Москва
+7-929-527-81-33
Вологда
+7-921-234-45-78
Вопрос юристу онлайн Юридическая компания ЛЕГАС Вконтакте

Право человека на Интернет. Права в Интернете и при использовании интернет-вещей: Новые правила

Обновлено 14.11.2019 09:06

 

Источник публикации: https://espchhelp.ru/espch/2787-pravo-cheloveka-na-internet-prava-v-internete-i-pri-ispolzovanii-internet-veshchej-novye-pravila .

 

Статья посвящена рассмотрению правовых вопросов, возникающих в связи с развитием новых интернет-технологий. На основе анализа различных источников в статье исследуются формирующиеся права человека в Интернете, право на Интернет как таковое, права человека при использовании интернет-вещей, а также предпринимается попытка дать оценку новым вызовам, стоящим перед правом в указанной сфере, и предлагаются способы решения некоторых проблем.

 

Ключевые слова: права в Интернете, права человека, блокировка сайтов, интернет-технологии, интернет-вещи, право на Интернет, сетевой нейтралитет, обработка персональных данных, конфиденциальность в Интернете.

 

THE RIGHT TO THE INTERNET, RIGHTS IN THE INTERNET AND USING THE INTERNET OF THINGS: EMERGING TRENDS

 

The article is devoted to various legal issues arising in connection with the development of new Internet technologies. Based on the analysis of various sources are considered emerging human rights in the Internet, right to the Internet as such, human rights in the use of Internet of things, and also assesses the new challenges facing the law in this area, proposed solutions to certain problems.

 

Key words: rights in the Internet, human rights, blocking websites, Internet technologies, Internet of things, the right to the Internet, net neutrality, personal data processing, privacy in the Internet.

 

ВВЕДЕНИЕ

 

В статье анализируются проблемы, которые возникли или могут возникнуть в праве относительно регулирования и/или использования Интернета. Помимо собственно прав человека в Интернете, в публикации рассматриваются проблемы права на Интернет, а также права человека при использовании интернет-вещей. Целью данной работы является указание на новейшие проблемы в интернет-пространстве, научных материалов по которым весьма мало, что определило в качестве основного источника информации различные интернет-ресурсы и их анализ.

Очевидно, что современные технологии способны изменить наши привычные представления о возможности их использования в праве. Так, например, тестируется возможность расторжения брака через мессенджер <1>, разработана программа для автоматического написания интернет-роботом жалобы в суд <2>, активно распространяется страхование от киберрисков <3>, судебные приставы могут без труда разыскать должника по фотографии в социальной сети <4>, в некоторых странах обсуждается вопрос о "продаже" биометрических данных граждан <5>, доступ к Wi-Fi стал неотъемлемой частью нашей жизни, а продолжающийся бум интернет-вещей ставит перед юристами новые вызовы, которые одновременно являются и новыми возможностями, причем, как для права продемонстрировать свою универсальную регулирующую силу, так и для технологий доказать свою полезность, а в некоторых случаях свою необходимость.

--------------------------------

<1> См.: Китайский суд одобрил развод через мессенджер WeChat.

<2> См.: Чатбот-юрист, уже сэкономивший пользователям $11 млн, займется разводами.

<3> См.: Страхование на случай риска в киберпространстве.

<4> Фотография из соцсетей помогла разыскать должника.

<5> См.: Австралия планирует продавать биометрические данные своих граждан.

 

Оценку новых проблем и перспектив их решения нужно начать с самой интересной проблемы, которая находится, что называется, у многих на слуху: есть ли самостоятельное право на Интернет? Если да, то как его реализовать, если нет, то почему?

 

I. ПРАВО НА ИНТЕРНЕТ: "ЗА" ИЛИ ЕЩЕ РАНО?

 

Очевидно, что прежде, чем переходить к правам человека в Интернете и правам человека в связи с развитием интернет-вещей, уместно рассмотреть вопрос о самостоятельном праве на Интернет. В этом отношении существуют две прямо противоположные точки зрения.

Согласно одной из них в международном праве уже сейчас можно говорить о самостоятельном праве на Интернет, при этом, как правило, ссылки делаются на доклад ООН <1>, похожие мнения звучали и на российском форуме по управлению Интернетом (RIGH-2016) <2>. Эта точка зрения во многом основана на докладе Специального докладчика по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение Франка Ла Рю <3> (далее - доклад), в котором представлены различные статистические данные и другие интересные факты, касающиеся Интернета. По сути, именно в докладе впервые было заявлено о том, что многие сочли "правом на Интернет". В этой связи интересно отметить, что в пункте 65 названного выше доклада Специальный докладчик называет государства, где так или иначе было закреплено право на Интернет, среди них Эстония, Коста-Рика, Франция. Соответствующий проект закона ("О гарантировании права физлица на доступ к Интернету") был внесен в Верховную Раду Украины, однако позже он был снят с рассмотрения <4>.

--------------------------------

<1> См.: ООН признала право на доступ в Интернет неотъемлемым.

<2> См.: Право на Интернет.

<3> См.: доклад Специального докладчика ООН по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение Франка Ла Рю A/HRC/17/27 от 16 мая 2011 г.

<4> Щербович А.А. Указ. соч. Конституционное право на доступ к Интернету: мировой опыт и выводы для России // Вестник Российской академии интеллектуальной собственности и Российского авторского общества. Ежеквартальный научно-практический журнал "Копирайт". 2015. N 3. С. 63.

 

Особый случай представляет собой Финляндия, где, судя по докладу, приняли указ о том, что всем лицам должно обеспечиваться подключение к Интернету, работающему со скоростью не менее 1 мегабита в секунду. Данное положение весьма необычно, и отдельный интерес вызывает изучение практики реализации указанного положения.

Противоположная точка зрения состоит в том, что права на Интернет как такового не существует, он всего лишь инструмент, и через него реализуются иные права. Данной позиции придерживается "отец" Интернета Винтон Серф <1>. Он полагает, что Интернет не есть самоцель, а обычное средство, делающее жизнь намного удобнее, но не более того. Через Интернет реализуются иные права, которые мы обычно осуществляем офлайн.

--------------------------------

<1> См.: "Отец" Интернета отказался признать право на доступ в Сеть.

 

Представляется, что истина находится где-то посередине. В докладе ситуация с правом на Интернет выглядит неоднозначно: с одной стороны, в пункте 85 доклада Интернет напрямую назван средством для реализации иных прав, с другой стороны, в том же пункте указывается, что обеспечение всеобщего доступа к Интернету должно быть приоритетом для всех государств.

Стоит отметить, что в докладе не говорится напрямую о наличии права на Интернет, как это было сделано в пункте 65 применительно к примерам различных государств. Можно предположить, что используемые обтекаемые формулировки связаны как с характером подобных документов, так и со сложностью провозглашения напрямую данного права, еще больше с реализацией этого права в различных государствах, но, пожалуй, более всего с контролем за реализацией права на Интернет как на национальном, так и на международном уровнях (сейчас сложно представить наличие комитета в рамках какой-либо международной структуры по контролю за выполнением договора, где содержалось бы право на доступ к Интернету, однако не исключено, что это станет реальностью через десятилетие). Поэтому на сегодняшний день стоит согласиться с тем, что "жесткой международно-правовой нормы, гарантирующей доступ в Интернет, на международном уровне не существует" <1>.

--------------------------------

<1> Щербович А.А. Указ. соч. С. 58.

 

В настоящее время сложно говорить о том, что право на Интернет существует, и тем более о том, что его можно повсеместно осуществлять или проконтролировать невозможность его реализации, вероятно, это вопрос будущего.

Но все же в этой связи можно провести аналогию с правом на свободу выражения мнения - это право ценно само по себе, независимо от того, что именно (разумеется, в рамках действующего законодательства той или иной страны) выражается через это право: научная дискуссия или же свобода творчества и так далее, возможно, и право на Интернет сможет стать такой самостоятельной ценностью, самостоятельным правом. Но, безусловно, уже сейчас Интернет стал важным элементом нашей жизни, вопрос заключается лишь в том, признают ли право на Интернет достаточно широко внутригосударственные судебные инстанции различных государств и международные инстанции, ученые в качестве самостоятельной ценности в будущем, ведь все предпосылки для этого есть.

 

II. НОВЫЕ ИЛИ ФОРМИРУЮЩИЕСЯ ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В ИНТЕРНЕТЕ: НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ - НОВЫЕ РЕШЕНИЯ

 

1. Развитие искусственных нейросетей как новый вызов праву

 

Развитие искусственного интеллекта значительно продвинулось вперед, например, технология искусственных нейросетей открывает поистине колоссальные перспективы как для их внедрения в новые сферы нашей жизни, так и для права. В частности, эту технологию обучили создавать 3D-изображение из фотографии <1>, что открыло, по сути, большие возможности для подделки видеороликов и поставило вопрос о правах лиц, честь и деловая репутация которых могут быть легко опорочены. Уже сегодня искусственный интеллект может значительно видоизменять фото- и видеоизображения таким образом, что сомнений в их достоверности возникает очень и очень мало <2>. Последующая его разработка привела к тому, что были созданы ролики непристойного содержания с участием ряда известных лиц. Проблема усугубляется тем, что на создание таких компрометирующих роликов требуется небольшое количество времени и в дальнейшем эта технология в силу относительной открытости программного обеспечения может быть использована для разжигания ненависти, в корыстных целях не только против известных медийных личностей (под удар могут попасть, например, политики, бизнесмены, так как создать видеоряд и дорожку к нему провокационного содержания с высоким качеством станет очень просто), но и прежде всего против рядовых пользователей, например, с целью шантажа <3>. Стоит вопрос о выработке противодействия со стороны права и новых технологий таким актам. Очевидно, что существует ответственность за оскорбление чести и достоинства, но в условиях высокой скорости обмена данными в современной жизни традиционными способами защищать указанные права будет очень долго. Вероятно, потребуется разработка особого программного обеспечения, которое будет уведомлять лицо о том, что видео с его изображением появилось в социальной сети (но как быть, если это будет иметь место на сайте, сказать сложно), а также будет необходима оперативная реакция со стороны администрации социальной сети и специальных подразделений правоохранительных органов.

--------------------------------

<1> См.: Нейросеть дня: 3D-маска лица на основе фотографии.

<2> См.: Нейросеть Nvidia научилась менять погоду на видео, чтобы помочь беспилотникам.

<3> См.: Никому не верь: Чем грозит нейросеть, делающая порнофейки.

 

2. Персональные данные и конфиденциальность в Интернете: таргетированная реклама, обработка данных социальными сетями

 

Интернет-простор открыл не только новые возможности, но и создал новые проблемы. В частности, в контексте сохранения тайны переписки в Интернете проблема связана с таргетированной рекламой - рекламой, которая посредством специальных технологий cookie направляет персонифицированные предложения конкретному пользователю исходя из его поисковых запросов, просмотра определенных сайтов и прочее.

В российской судебной практике в этом отношении было рассмотрено интересное дело, когда заявитель указывал на то, что всплывающая на его экране компьютера контекстная реклама могла быть сгенерирована не иначе, как лишь после прочтения его переписки на сервисе Gmail, что нарушило право заявителя на тайну переписки. Суд второй инстанции согласился с данными утверждениями <1>. Как указывается, после этого изменилась даже политика компании по данному поводу <2>. Следует отметить, что пристальное внимание к таргетированной рекламе наблюдается со стороны Европейского союза именно по причине возможного нарушения права на тайну переписки, а иногда речь идет даже о нарушении права на частную жизнь, что ставит под сомнение само существование подобного вида рекламы <3>.

--------------------------------

<1> См.: Российский суд штрафует Google за "чтение личной переписки" в Gmail.

<2> См.: Google отучит роботов читать почту пользователей, раньше это делалось для таргетирования рекламы.

<3> См.: Европа ограничит таргетированную рекламу в Интернете.

 

В Российской Федерации после изменений в законодательстве <1> предусмотрено более строгое отношение к незаконной обработке персональных данных. Кроме того, как это следует из позиций российских судов, так называемые cookie-файлы теперь также рассматриваются в качестве персональных данных. После внесения изменений многие сайты применили достаточно разумную меру: они заранее уведомляют пользователя о том, что сайт использует соответствующие технологии. Вместе с тем проблема может заключаться в том, что если сайт предоставляет уникальный контент, то пользователю не остается ничего иного, как принять предложение, иначе просмотреть информацию он не сможет. Другими словами, должно ли у пользователя быть право просматривать сайт без применения к нему соответствующих технологий? Ответ на данный вопрос остается открытым.

--------------------------------

<1> См.: Федеральный закон от 7 февраля 2017 г. N 13-ФЗ "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" // Российская газета. 10 февраля 2017 г.

 

Кроме таргетированной рекламы, проблемы с обработкой персональных данных существуют и в отношении социальных сетей. Так, компания Facebook была оштрафована в Испании за то, что она ненадлежащим образом собирала персональную информацию о пользователях <1>, аналогичное расследование против той же социальной сети начинается в Германии <2>. Необходимо отметить, что современные социальные сети сегодня - это не только инструмент общения, но и огромные массивы данных о каждом пользователе: круге его общения, предпочтений во взглядах, отметок о посещении любимых мест и прочее. Социальные сети "коллекционируют" значительный объем личной информации и поведения, поэтому они являются удобным инструментом для маркетологов, страховщиков, банков и заемных организаций. В связи с объемом информации, которая доступна социальной сети, регулирование конфиденциальности и использования личной информации должно выйти на качественно новый уровень.

--------------------------------

<1> См.: Испания оштрафовала Facebook на 1,2 млн.

<2> См.: Facebook заподозрили в нелегальном сборе данных пользователей.

 

Так, в России Сбербанк планирует начать сбор информации о заемщиках из данных социальных сетей <1>, поэтому пользователям необходимо внимательно изучать условия конфиденциальности той социальной сети, в которой они зарегистрированы. Например, в одном из процессов социальной сети "ВКонтакте" было отказано в удовлетворении ее требований о запрете использования открытой информации о пользователях компанией, которая сотрудничала с Национальным бюро кредитных историй <2>. Следовательно, конфиденциальность информации о пользователях требует повышенного внимания со стороны права, поскольку новые технологии предоставляют простор праву для того, чтобы последнее доказало свою универсальную регулирующую силу.

--------------------------------

<1> См.: Сбербанк с 2018 года начнет изучать поведение заемщиков в соцсетях.

<2> См.: Арбитраж отказал в иске "ВКонтакте" к Double Data об использовании информации.

 

3. Блокировка добросовестных сайтов: практика и ее проблемные аспекты

 

Если вышеуказанные проблемы были вызваны быстрым развитием технологий, то о проблеме, которая рассматривается далее, известно достаточно широко, и во многом она связана с правом на доступ к Интернету, точнее, к отдельным сайтам.

При этом речь не идет о возможности блокировки определенных сайтов, о блокировке так называемых зеркал данных сайтов, которые содержат запрещенную информацию. Безусловно, эта проблема имеет место быть. Однако в данном случае рассматривается блокировка так называемых добросовестных сайтов, то есть сайтов, на которых отсутствует какая-либо запрещенная информация, но которые все же оказываются заблокированными. Далее анализируются соразмерность таких действий и процессуальные гарантии при их осуществлении.

Так, в практике Европейского суда по правам человека (далее - Европейский суд) было рассмотрено дело "Ахмет Йилдырым против Турции" <1>. Суть дела заключалась в том, что заявитель был лишен доступа к своему сайту, созданному им на бесплатном сервисе Google Sites, по причине блокировки всех сайтов на данном сервисе, поскольку, по мнению контролирующего органа, только таким образом можно было обеспечить невозможность доступа к другому "сайту"-нарушителю, на котором распространялась запрещенная информация <2>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Европейского суда по делу "Ахмет Йилдырым против Турции" (Ahmet Yildirim v. Turkey) от 18 декабря 2012 г., жалоба N 3111/10 // Прецеденты Европейского суда по правам человека. 2016. N 6.

<2> См.: Постановление Европейского суда по делу "Ахмет Йилдырым против Турции", §§ 7 - 11.

 

В то же время стоит отметить, что сайт заявителя никак (кроме того, что он размещался на одном бесплатном сервисе) не был связан с "сайтом"-нарушителем. Как итог в результате общей, бланкетной блокировки оказался заблокирован значительный массив информации, претензий к которой со стороны закона не было, что привело к установлению нарушения статьи 10 Конвенции (право на свободу выражения мнения).

Это дело также интересно многочисленными сравнительными материалами и совпадающим особым мнением судьи Паулу Пинту де Альбукерке (избранному от Португалии). К слову сказать, в данном особом мнении есть прямое указание на то, что в сложившейся ситуации можно было говорить о необходимости изменения внутригосударственного законодательства в целях выполнения обязательств по статье 46 Конвенции (обязательная сила и исполнение постановлений). Европейский суд так далеко в рассматриваемом деле не пошел, однако он может вполне воспользоваться этой рекомендацией в будущих делах.

Сейчас на рассмотрении Европейского суда находится дело, которое, по мнению многих средств массовой информации, представляет потенциальный интерес для регулирования прав человека в Интернете, по сути, для всей Европы, а учитывая авторитет Европейского суда, может быть, и далеко за ее пределами. Речь идет о деле "Харитонов против Российской Федерации" (Kharitonov v. Russia) <1>.

--------------------------------

<1> См. коммуникацию данного дела в системе HUDOC Европейского суда по правам человека.

 

Ситуация в указанном деле во многом схожа с ситуацией в рассмотренном выше деле против Турции: сайт заявителя Харитонова был заблокирован, так как находился на одном IP-адресе вместе с сайтом, на котором распространялась запрещенная информация. Иными словами, блокировка одного ресурса, на котором имело место распространение запрещенной информации, привело к невозможности доступа к добросовестному ресурсу заявителя. Соответственно, говорить о том, что это дело потенциально способно "перевернуть" позиции, сформулированные в деле "Ахмет Йилдырым против Турции", наверно, не стоит. Как представляется, в правовом отношении эти два дела мало чем отличаются. Скорее всего, Европейский суд вынужден будет повторить мнение, высказанное в деле против Турции. Рассмотрение дела все же должно получиться интересным, поскольку было допущено значительное количество третьих сторон со своими заключениями по типу amicus curiae <1>.

--------------------------------

<1> Amicus curiae (лат. - друг суда) - термин обозначает лицо, оказывающее содействие суду, предлагая вниманию суда информацию, имеющую отношение к делу, при том, что указанное лицо не является стороной в деле и не привлекается к участию в деле его непосредственными участниками.

 

Позицию, которая была высказана Министерством юстиции Российской Федерации, Европейский суд, вероятно, принять не сможет. Она во многом схожа с доводами, высказанными Конституционным Судом, и сводится к следующему: она "совпадает... с позицией Конституционного Суда Российской Федерации (Определение от 17 июля 2014 г. N 1759-О) о том, что права владельцев сайтов, не содержащих запрещенной в Российской Федерации информации, но доступ к которым оказался ограничен в связи с включением в Единый реестр сетевого адреса, по существу оказываются затронуты не решением уполномоченного органа, например Роскомнадзора, а ненадлежащими действиями (бездействием) обслуживающего их провайдера хостинга... Заявитель же не представил в ЕСПЧ, как указывает Минюст, документов, указывающих на то, что обращался к провайдеру с какими-либо претензиями" <1>. В данном случае, по-видимому, Европейский суд сможет повторить, что права должны быть "практическими и эффективными", а также свою позицию по позитивным обязательствам государства, особенно в связи с утверждениями о вине провайдера.

--------------------------------

<1> См.: Минюст России подтвердил ЕСПЧ обоснованность действий по блокированию интернет-ресурсов, содержащих запрещенную информацию.

 

Необходимо отметить, что проблемы, связанные с блокировкой сайтов/аккаунтов, побудили Европейский суд даже создать отдельный обзор соответствующих прецедентов (Access to Internet and freedom to receive and impart information and ideas). В соответствии с данными этого обзора большую часть работы Европейского суда сейчас занимает Турция. Помимо уже рассмотренного выше дела "Ахмет Йилдырым против Турции", заслуживает внимания дело о блокировке доступа к YouTube (см. дело "Дженгиз и другие против Турции" <1>), где было установлено нарушение статьи 10 Конвенции (право на свободу выражения мнения).

--------------------------------

<1> См.: Постановление Европейского суда по делу "Дженгиз и другие против Турции" (Cengiz and Others v. Turkey) от 1 декабря 2015 г., жалобы N 48226/10 и 14027/11 // Прецеденты Европейского суда по правам человека. 2016. N 6.

 

Таким образом, следует признать, что рассмотрение дел о блокировке сайтов представляет собой реальную проблему не только для внутригосударственных судов, но и для международных, прежде всего для Европейского суда. Несмотря на то что речь идет о регулировании прав в Интернете, по-видимому, в принципе применяются общие правовые средства и категории: пропорциональность, процессуальные гарантии, наличие эффективных средств правовой защиты. В контексте блокировки сайтов возможно также рассмотрение еще одной проблемы: если блокируется добросовестный ресурс (то есть претензий к его контенту с точки зрения права нет) с уникальной информацией, которую невозможно получить на другом сайте, то нарушаются права не только владельца сайта, но и права рядовых пользователей, поскольку они лишены доступа к этой информации.

 

4. Каким должен быть Интернет: сетевой нейтралитет и фильтрация фейковых новостей

 

Связать завершение темы доступа к Интернету логично с так называемым правом на сетевой нейтралитет и "правом на фильтрацию фейковых новостей".

Право на сетевой нейтралитет в самом общем смысле предполагает обеспечение со стороны провайдеров равной скорости доступа ко всем сайтам без каких-либо предпочтений или преференций. Настоящие баталии по данному вопросу сейчас разворачиваются в США, где этот принцип был отменен <1>, и теперь такая обязанность у провайдеров отсутствует, что потенциально может сказаться на повышении платы за ускоренный доступ или же снижение скорости доступа, что негативно повлияет как на пользователей, так и на владельцев сайтов и поставит вопрос о соразмерности ограничения скорости и принципе недискриминации в интернет-среде.

--------------------------------

<1> См.: Интернет на откуп. В США отменили принцип сетевого нейтралитета.

 

С одной стороны, провайдеры могут настаивать, что пользователи, использующие значительный интернет-трафик (просмотр Full HD видео, использование Интернета в течение 24 часов 365 дней в году, потоковые сервисы телевидения и радио), или же крупные сайты, предоставляющие доступ к значительным видеоресурсам, должны платить больше за доступ в Интернет на разумной скорости. С другой стороны, противники этой позиции могут утверждать, что при таком развитии ситуации складываются дискриминационные условия доступа в Интернет.

На наш взгляд, представляется более разумной именно вторая точка зрения, поскольку в противном случае популярные сайты станут заложниками своей популярности, равно как и пользователи, которые должны будут вносить дополнительную плату за скорость. Конкуренция в Интернете среди сайтов происходит, как правило, через контент, именно он привлекает к себе новых пользователей и удерживает старых, а равная скорость и равный доступ ко всем сайтам как раз и поддерживают конкурентные условия, не ставя кого-либо в преимущественное положение. Отмена принципа сетевого нейтралитета рискует нарушить это равновесие.

Что же касается так называемой фильтрации фейковых новостей, то появление этой возможности стало прямым следствием большого количества распространяемых преимущественно через социальные сети новостных сообщений, достоверность которых вызывала сомнения, но которые тем не менее быстро становились популярными и вирусными.

В связи с этим компания Facebook заявила, что намерена бороться с такими новостями. Идея на первый взгляд кажется весьма логичной: обеспечить право для пользователей на объективную информацию <1>. То же самое решил делать и Google <2>. Но на поверку оказывается, что главная из проблем заключается в том, кто будет проверять эту информацию? Иными словами: "Судьи кто?". Выход может быть найден через использование строгих критериев того, почему какая-либо новость относится к категории фейковых новостей. Эти критерии в виде перечня должны быть доступны пользователю при открытии данной статьи. Именно такой путь реализации и предлагает компания Google. Представляется, что подобные механизмы способны в некоторой мере снизить противоречия того, чтобы поисковая система или социальная сеть не устанавливала фильтр для пользователей. Однако в целом проблема еще остается, и, возможно, появятся новые технологические и правовые механизмы, позволяющие ее решить.

--------------------------------

<1> См.: Facebook начал борьбу с фейковыми новостями.

<2> См.: А судьи кто? Google решил отслеживать фейковые новости.

 

III. ПРАВО И ИНТЕРНЕТ-ВЕЩИ: ТОЧКИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

 

В настоящее время набирает популярность такая концепция, как умный дом, частью которого являются различные так называемые интернет-вещи (Internet of Things, IoT), которые можно определить как устройства, способные подключаться к Интернету, как правило, через Wi-Fi-точку, дистанционно управляться и выполнять автономно свои функции, получая распоряжения от пользователя, по сути, из любой точки мира. Кроме того, данные устройства при желании пользователя могут быть синхронизированы и выполнять различные задачи одновременно, или же одно устройство может посылать другому сигнал об окончании своей работы, и тогда второе устройство "узнает", что ему можно начинать осуществлять свои функции.

Приведем пример, что могут делать интернет-вещи: Wi-Fi-лампочки позволяют выключать свет, настраивать яркость и заранее устанавливать время, когда нужно включиться <1>, умная расческа следит за состоянием волос и "слушает" звук расчесываемых волос, после чего передает информацию и рекомендации от специалистов на телефон <2>, через Wi-Fi стало возможно управлять умной ванной <3>. Появилась возможность удаленного управления кофеваркой, мультиваркой, стиральная машина также может "требовать" свой доступ к Интернету <4>, равно как и зубная щетка с камерой <5>.

--------------------------------

<1> См.: Обзор Wi-Fi-лампочки Marlight.

<2> См.: L'Oreal представила на выставке в Лас-Вегасе умную расческу.

<3> См.: В Бразилии появилась умная ванна.

<4> Бытовая техника и Wi-Fi - успешен ли союз?

<5> См.: Представлена умная зубная щетка со встроенной камерой.

 

Кроме того, существуют устройства, которые соприкасаются с человеком напрямую, например фитнес-трекеры, передающие информацию о частоте сердечного ритма, фазах сна <1>, идут разработки умной одежды, конечно, с подключением к Интернету <2>, создается "гибкая электроника", которая будет в онлайн-режиме следить за состоянием здоровья человека <3>, а умный матрас проследит за фазами сна <4>.

--------------------------------

<1> См.: Медицинские трекеры должны знать о нас только то, что важно.

<2> См.: От фитнес-трекера к киберпанку.

<3> Там же.

<4> См.: Умный матрас Luna приготовит кофе и проследит за фазами сна.

 

Однако уже сейчас возникают два важных вопроса: безопасность и конфиденциальность. Что касается второго, то все вышеописанные приборы очень хорошо могут фиксировать конфиденциальную информацию (особенно чувствительны в этой связи все медицинские и спортивные приборы), поэтому вопрос об удаленном хранении информации не может не вызывать беспокойства. Таким образом, вопрос о размещении, правилах хранения и безопасности подобной информации нуждается в тщательной правовой регламентации.

Несмотря на то что рынок интернет-вещей в России находится лишь в стадии формирования <1>, уже предлагается ввести учет/идентификацию каждой такой интернет-вещи <2>. Кроме того, специалисты, разрабатывающие антивирусное обеспечение, обнаружили вредоносные программы, которые атакуют интернет-вещи <3>, в связи с чем актуальность вопросов безопасности и конфиденциальности лишь возрастает.

--------------------------------

<1> См.: Рынок интернет-вещей в России только формируется.

<2> См.: Каждый чайник на учете. В России введут идентификацию устройств с подключением к Интернету.

<3> См.: Утечка мозгов. Обнаружен ботнет из умных гаджетов.

 

Согласно некоторым исследованиям до 70% интернет-вещей имеют различные уязвимости <1>, например, взлом интернет-вещей, таких, как радионяня, уже реальность <2>. Ясно и то, что необходимо проведение более тщательных исследований в этой области как с юридической точки зрения, так и со стороны специалистов в этих технологиях для того, чтобы позволить праву и технологиям "разговаривать на одном языке". Иными словами, чтобы не возникло ситуации, когда право предлагает решение, а технология говорит, что это невозможно, и возникает неразрешимая ситуация. Одним словом, необходимо участие специалистов с двух сторон.

--------------------------------

<1> См.: Internet of things research, study report 2015.

<2> См.: В США хакер взломал радионяню, чтобы запугивать 3-летнего ребенка.

 

Вероятно, что в будущем человеку из-за неиссякаемого потока информации понадобится какой-то единый центр управления его интернет-вещами (скажем, единое приложение для всех его устройств), и что произойдет, если к такому центру будет получен доступ посторонним лицом? Ответ прост: будет известна вся информация о человеке - от его медицинских данных до его расписания дня, предпочтениях в еде и прочее. Или это сможет нанести ущерб имуществу человека, когда умный дом "начнет жить своей жизнью", или злоумышленник, обойдя системы безопасности, решит разрушить что-либо в доме.

Кроме того, бум интернет-вещей может изменить и работу страховщиков, поскольку они смогут узнавать гораздо больше о своих клиентах, причем как при страховании имущества, так и при страховании жизни и здоровья. Интернет-вещи способны изменить и современную медицину: от коробочки, которая посылает уведомления о времени приема лекарства, до датчиков, которые в режиме реального времени отправляют врачу всю информацию о состоянии здоровья пациента.

Другое направление, где возможны злоупотребления, - это различные рекламные технологии, маркетинг. Например, в одном магазине г. Лондона используются технологии, анализирующие поведение человека: аналитическая система по обуви определяет примерные предпочтения в одежде, рост, пол, социальное положение человека, кроме того, датчики отслеживают, как посетители ходят по магазину, и прочее. Очевиден вопрос: если это явление станет массовым, есть ли у человека право на то, чтобы не стать объектом исследования со стороны интернет-вещей, заходя в магазин? Должен ли человек знать о том, что данные о его поведении через интернет-вещи будут проанализированы и на кассе ему обязательно предоставят определенные товары исходя из его предпочтений, от которых ему будет сложно отказаться? Иными словами, вопрос о защите приватности остается открытым.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Вышеизложенное приводит к двум выводам: новые интернет-технологии могут изменить нашу жизнь к лучшему, поэтому не стоит от них отказываться, но также необходима своевременная реакция со стороны права на новые вызовы современности.

Безусловно, требуют решения вопросы безопасности в Интернете, поскольку огромные потоки информации о частной жизни лица поднимают колоссальные проблемы их охраны от неправомерного использования: от аудиозаписи до нежелательной прямой видеотрансляции через интернет-вещи с камерой. Таким образом, необходимо проводить дальнейшие исследования в относительно новой и обособленной области - права человека в Интернете, которая включит в себя изучение проблем "права на доступ к Интернету", собственно, широкий блок под названием "права человека в Интернете" и "права человека при использовании интернет-вещей".

 

Источник публикации: https://espchhelp.ru/espch/2787-pravo-cheloveka-na-internet-prava-v-internete-i-pri-ispolzovanii-internet-veshchej-novye-pravila .