Москва
+7-929-527-81-33
Вологда
+7-921-234-45-78
Вопрос юристу онлайн Юридическая компания ЛЕГАС Вконтакте

Возмещение вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства, в свете международных стандартов прав человека

Обновлено 17.11.2019 08:42

 

Источник публикации: https://espchhelp.ru/espch/2802-vozmeshchenie-vreda-prichinennogo-v-rezultate-meditsinskogo-vmeshatelstva-v-svete-mezhdunarodnykh-standartov-prav-cheloveka .

 

Статья посвящена вопросам возмещения вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства. В частности, гражданско-правовым способом защиты прав и интересов потерпевшего выступает обеспечиваемое государством право требовать возмещения причиненного ему вреда. В Республике Беларусь право лица на возмещение вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства, реализуется в рамках обязательств вследствие причинения вреда. Первым международным договором, непосредственно закрепившим такое право, является Конвенция о правах человека и биомедицине, заключенная в 1997 году. Анализ правовых отношений, возникающих в связи с причинением вреда в результате медицинского вмешательства, а также особенностей реализации права лица на возмещение причиненного ему вреда в свете национального регулирования и международных стандартов прав человека имеет важное значение для выработки общих подходов к применению и совершенствованию законодательства.

 

Ключевые слова: возмещение вреда, законодательство Республики Беларусь, Конвенция Овьедо, медицинский работник, медицинское вмешательство, моральный вред, пациент, потерпевший, права человека, причинение вреда жизни или здоровью, причинитель вреда.

 

Compensation for Injury Resulting from Medical Intervention, in the Light of International Human Rights Standards

 

The article discusses issues of compensation for injury caused as a result of medical intervention. In the case of causing harm to a person resulting from medical intervention the right of victims to claim compensation for the inflicted harm is the secured by the state civil-law way to protect a person's rights and interests. In the Republic of Belarus, a person's right to compensation for harm caused by medical intervention is realized within the tort liability. At the international level, а convention on the protection of human rights and dignity in the use of biology and medicine is the first international treaty to explicitly recognize such a right: the 1997 Convention on Human Rights and Biomedicine. The analysis of legal relations arising out of the infliction of harm caused by medical intervention, as well as the peculiarities of realization of a person's right to compensation for the harm caused to him/her, in the light of national regulation and international human rights standards, is important for the development of common approaches in the application of legislation and its improvement.

 

Key words: compensation for injury, legislation of the Republic of Belarus, the Oviedo Convention, healthcare professionals, medical intervention, non-pecuniary damage, patient, victim, human rights, causing harm to life or health, tortfeasor.

 

1. Медицинское вмешательство и право на возмещение вреда

 

Разнообразные общественные отношения так или иначе связаны с личностью, правами и свободами человека, в обеспечении и защите которых и состоит высшая цель государства. Соответственно, право как регулятор общественных отношений призвано защищать права и свободы любого лица посредством установления ответственности за их нарушение.

В свою очередь, здравоохранение как сфера деятельности государства является достаточно специфической областью нормативно-правового регулирования и формирования правовых отношений. В наибольшей степени эта специфика проявляется при предоставлении медицинской помощи как комплекса медицинских услуг, оказываемых пациенту и направленных на сохранение, укрепление и восстановление его здоровья (ст. 1 Закона Республики Беларусь от 18 июня 1993 г. N 2435-XII "О здравоохранении", далее - Закон о здравоохранении <1>).

--------------------------------

<1> Ведамасцi Вярхоўнага Савета Рэспублiкi Беларусь. 1993. N 24. Ст. 290.

 

С одной стороны, медицинская помощь представляет собой именно услуги, т.е. определенные действия, выполняемые исполнителем (организацией здравоохранения) в пользу пациента - физического лица, обратившегося за помощью, и как таковые являющиеся объектом правового регулирования. Это становится ясным при оказании медицинской помощи на основании возмездных гражданско-правовых договоров. С другой стороны, оказание медицинской помощи связано с вмешательством в тело человека и непосредственно касается его здоровья, т.е. нематериального блага, принадлежащего лицу от рождения и пользующегося абсолютной защитой со стороны государства. В этом смысле медицинская помощь оценивается с точки зрения уважения прав данного лица, защиты его достоинства и гарантий соблюдения целостности личности. Такая оценка обусловливается способностью права воздействовать на поведение лица, осуществляющего медицинское вмешательство, и проявляется в определенных юридических формах, одной из которых является юридическая ответственность.

Очевидно, что право не является, да и не может являться регулятором абсолютно всех аспектов, связанных с оказанием медицинской помощи. Однако юридическая ответственность представляет собой феномен, который относится к сфере защиты прав и интересов лица, регулируемой различными юридическими средствами, отличающимися друг от друга как по условиям и порядку их применения, так и по последствиям для правонарушителя и потерпевшего. С момента нарушения прав и интересов личности начинает действовать весь правовой охранительный механизм государства, при этом важным элементом такого механизма являются установленные законодательством способы гражданско-правовой защиты. Соответственно, гражданско-правовым способом защиты прав и интересов лица, которому был причинен вред в результате медицинского вмешательства, выступает обеспечиваемое государством право потерпевшего требовать возмещения причиненного ему вреда.

 

2. Право на возмещение вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства, как субъективное право человека

 

Право на получение доступной и качественной медицинской помощи является существенным компонентом одного из важнейших социальных прав человека - права на охрану здоровья. Оно закреплено в международных документах и в национальном законодательстве. В частности, ст. 25 Всеобщей декларации прав человека <1> провозглашено право каждого на необходимое для поддержания здоровья медицинское обслуживание. В статье 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (далее - Международный пакт о правах) <2> государства признали право каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья и обязались создавать условия, которые обеспечивали бы всем медицинскую помощь и медицинский уход в случае болезни. Уставом Всемирной организации здравоохранения (далее - Устав ВОЗ) <3> закреплено, что обладание наивысшим достижимым уровнем здоровья является одним из основных прав всякого человека без различия расы, религии, политических убеждений, экономического или социального положения. В силу ст. 45 Конституции Республики Беларусь (далее - Конституция Республики Беларусь) <4> гражданам Республики гарантируется право на охрану здоровья. При этом государство создает условия доступного для всех граждан медицинского обслуживания.

--------------------------------

<1> Принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.

<2> Принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН. Ратифицирован Указом Президиума Верховного Совета Белорусской ССР от 5 октября 1973 г. "О ратификации Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах и Международного пакта о гражданских и политических правах".

<3> Принят в г. Нью-Йорке 22 июля 1946 г. Вступил в силу для Республики Беларусь 1 апреля 1948 г.

<4> Конституция Республики Беларусь от 15 марта 1994 г. N 2875-XII // Звязда. 27 ноября 1996 г.

 

Тем не менее как в международном, так и в национальном законодательстве отсутствует специальное регулирование отношений, связанных с причинением вреда в результате медицинского вмешательства. Право лица на возмещение вреда в данном случае рассматривается, как правило, через призму прав на охрану здоровья и на защиту в случае нарушения его прав и интересов. Так, в Республике Беларусь право лица на возмещение вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства, вытекает из ст. 45 (гарантирующей право на охрану здоровья) и ст. 60 (устанавливающей, что с целью защиты прав, свобод, чести и достоинства граждане в соответствии с законом вправе взыскать в судебном порядке как имущественный вред, так и материальное возмещение морального вреда) Конституции Республики Беларусь. Право на возмещение вреда реализуется в рамках главы 58 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее - ГК Республики Беларусь) <1>.

--------------------------------

<1> Гражданский кодекс Республики Беларусь от 7 декабря 1998 г. N 218-З // Ведомости Национального собрания Республики Беларусь. 1999. N 7 - 9. Ст. 101.

 

Вместе с тем на современном этапе развития медицины проблемы, вызванные эволюцией возможностей вмешательства в человеческую жизнь, приобретают чрезвычайную актуальность. Совершенно справедливо отмечается, что эти возможности являются не только потенциальным источником значительного прогресса во благо человечества, но и поводом для беспокойства, поскольку сохраняется вероятность их неправомерного использования, ставящего под сомнение уважение человеческого достоинства <1>. Указанные проблемы актуальны и для Республики Беларусь. На II Международном медицинском форуме, проходившем в Минске 7 - 8 сентября 2017 г., было отмечено, в частности, что "сама интенсивность показателя смертности от болезней системы кровообращения говорит о том, что есть проблема с качеством оказания медпомощи" <2>.

--------------------------------

<1> Буайя Ф. Информированное согласие: этические и правовые аспекты // Прецеденты Европейского суда по правам человека. 2017. N 9. С. 6.

<2> Спасюк Е. Белорусские врачи судебных исков не боятся // NAVINY.BY. Белорусские новости. 10 сентября 2017 г.

 

На международном уровне первым документом, непосредственно закрепившим право лица на возмещение вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства, стала Конвенция о защите прав и человеческого достоинства в связи с применением достижений биологии и медицины, заключенная в Овьедо 4 апреля 1997 г. (далее - Конвенция Овьедо) <1>. Ее ст. 24 предусматривает, что любое лицо, понесшее неоправданный ущерб в результате вмешательства, имеет право на справедливое возмещение согласно условиям и процедурам, предусмотренным законом. Таким образом, право лица на возмещение ущерба, понесенного в результате медицинского вмешательства, возведено Конвенцией Овьедо в ранг прав человека и в силу этого должно реализовываться с учетом не только ее положений, но и схожих положений о защите прав человека, содержащихся в других международных договорах. Следует также подчеркнуть, что данное право реализуется "согласно условиям и процедурам, предусмотренным законом", т.е. согласно нормам, содержащимся в национальном законодательстве. Это означает, что нормы национального законодательства, устанавливающие такие условия и процедуры, имеют прямое действие и не могут быть заменены нормами международного права.

--------------------------------

<1> Конвенция о защите прав и человеческого достоинства в связи с применением достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека и биомедицине (ETS N 164) (Овьедо, 4 апреля 1997 г.).

 

3. Условия возмещения вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства

 

В соответствии с п. 1 ст. 933 ГК Республики Беларусь вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежат возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В результате причинения вреда возникает гражданское обязательственное правоотношение между лицом, которому этот вред причинен (потерпевшим), и лицом, которое его причинило (причинителем вреда). Иначе говоря, в данной норме выражена сущность обязательства вследствие причинения вреда, которая заключается в установлении обязанности лица, причинившего вред, возместить этот вред в полном объеме. Общепризнано, что такая обязанность является одним из видов гражданско-правовой ответственности (деликтной, или ответственности за причиненный вред) <1>. В силу этого гражданско-правовая защита субъективных прав лица состоит в возмещении причиненного ему вреда при наличии условий гражданско-правовой ответственности, а именно причиненного потерпевшему вреда, противоправности действий причинителя вреда, вины причинителя вреда, причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями <2>. Гражданско-правовая ответственность за причиненный вред представляет собой применение к правонарушителю мер принуждения - санкций, имеющих имущественное содержание <3>. Указанные подходы являются ключевыми для анализа обязательств, возникающих при причинении вреда в результате медицинского вмешательства.

--------------------------------

<1> См.: Гражданское право: Учебник: В 4 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2006. Т. 4: Обязательственное право. С. 617 - 618.

<2> См.: Гражданское право: Учебник: В 3 т. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2004. Т. 3. С. 11 - 12.

<3> См.: Гражданское право: В 4 т. Т. 4: Обязательственное право. С. 618.

 

А. Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина в результате медицинского вмешательства, подлежит возмещению

 

В соответствии со ст. 24 Конвенции Овьедо возмещению подлежит ущерб, понесенный лицом в результате вмешательства. Конституция Республики Беларусь говорит о праве гражданина взыскать как имущественный вред, так и материальное возмещение морального вреда. Статья 933 ГК Республики Беларусь устанавливает, что подлежит возмещению вред, причиненный личности. Следует заметить, что тексты Конвенции Овьедо на официальных языках оперируют понятиями damage (англ. "вред", "убыток", "ущерб") или dommage (фр. "вред", "убыток", "ущерб"), что в русском переводе обозначается термином "ущерб". С учетом того, что слово "ущерб" подразумевает убыток, потерю и вполне применимо как к материальному благу лица (например, имущество), так и к нематериальному благу, принадлежащему человеку в силу его природы (жизнь, здоровье, достоинство личности, честь, доброе имя и др.) <1>, его следует признать синонимичным понятию "вред", которое употребляется применительно к таким ситуациям в законодательстве Республики Беларусь (глава 58 ГК Республики Беларусь). В то же время возникает резонный вопрос: какие конкретно субъективные права лица, которому причинен вред в результате медицинского вмешательства, защищают приведенные нормы?

--------------------------------

<1> См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 2004. С. 829.

 

Согласно ст. 1 Закона о здравоохранении медицинское вмешательство представляет собой любое воздействие и (или) иную манипуляцию, выполняемые медицинским работником при оказании медицинской помощи. Очевидно, что такое воздействие в той или иной форме касается здоровья человека. При этом "здоровье" как правовая категория имеет свои особенности в зависимости от ее толкования. Например, своего рода "медицинское понимание" здоровья содержится и в ст. 1 Закона о здравоохранении, и в преамбуле Устава ВОЗ, называющих здоровьем состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов. Однако понимания здоровья как состояния индивида недостаточно для того, чтобы рассматривать вопрос о возмещении вреда, причиненного лицу в результате медицинского вмешательства. Для этой цели здоровье должно пониматься не только как состояние лица, но и как субъективное право, принадлежащее этому лицу. Именно признание здоровья субъективным правом (нематериальным благом) позволяет рассматривать его как объект гражданско-правовой защиты.

Здоровье и жизнь человека как объекты гражданско-правовой защиты названы среди других нематериальных благ в главе 8 ГК Республики Беларусь "Нематериальные блага и их защита". В соответствии с пунктом 1 ст. 151 ГК жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу акта законодательства, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Конвенция Овьедо среди защищаемых прав и свобод человека также называет достоинство человека (ст. 1), право на уважение частной жизни и право на информацию (ст. 10), другие права и основные свободы в связи с применением достижений биологии и медицины (ст. 1). Однако если рассматривать причиненный лицу вред как результат медицинского вмешательства, то именно жизнь и здоровье представляются теми объектами, противоправное посягательство на которые является основанием для требования о возмещении причиненного вреда.

Из содержания п. 1 ст. 151 ГК Республики Беларусь следуют важные выводы, характеризующие жизнь и здоровье как нематериальные блага, подлежащие защите. Так, жизнь и здоровье являются:

во-первых, первостепенными благами, принадлежащими каждому от рождения;

во-вторых, неотчуждаемыми нематериальными благами, принадлежащими каждому. В связи с этим Конвенция Овьедо вполне логично устанавливает, что тело человека и его части как таковые не должны являться источником получения финансовой выгоды (ст. 21);

в-третьих, объектами защиты законом. Закон предоставляет любому человеку защиту от незаконного вмешательства в его тело, каждый имеет право на физическую неприкосновенность;

в-четвертых, нематериальными благами, имеющими абсолютный характер, в силу чего они защищаются законом против неопределенного круга лиц, каждый обязан воздерживаться от нарушения субъективных прав управомоченного субъекта, никто не вправе посягать на физическую неприкосновенность лица.

Таким образом, под причинением вреда в результате медицинского вмешательства следует понимать такое причинение вреда личности, при котором противоправное действие лица, осуществляющего медицинское вмешательство, причиняет вред жизни или здоровью потерпевшего.

В качестве способа защиты нарушенного субъективного права Конвенция Овьедо называет справедливое возмещение причиненного ущерба. При этом понятие "справедливое возмещение" в самой Конвенции не раскрывается. Правилом о справедливой компенсации руководствует также Европейский суд по правам человека в случае нарушения ст. 41 Конвенции о защите прав человека и основных свобод <1>.

--------------------------------

<1> Конвенция о защите прав человека и основных свобод ETS N 005 (Рим, 4 ноября 1950 г.).

 

В законодательстве Республики Беларусь не содержится специальных норм о размере возмещения вреда, причиненного в результате медицинского вмешательства. Как видится, при определении размера справедливого возмещения будет логичным исходить из следующего.

Согласно ст. 60 Конституции Республики Беларусь граждане в соответствии с законом вправе взыскать в судебном порядке как имущественный вред, так и материальное возмещение морального вреда. В соответствии с п. 1 ст. 933 ГК Республики Беларусь причиненный вред подлежит возмещению в полном объеме. При этом в силу ст. 953 ГК Республики Беларусь вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в органах внутренних дел и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 58 Кодекса ("Обязательства вследствие причинения вреда"), если законодательством или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности. Алгоритмы расчета объема возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья либо смертью лица, содержится в ст. ст. 954 и 958 ГК Республики Беларусь, обязывающих учитывать, в частности, утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарственных средств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение технических средств социальной реабилитации, подготовку к другой профессии. Кроме того, в силу ч. 1 ст. 152 ГК Республики Беларусь, если действиями причинителя вреда нарушены личные неимущественные права гражданина либо принадлежащие ему другие нематериальные блага, потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда.

 

Б. Противоправность действий причинителя вреда - необходимое условие ответственности, возникающей в связи с причинением вреда в результате медицинского вмешательства

 

Согласно Конвенции Овьедо возмещению подлежит "неоправданный ущерб", который причинен "в результате вмешательства". То есть Конвенция признает медицинское вмешательство в качестве возможного противоправного действия. В то же время анализ иных норм Конвенции, а также других международных договоров и национального законодательства не позволяет сужать противоправное поведение причинителя вреда только до противоправного действия, исключая при этом противоправное бездействие.

Статья 3 Конвенции Овьедо налагает на государства обязанность предпринимать все необходимые меры, направленные на обеспечение равной для всех членов общества медицинской помощи. В статье 12 Международного пакта о правах государства признали право каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья. Для осуществления этого права государства обязаны, среди прочего, создавать условия, которые обеспечивали бы всем медицинскую помощь и медицинский уход в случае болезни.

Как уже отмечалось, Конституция Республики Беларусь гарантирует гражданам Республики право на охрану здоровья. Согласно ст. 55 Закона о здравоохранении на каждого врача Республики Беларусь возложена обязанность помогать каждому пациенту независимо от его социального происхождения, вероисповедания и национальности. Иными словами, обязанность оказывать помощь пациенту является специально предусмотренной обязанностью врача, а неоказание помощи (неосуществление медицинского вмешательства) в необходимых случаях будет свидетельствовать о нарушении врачом своей обязанности, т.е. о противоправности его поведения. По смыслу п. 1 ст. 933 ГК Республики Беларусь подлежит возмещению вред, причиненный как противоправным действием, так и бездействием причинителя вреда. Соответственно, под противоправным медицинским вмешательством как условием наступления ответственности за причиненный вред следует понимать не только противоправное действие, но и бездействие причинителя вреда.

Итак, для того, чтобы медицинское вмешательство породило обязательство по возмещению причиненного вреда, оно должно быть противоправным. Это тем более важно, что сама природа медицинского вмешательства предполагает возможность правомерного причинения вреда пациенту, например при ампутации конечности, когда причинение вреда неизбежно и является целью вмешательства. По общему правилу, вред, причиненный правомерным действием, возмещению не подлежит (п. 3 ст. 933 ГК Республики Беларусь). В Конвенции Овьедо также содержится норма о том, что возмещению подлежит именно "неоправданный ущерб".

Вопрос о противоправности медицинского вмешательства становится особенно сложным в тех случаях, когда причинения вреда можно было избежать. Очевидно, что причинение вреда жизни или здоровью человека - это последствия, законодательно запрещенные во всех сферах человеческой деятельности. Но если их наступление в связи с любой другой (немедицинской) деятельностью, как правило, свидетельствует о противоправном действии, нарушающем субъективное право лица, то в отношении медицинского вмешательства однозначно утверждать то же самое нельзя. Если в любой другой сфере такие последствия противоправны в силу того, что они противоестественны, то неблагоприятный исход лечения или смерть человека в процессе медицинского вмешательства сами по себе не дают оснований для признания такого вмешательства противоправным, даже при наличии причинной связи наступивших последствий с вмешательством.

С позиции права правомерность действий конкретного лица в той или иной сфере профессиональной деятельности обусловливается соответствием этих действий определенным правилам, существующим в данной сфере. Естественно, что такие правила существуют и в медицине и применяются при медицинском вмешательстве. Так, согласно ст. 4 Конвенции Овьедо всякое медицинское вмешательство, включая вмешательство с исследовательскими целями, должно осуществляться в соответствии с профессиональными требованиями и стандартами. Следовательно, противоправным будет считаться такое медицинское вмешательство, которое не соответствует профессиональным требованиям и стандартам и находится в причинной связи с наступившими для пациента последствиями в виде смерти или причинения вреда его здоровью. Однако для правовой оценки медицинского вмешательства необходимо не только ответить на вопрос о том, соответствует ли оно профессиональным требованиям и стандартам, но и четко определить, что понимается под такими профессиональными требованиями и стандартами. Поскольку в Конвенции Овьедо понятие "профессиональные требования и стандарты" не раскрывается, попробуем проанализировать его с точки зрения национального законодательства и с учетом специфики медицинской деятельности.

Прежде всего правила и профессиональные требования, действующие в любой сфере профессиональной деятельности, включая и здравоохранение, могут облекаться в форму нормативных правовых актов (актов законодательства) и потому быть обязательными нормативными предписаниями, нарушение которых свидетельствует о противоправности действий правонарушителя. Например, правовые отношения, возникающие в связи с оказанием медицинской помощи, регулируются Законом о здравоохранении, актами Президента Республики Беларусь, иными актами законодательства Республики Беларусь, а также международными договорами Республики Беларусь (ст. ст. 2, 2.1 Закона о здравоохранении). Согласно ст. 14 Закона о здравоохранении оказание медицинской помощи пациентам осуществляется на основании клинических протоколов или методов оказания медицинской помощи, утвержденных Министерством здравоохранения Республики Беларусь. Клинический протокол представляет собой технический нормативный правовой акт, устанавливающий общие требования к оказанию медицинской помощи пациенту при определенном заболевании, с определенным синдромом или при определенной клинической ситуации (ст. 1 Закона о здравоохранении). Следовательно, любое медицинское вмешательство должно осуществляться в соответствии с указанными актами законодательства, а нарушение установленных в них нормативных предписаний будет говорить о противоправности медицинского вмешательства.

Вместе с тем специфика медицинских услуг состоит в том, что они поддаются регламентации нормативно закрепленными правилами в меньшей степени, чем другие услуги. И хотя в этой сфере также существует немало нормативных предписаний, очевидно, что они не охватывают, да и не могут охватить всего разнообразия действий при медицинских вмешательствах. В связи с этим логично предположить, что понятие "профессиональные требования и стандарты" включает в себя не только нормы, содержащиеся в актах законодательства, но и иные правила, в том числе неписаные.

Существование этих правил (условно назовем их "медицинские правила") объясняется общественной полезностью медицинской деятельности, которая предопределяется прежде всего той миссией, которую выполняет медицина, а также научной и клинической обоснованностью методов и средств, используемых в медицинской деятельности. Медицина - это та область человеческой деятельности, где особенно тесно соприкасаются медицинская наука и практика, имеющиеся у специалиста знания и умение их применить. Не случайно и из самого названия Конвенции Овьедо (Конвенция о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины), и из ее преамбулы следует необходимость учета не только особенностей применения биологии и медицины в практических (профилактических, диагностических, терапевтических) целях, но и потенциальных последствий научной деятельности в этой сфере. Согласно ст. 18 Закона о здравоохранении при оказании медицинской помощи применяются методы, утвержденные Министерством здравоохранения Республики Беларусь. Однако в исключительных случаях, установленных министерством, в интересах пациента допускается применение научно обоснованных, но еще не утвержденных к применению в установленном законодательством порядке методов.

Очевидно, что содержание профессиональных медицинских требований и стандартов в каждом государстве неодинаково. Медицинские правила, в соответствии с которыми должно осуществляться медицинское вмешательство, определяются современным уровнем развития медицинской науки и практики. При этом реализация права на охрану здоровья зависит от уровня социально-экономического развития общества и государства, что влияет на соответствующий объем возможностей граждан в данной сфере. Упомянутой выше ст. 12 Международного пакта о правах признано право каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья. Следовательно, медицинские правила должны учитывать методы и средства, которые уже находят свое применение в медицинской деятельности и характеризуют общий уровень развития медицины в государстве. Более того, "общий уровень развития медицины в государстве" - это объективная категория, которая не может зависеть от того, какое учреждение оказывает медицинскую помощь (к примеру, сельское или городское, частное или государственное), и потому применение научно необоснованных методов и средств, а также неприменение методов и средств, соответствующих уровню развития медицины, не могут оправдать цели медицинского вмешательства.

Таким образом, при отсутствии нормативных предписаний важным критерием оценки медицинских действий с точки зрения их правомерности должны служить медицинские правила, опирающиеся на современный уровень развития медицинской науки и практики. И в этом смысле для оценки правомерности либо противоправности медицинского вмешательства нет принципиальной разницы между нормами права и медицинскими правилами. Для признания медицинского вмешательства противоправным достаточно, чтобы воздействие и (или) манипуляция, выполняемые медицинским работником при оказании медицинской помощи, не соответствовали хотя бы одному из правил и методов, которые существуют в медицине и знание и применение которых является в данном случае обязательным.

При рассмотрении вопроса о противоправности медицинского вмешательства нашего внимания заслуживает еще одно обстоятельство. Статья 5 Конвенции Овьедо содержит общее правило о том, что медицинское вмешательство может осуществляться лишь после того, как соответствующее лицо даст на это свое добровольное письменное согласие. Похожее правило содержится и в ст. 44 Закона о здравоохранении. Следовательно, важно определить значение согласия пациента в случаях, когда требование о его получении вступает в конфликт с обязанностью врача оказать необходимую медицинскую помощь.

Статья 8 Конвенции Овьедо позволяет врачу действовать в таких ситуациях незамедлительно, не дожидаясь согласия пациента: если в силу чрезвычайной ситуации надлежащее согласие соответствующего лица получить невозможно, то любое вмешательство, необходимое для улучшения состояния его здоровья, может быть осуществлено немедленно. При этом норма ст. 8 Конвенции Овьедо применяется как исключение из общего правила о получении согласия, что обусловливает необходимость соблюдения двух вытекающих из нее условий: (1) ситуация должна быть чрезвычайной, не позволяющей получить соответствующее согласие; (2) вмешательство должно быть необходимым для непосредственного блага пациента и безотлагательным, например требующимся для спасения жизни пациента или устранения непоправимого вреда его здоровью. Поскольку правило о допустимости вмешательства без согласия базируется на институте крайней необходимости, производство неотложного вмешательства без согласия пациента в целях спасения его жизни или устранения непоправимого вреда его здоровью исключает ответственность в виде возмещения вреда, если ущерб является оправданным и вмешательство проведено в соответствии с профессиональными медицинскими требованиями и стандартами.

 

В. Другие важные вопросы, помимо противоправности действий причинителя вреда, его вина и причинная связь между его противоправными действиями и вредом

 

Без разрешения этих вопросов нельзя разрешить вопрос об обязанности причинителя вреда возместить потерпевшему вред. Одного только факта причинения вреда лицом, осуществившим вмешательство, недостаточно для привлечения такого лица к ответственности, если оно докажет надлежащее исполнение своих обязанностей, т.е. свою невиновность.

Выше мы отметили, что противоправность медицинского вмешательства проявляется в несоответствии воздействия и (или) манипуляций, выполняемых медицинским работником при оказании медицинской помощи, установленным нормативным либо иным медицинским профессиональным требованиям и стандартам. Иначе говоря, медицинский работник, осуществляющий вмешательство вразрез с этими требованиями и стандартами, поступает неправильно, ошибочно. Однако ошибочность действий еще не является следствием виновного поведения лица, если не были нарушены существующие медицинские правила. В каждом конкретном случае необходимо установить причины ошибочных действий для того, чтобы отграничить, в частности, врачебную ошибку от врачебной халатности.

Следует сказать, что причины врачебной ошибки могут быть как объективными (например, несовершенство медицины), так и субъективными (недостаток знаний и опыта конкретного медицинского работника). Компетенция специалиста определяется его научными знаниями и клиническим опытом, а значит, для правоприменения важно установить, в какой мере уровень знаний и умений медицинского работника, лежащий в основе осуществляемого им медицинского вмешательства, должен соответствовать существующим профессиональным медицинским требованиям и стандартам.

Очевидно, что необходимым уровнем знаний, позволяющим проводить медицинское вмешательство, следует признать комплекс знаний, обязательных при том или ином виде медицинского вмешательства и соответствующих данному виду вмешательства. При этом важен не столько объем знаний, имеющихся у специалиста и лежащий в основе совершаемых им действий, сколько именно юридическая значимость этих действий. Значение имеет непосредственно факт применения или неприменения обязательных правил и методов, а не просто их знание или незнание. Оценка действия при медицинском вмешательстве как неправомерного не изменится от того, что медицинский работник хорошо знал, как нужно проводить такое вмешательство, но не воспользовался этими знаниями, к примеру, из-за своей невнимательности.

Необходимо учитывать и то, что обладание определенным комплексом знаний - это не только право, но и обязанность любого специалиста, причем обязанность юридическая, существование которой гарантирует охрану важных для государства и его граждан интересов. Пациент вверяет медицинскому работнику свою жизнь и здоровье именно потому, что видит в нем специалиста, знающего свое дело и способного обеспечить то лечение, которое необходимо.

В связи с этим следует признать, что категория "незнание" играет важную роль при оценке того или иного действия как виновного. При этом факт незнания подлежит оценке наряду с другими условиями, в которых осуществлялось медицинское вмешательство. Для того чтобы установить виновность причинителя вреда при медицинском вмешательстве, помимо установления факта незнания им тех или иных положений медицинских правил необходимо выяснить, входило ли знание этих правил в его юридическую обязанность и можно ли рассматривать наступившее последствие как случай, произошедший по независящим от медицинского работника причинам.

В медицинской практике возможны ситуации, когда вред лицу причиняется в результате случайного обстоятельства. Еще в римском праве под случаем понималось событие, которое наступило не в силу направленной на него воли лица и не могло быть предусмотрено при существующих условиях и проявлении требуемой правом заботливости относительно исполнения своих обязанностей. Такое событие исключает ответственность, и бремя наступившего вреда несет сам потерпевший (casus a nullo praestantur). При медицинском вмешательстве квалификация причинения вреда как случайного возможна только при установлении факта, что вмешательство было осуществлено в соответствии с профессиональными требованиями и стандартами.

Еще одним критерием оценки медицинского вмешательства является его оценка в качестве причины возникновения вреда. В тех случаях, когда противоправное вмешательство характеризуется активным действием, установление причинной связи между ним и причиненным вредом, как правило, не вызывает затруднений. Сложность возникает при установлении причинной связи с вредом, причиненным путем бездействия. С одной стороны, медицинское вмешательство входит в совокупность условий, которые влияют на состояние здоровья конкретного пациента. С другой стороны, здоровье конкретного лица обусловлено объективной закономерностью происходящих в его организме биологических процессов, которые могут заканчиваться выздоровлением, ухудшением его здоровья либо его смертью. И если в определенной цепи событий медицинское вмешательство играет роль фактора, при наличии которого причина смерти человека (например, болезнь) не вызывает своего следствия, то выпадение этого фактора из цепи явлений само выступает как причина смерти или причинения вреда здоровью. В таком случае отсутствие медицинского вмешательства будет рассматриваться в качестве условия ответственности причинителя вреда.

В заключение отметим, что реализация права лица на возмещение вреда, причиненного ему в результате медицинского вмешательства, в свете международных стандартов прав человека требует уделять пристальное внимание соблюдению этих стандартов с учетом национальных условий и порядка возмещения причиненного вреда. Это необходимо как для выработки общих подходов к применению действующего законодательства, так и для дальнейшего его совершенствования, в том числе формирования специального регулирования правовых отношений, складывающихся в этой сфере.

 

Источник публикации: https://espchhelp.ru/espch/2802-vozmeshchenie-vreda-prichinennogo-v-rezultate-meditsinskogo-vmeshatelstva-v-svete-mezhdunarodnykh-standartov-prav-cheloveka .