Москва
+7-929-527-81-33
Вологда
+7-921-234-45-78
Вопрос юристу онлайн Юридическая компания ЛЕГАС Вконтакте

Защита прав человека (статьи добавленные 05 августа 2017 года)

Обновлено 17.10.2017 23:55

 

ПРАВО ГОСУДАРСТВА НА ДЕРОГАЦИЮ В СООТВЕТСТВИИ С КОНВЕНЦИЕЙ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА И ОСНОВНЫХ СВОБОД 1950 ГОДА И РОССИЙСКИМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ

 

В статье анализируются условия и основания, определяемые положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., при соблюдении которых Высокие договаривающиеся стороны могут отступить от выполнения своих обязательств по соблюдению прав и свобод человека, а также реализовать свои возможности по введению ограничений по их осуществлению.

 

Ключевые слова: Конвенция о защите прав и основных свобод человека 1950 г., Европейский суд по правам человека, права человека, свободы человека, право на дерогацию государств-членов.

 

Right of the State to Derogation Pursuant to the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms Adopted in 1950 and the Russian Legislation

Право государства на дерогацию в соответствии с Конвенцией о защите прав человека и основных свобод 1950 года и российским законодательством

 

The article analyzes the conditions and grounds determined by the provisions of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms of 1950 under which the High Contracting Parties may withdraw from their obligations to comply with human rights and freedoms, as well as to realize their the possibility to impose restrictions on their implementation.

 

Key words: the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms, the European Court of Human Rights, human rights, human freedom, derogation authorities of the Member States.

 

Конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (далее - Конвенция) и Протоколы к ней в настоящее время представляют собой международный региональный стандарт в области прав и свобод человека, который признан и ратифицирован всеми 47 государствами Совета Европы <1>. Конвенция не только закрепляет и охраняет необходимый минимальный перечень прав и свобод человека, но и определяет условия и порядок их реализации со стороны государств-членов. Конвенция предоставляет государствам-членам право на дерогацию, однако устанавливает основания и условия его реализации. Рассмотрим этот вопрос более подробно.

--------------------------------

<1> Российская Федерация ратифицировала Конвенцию о защите прав человека и основных свобод 1950 года 05.05.1998: Федеральный закон от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" // СЗ РФ. 1998. N 14. Ст. 1514.

 

Право на жизнь (ст. 2 Конвенции) представляет собой абсолютное право с исключениями и возможностью отступления от его соблюдения Высокими договаривающимися сторонами в чрезвычайных обстоятельствах. Право каждого лица на жизнь охраняется законом. В Конституции Российской Федерации содержатся нормы, гарантирующие право на жизнь (ст. 20 Конституции РФ). Также Уголовный кодекс РФ содержит ряд статей, направленных на защиту права на жизнь (ст. ст. 105 - 110).

Согласно п. 2 ст. 2 Конвенции предусмотрены исключения из данного правила, регламентация которых установлена национальным законодательством государств - членов Конвенции. Первое исключение установлено в целях защиты любого лица от противоправного насилия. Так, например, в Уголовном кодексе РФ предусмотрены основания для защиты любого лица от противоправного насилия. Второе исключение установлено для осуществления законного задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях. Реализация данного исключения в российском законодательстве прописана в Федеральном законе от 28.12.2016 N 503-ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" и Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" <2>. Вносимые изменения непосредственно касаются положений о применении физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия сотрудниками уголовно-исполнительной системы. Хотелось бы отметить положительный аспект вносимых изменений в указанные законы, так как Федеральный закон N 503-ФЗ более детально регламентирует порядок применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, определяет последствия их применения, устанавливает запреты и ограничения, связанные с применением специальных средств, а также, что немаловажно, предусматривает гарантии личной безопасности вооруженного сотрудника уголовно-исполнительной системы. Положительным новшеством Закона можно считать и положение ст. 31.4 об особенностях применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия сотрудниками уголовно-исполнительных инспекций. Внесение изменений в действующее законодательство отчасти было связано с обращениями подозреваемых, обвиняемых, осужденных в Европейский суд по правам человека с жалобами на сотрудников уголовно-исполнительной системы на незаконное применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия. Более детальная регламентация этого вопроса на уровне федерального закона позволит не только обеспечить личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных от незаконного применения физической силы, специальных средств, огнестрельного оружия со стороны сотрудников уголовно-исполнительной системы, но и определить для сотрудников четкий алгоритм действий по применению физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия к лицам, находящимся в местах лишения свободы. Третье исключение из данного права установлено для подавления в соответствии с законом бунта или мятежа. Реализация данного исключения в Российской Федерации предусмотрена в Федеральном законе от 03.07.2016 N 226-ФЗ "О войсках национальной гвардии Российской Федерации" <3>, а также в Федеральном законе от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" (ред. от 03.07.2016, с изм. от 19.12.2016) <4>. В федеральных законах предусмотрены специальные главы по применению физической силы, специальных средств, огнестрельного оружия, боевой и специальной техники, в которых определены: 1) субъекты применения физической силы, специальных средств, огнестрельного оружия, боевой и специальной техники; 2) требования, предъявляемые к данным субъектам; 3) порядок и последствия применения физической силы, специальных средств, огнестрельного оружия, боевой и специальной техники.

--------------------------------

<2> Федеральный закон от 28.12.2016 N 503-ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" и Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" // СЗ РФ. 2017. N 1 (ч. 1). Ст. 44.

<3> Федеральный закон от 03.07.2016 N 226-ФЗ "О войсках национальной гвардии Российской Федерации" // СЗ РФ. 2016. N 27 (ч. 1). Ст. 4159.

<4> Федеральный закон от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" (ред. от 03.07.2016, с изм. от 19.12.2016) // СЗ РФ. 2011. N 7. Ст. 900.

 

Согласно п. 2 ст. 15 Конвенции Высокие договаривающиеся стороны могут отступить от соблюдения положений ст. 2, если гибель людей произошла в результате правомерных военных действий. Несмотря на существующие исключения и возможность отступления от соблюдения данного права Высокими договаривающимися сторонами в чрезвычайных обстоятельствах, право на жизнь является важнейшим правом, которое обеспечивается и гарантируется государствами каждому лицу, находящемуся на его территории. Практика Европейского суда по правам человека определяет три вида обязательств для Высоких договаривающихся сторон по обеспечению права на жизнь: позитивные обязательства, негативные обязательства и процедурные обязательства <5>. К позитивным обязательствам относится деятельность государства по обеспечению всех необходимых мер для охраны жизни людей в рамках своей юрисдикции. Процессуальные обязательства представляют собой обязанность государства провести эффективное официальное расследование вне зависимости от того, погиб ли человек в результате действий представителей государства или частных лиц. Негативные обязательства требуют, чтобы государство воздерживалось от незаконного лишения жизни. Согласно практике ЕСПЧ в отношении России за период с 1998 по 2015 г. по данной статье выявлено 544 нарушения, из них в отношении позитивных и негативных обязательств государств - 259 нарушений и в отношении процессуальных обязательств государств - 285 нарушений <6>.

--------------------------------

<5> Стандарты Европейского суда по правам человека и российская правоприменительная практика: Сб. аналит. ст. / Под ред. М.Р. Воскобитовой. М.: Анахарсис, 2005. С. 51.

<6>

 

Право на уважение частной и семейной жизни (ст. 8 Конвенции); свобода мысли, совести и религии (ст. 9 Конвенции); свобода выражения мнения (ст. 10 Конвенции); свобода собраний и объединений (ст. 11 Конвенции); право на свободу передвижения и свободу выбора места жительства в пределах территории государства, на которой данное лицо находится на законных основаниях (ст. 2 Протокола N 4); защита собственности (ст. 1 Протокол 1) - в отношении данной группы прав и свобод Конвенцией предусмотрена возможность их ограничений со стороны государств-членов, но с определенными условиями <7>. Во-первых, это их закрепление на уровне законов. "Закон" Суд понимает широко и включает в него не только статутное право, но и неписаное право. Закон, по мнению Суда, должен быть доступным, понятным и предсказуемым <8>. Во-вторых, ограничения должны быть необходимы в демократическом обществе <9>. Необходимость обусловливается защитой тех сфер, которые для государства имеют особо важное значение. В частности, Конвенция устанавливает, что государство может ограничить права и свободы в интересах защиты национальной безопасности, общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц. Возможность введения ограничений в этих сферах предусмотрена в отношении всех прав и свобод данной группы. Дополнительно Конвенция предоставляет возможность государствам установить ограничения с целью защиты экономического благосостояния страны (статья 8); территориальной целостности, репутации, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия (ст. 10).

--------------------------------

<7> Фомина Л.Ю. Защита права на уважение частной и семейной жизни в Европейском суде по правам человека // Международное публичное и частное право. 2016. N 5. С. 12 - 15.

<8> Постановление Европейского суда по правам человека от 26.04.1979 по делу "Санди таймс против Соединенного Королевства".

<9> Айсаева Л.А. Интерпретация понятия "необходимый в демократическом обществе" в решениях Европейского суда по правам человека // Международное публичное и частное право. 2016. N 2. С. 3 - 6.

 

Как мы видим, данные формулировки носят абстрактный и неконкретный характер. В этом случае злоупотребление возможно как со стороны государства, устанавливающего ограничения прав и свобод для лиц, находящихся под его юрисдикцией, так и со стороны Европейского суда по правам человека, выступающего в роли контролирующего органа за ограничением прав и свобод в государствах - членах Совета Европы в соответствии с положениями Конвенции. Абстрактные формулировки провоцируют появление таких процессов в Европейском суде по правам человека, как "судейский активизм" и "эволютивное толкование" Конвенции.

В законодательстве РФ на уровне Конституции РФ предусматривается возможность введения ограничений прав и свобод человека и гражданина. Конституционная норма предусматривает общее положение о возможности введения ограничений прав и свобод человека и гражданина на территории РФ и соответствует положениям Конвенции. В качестве основных законов в Российской Федерации, устанавливающих ограничения данной группы прав и свобод, следует назвать прежде всего законы, которые предусматривают ограничения в отношении всех прав и свобод данной группы, в частности, к ним относятся: Федеральный конституционный закон от 30.01.2002 N 1-ФКЗ "О военном положении" (ред. от 12.03.2014) <10> и Федеральный конституционный закон от 30.05.2001 N 3-ФКЗ "О чрезвычайном положении" <11> (ред. от 03.07.2016), в которых установлены конкретные ограничения прав и свобод человека и гражданина в целях обеспечения обороны страны и безопасности государства, а также в случаях непосредственной угрозы жизни и безопасности граждан или конституционному строю Российской Федерации (выделено мной. - Н.К.). Уголовно-исполнительный кодекс РФ от 08.01.1997 N 1-ФЗ (ред. от 28.11.2015, с изм. от 15.11.2016) устанавливает ограничения прав и законных интересов лиц, находящихся в местах лишения свободы. Имеется также ряд специальных федеральных законов, предусматривающих ограничения в отношении конкретных прав и свобод данной группы.

--------------------------------

<10> Федеральный конституционный закон N 1-ФКЗ "О военном положении" от 30.01.2002 (ред. от 12.03.2014) // СЗ РФ. 2002. N 5. Ст. 375.

<11> Федеральный конституционный закон N 3-ФКЗ "О чрезвычайном положении" от 30.05.2001 (ред. от 03.07.2016) // СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2277.

 

Таким образом, ограничение прав и свобод человека в государстве возможно при соблюдении ряда условий: во-первых, легализация в федеральном законе; во-вторых, наличие социально значимой законной цели; в-третьих, необходимость для демократического общества <12>; в-четвертых, государство должно обеспечить эффективное средство правовой защиты на незаконное ограничение прав и свобод.

--------------------------------

<12> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней".

 

Согласно практике Суда в отношении России по нарушениям данной группы прав за период с 1998 по 2015 г. выявлено: по ст. 8 - 137 нарушений, по ст. 9 - 8 нарушений, по ст. 10 - 27 нарушений, по ст. 11 - 15 нарушений, по ст. 1 Протокола N 1 - 516 нарушений <13>. Как правило, данные нарушения, по мнению Суда, связаны с тем, что национальное законодательство не содержит четких и ясных положений по ограничению прав и свобод человека, таким образом, не соответствует принципу Конвенции о "качестве закона" или ограничения не являются пропорциональными, поскольку в силу чрезмерной строгости и длительности применения не способствуют выполнению той цели, ради которой они введены. Так, например, в Постановлении Суда по делу "Хорошенко против России" Суд указал, что примененные к заявителю ограничения не способствуют перевоспитанию, исправлению и социальной реинтеграции осужденного и не учитывают интересы его родственников. Во избежание нарушений прав и свобод человека, в том числе необоснованного их ограничения, Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней" обратил внимание всех судов общей юрисдикции при рассмотрении дел, связанных с ограничением прав и свобод человека, на три условия: во-первых, фактические обстоятельства; во-вторых, относимые и достаточные основания для такого ограничения; в-третьих, соблюдение баланса между законными интересами лица, права и свободы которого ограничиваются, и законными интересами иных лиц, государства, общества <14>.

--------------------------------

<13>

<14> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней".

 

Следующая группа прав, в отношении которых возможна дерогация, это: право на вступление в брак (ст. 12 Конвенции); право на образование (ст. 2 Протокол N 1); право на свободные выборы (ст. 3 Протокола N 1). Содержание конвенционных положений по данной группе прав вызывает вопросы как со стороны государства, так и со стороны Суда в связи с поступающими жалобами на действия государств-членов. Проблемы возникают в связи с тем, что Конвенция 1950 г. фиксирует возможность государств-членов осуществлять регулирование данных прав, при этом конкретно не указывает, что государство-член может их ограничить, но в то же время и не устанавливает абсолютный характер прав данной группы. Так, например, возникла коллизия между положением нашего Основного Закона государства и Постановлением ЕСПЧ "Анчугов и Гладков против России" по предоставлению избирательных прав осужденным <15>. Анализ практики ЕСПЧ в отношении России за период с 1998 по 2015 г. показывает, что по данной группе прав выявлены незначительные нарушения (по ст. 2 - 2 нарушения, по ст. 3 - 3 нарушения), но правовые позиции Суда по некоторым делам посягают на верховенство нашего Основного Закона государства.

--------------------------------

<15> Постановление ЕСПЧ от 04.07.2013 "Анчугов и Гладков против России".

 

Таким образом, анализ дерогационных возможностей государств-членов в соответствии с положениями Конвенции и практикой Европейского суда по правам человека выявил серьезные противоречия и проблемы между современным толкованием прав и свобод человека и национальным законодательством государств-членов. В связи с этим в настоящее время возникла потребность определения не только оснований и пределов дерогационных возможностей государств-членов в соответствии с положениями Конвенции, но и пределов возможностей Европейского суда по правам человека по их толкованию.

 

Литература

 

1. Федеральный закон от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" // СЗ РФ. 1998. N 14. Ст. 1514.

2. Федеральный закон от 28.12.2016 N 503-ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" и Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" // СЗ РФ. 2017. N 1 (ч. 1). Ст. 44.

3. Постановление Европейского суда от 18 октября 2011 г. по делу "Шувалов против Российской Федерации".

4. Федеральный закон от 03.07.2016 N 226-ФЗ "О войсках национальной гвардии Российской Федерации" // СЗ РФ. 2016. N 27 (ч. 1). Ст. 4159.

5. Федеральный закон от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" (ред. от 03.07.2016, с изм. от 19.12.2016) // СЗ РФ. 2011. N 7. Ст. 900.

6. Стандарты Европейского суда по правам человека и российская правоприменительная практика: Сб. аналит. ст. / Под ред. М.Р. Воскобитовой. М.: Анахарсис, 2005. 528 с.

7. Айсаева Л.А. Интерпретация понятия "необходимый в демократическом обществе" в решениях Европейского суда по правам человека // Международное публичное и частное право. 2016. N 2. С. 3 - 6.

8. Постановление Европейского суда по правам человека по делу от 26.04.1979 "Санди таймс против Соединенного Королевства".

9. Фомина Л.Ю. Защита права на уважение частной и семейной жизни в Европейском суде по правам человека // Международное публичное и частное право. 2016. N 5. С. 12 - 15.

10. Федеральный конституционный закон от 30.01.2002 N 1-ФКЗ "О военном положении" (ред. от 12.03.2014) // СЗ РФ. 2002. N 5. Ст. 375.

11. Федеральный конституционный закон от 30.05.2001 N 3-ФКЗ "О чрезвычайном положении" (ред. от 03.07.2016) // СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2277.

12. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней".

13. Постановление ЕСПЧ от 04.07.2013 "Анчугов и Гладков против России".