЗ, поэтому вопрос о законности любого ограничения свободы договора будет сводиться к качеству норм, а не к их существованию. Но ограничительной функцией обладают только императивные нормы, то есть запретительные или обязывающие. Говоря же о качестве императивных норм, следует иметь в виду качество юридической техники, относимое к сфере компетенции правоведения и лингвистики. Иными словами, для решения вопроса о характере нормы важно то, как выражены запреты или ограничение.

 

И именно по поводу решения этого междисциплинарного вопроса могут разойтись позиции поглощенного ВАС РФ и новообразованного ВС РФ.

 

 

 

ТАК ПОСТАНОВИЛ ПЛЕНУМ!

 

 

 

ПРОСТРАНСТВО ДЛЯ МАНЕВРА

 

 

 

Перед тем как перейти к описанию императивных норм, ВАС РФ указал, что в случае спора осуществляется не только филологическое толкование закона, но и выявление целей и задач, стоящих перед конкретной нормой. Нормы, призванные регулировать экономический оборот, не могут толковаться в отрыве от регулируемых отношений, вне их контекста; в противном случае они просто не выполнят своей роли.

 

В п. 2 Постановления ВАС РФ дает определение императивной норме. Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила. Для выражения запрета в ней могут использоваться различные модальные слова и выражения: "соглашение ничтожно", "запрещено" или "не допускается". Также может быть указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы.

 

Вместе с тем впоследствии сделан ряд важных оговорок о качестве закона, смысл которых можно резюмировать следующим образом.

 

Во-первых, сама императивность нормы имеет свои границы, что проявляется в их ограничительном толковании. В связи с этим приводится пример из банковского законодательства, запрещающего одностороннее изменение кредитной организацией порядка определения процентов по кредитному договору, заключенному с заемщиком-гражданином, но допускающего такое одностороннее изменение указанного порядка, вследствие которого размер процентов по кредиту уменьшается. Данный пример наводит на мысль о том, что императивная норма призвана не допустить лишь ухудшение положения стороны договора. К слову, такой подход к толкованию свойственен трудовому праву (вспомним формулировки части 4 статьи 8, части 4 статьи 57 ТК РФ).

 

Во-вторых, явного запрета в норме может не быть, но норма будет считаться императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон. Так, договором купли-продажи не может быть полностью устранена возможность его прекращения по инициативе покупателя в ситуации, когда продавец отказывается передать ему проданный товар, поскольку это грубо нарушило бы баланс интересов сторон. В соответствии с п. 1 ст. 463 Кодекса покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи, если продавец отказывается передать покупателю проданный товар. По мнению Пленума ВАС РФ, негативные последствия отказа продавца передать покупателю товар договором совсем исключить нельзя, но можно предусмотреть в качестве альтернативы одностороннего отказа судебный порядок расторжения договора.

 

В-третьих, императивность нормы может определяться существом законодательного регулирования данного вида договора. В качестве примера последнего приводится регулирование отношений по поводу аренды. Аренда, являясь временной передачей имущества во владение (статья 606 Кодекса), может быть прекращена в любое время, если сроки аренды не определены. Соответственно, положение пункта 2 статьи 610 Кодекса должно рассматриваться как основополагающее для арендных отношений, не подлежащее произвольной отмене, так как отмена означала бы утрату временного характера отношений, составляющего их основу.

 

Логично предположить, что при отсутствии обстоятельств, определяющих императивность нормы, либо лингвистических маркеров императивности, норму следует рассматривать как диспозитивную. Это подчеркивается в п. 4 Постановления. По мнению ВАС РФ, список прав покупателя, перечисленных в п. 1 ст. 475 ГК РФ, не является исчерпывающим, а стороны могут оговорить не только дополнительные права покупателя, но и иначе изложить критерии существенности недостатков передаваемого товара. Приведены и другие примеры диспозитивных норм.

 

Выраженные ВАС РФ позиции означают пересмотр методологии составления договоров; но главное, что они ставят серьезно вопрос переговоров, предшествующих их заключению.

 

 

 

СВОБОДА ДОГОВОРА И ПРАВО СИЛЬНОГО

 

 

 

Так мы подошли к краеугольному камню договорных отношений - переговорам. Гражданский кодекс только описывает порядок заключения договора, не предоставляя никаких гарантий. Заключение договора начинается с направления оферты (ст. 435 ГК РФ), которую предполагаемый контрагент может акцептовать или отклонить (ст. 438 ГК РФ) либо выслать свою оферту (ст. 443 ГК РФ). Преддоговорные споры могут передаваться в суд на рассмотрение (ст. 446 ГК РФ). Таким образом, инструментом защиты от недобросовестных действий стороны на переговорах является либо право на отказ от заключения договора, либо судебный порядок разрешения спора.

 

Но всего изложенного в Кодексе недостаточно. ВАС РФ в п. 9 Постановления формулирует ряд важных дефиниций и одновременно с этим указаний по рассмотрению споров, возникающих в связи с уже действующими договорами. Что немаловажно, договорами вообще, а не только теми, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности. Первое данное определение - несправедливые договорные условия, под которыми понимаются условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон. Второе - слабая сторона договора, которой признается контрагент, поставленный в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора. Более правильно, на наш взгляд, будет сказать, что слабой стороной является контрагент, оказавшийся в положении, заведомо для другой стороны затрудняющем или делающем невозможным согласование иного содержания отдельных условий договора.

 

И несправедливые договорные условия, и договорная слабость одной из сторон - существенные обстоятельства, которые устанавливаются исходя из различной конфигурации фактов, к которым в Постановлении относят фактическое соотношение переговорных возможностей сторон, вынужденный или добровольный характер согласия на предложенные условия, уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, для договоров присоединения также - наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д. С точки зрения материального права установление наличия несправедливых условий договора у слабой стороны дает основание суду по заявлению стороны на основании ст. 169 ГК РФ применить последствия ничтожности таких условий. Кроме того, согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, в силу чего слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ. Таким образом ВАС РФ открыто указал на способ защиты слабого контрагента от недобросовестных действий сильного при заключении договора, заявив, по сути, что возможности судебной защиты не закрываются после подписания договора.

 

По нашему убеждению, с учетом подведомственности арбитражных судов пункты 9 и 10 Постановления и есть действительная заслуга ВАС РФ. Изложение именно данных пунктов может стать "спасательным кругом" всей концепции свободы договора, если Верховным Судом РФ будет поставлен вопрос о пересмотре сформулированных идей. Необходимость проверки условий договора на предмет их справедливости, выявление переговорной слабости стороны, несомненно, встретятся с субъективностью судейской оценки. Но также несомненно и то, что эта необходимость придает всей концепции взвешенный характер.

 

 

 

РАЗНОГЛАСИЯ В СТОРОНУ?

 

 

 

ЗАЩИТА СЛАБОЙ СТОРОНЫ КАК ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА

 

 

 

На первый взгляд кажется, что позиция ВАС РФ - единственно возможная. Но не известно, что будет определять позиции ВС РФ: буквализм или либеральный подход. При этом не следует забывать два обстоятельства. Во-первых, ВС РФ не имеет опыта рассмотрения экономических споров, в силу чего с формулированием своей позиции по предпринимательским отношениям у него могут возникнуть проблемы даже несмотря на то, что в составе ВС РФ теперь функционирует Судебная коллегия по экономическим спорам в составе судей арбитражных судов из разных инстанций и разных регионов. Во-вторых, соотношение сил в самом ВС РФ может оказаться далеко не в пользу сторонников арбитражной традиции, снова несмотря на равенство количества судей коллегий по гражданским делам и по экономическим спорам. Это ВС РФ принял судей из арбитражных судов разных инстанций и регионов, а не наоборот, поэтому даже о паритете возможностей провести свою позицию до уровня общеобязательной говорить не приходится. Судьи из Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ, в силу положений Гражданского процессуального кодекса рассматривающие споры из договоров, в которых хотя бы одна из сторон - гражданин, а также социальные или социально-экономические споры, просто не могут исповедовать иной подход, чем буквалистский. Такой же подход единственно возможен для судей других коллегий - по уголовным делам и по административным делам. Более того, рецепция арбитражного подхода заметно усложнит рассмотрение административных и уголовных дел. Иными словами, сторонники свободы договора оказываются в заметном меньшинстве.

 

Возвращаясь к правовой стороне вопроса, стоит обратить внимание на некоторые позиции самого ВС РФ, выраженные в некоторых постановлениях по спорам, вытекающим из договорных отношений. Так, в п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" по сути утверждается общий характер охранительных норм Закона о защите прав потребителей и специальный (приоритетный) - норм специальных законов, регулирующих отношения, возникающие из конкретного договора. Логическим продолжением п. 2 в свете нашей темы является абзац 1 п. 30, который прямо допускает установление договором ответственности изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за нарушение обязательств, за которые Законом о защите прав потребителей ответственность не предусмотрена, или установление более высокого размера ответственности по сравнению с данным Законом. В п. 34 Постановления от 27 июня 2013 г. N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" Пленум ВС РФ продемонстрировал подход, концептуально противоположный арбитражному, указав, что отсутствие в страховом полисе указания на лицо, допущенное к управлению автомобилем, которое управляло им в момент дорожно-транспортного происшествия, как основание освобождения от выплаты возмещения ни нормами ГК РФ, ни иным законом не предусмотрено, в силу чего включение данного условия в договор страхования противоречит нормам ГК РФ, в связи с чем учитываться не должно. К слову, арбитражные суды, следуя логике ВАС РФ, в своих мотивировках обращают внимание на оговорку в пунктах 1 и 2 статьи 964 ГК РФ "если иное не предусмотрено законом или договором", когда подтверждают законность положений договоров страхования, содержащих расширенный список оснований отказа в выплате возмещения.

 

Ради справедливости напомним, что оба Постановления направлены на защиту прав и законных интересов граждан, а не юридических лиц. Поэтому делать прогнозы о "правилах игры" для субъектов предпринимательской деятельности на основе этих документов вряд ли стоит. Да и сами правила, если они будут сформулированы, могут не быть помещены в один судебный акт. В качестве рабочей версии предположим, что ВС РФ может просто дополнить имеющиеся постановления указаниями на диспозитивность или императивность тех или иных норм, как это сделано в вышеприведенном "антистраховом" Постановлении.

 

Возможный сценарий развития видится при установлении конституционно значимых целей принятия этих Постановлений. Оба документа призваны защитить потребителя, который считается экономически более слабой стороной договора. На экономическую слабость потребителя ВС РФ указывал уже давно. Например, в Определении Верховного Суда РФ от 11.09.2012 N АПЛ12-522 об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 08.06.2012 N АКПИ12-604, которым отказано в удовлетворении заявления о признании недействующим подпункта "е" пункта 3 Постановления Правительства РФ от 14.02.2012 N 124 "О правилах, обязательных при заключении договоров снабжения коммунальными ресурсами для целей оказания коммунальных услуг" и приложения к указанному Постановлению, ВС РФ подчеркивает это обстоятельство как одно из обоснований решения, вновь подтверждая его статус презумпции. В этой связи логично предположить, что для случаев обоснованно ожидаемого равенства переговорных возможностей сторон ВС РФ изберет менее категоричную позицию. В любом случае, ВС РФ в случае рассмотрения вопроса об изменении правовой позиции ВАС РФ уделит внимание необходимости проверки судами соблюдения принципа равенства участников гражданских правоотношений, закрепленного в п. 1 ст. 1 Кодекса наравне с принципом свободы договора.

 

 

 

РАБОТАЕМ В ОБЫЧНОМ РЕЖИМЕ!

 

 

 

Суды общей юрисдикции в настоящий момент не могут ссылаться на Постановление Пленума ВАС РФ, хотя несомненно, что судьи с ним хорошо знакомы. Тем проще будет им применять его, если Пленум ВС РФ не будет ничего в нем менять, а менять там просто нечего. А вот дополнить просто необходимо, так как судебное разъяснение Пленума ВС РФ будет общеобязательным для судов обеих систем. Прежде всего обеспокоенность вызывает практика свободы договора физических лиц между собой. Вопросы, на которые должен будет ответить суд при рассмотрении иска или жалобы, остаются те же, что обозначил ВАС РФ: справедливы ли условия договора, было ли согласие одной из сторон вынужденным в случае установления факта явно невыгодных условий, является ли применимая норма Кодекса или иного закона императивной или диспозитивной.

 

Но вот что интересно: из этих трех вопросов первые два относятся к фактической стороне дела, то есть на них должны получить ответы уже в суде первой инстанции, которые могут быть пересмотрены в суде апелляционной инстанции. Суды кассационной инстанции выводы относительно фактов и обстоятельств не пересматривают. В то время как спор о содержании нормы может быть рассмотрен судом кассационной инстанции, которым является Судебная коллегия ВС РФ по гражданским делам, так как по сути это спор о праве, а не факте.

 

Далее обратимся к первоисточнику позиции Пленума ВАС РФ, выраженной в п. 9 его Постановления. Это пункт 3 статьи 179 Кодекса, предоставляющий право на иск о признании кабальной сделки недействительной. Истцом по такому иску выступает лицо, которое было вынуждено совершить сделку на крайне невыгодных для себя условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона осознанно воспользовалась. Заметим, что формулировка Пленума ВАС РФ выглядит более предпочтительно, так как не содержит слова "крайне" перед определением "обременительными", вместо этого суд прибегает к критерию очевидности. При этом ни п. 3 ст. 179 Кодекса, ни п. 9 Постановления не ставят применение нормы в зависимость от того, сложились ли тяжелые обстоятельства для потерпевшего стихийно или по его собственной вине. Для применения статьи важно, что контрагент знал об их существовании и осознанно ими воспользовался для навязывания своих условий. Вместе с тем суды общей юрисдикции уже имеют немалый опыт рассмотрения споров о недействительности кабальных сделок. Следовательно, указания Пленума ВАС РФ, даже не воспроизведенные Пленумом ВС РФ, для них не новелла, в то время как диспозитивный характер нормы, которую они считали императивной, может стать для судов неожиданностью. Но, как мы указывали выше, для Пленума ВС РФ более свойственно довести до сведения судов характер нормы в постановлении, посвященном конкретному виду договора, а не ограничиваться общими фразами. Кроме того, такой порядок в большей степени способствует доступности и предсказуемости норм гражданского права, что важно для физических лиц как участников правоотношений.

 

Таким образом, от идеи единого постановления ВС РФ о свободе договора не остается ровным счетом ничего. Если единого постановления действительно не будет принято, разъяснение Пленума ВАС РФ продолжит действовать до тех пор, пока Пленум ВС РФ не разъяснит нормы, регулирующие заключение, исполнение и расторжение конкретных договоров. И для арбитражных судов это, скорее, благо, так как в таком случае будет обеспечена плавность перехода от одного толкования к другому. Для судов общей юрисдикции в случае выбора ВС РФ в пользу буквализма не меняется ничего.

 

 

 

И ВСЕ-ТАКИ ОНА - ИМПЕРАТИВНАЯ!

 

 

 

В качестве примера императивной нормы Пленум ВАС РФ приводит нормы статьи 310 Кодекса, которая гласит следующее: "Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства". В приведенных нормах прослеживаются как ясно выраженный запрет, так и ясно выраженное дозволение. ВАС РФ толкует систему норм как допускающую одностороннее изменение или односторонний отказ от договора стороной, не являющейся предпринимателем. И с такой трактовкой можно согласиться.

 

А вот в статье 782 Кодекса ни запрет, ни дозволение явно не выражены ни в одном из пунктов, в чем легко убедиться: согласно пункту 1 данной статьи заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов; согласно пункту 2 исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков. Тем не менее ВАС РФ предлагает толковать норму как диспозитивную, дающую право сторонам договора согласовать иной режим определения последствий отказа от договора, либо установить порядок осуществления права на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг.

 

Отметим, однако, что судебная инстанция не утверждает, что право на отказ может быть исключено договором. Приведем также позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Определении от 29.05.2014 N 1304-О: "Оспариваемый заявительницей пункт 1 статьи 782 ГК Российской Федерации в системной взаимосвязи с пунктом 2 той же статьи, предусматривающим право исполнителя отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков, направлен на обеспечение баланса интересов сторон договора возмездного оказания услуг".

 

Более того, косвенно на императивный характер нормы п. 1 ст. 782 Кодекса указывает и решение Верховного Суда РФ от 16.04.2009 N ГКПИ09-339 "Об отказе в удовлетворении заявления об оспаривании абзаца пятого пункта 24 Правил по киновидеообслуживанию населения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.11.1994 N 1264", принятое в порядке, предусмотренном главой 24 ГПК РФ, так как данная статья рассматривается ВС РФ как содержащая нормы - гарантии, императивные априори.

 

Не идеален и пример с пунктом 1 статьи 475 Кодекса. Пленум ВАС РФ словно забыл про пункт 5 этой же статьи следующего содержания: "Правила, предусмотренные настоящей статьей, применяются, если настоящим Кодексом или другим законом не установлено иное". Таким образом, договорное изменение изложенных норм оказывается исключено.

 

Из приведенных норм видно, что в случаях, когда норма не имеет явно выраженных маркеров диспозитивности, возможно обнаружение в ней элементов императивности. Следовательно, для устранения сомнений или двойственности в характере подлежащей применению нормы необходимо внесение изменений в само законодательство либо такое судебное толкование существующих норм, которое бы ставило в зависимость признания их характера от правового статуса участников отношений, выраженное в одном постановлении или разных. Второй вариант менее желателен, поскольку обладает признаками правотворчества: речь идет о сознательном искажении смысла нормы, что фактически и означает создание самостоятельной нормы судебным актом, то есть ultra vires. Однако именно такой подход был продемонстрирован в Постановлении Пленума ВС РФ, охарактеризованном нами как "антистраховое". Наиболее правильным видится придание правовым нормам вида статьи 310 ГК РФ, но это лежит за пределами полномочий Пленума ВС РФ.

 

В заключение размышлений о перспективах рассмотренного нами Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 констатируем, что перед Пленумом ВС РФ стоит непростой выбор. Во-первых, он может воспринять выраженные идеи ВАС РФ и дать согласованное толкование норм Кодекса, пригодное для применения судами обеих систем и адекватное отношениям сторон договора, изложив его в едином документе или в разных. Во-вторых, он может "пройти катком" по свободе договора, признав за большинством норм императивный характер и усматривая в каждом договоре слабую сторону. Мотивы решения, на наш взгляд, вновь лежат не в области права, а в области психологии, поскольку оно будет зависеть от отношения к предпринимательской деятельности в России и ее моральной оценки большинством судей Пленума ВС РФ (в соответствии с частью 5 статьи 5 Федерального конституционного закона от 05.02.2014 N 3-ФКЗ (в ред. от 04.11.2014) "О Верховном Суде Российской Федерации" постановления Пленума ВС РФ принимаются именно большинством голосов). Если в практике хозяйствующих субъектов будет усмотрена угроза общественной нравственности, конституционным правам и законным интересам, перечисленным в части 3 статьи 55 Конституции РФ, с большей вероятностью будет предпочтен второй вариант.

 

 

 

 

 

ОБЗОР ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ ВЕРХОВНЫМ СУДОМ РФ

 

 

 

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 27 октября 2014 года

 

 

 

"Обзор практики рассмотрения дел Верховным Судом РФ"

 

 

 

Определение от 8 октября 2014 г. по делу N 306-ЭС14-14

 

 

 

М. обратился с иском об исключении К. из состава участников ООО "Ф.".

 

К. предъявил встречный иск об исключении М. из ООО "Ф.".

 

Решением арбитражного суда иск М. удовлетворен, в иске К. отказано. Апелляционный суд решение отменил в части удовлетворения иска М. и в иске М. отказал, в остальной части решение оставил без изменения. ФАС округа постановление апелляционной инстанции отменил, решение суда первой инстанции оставил в силе.

 

К. и М. являются участниками ООО "Ф." с равными долями (по 50%) в уставном капитале. Общим собранием участников ООО "Ф." в 2007 году генеральным директором избран К. со сроком полномочий на 5 лет.

 

М. ссылается на то, что К., являясь участником и генеральным директором ООО "Ф.", ни разу не проводил очередных собраний общества, действовал в ущерб интересам общества, причиняя тем самым убытки.

 

К. ссылался на неоднократное уклонение М. от участия в общих собраниях общества, а также действия, направленные на затруднение деятельности общества.

 

Суд первой инстанции счел, что К. совершил действия (бездействие), противоречащие интересам ООО "Ф.", которые повлекли для общества неблагоприятные последствия и существенно затруднили его деятельность. В действиях М. такого установлено не было.

 

Апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии достаточных оснований для исключения К. из состава участников общества, поскольку его действия (бездействие) не свидетельствуют о грубом нарушении обязанностей, повлекших причинение значительного ущерба обществу и затрудняющих его деятельность; сложившаяся ситуация обусловлена наличием корпоративного конфликта между участниками общества.

 

ФАС округа согласился с тем, что действия (бездействие) К. повлекли для ООО "Ф." такие неблагоприятные последствия, которые являются достаточными для его исключения из числа участников общества.

 

В соответствии со ст. 10 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

 

В силу абз. "б" п. 17 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" под действиями (бездействием) участника, которые делают невозможным деятельность общества либо существенно ее затрудняет, следует, в частности, понимать систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников обществ, лишающее общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников.

 

Исходя из практики рассмотрения споров, связанных с исключением участника из ООО, совершение участником действий, заведомо противоречащих интересам общества, при выполнении функций единоличного исполнительного органа может являться основанием для исключения его из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

 

Суд должен дать оценку степени нарушения участником своих обязанностей, степени его вины, а также установить факт такого нарушения, то есть факт совершения участником конкретных действий или уклонения от совершения предписываемых законом действий (бездействия) и факт наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

 

При этом следует отметить, что критерии оценки, определяющие, кто должен остаться участником, а кто должен быть исключен, данной нормой и разъяснениями не предусмотрены. В каждом конкретном случае это является исключительным правом и обязанностью суда.

 

Отличительной особенностью данного корпоративного спора является наличие равного количество долей у участников общества, что увеличивает риск возникновения ситуации невозможности принятия решения по вопросам, связанным с деятельностью общества.

 

Исключение участника представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению нормальной деятельности общества.

 

Вместе с тем судебная коллегия считает, что при таком соотношении долей этот механизм защиты может применяться только в исключительных случаях при доказанности грубого нарушения участником общества своих обязанностей либо поведения участника, делающего невозможной или затрудняющей деятельность общества. Из обстоятельств дела такового не следует.

 

Как справедливо указал суд апелляционной инстанции, нормальной хозяйственной деятельности общества препятствуют равнозначные взаимные претензии его участников, что свидетельствует о ярко выраженном конфликте интересов в управлении обществом.

 

ФАС округа не принял во внимание, что действительной причиной обращения в суд с взаимными требованиями об исключении из общества является утрата участниками единой цели при осуществлении хозяйственной деятельности и желание за счет интересов другого участника разрешить внутрикорпоративный конфликт, а не действия (бездействие) последних по причинению вреда обществу.

 

В ситуации, когда уровень недоверия между участниками общества, владеющими равными его долями, достигает критической, с их точки зрения, отметки, при этом позиция ни одного из них не является заведомо неправомерной, целесообразно рассмотреть вопрос о возможности продолжения корпоративных отношений, результатом чего может стать принятие участниками решения о ликвидации общества либо принятие одним из участников решения о выходе из него с соответствующими правовыми последствиями, предусмотренными Законом об ООО и учредительными документами.

 

Судебная коллегия отменила постановление кассационной инстанции, оставив в силе постановление апелляционной инстанции.

 

 

 

Определение от 1 октября 2014 г. N 18-КГ14-110

 

 

 

Г. обратился в суд с заявлением об оспаривании отказа в государственной регистрации договора аренды земельного участка.

 

Решением суда в удовлетворении заявления отказано. Апелляционным определением решение отменено, требование удовлетворено.

 

Между Г. и физическими лицами был подписан договор аренды от 01.06.2013 с множественностью лиц на стороне арендодателя, по условиям которого арендодатели передают за плату, а арендатор принимает в аренду принадлежащие арендодателям на праве собственности земельные участки сельскохозяйственного назначения.

 

Данные участки были образованы путем их выдела в счет долей земельного участка, находившегося в долевой собственности этих лиц. Участок по договору аренды от 01.08.2005 был передан для производства сельскохозяйственной продукции сроком на 10 лет производственному сельскохозяйственному кооперативу "Ленинский путь", правопреемником которого является ОАО "Р.". Договор аренды от 01.08.2005 прошел государственную регистрацию.

 

Г. обратился в Росреестр с заявлением о регистрации договора аренды участка от 01.06.2013. Регистрация этого договора 27.06.2013 была приостановлена, а Г. предложено представить нотариально удостоверенный письменный отказ первичного арендатора ОАО "Р." от преимущественного права аренды либо от внесения соответствующих изменений в заключенный и зарегистрированный договор аренды от 01.08.2005.

 

В связи с тем, что причины, послужившие основанием для приостановления регистрации, в установленный срок не были устранены, решением Росреестра от 12.09.2013 в соответствии с абз. 10 п. 1 ст. 20 ФЗ от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" Г. отказано в регистрации договора.

 

Ст. 17 Закона N 122-ФЗ устанавливает, что основаниями для государственной регистрации наличия, возникновения, прекращения, перехода, ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество и сделок с ним являются договоры и другие сделки в отношении недвижимого имущества, совершенные в соответствии с законодательством, действовавшим в месте расположения объектов недвижимого имущества на момент совершения сделки.

 

Согласно ст. 13 Закона N 122-ФЗ при проведении регистрации осуществляются правовая экспертиза документов и проверка законности сделки, устанавливается отсутствие противоречий между заявляемыми правами и уже зарегистрированными правами на объект недвижимого имущества, а также других оснований для отказа в регистрации прав или ее приостановления в соответствии с данным Законом.

 

П. 1 ст. 19 Закона N 122-ФЗ предусмотрено, что регистрация прав приостанавливается государственным регистратором при возникновении у него сомнений в наличии оснований для регистрации прав. Государственный регистратор обязан принять необходимые меры по получению дополнительных документов и (или) сведений и (или) подтверждению подлинности документов, достоверности указанных в них сведений.

 

В соответствии с положениями ст. 621 ГК РФ, конкретизированными в п. 4 ст. 11.8 ЗК РФ и в п. 5 ст. 9 ФЗ от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", арендатор, надлежащим образом исполнявший свои обязанности, по истечении срока договора аренды имеет при прочих равных условиях преимущественное право на заключение договора аренды на новый срок либо на внесение соответствующих изменений в ранее заключенный договор аренды, если иное не предусмотрено законом или договором аренды.

 

Суд первой инстанции, применив эти нормы, пришел к выводу о том, что в целях проверки законности сделки в связи с наличием обременений земельного участка и наличием преимущественного права на заключение договора аренды выделенного участка у арендатора по действующему договору аренды государственный регистратор законно приостановил регистрацию договора аренды от 01.06.2013.

 

Одним из оснований для отказа в регистрации прав в силу ст. 20 Закона N 122-ФЗ является наличие противоречий между заявленными правами и уже зарегистрированными правами.

 

Суд первой инстанции, признавая законным отказ в регистрации, исходил из ст. 245 - 247, 252 ГК РФ, ст. 11.8, 11.5 ЗК РФ, ст. 12 - 14 Закона N 101-ФЗ и отклонил довод Г. о том, что договор аренды от 01.08.2005 прекращен в силу п. 5 ст. 14 Закона N 101-ФЗ. Суд установил, что выдел земельных участков, являвшихся объектом по договору аренды от 01.06.2013, произведен путем выдела без проведения общего собрания, то есть в ином порядке, нежели предусмотрено п. 5 ст. 14 Закона N 101-ФЗ. Таким образом, в отношении участка существуют зарегистрированные права, которые находятся в противоречии с заявленными к регистрации правами.

 

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что физические лица, подписав с Г. договор аренды от 01.06.2013, реализовали в соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ свое право на распоряжение земельными участками, выделенными в счет земельных долей, а договор аренды от 01.08.2005 прекращен в силу Закона N 101-ФЗ, противоречит фактическим обстоятельствам дела и нормам действующего законодательства.

 

Судебная коллегия отменила определение апелляционной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции.

 

 

 

Определение от 1 октября 2014 г. по делу N 305-КГ14-1681

 

 

 

ОАО "РЖД" обратилось с заявлением о признании недействительными решения и предписания Федеральной антимонопольной службы о нарушении антимонопольного законодательства.

 

Решением суда требование удовлетворено. Апелляционный суд решение оставил без изменения. ФАС округа судебные акты отменил, направив дело на новое рассмотрение.

 

При новом рассмотрении дела решением суда требование удовлетворено. Апелляционный суд решение отменил, в удовлетворении требования отказал. ФАС округа оставил постановление апелляционной инстанции без изменения.

 

ОАО "РЖД" занимает доминирующее положение на рынке оказания услуг грузовых железнодорожных перевозок и услуг по использованию инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования.

 

Кроме того, в спорный период времени согласно ст. 9 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" ОАО "РЖД" (субъект естественной монополии в сфере железнодорожного транспорта), а также его дочерние общества - две грузовые компании (лица, владеющее грузовыми вагонами на праве собственности и (или) ином законном праве) - признавались одной группой лиц.

 

На основании обращений ряда хозяйствующих субъектов, органов исполнительной власти субъектов РФ, отраслевых объединений грузоотправителей, касающихся роста совокупных транспортных затрат, связанных с перевозками грузов железнодорожным транспортом общего пользования и снижением доступности услуг грузовых железнодорожных перевозок, неполного согласования (отказа в согласовании) перевозчиком заявок на осуществление перевозок по форме ГУ-12, утвержденной Приказом МПС РФ от 16.06.2003 N 21, по основаниям, не предусмотренным действующим законодательством (отсутствие или нехватка грузовых вагонов), антимонопольной службой возбуждено дело о нарушении группой лиц в составе ОАО "РЖД" и грузовых компаний антимонопольного законодательства, а именно ч. 1 ст. 10 Закона N 135-ФЗ.

 

Впоследствии решением антимонопольного органа от 05.12.2011 производство по делу в отношении грузовых компаний прекращено, ОАО "РЖД" признано нарушившим п. 3, 4 и 5 ч. 1 ст. 10 Закона N 135-ФЗ.

 

Как указал антимонопольный орган, нарушение п. 3 ч. 1 ст. 10 данного Закона (навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора) выразилось в понуждении грузоотправителей к переходу на расчеты за грузовые железнодорожные перевозки по тарифным схемам для собственных либо арендованных вагонов, что влекло за собой необходимость заключения грузоотправителями договоров об организации перевозок с использованием вагонов, принадлежащих на праве собственности и (или) ином законном праве лицам, не являющимся перевозчиками, цена на услуги которых по предоставлению вагонов под перевозку грузов железнодорожным транспортом не регулируется со стороны государства.

 

Нарушение ОАО "РЖД" п. 4 ч. 1 ст. 10 Закона N 135-ФЗ (экономически или технологически не обоснованные сокращение или прекращение производства товара) заключается в непринятии должных мер по сохранению доступа к услугам грузовых железнодорожных перевозок в парке вагонов с кодом признака принадлежности "П" (в вагонах перевозчика), а именно в непроведении корпоративных процедур, направленных на предоставление дочерними обществами в переходный период вагонов, которыми они владели, в целях обеспечения исполнения перевозчиком обязанности по подаче транспортных средств, предусмотренной ст. 791 ГК РФ; в ненаправлении лицам, не входящим в группу лиц, публичной оферты, раскрывающей существенные условия привлечения ОАО "РЖД" вагонов для обеспечения платежеспособного спроса контрагентов (грузоотправителей) на услуги железнодорожных перевозок грузов; в непроведении переговоров с собственниками вагонов о привлечении их подвижного состава для осуществления перевозок грузов лиц, подавших ОАО "РЖД" заявки по форме ГУ-12, в вагонах с кодом принадлежности "П".

 

Антимонопольный орган также сделал вывод о необоснованном уклонении ОАО "РЖД" от заключения договоров оказания услуг по перевозке грузов на условиях исполнения перевозчиком обязательств, возложенных на него ст. 791 ГК РФ, что является нарушением п. 5 ч. 1 ст. 10 Закона N 135-ФЗ (экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены нормативными правовыми или судебными актами).

 

По мнению ФАС России, ОАО "РЖД" была создана ситуация искусственного дефицита вагонов при фактическом избытке вагонного парка.

 

На основании решения от 05.12.2011 антимонопольный орган выдал ОАО "РЖД" предписание о прекращении нарушений антимонопольного законодательства.

 

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции счел, что ОАО "РЖД" не нарушало требования Закона N 135-ФЗ, на момент обращения конкретных грузоотправителей у него отсутствовали вагоны для предоставления их под перевозки, при этом ОАО "РЖД" были предприняты меры, направленные на привлечение вагонов третьих лиц и дочерних обществ. По этим основаниям суд первой инстанции признал недействительными оспариваемые решение и предписание антимонопольного органа.

 

Суды апелляционной и кассационной инстанций указали на противоправность поведения ОАО "РЖД", выразившуюся в необоснованном отклонении заявок грузоотправителей и непринятии им должных мер к обеспечению исполнения этих заявок, констатировали наличие у антимонопольного органа оснований для принятия оспариваемых решения и предписания. Суды отклонили ссылки ОАО "РЖД" на отсутствие вагонов на конкретных железнодорожных станциях, проводимую реформу в сфере железнодорожного транспорта, возможность возникновения убытков на стороне ОАО "РЖД" от осуществления грузовых перевозок по регулируемым тарифам.

 

Решение и предписание изданы антимонопольным органом в пределах полномочий, предоставленных Законом N 135-ФЗ и Положением о Федеральной антимонопольной службе, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 30.06.2004 N 331.

 

П. 1 ст. 12 ФЗ от 10.01.2003 N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации" предусмотрена обязанность перевозчика владеть железнодорожным подвижным составом для осуществления перевозок, причем не только на праве собственности, но и на ином праве.

 

Согласно п. 2 ст. 789 ГК РФ договор перевозки транспортом общего пользования является публичным договором.

 

П. 4 ст. 426 ГК РФ введен общий запрет на отказ коммерческой организации от заключения публичного договора при наличии возможности предоставить потребителю соответствующие товары, услуги, выполнить для него соответствующие работы.

 

В соответствии со специальными положениями ст. 11 Устава железнодорожного транспорта РФ для осуществления перевозки грузов железнодорожным транспортом грузоотправитель представляет перевозчику заявку на перевозку грузов. Перевозчик обязан рассмотреть такую заявку и имеет право отказать в ее согласовании в исчерпывающем перечне случаев:

 

введения прекращения или ограничения погрузки, перевозки грузов по маршруту следования груза;

 

отказа владельца инфраструктуры в согласовании заявки;

 

обоснованного отсутствия технических и технологических возможностей осуществления перевозки.

 

При этом перечень критериев технических и технологических возможностей осуществления перевозки, отсутствие которых является для перевозчика и владельца инфраструктуры основанием для отказа в согласовании заявки, утверждается федеральным органом исполнительной власти в области железнодорожного транспорта.

 

В период нарушения ОАО "РЖД" требований антимонопольного законодательства такой Перечень был утвержден Приказом Минтранса РФ от 06.09.2010 N 192. Этот Перечень также являлся исчерпывающим.

 

Отсутствие у перевозчика вагонов на праве собственности и (или) ином законном праве не было названо в качестве законного основания для отказа в согласовании заявки на перевозку грузов железнодорожным транспортом в Перечне, действовавшем в период совершения правонарушения (ноябрь 2010 года - декабрь 2011 года).

 

Суды апелляционной и кассационной инстанций указали, что в заявке грузоотправитель по своему усмотрению в строке "принадлежность" проставляет код признака принадлежности вагона: "П" (если вагоны, контейнеры принадлежат перевозчику, которому подается заявка), "С" (если вагоны, контейнеры принадлежат на праве собственности или иных законных основаниях грузоотправителю, грузополучателю или иным лицам (за исключением перевозчика, которому подается заявка)) либо "А" (если вагоны, контейнеры арендованы у перевозчика, которому представляется заявка) (Порядок заполнения заявки на перевозку грузов, являющийся приложением N 2 к Правилам приема заявок на перевозку грузов железнодорожным транспортом, утвержденным Приказом МПС РФ от 16.06.2003 N 21).

 

В спорный период тариф на перевозку грузов в общем парке вагонов применялся к вагонам принадлежности ОАО "РЖД", а также вагонам, арендованным им у других лиц или принадлежащих ОАО "РЖД" на ином праве; тариф на перевозку грузов в собственных вагонах применялся к вагонам, принадлежащим непосредственно грузоотправителю, грузополучателю, и к вагонам, принадлежащим на праве собственности другим лицам (кроме перечисленных ранее); тариф на перевозку груза в арендованных вагонах применялся к вагонам, сданным в аренду ОАО "РЖД" грузоотправителям (грузополучателям) или другим лицам (п. 1.7 - 1.9 Тарифного руководства N 1 Прейскуранта N 10-01 "Тарифы на перевозки грузов и услуги инфраструктуры, выполняемые российскими железными дорогами").

 

Согласно п. 1 ст. 791 ГК РФ перевозчик обязан подать отправителю груза под погрузку в срок, установленный принятой от него заявкой (заказом), договором перевозки или договором об организации перевозок, исправные транспортные средства в состоянии, пригодном для перевозки соответствующего груза.

 

Таким образом, договор перевозки груза предусматривает не только обязанность перевозчика доставить груз в пункт назначения в установленный срок (ст. 792 ГК РФ), но и выполнение им обязанностей, необходимых для достижения этой цели, в том числе налагает на перевозчика обязанность по подаче отправителю груза вагонов под погрузку.

 

С учетом этого суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу о том, что в составе комплексной естественно-монопольной услуги перевозки грузов железнодорожным транспортом ОАО "РЖД" обязано было в спорный период обеспечить возможность предоставления грузоотправителям вагонов с кодом признака принадлежности перевозчика (кодом принадлежности "П"), в отношении которых в полной мере применялось государственное тарифное регулирование по правилам Прейскуранта N 10-01 (как в части платы, обусловленной использованием инфраструктуры и локомотивов ОАО "РЖД", так и в части платы, обусловленной использованием вагонов).

 

Само по себе то обстоятельство, что ОАО "РЖД" в ходе структурной реформы на железнодорожном транспорте передало основной вагонный парк грузовым компаниям, не освобождало его от необходимости соблюдения установленной федеральным законом обязанности по заключению публичных договоров перевозки грузов железнодорожным транспортом в вагонах, имеющих код принадлежности перевозчика.

 

ОАО "РЖД" надлежало осуществить все возможные и зависящие от него мероприятия для создания реальной возможности заключения и исполнения соответствующих договоров. В противном случае не имеется оснований для вывода об отсутствии его в нарушении антимонопольного законодательства.

 

Однако ОАО "РЖД" не совершило надлежащих действий по привлечению грузовых вагонов для осуществления перевозок грузов в отношении значительного числа грузоотправителей, отказывая в согласовании заявок по не предусмотренным законом основаниям (отсутствие вагонов).

 

Суд апелляционной инстанции отметил, что отсутствие вагонов на конкретных станциях не может оправдывать бездействие ОАО "РЖД", ответственного за управление перевозочным процессом на железнодорожном транспорте общего пользования в пределах инфраструктуры, владельцем которой оно является (п. 2 ст. 18 Закона N 17-ФЗ).

 

Кроме того, неправомерное бездействие ОАО "РЖД", по сути, выразилось в уклонении его от должного решения вопроса о заключении соглашений с собственниками подвижного состава, направленных на обеспечение перевозчика грузовыми вагонами, причем как с дочерними компаниями, входящими в одну группу лиц с ОАО "РЖД" (в том числе с использованием внутрикорпоративных процедур, допускаемых акционерным законодательством), так и с независимыми собственниками.

 

Это, в свою очередь, привело к фактической невозможности получения от субъекта естественной монополии гарантированной законодательством комплексной транспортной услуги по перевозке грузов, включающей в себя предоставление перевозчиком подвижного состава с кодом принадлежности "П" для осуществления перевозок грузов по регулируемым государством ценам (тарифам).

 

Суды апелляционной и кассационной инстанций указали, что в период совершения правонарушения именно группа лиц в составе ОАО "РЖД" и грузовых компаний обладала существенным влиянием на общие условия обращения услуг на товарном рынке.

 

Суд апелляционной инстанции принял во внимание регламент предоставления вагонов группой лиц в составе ОАО "РЖД" и грузовых компаний, разработанный во исполнение предписания ФАС России от 07.02.2008, в качестве одного из доказательств того, что ОАО "РЖД" имело представление о возможных механизмах реализации подготовительных мероприятий, необходимых для осуществления перевозок на указанных в заявках грузоотправителей условиях, вне зависимости от того, был согласован этот регламент антимонопольным органом или нет.

 

Довод ОАО "РЖД" о начале работы с 05.08.2011 на сайте данного общества в сети Интернет (www.rzd.ru) электронной информационной площадки сам по себе не свидетельствует о принятии перевозчиком исчерпывающих мер, направленных на надлежащее выполнение им грузовых перевозок.

 

Позиция Минтранса РФ, изложенная в его письмах, противоречащая нормативному правовому акту, изданному им же, была отклонена апелляционной и кассационной инстанциями. Правовое значение для разрешения данного спора имел Перечень критериев технических и технологических возможностей осуществления перевозки, утвержденный Минтрансом РФ во исполнение требований Устава железнодорожного транспорта, зарегистрированный Минюстом РФ и опубликованный для всеобщего сведения.

 

Приказ Минтранса РФ от 20.12.2013 N 476, дополнивший Перечень критериев технических и технологических возможностей осуществления перевозки, исходя из общего принципа действия законодательных актов во времени не подлежал применению к спорным отношениям, имевшим место в 2010 - 2011 годах.

 

Ссылки ОАО "РЖД" на то, что привлечение им вагонов иных владельцев для перевозок грузов на условиях, установленных для вагонов с кодом признака принадлежности "П", являлось экономически необоснованным, не могут свидетельствовать о правомерности его поведения. Возможное возникновение убытков при осуществлении деятельности не является основанием для отказа в согласовании и исполнении субъектом естественной монополии на железнодорожном транспорте заявок грузоотправителей. При этом ОАО "РЖД" не было лишено возможности использовать предусмотренные действующим законодательством механизмы, в том числе инициировать процедуру пересмотра Прейскуранта N 10-01 органом по регулированию тарифов.

 

Судебная коллегия оставила постановления апелляционной и кассационной инстанций без изменения.

 

 

 

Постановление от 30 сентября 2014 г. по делу N 310-АД14-606

 

 

 

Банк обратился с заявлением о признании недействительными решения УФАС и постановления о привлечении к ответственности по ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ.

 

Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в удовлетворении требования отказано. ФАС округа оставил судебные акты без изменения.

 

Н. и А. обратились в антимонопольный орган с жалобой на неправомерные действия банка по удержанию комиссии при снятии с банковских счетов денежных средств, поступивших от Пенсионного фонда РФ, Комитета по управлению муниципальным имуществом и библиотеки, что, по их мнению, является неправомерным и осуществлено банком с использованием его доминирующего положения на рынке банковских услуг, так как заключенные договоры с банком не содержат условий об уплате комиссии за выдачу наличных денежных средств.

 

Решением антимонопольного органа от 07.11.2012 положение банка признано доминирующим на рынке услуг по открытию и ведению банковских счетов в географических границах области; банк признан нарушившим ч. 1 ст. 10 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" в части злоупотребления доминирующим положением на рынке услуг по открытию и ведению банковских счетов в области путем удержания комиссионного вознаграждения при выдаче наличных денежных средств с банковских счетов Н. и А. без согласования условия его применения и размера, что ущемляет права и интересы вкладчиков. Банку выдано предписание о прекращении в срок выявленного нарушения.

 

Антимонопольный орган составил протокол и постановлением от 09.01.2013 привлек банк к ответственности на основании ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ в виде штрафа в размере 562 500 руб.

 

Суды сделали вывод о доказанности наличия в действиях банка состава правонарушения, исходя из того, что согласно договору от 01.07.2004 по вкладу "Зарплатный" при выдаче наличных денежных средств, переведенных из других кредитных организаций, в том числе юридическими лицами, не имеющими соответствующих договоров с банком, и находящихся на счете по вкладу менее одного месяца, банк взимает плату согласно тарифам путем ее удержания из суммы, подлежащей выплате.

 

В договоре банковского счета имеется согласие Н. с тарифами банка, взимаемыми за совершение операций по вкладу. При этом суды указали на невозможность установить, какие именно тарифы согласованы сторонами при заключении договора банковского счета.

 

Вместе с тем при выдаче денежных средств, поступивших из упомянутых организаций и находившихся на счете по данному вкладу более одного месяца, банк удержал комиссию в размере 1%.

 

Из дополнительного соглашения от 11.01.2006 к договору по вкладу "Универсальный" от 04.08.2000 также не следует, какие тарифы согласованы сторонами по договору.

 

Таким образом, однопроцентное комиссионное вознаграждение за выдачу денежных средств, поступивших безналичным перечислением с расчетного счета юридических лиц, обеспечило банку гарантированное получение прибыли.

 

Суды установили отсутствие волеизъявления Н. на уплату сбора, равно как и отсутствие письменного договора с ней на открытие банковского вклада, в связи с чем условие о взимании банком комиссионного вознаграждения за выдачу наличных денежных средств также не согласовано сторонами.

 

Помимо этого суды указали, что УФАС предприняло все необходимые действия для определения состояния конкуренции на рынке банковских услуг: установило временной интервал (2011 год), географические границы рынка, продуктовые границы товарного рынка (оказание услуг физическим лицам по открытию и ведению банковских счетов), состав хозяйствующих субъектов, действующих на товарном рынке.

 

При определении объема рынка банковских услуг антимонопольным органом использовались данные заявителя об открытых банковских счетах, суммах оборотов по ним и остатках. Также были использованы данные ЦБ РФ, иных банков, отражающие показатели деятельности по открытию и ведению банковских счетов раздельно физических и юридических лиц, в том числе количество открытых счетов, общая сумма оборотов по банковским счетам; сумма остатков на банковских счетах. Таким образом, УФАС запрашивались одинаковые показатели деятельности банков по открытию и ведению банковских счетов и впоследствии сопоставлялись полученные данные.

 

По результатам проведенного анализа антимонопольный орган установил, что доля банка на товарном рынке открытия и ведения банковского счета превышает 20% в течение 1 года.

 

Доводы, аналогичные указанным в жалобе, в том числе относительно невыполнения Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке, утвержденного Приказом ФАС России от 28.04.2010 N 220, и Постановления Правительства РФ от 26.06.2007 N 409 "Об утверждении условий признания доминирующим положения кредитной организации и правил установления доминирующего положения кредитной организации", были предметом проверки судов, обоснованно отвергнуты по основаниям, подробно изложенным в соответствующих судебных актах.

 

Наказание банку назначено в пределах, установленных санкцией ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ. Постановление о привлечении к ответственности вынесено с соблюдением срока давности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ.

 

Судья Верховного Суда РФ оставил судебные акты по делу без изменения.

 

 

 

Определение от 29 сентября 2014 г. по делу N 306-ЭС14-63

 

 

 

ТСЖ обратилось с иском к администрации города о взыскании 56 955,13 руб. платы за жилые помещения и коммунальные услуги; об обязании ответчика заключить договор на техническое обслуживание и предоставление коммунальных услуг; о возложении на ответчика обязанности вносить обязательные платежи ежемесячно до 10-го числа.

 

Решением суда иск частично удовлетворен: взыскано 56 955,13 руб. задолженности по оплате расходов на содержание общего имущества многоквартирного дома и коммунальные услуги. В остальной части иска отказано. Апелляционный суд решение изменил, взыскав 21 736,43 руб. задолженности, в остальной части решение оставил без изменения. ФАС округа оставил постановление апелляционной инстанции без изменения.

 

Квартиры N 12, 30 и 52 на основании распоряжения правительства области от 05.07.2010 переданы из государственной собственности области в муниципальную собственность муниципального образования. Передаточный акт, с которым связано возникновение права муниципальной собственности на квартиры, подписан 16.07.2010.

 

Квартиры предоставлены семьям по договорам социального найма.

 

Впоследствии одна квартира N 30 передана безвозмездно в собственность нанимателю и членам его семьи в порядке приватизации.

 

Требования ТСЖ заключаются во взыскании платы за содержание, текущий ремонт общего имущества и коммунальные услуги:

 

- по квартире 12 за период с июля 2011 года по апрель 2013 года в сумме 36 344,72 руб., из них за содержание общего имущества 14 896,66 руб., за вывоз твердых бытовых отходов 6944,20 руб. и за электроснабжение 14 503,86 руб.;

 

- по квартире 30 за период с июля 2011 года по 21 августа 2012 года в сумме 7144,95 руб. за содержание общего имущества;

 

- по квартире 52 за период с июля 2011 года по 04.03.2013 в сумме 13 465,46 руб. за содержание общего имущества.

 

При этом задолженность по квартирам 30 и 52 истец просит взыскать за период до заселения нанимателями этих квартир. Собственник помещений требования ТСЖ о погашении задолженности отклонил.

 

ТСЖ также просит обязать администрацию заключить договор на техническое обслуживание и предоставление коммунальных услуг и возложить на ответчика обязанность вносить ежемесячно до 10-го числа обязательные платежи.

 

Полностью удовлетворяя иск в части взыскания задолженности, суд первой инстанции исходил из ст. 210, 249, 290 ГК РФ, ст. 39 и ч. 6 ст. 155 ЖК РФ.

 

Согласно последней норме не являющиеся членами ТСЖ либо жилищного кооператива или иного специализированного потребительского кооператива собственники помещений в многоквартирном доме, в котором созданы ТСЖ либо жилищный кооператив или иной специализированный потребительский кооператив, вносят плату за содержание и ремонт общего имущества в многоквартирном доме и плату за коммунальные услуги в соответствии с договорами, заключенными с ТСЖ либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом, в том числе уплачивают взносы на капитальный ремонт в соответствии со ст. 171 ЖК РФ.

 

Апелляционный суд исходил из обязанности нанимателей вносить плату за содержание общего имущества жилого дома и коммунальные платежи непосредственно управляющей организации, предусмотренной ч. 4 ст. 155 ЖК РФ.

 

Ст. 155 ЖК РФ регламентируется внесение платы за жилое помещение и коммунальные услуги в зависимости от статуса лица, пользующегося помещением, выбранного способа управления и вида платы.

 

Согласно ч. 4 ст. 155 ЖК РФ наниматели жилых помещений по договору социального найма и договору найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда в многоквартирном доме, управление которым осуществляется управляющей организацией, вносят плату за содержание и ремонт жилого помещения, а также плату за коммунальные услуги этой управляющей организации, за исключением случая, предусмотренного ч. 7.1 данной статьи. Если размер вносимой нанимателем жилого помещения платы меньше, чем размер платы, установленный договором управления, оставшаяся часть платы вносится наймодателем этого жилого помещения в согласованном с управляющей организацией порядке.

 

По мнению ТСЖ, поскольку собственники жилых помещений многоквартирного дома выбрали иной способ управления - ТСЖ, оснований для применения в данном случае ч. 4 ст. 155 ЖК РФ у судов апелляционной и кассационной инстанций не имелось.

 

Между тем неприменение этой нормы в отношении нанимателей жилых помещений по договору социального найма и договору найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда в многоквартирном доме, управление которым осуществляется ТСЖ, создает ничем не обусловленные различия в правах и обязанностях нанимателей и наймодателей, с одной стороны, и организаций, занимающихся управлением, - с другой, в зависимости от выбранного способа управления.

 

Объем прав и обязанностей нанимателей и наймодателей, предусмотренный гл. 8 ЖК РФ, не поставлен в зависимость от выбранного собственниками способа управления многоквартирным жилым домом.

 

Отсутствие в ч. 6 ст. 155 ЖК РФ указания на нанимателей жилых помещений по договору социального найма и по договору найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда в многоквартирном доме как на субъектов, обязанных вносить плату за содержание и ремонт жилого помещения, а также плату за коммунальные услуги ТСЖ, не исключает этой обязанности, основанной на ч. 4 ст. 155 ЖК РФ.

 

В силу ч. 4 ст. 155 ЖК РФ ответственность наймодателя по договору социального найма и договору найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда в многоквартирном доме заключается в обязанности уплатить разницу в размере вносимой нанимателем жилого помещения платы и платы, установленной договором управления. Из материалов дела не следует, что заявленные ТСЖ требования составляют такую разницу. Более того, в исковом заявлении указано на задолженность нанимателя одной из квартир по внесению платежей.

 

Таким образом, выводы судов апелляционной и кассационной инстанций в части взыскания задолженности являются правомерными.

 

Суды также правомерно отказали ТСЖ в обязании ответчика заключить договор на техническое обслуживание и предоставление коммунальных услуг и о возложении на ответчика обязанности вносить обязательные платежи ежемесячно до 10-го числа.

 

Как следует из ч. 1 ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

 

В соответствии с ч. 4 ст. 445 ГК РФ, если сторона, для которой в соответствии с ГК РФ или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.

 

Из положений ЖК РФ не следует, что на наймодателя по договору социального найма и по договору найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда в многоквартирном доме возлагается обязанность заключить с управляющей организацией (ТСЖ) договор на техническое обслуживание и предоставление коммунальных услуг.

 

П. 4 ч. 2 ст. 65 ЖК РФ возлагает такие обязанности на наймодателя перед нанимателем, но не перед исполнителем коммунальных услуг.

 

Напротив, ст. 161 ЖК РФ обязанность заключить соответствующие договоры, обеспечивающие исполнение договора управления, благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, возлагается на управляющую организацию.

 

Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме и Правила изменения размера платы за содержание и ремонт жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491, а также Правила предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 N 354, на п. 16 и 12 которых ссылается ТСЖ, не относятся к законам. Более того, из их содержания в контексте с иными положениями этих нормативных актов не следует безусловная обязанность собственников жилых помещений, к которым относится и ответчик, заключить требуемый истцом договор.

 

Незаключение собственниками помещений многоквартирных жилых домов договоров с управляющей организацией не освобождает их от исполнения обязанностей, предусмотренных законодательством либо решениями общего собрания собственников помещений (если законодательством общее собрание наделено правом устанавливать такие условия).

 

Судебная коллегия оставила постановления апелляционной и кассационной инстанций без изменения.

 

 

 

 

 

ДАЧНОЕ ДЕЛО. ВЕРХОВНЫЙ СУД ВЗГЛЯНУЛ ПО-НОВОМУ НА ПРАВОПРИМЕНЕНИЕ УСТАРЕВШЕГО ЗАКОНА О САДОВОДАХ, ОГОРОДНИКАХ, ДАЧНИКАХ

 

 

 

Дачное дело. Верховный Суд взглянул по-новому на правоприменение устаревшего Закона о садоводах, огородниках, дачниках

 

 

 

Президиум Верховного Суда РФ утвердил Обзор судебной практики по вопросам, возникающим при рассмотрении дел, связанных с садоводческими, огородническими и дачными некоммерческими объединениями, за 2010 - 2013 годы. Сейчас уже можно подвести предварительные итоги и определить, каким образом будет развиваться судебная практика по делам садоводов, огородников и дачников.

 

 

 

Напомним, более 16 лет назад был принят Федеральный закон от 15.04.1998 N 66-ФЗ "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан". За это время многое изменилось. И если раньше земельные участки выделялись на предприятиях абсолютно бесплатно, то теперь земля подорожала так, что ее покупку могут потянуть далеко не все.

 

Большая часть земельных участков в России расположена на территориях садоводческих, дачных товариществ и кооперативов. Даже модные нынче коттеджные поселки и те действуют в организационно-правовой форме дачного и садоводческого некоммерческого товарищества, кооператива или некоммерческого партнерства. То есть так или иначе, но указанный Федеральный закон касается миллионов наших соотечественников.

 

Нужно признать, что на сегодняшний день Закон, который был принят в 1998 году, достаточно сильно устарел: часть его статей уже не действует, а другие статьи написаны так, что суды, разрешая дела между садоводами или их объединениями, принимали зачастую прямо противоположные решения.

 

Вопрос о внесении изменений в Закон поднимался неоднократно. Готовились даже соответствующие законопроекты, но они так и не были приняты. Поэтому утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ Обзор судебной практики по вопросам, возникающим при рассмотрении дел, связанных с садоводческими, огородническими и дачными некоммерческими объединениями, имеет большое значение не только для судов, которым он в первую очередь адресован, но и для практикующих юристов, а также непосредственно для садоводов и дачников.

 

 

 

Какой суд должен рассматривать дела садоводов

 

 

 

Верховный Суд РФ в своем Обзоре отметил, что в некоторых случаях у судов возникают сложности при определении того, какому суду подведомственны дела между членами садоводческих, дачных и огороднических объединений, садоводами, ведущими садоводство в индивидуальном порядке, и самими объединениями.

 

Чтобы впредь вопросов с подсудностью не возникало, высший суд страны указал, что такие дела должны рассматриваться судами общей юрисдикции, а не арбитражными судами.

 

Среди судебных споров, которые возникают внутри садоводческого или дачного некоммерческого объединения, можно выделить дела о признании общего собрания недействительным. С данным исковым заявлением нужно обращаться в суд общей юрисдикции по месту нахождения ответчика. Если исковое заявление готовится от членов объединения, то ответчиком будет товарищество или кооператив как юридическое лицо.

 

В том случае, если среди исковых требований есть просьба о признании права собственности на земельный участок, такой спор в соответствии с требованием закона должен рассматриваться районным судом по месту нахождения спорного земельного участка.

 

Правило о подсудности дел о признании права на недвижимое имущество закреплено в Гражданском процессуальном кодексе РФ. Так, в силу ч. 1 ст. 30 ГПК РФ иски о правах на земельные участки, участки недр, здания, в том числе жилые и нежилые помещения, строения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землей, а также об освобождении имущества от ареста предъявляются в суд по месту нахождения этих объектов или арестованного имущества.

 

При подаче иска о признании права собственности на земельный участок или расположенное на нем строение граждане, обращающиеся в суд, должны представить доказательства того, что ими были предприняты попытки зарегистрировать свои права на имущество без суда. Об этом говорится в Обзоре. Верховный Суд указал, что на стадии принятия к производству суда иска о признании права собственности на земельный участок судье необходимо проверять наличие документов, свидетельствующих о принятии лицом, обратившимся в суд, мер для его оформления в порядке, предусмотренном ст. 28 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан".

 

Если суду не будут представлены доказательства того, что предпринимались попытки оформить земельный участок в собственность, то исковое заявление может быть оставлено без движения и в дальнейшем без рассмотрения.

 

Верховный Суд РФ указал, что если гражданин ранее в соответствующие органы с заявлением о предоставлении в собственность земельного участка не обращался, суд при рассмотрении дела по такому заявлению по существу фактически подменяет исполнительный орган или орган местного самоуправления, поскольку осуществляет таким образом его функции.

 

 

 

В каком возрасте можно вступать в садоводство

 

 

 

Садоводческое, огородническое и дачное объединение граждан является некоммерческой организацией, основанной на добровольном членстве. Из этого следует, что каждый, кто имеет земельный участок, расположенный на территории некоммерческого объединения, и достиг установленного Законом возраста (16 лет для кооператива, 18 лет для товарищества), имеет право вступить в члены этой организации.

 

Для вступления в члены некоммерческого объединения нужно написать заявление и обратиться с ним в правление коллектива. Дальше нужно обязательно дождаться решения по данному вопросу общего собрания - ведь только этому органу управления дано право на прием и исключение из членов.

 

Если решение будет принято, например, правлением или председателем садоводства единолично, то членство в таком объединении будет незаконным и его можно оспорить.

 

Один из примеров подобных дел об оспаривании членства приводит Верховный Суд РФ в своем Обзоре.

 

О. и О. обратились в суд с иском к СНТ "Л" о признании решения о приеме Ф. в члены данного садоводческого товарищества недействительным и прекращении членства.

 

Согласно ст. 20, 21 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" органами управления садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого объединения являются общее собрание его членов, правление такого объединения, председатель его правления. Принятие граждан в члены садоводческого товарищества и исключение из числа его членов относятся к исключительной компетенции общего собрания членов (собрания уполномоченных) этого товарищества.

 

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правильно исходил из того, что принятие Ф. в члены садового товарищества его председателем единолично является незаконным, поскольку решение вопроса о принятии в члены СНТ - исключительная компетенция общего собрания членов данного товарищества (собрания уполномоченных).

 

Из данного примера следует, что прием в члены садоводческого или дачного объединения осуществляется общим собранием. Факт принятия решения о приеме подтверждается протоколом. Садовод, которого приняли на общем собрании, может получить на руки заверенный протокол и хранить его у себя дома вместе с членской книжкой.

 

Важно отметить, что претендовать на вступление в члены садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения может только гражданин, у которого есть земельный участок, расположенный на территории такого объединения.

 

Верховный Суд РФ рассмотрел вопрос принятия в члены садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения наследников умершего члена такого объединения. В Обзоре указано, что длительное, без уважительных причин нерассмотрение заявления наследника умершего члена СНТ о приеме его в члены товарищества нарушает его права.

 

 

 

Как платить членские взносы

 

 

 

Садоводческие, огороднические и дачные объединения существуют на взносы их членов. Поэтому, если кто-то не оплачивает свою часть взносов, это становится проблемой для всех остальных. Например, если вовремя не оплатить за потребленную электроэнергию, то отключат электричество не только должнику по взносам, но и всему объединению.

 

В Законе указано, что член садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения обязан своевременно уплачивать членские и иные взносы, предусмотренные уставом такого объединения (пп. 6 п. 2 ст. 19 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан"). Задолженность по взносам подлежит взысканию в судебном порядке, но она может быть взыскана только в том случае, если взносы были утверждены решением общего собрания.

 

В Обзоре приведен один из примеров дел о взыскании задолженности по взносам.

 

СНТ "С" обратилось к мировому судье с иском к С. о взыскании задолженности по членским и целевым взносам, ссылаясь на то, что ответчик является собственником земельного участка в данном товариществе и членом садоводческого товарищества. Удовлетворяя исковые требования о взыскании с садовода С. задолженности по членским и целевым взносам, мировой судья исходил из следующего.

 

Обязанность члена садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения своевременно уплачивать членские и иные взносы установлена пп. 6 п. 2 ст. 19 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан". В соответствии с пп. 8 п. 4 ст. 16 Закона в уставе садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения в обязательном порядке указываются порядок внесения вступительных, членских, целевых, паевых и дополнительных взносов и ответственность членов такого объединения за нарушение обязательств по внесению этих взносов.

 

Согласно ст. 13 Устава СНТ "С" члены садоводческого товарищества обязаны выполнять решения общего собрания членов такого товарищества или собрания уполномоченных, а также своевременно уплачивать членские и иные взносы, предусмотренные законом и уставом такого объединения, налоги и платежи.

 

Уставом СНТ "С" в соответствии с пп. 10 п. 1 ст. 21 названного Федерального закона установление размеров целевых фондов и соответствующих взносов отнесено к компетенции общего собрания членов товарищества (собрания уполномоченных).

 

При таких обстоятельствах мировой судья пришел к правильному выводу о том, что размеры членских и целевых взносов в СНТ определены уполномоченным органом в соответствии с его компетенцией, а потому С. как член садоводческого товарищества обязан своевременно уплачивать членские и иные взносы.

 

Верховный Суд РФ в своем Обзоре фактически разрешил спор между садоводами, которые считали, что взносы должны быть равными для всех, и теми, кто полагал, что они должны зависеть от размера земельного участка. В Обзоре указано, что размер членских взносов может быть установлен в зависимости от размера участка, принадлежащего члену садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого объединения, или установлен в размере, кратном количеству принадлежащих члену объединения земельных участков.

 

Верховный Суд РФ отметил, что с учетом правового регулирования и исключительного права общего собрания членов садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого объединения на установление размера членских и иных взносов (ст. 21 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан") необходимо соблюдение со стороны общего собрания принципа равноправия при определении размеров членских взносов. При этом размер членских взносов не может устанавливаться произвольно, а должен иметь финансовое обоснование.

 

Вместе с тем не исключается возможность установления размера членских взносов в зависимости от размера участка, принадлежащего члену указанного объединения, установления обязанности по уплате членских взносов в размере, кратном количеству принадлежащих члену объединения земельных участков, поскольку наличие у одного лица участка (либо участков) большей площади, чем у других садоводов, предполагает и соответствующее увеличение текущих расходов объединения, связанных с содержанием имущества общего пользования и обслуживанием большего по размеру участка.

 

То есть, с одной стороны, Верховный Суд РФ указывает на то, что необходимо соблюдение равноправия при установлении размера членских взносов, но, с другой стороны, общее собрание вольно принимать любое решение, в том числе устанавливать разные размеры взносов для членов одного объединения.

 

В обоснование своей позиции Верховный Суд РФ сослался на то, что больший по площади земельный участок ведет к увеличению текущих расходов объединения. Нельзя признать данный вывод бесспорным, поскольку содержание и обслуживание маленького земельного участка, если на нем проживает большая семья, может повлечь куда большие текущие расходы объединения, чем наличие у одного гражданина участка, хоть и большого по площади, но не требующего каких-либо дополнительных расходов от садоводства.

 

Кроме этого, речь в Обзоре идет о членских взносах, которые в большинстве случаев идут на оплату поощрений председателю и членам правления. В данном случае также не понятно, почему один садовод должен оплачивать труд правления и председателя в большем размере, чем его сосед.

 

Заработная плата сторожа (также выплачиваемая из членских взносов), который сидит в будке на воротах, вряд ли каким-то образом должна зависеть от размера земельного участка членов некоммерческого объединения. Скорее, ее надо рассчитывать от количества машин, приходящихся на долю каждой семьи.

 

 

 

Выход из садоводства

 

 

 

Как уже отмечалось, членство в садоводческом, огородническом и дачном некоммерческом объединении - дело добровольное. Это значит, что никого нельзя заставить стать членом объединения, и никто не может удержать вас от выхода из садоводства, если вы собираетесь выйти из его состава.

 

В некоторых объединениях члены его правления заблуждаются на предмет того, в какой момент решается вопрос прекращения членства в объединении, и считают, что выход связан с принятием решения общего собрания, на котором рассматривается заявление о выходе.

 

Верховный Суд РФ указал, что для добровольного выхода члена садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения из таких объединений решения общего собрания, установленного законом для исключения из числа членов, не требуется. При этом в Обзоре подчеркнуто, что добровольный выход из членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения не является исключением из членов такого объединения, вопрос о котором отнесен к компетенции общего собрания членов такого объединения, применяемым как мера воздействия за нарушение устава или правил внутреннего распорядка такого объединения.

 

 

 

Имущество общего пользования

 

 

 

В Обзоре не оставлены без внимания и вопросы, связанные с использованием имущества общего пользования, в частности земельного участка.

 

В качестве примера приведено дело, связанное с самозахватом земель общего пользования одним из садоводов. Надо признать, что такая категория дел не является чем-то редким для наших судов, напротив, таких ситуаций предостаточно.

 

Речь идет о садоводе, который решил за счет земель общего пользования увеличить свой участок. Хорошо, если при таком захвате площадь участка меняется незначительно и это не нарушает чьих-то прав. Но когда перегорожены проезды, мешающие движению других членов объединения, то, безусловно, такие незаконные действия должны быть пресечены.

 

Верховный Суд РФ указал, что при рассмотрении споров об устранении препятствий в пользовании общими землями садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения подлежит доказыванию не только факт нарушения ответчиком действующего законодательства, но и то, что такое нарушение привело к существенному ущемлению прав истца в отношении принадлежащего ему имущества.

 

Данное правило подходит практически под все категории гражданских дел: истец в первую очередь должен доказать суду, что его права нарушены, и указать, в чем именно заключается это нарушение, и только после этого ссылаться на нормы закона, которые были нарушены ответчиком.

 

Однажды ко мне на прием пришли садоводы, которые за свои личные средства заасфальтировали дорогу в товариществе, и спросили, могут ли они на этом основании признать за собой право собственности на земельный участок, который был ими отремонтирован. В качестве аргумента были продемонстрированы чеки и другие документы, подтверждающие, что ими был произведен ремонт дороги.

 

Важно понять, что асфальтовое покрытие - это не то же самое, что земельный участок, и нельзя надеяться на то, что, положив асфальт на чужом земельном участке, можно приобрести на него права, как нельзя приобрести права на дом, построенный на чужой земле.

 

Этот вопрос стал предметом рассмотрения Верховного Суда, который отразил в Обзоре, что устройство асфальтового покрытия дороги за счет личных средств членов товарищества само по себе не влечет возникновения у них права собственности на дорогу как объект недвижимости, расположенный на землях общего пользования, являющихся собственностью товарищества.

 

Обязанность по содержанию имущества лежит на его собственнике (ст. 210 ГК РФ). Если земельный участок общего пользования, используемый для проезда (дорога), принадлежит объединению как юридическому лицу, вопрос о его ремонте и об ином использовании этого земельного участка должен решаться общим собранием членов такого объединения.

 

 

 

 

 

ОШИБКИ МИРОВЫХ СУДЕЙ ПО ДЕЛАМ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ ИСПРАВЛЯЕТ ВЕРХОВНЫЙ СУД РФ

 

 

 

Автор анализирует практику исправления ошибок, допущенных мировыми судьями.

 

 

 

Ключевые слова: мировой судья, законность и обоснованность судебного решения, система исправления судебных ошибок, сбои в работе системы исправления судебных ошибок.

 

 

 

Mistakes of justices of the peace on cases of private prosecution are to be corrected by the Supreme Court of the RF

 

Ошибки мировых судей по делам частного обвинения исправляет Верховный Суд РФ

 

 

 

The author analyses practice of correction of mistakes made by justices of the peace.

 

 

 

Key words: justice of the peace, legitimacy and feasibility of judicial decision, system of correction of judicial mistakes, malperformance of the system of correction of judicial mistakes.

 

 

 

1. Тревожный фактор: треть судебных решений мировых судей по уголовным делам отменяется или изменяется.

 

 

 

В 2013 г. мировым судьям на рассмотрение по существу поступило 431,1 тыс. уголовных дел. С вынесением приговора рассмотрено - 267,8 тыс. уголовных дел (62,3%), прекращено по различным основаниям - 149,9 тыс. уголовных дел (34,9%). Это в основном:

 

- дела частного обвинения, ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 129, ст. 130 УК РФ (19,3%);

 

- дела по обвинению в краже (ст. 158 УК РФ) - 97,1 тыс. (22,5%).

 

В апелляционную инстанцию поступило 38,3 тыс. дел (8,9%). Из них возвращено без рассмотрения 15,3% дел, окончено производством 32,9 тыс. апелляционных дел. Отменено в апелляционной инстанции обвинительных приговоров 15,5%. Доля измененных обвинительных приговоров - 18,3%.

 

Отменены оправдательные приговоры в отношении 0,5 тыс. лиц (24,9%), в том числе 100 оправдательных приговоров с вынесением обвинительного приговора.

 

Основания отмены и изменения обвинительных и оправдательных приговоров мировых судей:

 

- несоответствие выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела <1> - 21%;

 

--------------------------------

 

<1> За исключением отмены обвинительных приговоров в связи с примирением с потерпевшим.

 

 

 

- неправильное применение уголовного законодательства - 24,5%;

 

- существенное нарушение уголовно-процессуального законодательства - 7,4%;

 

- несправедливость наказания - 47%.

 

 

 

2. Эти трудоемкие "простые" дела.

 

 

 

Считается, что дела, находящиеся в производстве мировых судей, отличаются простотой. Безусловно, что в основной массе это так. Однако, когда дело доходит до споров о причинении побоев, оскорблений, страсти в судебных заседаниях кипят нешуточные. Дела данной категории надолго зависают в производстве, выматывают как самого мирового судью, так и его аппарат. При этом следует отметить, что за накалом страстей даже квалифицированные юристы не в состоянии разглядеть истинного положения вещей, разобраться в примитивных ситуациях.

 

Ко мне за советом обратился участник процесса со стороны защиты (между прочим, кандидат юридических наук, практик с многолетним стажем), по мнению которого мировой судья неправильно определил состав сторон по делу о нанесении побоев.

 

Я предложил ему спокойно, без эмоций изложить фабулу дела. Она оказалась предельно простой. Женщина, водитель автомобиля, поссорилась с мужчиной, водителем другого автомобиля, из-за парковочного места. При этом дама не нашла ничего лучшего, как наброситься на мужчину с кулаками. Последний (мудрый сотрудник органа исполнительной власти) молча терпел побои, в то время как его жена не только снимала происходящее на камеру мобильного телефона, но и "блокировала дверь" машины, из которой на помощь жене порывался выйти ее муж. Уголовное дело в порядке ч. 1 ст. 318 УПК РФ было возбуждено по заявлению избитого мужчины.

 

Юрист, обратившийся за советом, требовал привлечения к уголовной ответственности жены последнего, по его мнению, совершившей насильственные действия в отношении мужа нападавшей в виде "блокирования двери".

 

Пришлось кандидату наук разъяснить, что "блокирование двери" не образует состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ. Более того, жена потерпевшего, "заблокировав дверь", спасла мужа его доверительницы от уголовной ответственности, за что ей следует сказать спасибо. Поскольку все происходящее снято на видеокамеру, то выбор у них один: слезно вымаливать прощение, добиваться примирения...

 

 

 

3. На ошибку в приговоре мирового судьи внимание высших судебных инстанций смог обратить лишь заместитель Генерального прокурора РФ С.Г. Кехлеров.

 

 

 

По приговору мирового судьи 172 судебного участка Орехово-Зуевского судебного района Московской области от 21 мая 2012 г. Н. осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу 5000 руб. Он признан виновным в умышленном нанесении К. побоев, причинивших физическую боль.

 

Орехово-Зуевским городским судом Московской области от 12 октября 2012 г. Н. освобожден от наказания в связи с истечением срока давности привлечения его к уголовной ответственности (п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ).

 

В кассации приговор оставлен без изменения.

 

Постановлением судьи Московского областного суда от 17 июля 2013 г. в удовлетворении надзорного представления первого заместителя прокурора Московской области Селиванова В.В. о пересмотре судебных решений в отношении Н. отказано, с чем 20 сентября 2013 г. согласился и.о. председателя этого же суда.

 

В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора РФ Кехлеров С.Г. оспорил законность и обоснованность осуждения Н., указал на допущенные судами нарушения требований уголовно-процессуального закона.

 

Судья Верховного Суда РФ Степалин В.П., изучив материалы уголовного дела, пришел к выводу о наличии следующих оснований для возбуждения надзорного производства.

 

Вину в инкриминированном преступлении Н. не признавал. В обоснование выводов о его виновности суд сослался на показания потерпевшего, свидетелей К., Э., С., Н., М., А.

 

Однако в судебном заседании свидетели К., С. и Н. не допрашивались, их показания, данные ими в ходе доследственной проверки, вопреки указанному в приговоре, в судебном заседании не исследовались.

 

Так, из протокола судебного заседания от 18 мая 2012 г. следует, что были исследованы протокол допроса С. (л.д. 77 - 78), протокол допроса К. (л.д. 87 - 89), протокол допроса Н. (л.д. 91 - 93).

 

Между тем на л.д. 77 - 78 - копия описи по уголовному делу, на л.д. 87 - 89 - копия протокола осмотра места происшествия, на л.д. 91 - 93 - объяснение потерпевшего.

 

Свидетели М. и А. очевидцами конфликта между Н. и К. не являлись, им о произошедшем стало известно со слов потерпевшего.

 

Свидетель Э. суду апелляционной инстанции пояснял, что вышедший из автомобиля водитель (К.) вытирал с лица кровь, Н. и К. ругались, но драку между ними он не видел, хотя постоянно смотрел в их сторону, не отвлекался.

 

Ссылка суда на медицинскую справку из Давыдовской районной больницы об оказании медицинской помощи К. в связи с наличием у него ушибленной раны и гематомы нижней губы и выписку из журнала регистрации обратившихся за медицинской помощью на станцию скорой помощи не может свидетельствовать о причастности именно Н. к причинению телесных повреждений К.

 

Ходатайство стороны защиты о проведении судебно-медицинской экспертизы для установления механизма и давности образования имевшихся у потерпевшего телесных повреждений судом было отклонено <2>.

 

--------------------------------

 

<2> Постановление о возбуждении надзорного производства от 28 февраля 2014 г. N 4-Дп14-5 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

 

 

 

Анализируя уголовное дело в отношении Н., не будем спорить с тем, что не исключено, что именно он и избил К. Более того, не исключено, что в документах, на которые сослался мировой судья (объяснения свидетелей), содержатся сведения о причастности Н. к преступлению. Однако общеизвестно и то, что между "просто сведениями" и допустимыми доказательствами - "дистанция огромного размера"... К сожалению, судебные инстанции, проверявшие приговор мирового судьи в отношении Н., не сочли нужным эту "дистанцию" заметить.

 

Судья всегда должен точно следовать алгоритму судебного разбирательства, при наличии спора между сторонами данное правило вообще возводится в абсолют.

 

 

 

4. Мировой судья по одному и тому же делу вынес два взаимоисключающих решения.

 

 

 

По приговору мирового судьи судебного участка N 68 Самарской области от 22 мая 2013 г. Б. осуждена по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу 5000 руб. Она признана виновной в нанесение побоев К., причинивших физическую боль. Преступление совершено 21 марта 2012 г.

 

Постановлено взыскать с Б. в пользу К. расходы за оказание платных медицинских услуг 2750 руб. и в счет возмещения морального вреда 3000 руб.

 

Апелляционным постановлением Новокуйбышевского городского суда Самарской области от 23 июля 2013 г. приговор оставлен без изменения.

 

Постановлением судьи Самарского областного суда от 3 февраля 2014 г. в передаче кассационной жалобы осужденной для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано.

 

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 3 марта 2014 г. в удовлетворении кассационной жалобы Б. отказано.

 

В кассационной жалобе осужденная оспорила состоявшиеся судебные решения и указала, что один и тот же судья 13 июня 2012 г. сначала вынес Постановление о прекращении в отношении нее дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, а 22 мая 2013 г. признал ее виновной в совершении этого же преступления, при этом предыдущее судебное решение не было отменено.

 

Постановлением заместителя Председателя Верховного Суда РФ Толкаченко А.А. Постановление судьи Верховного Суда РФ было отменено, по жалобе К. возбуждено надзорное представление по следующим основаниям.

 

13 июня 2012 г. Постановлением мирового судьи уголовное дело частного обвинения в отношении Б. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления в связи с тем, что потерпевшая трижды не явилась в судебное заседание без указания уважительных причин.

 

22 мая 2013 г. тот же мировой судья постановил в отношении Б. обвинительный приговор, признав ее виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, мотивировав свой вывод тем, что 13 июня 2012 г. фактические обстоятельства по делу не исследовались и виновность либо невиновность Б. в причинении побоев К. или иных насильственных действий, причинивших физическую боль, не была установлена.

 

Принимая такое решение, мировой судья не учел, что после принятия им итогового судебного решения от 13 июня 2012 г. о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, которое вступило в законную силу и не отменено, мировой судья вновь принял к своему производству и рассмотрел уголовное дело в отношении Б. по тем же обстоятельствам и постановил в отношении последней обвинительный приговор, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела <3>.

 

--------------------------------

 

<3> Постановление заместителя Председателя Верховного Суда РФ Толкаченко А.А. об отмене Постановления судьи об отказе в удовлетворении надзорной жалобы от 22 мая 2014 г. N 46-УД14-4 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

 

 

 

5. Верховный Суд РФ согласился с мнением мирового судьи.

 

 

 

По приговору мирового судьи судебного участка N 5 Ленинского района г. Воронежа от 14 ноября 2012 г. за нанесение 16 мая 2012 г. побоев Б., совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, К. осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу 6000 руб.

 

Постановлением Ленинского районного суда г. Воронежа от 7 марта 2013 г. приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба адвоката в интересах К. - без удовлетворения.

 

Постановлением президиума Воронежского областного суда от 24 июля 2013 г. приговор и Постановление в отношении К. отменены, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение.

 

Потерпевший Б. в кассационном порядке поставил вопрос о пересмотре Постановления президиума.

 

Судебная коллегия нашла Постановление президиума Воронежского областного суда подлежащим изменению по следующим основаниям.

 

Отменив приговор, Апелляционное постановление и направив дело на новое судебное рассмотрение, президиум сослался на первоначальные объяснения свидетеля Б. и ее показания в судебном заседании, усмотрев наличие в них противоречий, на показания свидетелей К. и Л., видевших, как Б. напал на К., причинив ему телесные повреждения, а также на заключение судебно-медицинского эксперта о наличии телесных повреждений у К., отметив, что суд не устранил имеющиеся противоречия в показаниях свидетелей и не дал им надлежащую правовую оценку, что вытекает из требований ст. 14 УПК РФ.

 

Однако предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для отмены судебных решений, в том числе допущенных существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела, президиум в Постановлении не привел, в связи с чем Постановление президиума подлежит отмене.

 

Поскольку президиум высказал свое мнение по доводам кассационной жалобы К., судебная коллегия сочла необходимым рассмотреть кассационную жалобу осужденного К. Он просит отменить приговор и дело прекратить за отсутствием состава преступления, указывает, что приговор не соответствует нормам уголовно-процессуального закона, дает оценку показаниям свидетелей, другим доказательствам и делает вывод о том, что суд односторонне, с обвинительным уклоном исследовал доказательства и дал им ненадлежащую оценку.

 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не нашла оснований для ее удовлетворения.

 

Как усматривается из приговора мирового судьи и Постановления суда апелляционной инстанции, судами исследованы все представленные сторонами по делу частного обвинения доказательства, при этом показаниям всех допрошенных по делу лиц, в том числе свидетелей Б., Ж., Л., на которые ссылается в своей жалобе осужденный К., была дана надлежащая оценка. При этом показания свидетеля Б. судом были признаны непротиворечивыми, согласующимися с иными представленными доказательствами по делу, а показания свидетелей К. и Л. были оценены критически с указанием мотивов принятого решения. Таким образом, суд указал, почему он положил в основу приговора одни доказательства и отверг другие. Заключение судебно-медицинского эксперта в отношении Б. также было исследовано и оценено судами первой и апелляционной инстанций.

 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при постановлении приговора судом не допущено.

 

Судебная коллегия определила:

 

1) кассационную жалобу потерпевшего Б. удовлетворить;

 

2) Постановление президиума Воронежского областного суда от 24 июля 2013 г. отменить;

 

3) кассационную жалобу осужденного К. оставить без удовлетворения, приговор мирового судьи судебного участка N 5 Ленинского района г. Воронежа от 14 ноября 2012 г., Постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 7 марта 2013 г. в отношении К. оставить без изменения <4>.

 

--------------------------------

 

<4> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 февраля 2014 г. N 14-УД13-1 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

 

 

 

6. Мировой судья, исполнив отраслевой закон, нарушил Конституцию РФ.

 

 

 

26 мая 2011 г. старший следователь по ОВД СО ОМ N 5 СУ при УВД по г. Красноярску по окончании предварительного следствия вынес Постановление о направлении уголовного дела в отношении Х. в суд для применения к нему принудительной меры медицинского характера в связи с совершением им общественно опасных деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 130, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 116 УК РФ.

 

Постановлением мирового судьи судебного участка N 81 Советского района г. Красноярска от 22 ноября 2011 г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении Х. по ч. 1 ст. 130, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 116 УК РФ (в ред. от 7 марта 2011 г. N 26) на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ прекращено, в применении к нему принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа отказано.

 

Постановлением Советского районного суда г. Красноярска от 11 мая 2012 г. Постановление мирового судьи изменено, исключены указания о редакции ч. 1 ст. 116 УК РФ (в ред. от 7 марта 2011 г. N 26) и о прекращении уголовного дела и уголовного преследования по ч. 1 ст. 130 УК РФ (7 эпизодов) в связи с декриминализацией деяния, а также по ч. 1 ст. 119 УК РФ (по эпизоду от 2 апреля 2010 г.) в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. В остальной части Постановление мирового судьи оставлено без изменения.

 

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 24 июля 2012 г. Постановление районного суда оставлено без изменения.

 

В представлении Председателя Верховного Суда РФ был поставлен вопрос о возобновлении производства по уголовному делу в отношении Х. ввиду новых обстоятельств.

 

Отказывая в применении мер медицинского характера, судья исходил из того, что инкриминируемые Х. деяния относятся к категории небольшой тяжести, поэтому в соответствии с ч. 2 ст. 443 УПК РФ к нему не может быть применена принудительная мера медицинского характера, несмотря на то, что по своему психическому состоянию он нуждается в принудительном лечении в психиатрическом стационаре общего типа.

 

Потерпевший П. обратился в Конституционный Суд РФ с жалобой, в которой указывал, что положения ч. 2 ст. 443 УПК РФ не обеспечивают государственную защиту достоинства личности, жизни и здоровья потерпевших, поскольку допускают отказ от принудительного лечения лица, страдающего психическим расстройством и совершившего запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости, несмотря на сохраняющуюся общественную опасность этого лица, что может повлечь новые аналогичные или более тяжкие действия с его стороны.

 

В представлении Председателя Верховного Суда РФ поставлен вопрос о возобновлении производства по уголовному делу в связи с признанием Конституционным Судом РФ закона, примененного судом в данном уголовном деле, не соответствующим Конституции РФ.

 

Президиум Верховного Суда РФ нашел представление Председателя Верховного Суда РФ подлежащим удовлетворению.

 

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 21 мая 2013 г. N 10-П указал, в частности, что в соответствии с УК РФ лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т.е. не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, не подлежит уголовной ответственности (ст. 21), что не устраняет общественной опасности и противоправности самого деяния. Однако тяжесть деяния, совершенного лицом в состоянии невменяемости, не может служить определяющим критерием, на основании которого устанавливается возможность причинения таким лицом иного существенного вреда либо опасность для него самого или окружающих.

 

Лишь в отношении лица, не представляющего по своему психическому состоянию опасности для себя и окружающих, суд может передать необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о его лечении или направлении в психоневрологическое учреждение социального обеспечения в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении (п. "а" ч. 1, ч. 2 и 4 ст. 97 УК РФ). Отказ в применении принудительных мер медицинского характера допускается только в том случае, если лицо вследствие улучшения психического состояния утратило опасность для себя и окружающих; во всех иных случаях принудительные меры медицинского характера подлежат применению к лицам, совершившим запрещенные уголовным законом деяния в состоянии невменяемости, в соответствии с рекомендациями судебных психиатров (ст. 99 - 102 УК РФ).

 

В ходе производства о применении принудительных мер медицинского характера суд, в свою очередь, должен на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы установить, представляет ли лицо в силу своего психического расстройства опасность для себя самого или других лиц и возможно ли причинение данным лицом иного существенного вреда, а также подлежит ли применению принудительная мера медицинского характера, и определить ее вид (п. 5 и 6 ст. 442 УПК РФ).

 

Между тем положения ч. 2 ст. 443 УПК РФ, обязывая суд отказывать в применении принудительных мер медицинского характера к лицу, совершившему в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние небольшой тяжести, но по своему психическому состоянию представляющему опасность для себя или других лиц, не только заведомо предопределяют решение суда, но и, по существу, делают бесполезным (бессмысленным) судебное разбирательство с точки зрения защиты как прав и законных интересов потерпевших в связи с угрожающей им опасностью повторных посягательств со стороны лица, уже совершившего в состоянии невменяемости деяние, запрещенное уголовным законом, так и прав и законных интересов лиц, по своему психическому состоянию представляющих опасность для себя или окружающих, а потому нуждающихся в лечении, хотя и принудительном.

 

Таким образом, вопреки требованиям Конституции РФ, гарантирующей каждому право на судебную защиту и обязывающей государство обеспечить всем потерпевшим в равной мере доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда, умаляются права потерпевших от запрещенных уголовным законом деяний небольшой тяжести, которые оказываются в неравном положении с потерпевшими от посягательств, относящихся к средней или большей тяжести, совершенных лицами в состоянии невменяемости. Нарушаются указанные требования и в отношении лиц, совершивших в состоянии невменяемости запрещенные уголовным законом деяния, отнесенные к категории небольшой тяжести, поскольку фактически суд отказывает им в необходимой и своевременной, хотя и принудительной, медицинской помощи, не защищает их от собственного общественно опасного поведения и возможного воздействия иных лиц, что приводит к недопустимому ограничению их прав на охрану здоровья и медицинскую помощь, на судебную защиту достоинства личности, личную неприкосновенность.

 

Указанным Постановлением Конституционный Суд РФ признал взаимосвязанные положения ч. 2 и 4 ст. 443 УПК РФ не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования они исключают для суда возможность назначить принудительные меры медицинского характера лицу, совершившему в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние, отнесенное к преступлениям небольшой тяжести, и при этом по своему психическому состоянию представляющему опасность для себя или окружающих.

 

Правоприменительные решения по делу, по которому П. признан потерпевшим, основанные на ч. 2 ст. 443 УПК РФ в той мере, в какой она признана настоящим Постановлением не соответствующей Конституции РФ, признаны подлежащими пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.

 

В соответствии с положениями п. 1 ч. 4 ст. 413 УПК РФ факт признания Конституционным Судом РФ закона, примененного судом в данном уголовном деле, не соответствующим Конституции РФ является новым обстоятельством.

 

Согласно ч. 3 ст. 414 УПК РФ пересмотр, в том числе постановления о прекращении уголовного дела, допускается лишь в течение сроков давности привлечения к уголовной ответственности, установленных ст. 78 УК РФ.

 

Вышеуказанные общественно опасные деяния, в связи с совершением которых в отношении Х. было направлено в суд уголовное дело для применения к нему принудительной меры медицинского характера, относятся к категории дел небольшой тяжести.

 

Установленные п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ сроки давности к настоящему времени истекли, поскольку с момента совершения общественно опасных деяний прошло более 2 лет, что с учетом положений ч. 3 ст. 414 УПК РФ является препятствием для пересмотра судебных решений в отношении Х. в сторону, ухудшающую его положение.

 

Президиум Верховного Суда РФ постановил:

 

1) возобновить производство по данному уголовному делу ввиду новых обстоятельств;

 

2) Постановление мирового судьи, Постановление районного суда и Кассационное определение оставить без изменения <5>.

 

--------------------------------

 

<5> Постановление Президиума Верховного Суда РФ о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств от 19 февраля 2014 г. N 187-П13 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

 

 

 

Основные научно-практические выводы.

 

 

 

1. Прежде чем приступить к рассмотрению дела частного обвинения, мировому судье следует разобраться в сути правоотношений, возникших между сторонами, зафиксированы случаи принятия к производству заявлений о привлечении к уголовной ответственности лиц, которые только собирались кого-то ударить.

 

2. Юридическая "текучка" постепенно выявляет все новые и новые последствия поспешных, непродуманных действий как мировых судей, так и инстанций, их контролирующих.

 

3. При возникновении спора между сторонами мировой судья не должен забывать: несмотря на то, что доказательства представляют стороны, ход процесса определяет он лично.

 

 

 

 

 

О ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРИРОДЕ И ВИДАХ ПРЕДПИСАНИЙ, СОДЕРЖАЩИХСЯ В ПОСТАНОВЛЕНИЯХ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 

 

Введение: статья посвящена юридической природе предписаний, содержащихся в постановлениях пленумов высших судебных инстанций Российской Федерации. Результаты: анализируется, в частности, природа актов Верховного Суда Российской Федерации. Отмечается, что существует единство мнений по поводу того, что в актах Верховного Суда зачастую формулируются модели будущих норм права, выявляются пробелы и недостатки существующих нормативных актов. Однако вырабатываемые Верховным Судом правила носят далеко не одинаковый характер. С учетом суждений ряда известных авторов (Н.Н. Вопленко, П.А. Гук) авторы статьи анализируют на примере положений, содержащихся в двух постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, принятых 28 января 2014 г., юридическую природу, виды и место их в правовой системе. Утверждается, что часть положений представляет собой по содержанию аналог преамбул нормативных актов. Следующей группой предписаний, сформулированных в анализируемых актах, являются положения, представляющие собой итог официального нормативного толкования. Они могут лишь содержать констатацию воли законодателя и не содержать элементов новизны. Но в постановлениях Пленума Верховного Суда, принятых 28 января 2014 г., содержится значительное количество положений, выходящих за рамки толкования и содержащих по существу новые правовые нормы. Согласиться с признанием возможности создания Верховным Судом таких положений трудно. Не может быть использовано в качестве аргумента для признания обязательности таких положений понятие "правовая позиция суда". Это понятие отличается нечеткостью содержания. Использование его приведет к подрыву принципа законности. Выводы: грань между положениями, представляющими собой итог официального толкования, и положениями, являющимися, по существу, новыми нормами, зачастую размыта, установить ее не всегда просто. Но она существует, и ее следует соблюдать.

 

 

 

Ключевые слова: постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, акты судебного толкования, нормы, создаваемые Верховным Судом РФ, правовые позиции судов, грань между толкованием и созданием новых норм Верховным Судом РФ.

 

 

 

About the legal nature and types of orders contained in the regulations of the Russian Federation Supreme Court plenary session

 

О юридической природе и видах предписаний, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации

 

 

 

Introduction: the article is devoted to the legal nature of the regulations contained in the plenary sessions of the highest courts of the Russian Federation. Results: in particular, the nature of the acts by the Russian Federation Supreme Court is analyzed. It is noted that there is an agreement of opinion that the Supreme Court acts formulate the models of the future legal norms and discover the drawbacks of the regulatory acts in force. However, the rules developed by the Supreme Court far from having all a similar character. With the account for the opinions of a number of famous authors (N.N. Voplenko, P.A. Guk), the authors of the article analyze the legal nature, types and the place of orders in the provisions contained in two Regulations of the Russian Federation Supreme Court Plenary Session adopted on January 28, 2014. It is stated that a number of regulations is the analogue of the preambles of the normative acts. One more group of the regulations formulated in the acts analyzed, is the regulations which are the result of the official normative interpretation. They can only contain the will of the legislator and not contain any element of novelty. But in the Supreme Court Regulations adopted on January 28, 2014, there are many provisions that go beyond the interpretation and contain new legal norms. It is difficult to acknowledge the possibility of such provision creation by the Supreme Court. The notion of the "court legal position" cannot be used as an argument for considering these provisions to be of executive force. This notion's content is unconsolidated and unclear. Its usage will result in damaging the principle of legality. Conclusions: the line between the provisions that are the result of the official interpretation and the provisions that are practically the new norms, is often blurred and it is not always possible to find it. But it does exist and it should be considered.

 

 

 

Key words: regulations of the Russian Federation Supreme Court, judicial interpretation acts, norms developed by the RF Supreme Court, court legal positions, line between the interpretation and the creation of the new norms by the RF Supreme Court.

 

 

 

Теоретические аспекты исследуемой проблемы

 

 

 

Вопрос о юридической природе предписаний, содержащихся в постановлениях пленумов высших судебных инстанций, давно находится в центре внимания юридической науки. Этому посвящены многочисленные монографии, статьи, диссертации и т.д. Разброс мнений и оценок, однако, настолько значителен, что затрудняет даже выделить сколько-нибудь существенные "точки согласия". Пожалуй, согласие имеется прежде всего по вопросу о том, что акты высших судебных инстанций (здесь речь пойдет об актах Верховного Суда Российской Федерации, ибо статус Конституционного Суда отличается серьезной спецификой) играют существенную роль в правотворчестве. Содержащиеся в них правоположения выступают в качестве прообразов будущих норм, закрепляются впоследствии законодателем в нормативных актах.

 

Сформулированные высшими судебными органами модели будущих норм играют роль промежуточного этапа, звена в процессе формирования правовой нормы. Одновременно они свидетельствуют о необходимости изменений в законодательстве и предлагают почти готовый вариант, "черновой набросок" будущей нормы [13, с. 86]. Выявляя пробелы и недостатки в законодательстве, они должны служить побудительным мотивом и основой использования высшими судебными органами принадлежащего им права официальной законодательной инициативы.

 

Исследуя эту проблему, И.В. Колесник допускает возможность самостоятельного существования положений, сформул