Регистрация незаконных сделок с недвижимым имуществом (ст. 170 УК Российской Федерации): актуальное толкование и пути совершенствования
Статья посвящена толкованию признаков преступления, предусмотренного ст. 170 УК РФ, с учетом значительного изменения законодательства, регулирующего отношения, связанные с государственной регистрацией недвижимости и определением ее кадастровой стоимости. Доказаны необоснованность толкования нормы в части регистрации заведомо незаконных сделок с недвижимым имуществом как незаконной регистрации перехода прав на него и неприменимость нормы в этой части, необоснованно широкое толкование понятия "искажение", не соответствующее законодательству толкование субъекта занижения кадастровой стоимости объектов недвижимости. Предложено интегрировать ст. 170 УК РФ (в части искажения сведений в ЕГРН) в ст. 285.3 УК РФ.
Ключевые слова: регистрация заведомо незаконных сделок, объекты недвижимого имущества, искажение сведений, Единый государственный реестр недвижимости, государственный кадастр, занижение кадастровой стоимости.
The article is devoted to the interpretation of the elements of a crime provided for in Article 170 of the Criminal Code of the Russian Federation, taking into account significant changes in the legislation regulating relations related to state registration of real estate and determination of its cadastral value. The groundlessness of the interpretation of the norm in terms of registering obviously illegal transactions with real estate as illegal registration of the transfer of rights to it and the inapplicability of the norm in this part, the unreasonably broad interpretation of the concept of "distortion", the interpretation of the subject of underestimation of the cadastral value of real estate objects that does not comply with the legislation have been proven. It is proposed to integrate Article 170 of the Criminal Code of the Russian Federation (in terms of distortion of information in the Unified State Register of Real Estate) into Article 285.3 of the Criminal Code of the Russian Federation.
Key words: registration of obviously illegal transactions, real estate objects, distortion of information, unified state register of real estate, state cadastre, understatement of cadastral value.
Регистрацию незаконных сделок с имуществом, предусмотренную ст. 170 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), специалисты оценивают по-разному. Есть мнение, что это "ложное экономическое преступление", т.е. преступление, основной непосредственный объект которого не согласуется с родовым объектом преступлений, описанных в разделе VIII УК РФ <1>, и ст. 170 из УК РФ следует исключить <2>. Есть и прямо противоположное мнение: общественная опасность данного преступления в современных экономических условиях повышается <3>, и борьба с ним является важнейшей правоохранительной задачей <4>. При этом сторонники второй позиции отмечают необоснованную мягкость санкции указанной нормы и предлагают не только ужесточить ее, но и дифференцировать ответственность.
--------------------------------
<1> См.: Есаков Г.А. Экономическое уголовное право: Общая часть. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2019. С. 56 - 58.
<2> См.: Есаков Г.А. Указ. соч. С. 56 - 58; Клепицкий И.А. Новое экономическое уголовное право: монография. М.: Проспект, 2021. С. 910; проект федерального закона "О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ и Уголовно-процессуальный кодекс РФ" от 4 августа 2022 г. N 01/05/08-22/00130229.
<3> См.: Лаптев Д.А. Вопросы совершенствования статьи 170 Уголовного кодекса РФ // Право и практика. 2022. N 4. С. 118; Решитов А.М. О системе уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за посягательства на отношения в сфере осуществления государственного кадастрового учета и кадастровой деятельности // Общество и право. 2020. N 4. С. 38; Алексеенко Н.Н. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика преступлений в сфере регистрации незаконных сделок с землей: монография. М.: Юрист, 2013.
<4> См.: Решитов А.М. Указ. соч. С. 38.
Реже критике подвергается редакция диспозиции ст. 170 УК РФ. Она уже в 2015 г., т.е. в момент изменения редакции <5>, перестала соответствовать изменениям в регулятивном законодательстве, но ряд авторов стараются игнорировать это обстоятельство, буквально "подгоняя" толкование первого из деяний, указанных в ст. 170 УК РФ, под новое законодательство <6>.
--------------------------------
<5> Федеральный закон от 13 июля 2015 г. N 228-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СЗ РФ. 2015. N 29 (ч. I). Ст. 4354.
<6> См.: Мурадян С.В. Особенности объективной стороны состава преступления, предусмотренного статьей 170 Уголовного кодекса РФ // Вестник экономической безопасности. 2020. N 5. С. 145; Лаптев Д.А. Указ. соч. С. 117.
Мы солидарны с теми авторами, которые, не сомневаясь в криминальной общественной опасности деяний, описанных в диспозиции ст. 170 УК РФ, вносят предложения о дифференциации ответственности за них и об ужесточении санкции за "простое" преступление <7>. В то же время мы поддерживаем и сторонников исключения ст. 170 из УК РФ. И в этом нет противоречия по причинам, которые мы изложим ниже.
--------------------------------
<7> См.: Максимова Е.В. Проблемы квалификации преступления, предусмотренного статьей 170 Уголовного кодекса РФ // Вестник Удмуртского университета. 2016. Т. 26. Вып. 1. С. 110.
Есть ли действительно основания именовать регистрацию незаконных сделок с недвижимым имуществом ложным экономическим преступлением? Поскольку аргументом в подтверждение этого тезиса стало утверждение об отсутствии "согласования" непосредственного объекта данного преступления с родовым объектом преступлений в разделе VIII УК РФ, выясним, что составляет объект первого.
Его, как это чаще всего бывает в уголовно-правовой доктрине, определяют по-разному. Мы не приводим все авторские позиции, но отметим, что часть их, пусть и с определенными различиями, сводится к определению основного объекта как отношений, связанных с осуществлением государственного кадастрового учета <8>.
--------------------------------
<8> См.: Максимова Е.В. Указ. соч. С. 111; Решитов А.М. Указ. соч. С. 39; Лаптев Д.А. Указ. соч. С. 116.
Другая часть авторов видит основным объектом экономические интересы участников законного оборота земельных участков (Б.В. Волженкин) <9>, отношение, связанное с вовлечением в экономический оборот земли (Н.И. Пикуров) <10>, "отношения в связи с землей" <11> либо "имущественные права" <12>. Такие представления об основном объекте объясняют включение ст. 170 в раздел VIII УК.
--------------------------------
<9> См.: Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России: монография. СПб.: Издательство Р. Асланова "Юридический центр Пресс", 2007. С. 165.
<10> См.: Уголовное право. Общая и Особенная части: учебник для вузов / под ред. М.П. Журавлева и С.И. Никулина. М., 2004. С. 478; Проценко С.В., Кукушкин С.Н. Проблемы уголовно-правовой ответственности государственных регистраторов (ст. 170 и ст. 285.3 УК РФ) // Нотариус. 2012. N 1. С. 11 - 15; Яковлева О.В. Уголовная ответственность за регистрацию незаконных сделок с землей: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. С. 21 - 23.
<11> Козлов А.П. Служебные преступления: учеб. пособие. Красноярск, 2014. С. 173.
<12> Мурадян С.В. Указ. соч. С. 149.
Интересы государственной власти, государственной службы и службы в органах местного самоуправления авторы этой позиции, как правило, рассматривают в качестве дополнительного объекта <13>.
--------------------------------
<13> См.: Мурадян С.В. Указ. соч. С. 14; Козлов А.П. Указ. соч. С. 174; Лаптев Д.А. Указ. соч. С. 117; Яковлева О.В. Указ. соч. С. 23.
Описание в ст. 170 УК РФ нарушений требований, установленных Гражданским кодексом РФ и ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее - Закон о регистрации) <14>, означает, что диспозиция указанной нормы УК РФ детерминирована главным образом указанными законами и, следовательно, объектом регистрации незаконных сделок с недвижимым имуществом должны признаваться отношения, урегулированные Законом о регистрации (ст. 1).
--------------------------------
<14> Федеральный закон от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" // СЗ РФ. 2015. N 29 (ч. I). Ст. 4344.
Функции по ведению Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН), государственному кадастровому учету недвижимого имущества и государственной регистрации прав на недвижимое имущество осуществляет Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестр). Эта служба является федеральным органом исполнительной власти, и его учетно-регистрационная функция - функция публичного управления. Стало быть, ненадлежащее выполнение этой функции, безусловно, причиняет вред интересам государственной службы и службы в органах местного самоуправления, т.е. видовому объекту преступлений в гл. 30 УК РФ, и утверждение И.А. Клепицкого, что преступление, предусмотренное ст. 170 УК РФ, "по существу, это должностное преступление" <15>, нельзя считать ошибкой <16>.
--------------------------------
<15> Клепицкий И.А. Система хозяйственных преступлений. М.: Статут, 2005. С. 509.
<16> С позицией Д.А. Лаптева о том, что определение в настоящее время в подзаконных актах кадастрового учета и (или) регистрации прав на недвижимое имущество как государственной услуги превращает указанные учет и регистрацию в экономическую деятельность (Лаптев Д.А. Преступления в сфере регистрации недвижимости и ее кадастровой оценки (ст. 170 УК РФ): законодательные и правоприменительные аспекты: дис. ... канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2024. С. 89), согласиться нельзя: по своему содержанию они остаются функцией публичного управления.
Однако не является ошибкой и признание объектом экономических интересов участников законного оборота земли, а с учетом актуальной редакции ст. 170 УК РФ - экономических интересов участников законного оборота недвижимости. Описанные в указанной статье деяния, безусловно, способны причинить вред этим интересам. Он не отражен в признаках объективной стороны преступления не потому, что не причиняется, а потому, что законодатель считает описанные в ст. 170 УК РФ деяния заслуживающими криминализации и без его установления.
И поскольку ст. 170 размещена в гл. 22 УК РФ, именно эти интересы и отношения должны признаваться основным объектом, а интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления должны иметь статус дополнительного объекта.
Регистрация заведомо незаконных сделок с недвижимым имуществом
В ст. 170 УК РФ объективная сторона описана как совершение трех альтернативных деяний, которые совершаются одним способом - с использованием своего служебного положения.
Первым деянием законодатель называет регистрацию должностным лицом заведомо незаконных сделок с недвижимым имуществом. Учитывая бланкетную диспозицию рассматриваемой нормы, понятие и сущность государственной регистрации сделок с недвижимостью определяются в соответствии с нормами гражданского законодательства, непосредственно регулирующими указанную сферу общественных отношений.
При анализе рассматриваемого деяния следует учитывать, что гражданское законодательство в сфере оборота недвижимого имущества, в том числе в сфере государственной регистрации прав на него и сделок с ним, с момента принятия ГК РФ претерпело значительные изменения. В частности, Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ <17>, вступившим в силу с 1 марта 2013 г., в действие была введена ст. 8.1 ГК РФ, закрепившая общие положения о государственной регистрации прав на имущество.
--------------------------------
<17> Федеральный закон от 30 декабря 2012 г N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса РФ" // СЗ РФ. 2012. N 53 (ч. I). Ст. 7627.
В силу п. 1 ст. 8.1 ГК РФ "в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации". Как следует из приведенной нормы, государственной регистрации подлежат права на имущество, ограничения таких прав и обременения имущества, при этом необходимость их регистрации должна быть прямо предусмотрена законом.
Аналогичным образом ст. 131 ГК РФ устанавливает, что государственной регистрации в Едином государственном реестре подлежат "право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение". Законом прямо установлено, что "регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим ГК РФ и иными законами".
Вместе с тем ст. 164 ГК РФ закрепляет положение, согласно которому "в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации". Как и государственная регистрация вещных прав на недвижимое имущество, их ограничений и обременений, государственная регистрация сделок может иметь место, только если это прямо предусмотрено законом.
Действительно, ряд статей ГК РФ устанавливают требование о необходимости государственной регистрации отдельных сделок с недвижимым имуществом. В частности, речь идет о договоре купли-продажи жилых помещений (ст. 558), договоре купли-продажи предприятия (ст. 560), договоре дарения недвижимого имущества (ст. 574), договоре об отчуждении недвижимого имущества под выплату ренты (ст. 584), договоре аренды недвижимого имущества (ст. 609), в том числе здания или сооружения, если такой договор заключен на срок не менее года (ст. 651), и договоре аренды предприятия (ст. 658).
Однако в силу ч. 8 ст. 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ с 1 марта 2013 г. "правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в ст. ст. 558, 560, 574, 584, 609, 651, 658 ГК РФ, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу данного Закона". В результате с даты вступления в силу указанного Закона соответствующие нормы ГК РФ, формально не исключенные из его текста, тем не менее не применяются.
Комитетом по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству ГД ФС РФ специально было подчеркнуто, что "с 1 марта 2013 года устраняется смешение различных видов регистрации и создаются необходимые правовые условия для перехода только на систему регистрации прав. Таким образом, требования об обязательной регистрации сделок впредь не подлежат применению" <18>.
--------------------------------
<18> Письмо Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству ГД ФС РФ от 22 января 2013 г. N 3.3-6/94 "О государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом в связи с вступлением в силу с 1 марта 2013 г. Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Официальные документы. 05 - 11.03.2013. N 9.
Отдельно следует обратить внимание на специфическое решение законодателем вопроса о сделках с недвижимым имуществом, передаваемым во временное владение и пользование контрагентам по договорам аренды недвижимого имущества (ст. 609 ГК РФ) и договорам аренды зданий и сооружений, если они заключены на срок не менее года (ст. 651 ГК РФ). Несмотря на то что в тексте ГК РФ по-прежнему используется выражение "договор аренды... подлежит государственной регистрации", в действительности регистрируется не сам договор как сделка с недвижимостью, а аренда недвижимого имущества как обременение такого имущества. Объясняется рассматриваемое обстоятельство тем фактом, что "договор аренды влечет для собственника имущества, сдающего имущество в аренду (арендодателя), невозможность самостоятельного использования переданного в аренду имущества, следовательно, является обременением недвижимого имущества и, соответственно, выступает основанием для государственной регистрации такого обременения" (Письмо Комитета ГД ФС РФ от 22 января 2013 г.).
Именно по этой причине в п. 1 ст. 51 Закона о регистрации установлено, что "государственная регистрация аренды недвижимого имущества осуществляется посредством государственной регистрации договора аренды недвижимого имущества". Приведенное положение не должно вводить в заблуждение, поскольку с марта 2013 г. договоры аренды как сделки с недвижимым имуществом не подлежат регистрации. Указанные правила применяются и к договорам аренды земельных участков, заключенным на срок более одного года (п. 2 ст. 26 Земельного кодекса РФ).
Следует обратить внимание на то, что норма о регистрации аренды расположена в статье, посвященной особенностям государственной регистрации не только аренды недвижимого имущества, но и найма жилого помещения и безвозмездного пользования (ссуды) недвижимым имуществом. В отличие от аренды требование о государственной регистрации найма сформулировано более точно. В частности, в силу п. 2 ст. 674 ГК РФ "ограничение (обременение) права собственности на жилое помещение, возникающее на основании договора найма такого жилого помещения, заключенного на срок не менее года, подлежит государственной регистрации", а к договорам безвозмездного пользования (ссуды) недвижимыми объектами культурного наследия применяются правила, предусмотренные ст. 609 ГК РФ о договоре аренды (п. 3 ст. 689 ГК РФ).
Аналогичным образом с 1 июля 2014 г. <19> не подлежат применению правила о государственной регистрации договора ипотеки, содержащиеся в ст. 10 Федерального закона "Об ипотеке" от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ <20>. По этой причине "к договорам ипотеки, заключенным после 1 июля 2014 г., применяются общие положения о залоге, содержащиеся в ГК РФ и закрепляющие требования к государственной регистрации ипотеки в виде обременения путем внесения записи об ограничении права в виде ипотеки в ЕГРН. Сам договор ипотеки регистрации не подлежит и считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора" (п. 4 Обзора судебной практики ВС РФ N 4 (2019)) <21>.
--------------------------------
<19> Федеральный закон от 21 декабря 2013 г. N 367-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса РФ и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) РФ" // СЗ РФ. 2013. N 51. Ст. 6687.
<20> Федеральный закон от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" // СЗ РФ. 1998. N 29. Ст. 3400.
<21> Обзор судебной практики Верховного Суда РФ N 4 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25 декабря 2019 г. // Бюллетень ВС РФ. 2020. N 6 - 7.
Как видим, в настоящее время законодатель полностью отказался от государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, сохранив требование о необходимости такой регистрации лишь для вещных прав на недвижимое имущество, их ограничений и обременений.
Таким образом, ст. 170 УК РФ в части регистрации заведомо незаконных сделок с недвижимым имуществом неприменима, поскольку действующее гражданское законодательство не содержит положений о государственной регистрации именно сделок с объектами недвижимости, а государственная регистрация вещных прав на них, ограничений и обременений представляет собой принципиально иной вид регистрации, не подпадающий под действие ст. 170 УК РФ.
В связи изложенным невозможно согласиться с толкованием первого деяния частью авторов. Они необоснованно расширяют рассмотренную выше материально-правовую категорию государственной регистрации сделки до самой процедуры государственной регистрации, полагая, что в ст. 170 УК РФ речь идет о любых видах регистрационных действий, независимо от того, что именно регистрируется в конкретном случае. Так, утверждается, что "регистрация незаконных сделок с недвижимым имуществом подразумевает собой положительное решение об одобрении заявления о регистрации права на объект недвижимости ("осуществление регистрации права"), к которому была приложена незаконная сделка" <22>, либо что регистрация сделок может "осуществляться в форме регистрации прав" <23>. Отдельные авторы, в целом разграничивая регистрацию сделок с недвижимостью и регистрацию прав на нее, настаивают на изменении ст. 170 УК РФ путем ее дополнения за счет слов "регистрация незаконных сделок с недвижимым имуществом и прав на него" <24>.
--------------------------------
<22> Лаптев Д.А. Вопросы совершенствования ст. 170 УК РФ. С. 117.
<23> Клепицкий И.А. Новое экономическое уголовное право. С. 911.
<24> Мурадян С.В. Указ. соч. С. 145; Алексеенко Н.Н. Указ. соч.
Аналогичные ошибки в толковании рассматриваемого понятия допускают и суды. Так, по часто цитируемому <25> приговору Песчанокопского районного суда Ростовской области от 9 марта 2017 г. по делу N 1-16/17 регистратор была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 170 УК РФ, выразившегося в государственной регистрации прекращения права общей долевой собственности предыдущих правообладателей и государственной регистрации права собственности нового собственника на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения при наличии записи в ЕГРН о запрете на совершение регистрационных действий в отношении указанного объекта <26>. При оценке названного судебного акта авторы проигнорировали тот факт, что приговор был вынесен в особом порядке, без проведения полноценного судебного следствия в связи с признанием вины подсудимой, не обжаловался в вышестоящие судебные инстанции и поэтому в принципе не может быть использован в качестве положительного примера сложившейся судебной практики.
--------------------------------
<25> См.: Клепицкий И.А. Там же. С. 911; Лаптев Д.А. Преступления в сфере регистрации недвижимости и ее кадастровой оценки (ст. 170 УК РФ): законодательные и правоприменительные аспекты. С. 113.
<26> Приговор Песчанокопского районного суда Ростовской области от 9 марта 2017 г. по делу N 1-16/17.
На наш взгляд, при толковании бланкетной диспозиции статьи УК РФ ее широкое толкование недопустимо, поскольку связь категории "государственная регистрация сделок с недвижимым имуществом" с гражданским законодательством очевидна, вследствие чего "ее терминологическим полем" <27> будет именно отрасль гражданского права, а также отрасль гражданско-правовой науки, предметом которой она является. Учитывая, что в настоящее время государственная регистрация сделок с недвижимостью прекратила свое существование, первое деяние из ст. 170 УК РФ должно быть исключено.
--------------------------------
<27> Пикуров Н.И. Системные свойства уголовного права как отрасли российского права / Энциклопедия уголовного права. Т. 1. Понятие уголовного права. Санкт-Петербург, 2008. С. 405.
Умышленное искажение сведений государственного кадастра недвижимости и (или) Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество
Редакция второго деяния в ст. 170 УК РФ тоже не соответствует регулятивному законодательству, поскольку кадастр недвижимости стал составной частью ЕГРН, однако это на применении уголовно-правовой нормы не отражается. Данное деяние подробно описано в литературе, и мы остановимся только на предмете преступления и толковании самого деяния.
Итак, предметом является ЕГРН, и преступным на первый взгляд может быть искажение любых составляющих его сведений. Не случайно в учебной литературе встречается именно такое толкование <28>. Однако ряд авторов, исследовавших составы регистрации незаконных сделок с недвижимым имуществом, пришли к выводу, что не должно признаваться преступным искажение дополнительных сведений, отражаемых в кадастре недвижимости и реестре прав на недвижимость <29>. При этом сделанный вывод ими, как правило, не обоснуется.
--------------------------------
<28> См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (9-е изд., перераб. и доп.) / под ред. Г.А. Есакова. М.: Проспект, 2021; Уголовно-правовая охрана финансово-бюджетной сферы: научно-практическое пособие (отв. ред. И.И. Кучеров, О.А. Зайцев, С.Л. Нудель). М.: ИЗИСП; Контракт, 2021.
<29> См.: Волженкин Б.В. Указ. соч. С. 168; Козлов А.П. Указ. соч. С. 197; Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ). М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 279 - 280; Лаптев Д.А. Преступления в сфере регистрации недвижимости и ее кадастровой оценки (ст. 170 УК РФ): законодательные и правоприменительные аспекты. С. 118 - 119.
Нам представляется, что с этим выводом можно согласиться, и вот почему. Действительно, и кадастр недвижимости, и реестр прав на недвижимость, будучи составными частями ЕГРН, в свою очередь, состоят из сведений, имеющих разное значение. Так, в кадастре недвижимости выделяются основные и дополнительные сведения об объекте недвижимости. К первым относятся такие характеристики объекта недвижимости, которые позволяют определить его в качестве индивидуально-определенной вещи, а также те, которые определяются/изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства/реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест либо перепланировки помещений.
В реестре прав на недвижимость сведений, именуемых основными, нет, но выделены дополнительные сведения и четко обозначен критерий их выделения: внесение этих сведений в данный реестр не влечет за собой перехода, прекращения, ограничений прав и обременения объектов недвижимости (ч. 1 ст. 9 Закона о регистрации). Следовательно, сведения, внесение которых в реестр прав на недвижимость влечет за собой переход, прекращение, ограничения прав и обременение объектов недвижимости, условно можно назвать основными.
И поскольку обеспечение закрепленного в ч. 1 ст. 7 Закона о регистрации принципа достоверности признается необходимым условием стабильности гражданского оборота и защиты вещных прав управомоченных лиц <30>, то криминальную общественную опасность представляет искажение именно основных сведений двух названных реестров.
--------------------------------
<30> Обзор судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2023), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15 ноября 2023 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2024. N 3.
В литературе не часто встречается негативная оценка самого деяния. Большинство авторов толкуют искажение как внесение ложной информации или ложную запись, подделку, подчистку, исправления, не отвечающие действительности <31>. Как внесение в основные документы сведений, не соответствующих действительности, рекомендуется понимать искажение и в Методических рекомендациях, утвержденных ФССП России 15 апреля 2013 г. N 04-4, которыми нередко руководствуются на практике.
--------------------------------
<31> См.: Волженкин Б.В. Указ. соч. С. 168; Лопашенко Н.А. Указ. соч. С. 281; Алексеенко Н.Н. Указ. соч.
Если обратиться к наиболее близкой по смыслу ч. 1 ст. 292 УК РФ, бывшей общей нормой к ст. 170 УК РФ до включения в УК РФ ст. 285.3 "Внесение в единые государственные реестры заведомо недостоверных сведений", то нужно констатировать, что внесение заведомо ложных сведений законодатель считает деянием, альтернативным внесению в документы исправлений, искажающих их действительное содержание. Как разные, но однопорядковые деяния искажение и представление заведомо ложных сведений указаны и в ряде постановлений Пленума Верховного Суда РФ <32>.
--------------------------------
<32> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2020 г. N 43 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации" // Российская газета. 2020. N 296; Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2009. N 12; Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. N 23 "О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве" // Российская газета. 2004. N 271.
В некоторых случаях искажение в этих постановлениях толкуется как часть представления заведомо ложных сведений <33>, однако интерпретации как включающего представление заведомо ложных сведений искажение не получило.
--------------------------------
<33> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 г. N 48 "О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2020. N 1; Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2022 г. N 20 "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях против правосудия" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2022. N 9.
В связи с этим распространенное в доктрине толкование понятия "искажение" в ст. 170 УК РФ является расширительным. Искажение охватывает все случаи правки, изменения тех сведений, которые уже есть в ЕГРН, а для охвата внесения новых сведений, не соответствующих действительности, требуется и другое описание деяния (в частности, как в ст. 285.3 УК РФ - "внесение... заведомо недостоверных сведений"). Субъектом преступления в этой форме должны признаваться государственные регистраторы Росреестра.
Занижение кадастровой стоимости объектов недвижимости
Третьим альтернативным деянием законодатель называет занижение кадастровой стоимости объектов недвижимости. В отличие от двух других деяний, в рассматриваемой ситуации используется предельно лаконичная формулировка без указания на характер деятельности должностного лица, вследствие чего возникают закономерные вопросы: о каком конкретно должностном лице идет речь, ограничивается ли сфера применения нормы только действиями должностных лиц по внесению в ЕГРН сведений, свидетельствующих о занижении кадастровой стоимости объектов недвижимости?
В литературе этому вопросу не уделяется специального внимания, поскольку авторы в основном раскрывают понятие занижения кадастровой стоимости как "внесение в государственный кадастр недвижимости заведомо ложных сведений, касающихся кадастровой стоимости объектов недвижимости" <34>, как "ее незаконное уменьшение" <35> или как "незаконное уменьшение размера платежа либо незаконное освобождение от налогов и сборов за использование объектов недвижимости" <36>, ограничиваясь лишь указанием на специального субъекта преступления. В качестве последнего называют "должностное лицо, на которое возложены полномочия по внесению сведений в ЕГРН, а также по совершению юридически значимых действий, касающихся определения кадастровой стоимости" <37>, "только то должностное лицо, в полномочия которого входит внесение сведений в государственный кадастр недвижимости" <38> или даже "должностное лицо налогового органа" <39>.
--------------------------------
<34> Комментарий к УК РФ (постатейный). 9-е изд., перераб. и доп. / под ред. Г.А. Есакова. М.: Проспект, 2021.
<35> Уголовно-правовая охрана финансово-бюджетной сферы: научно-практическое пособие / отв. ред. И.И. Кучеров, О.А. Зайцев, С.Л. Нудель. М.: ИЗиСП; Контракт, 2021.
<36> Мурадян С.В. Указ. соч. С. 148.
<37> Грачева О.С., Романова А.А. Особенности юридической ответственности за земельные правонарушения: учебное пособие / под ред. О.С. Грачевой. М.: РУСАЙНС, 2019.
<38> Казанчев И.Т., Дворцов В.Е. Проблемы отграничения внесения кадастровым инженером заведомо ложных сведений или подлог документов от смежных составов преступлений // Российский следователь. 2017. N 3. С. 25 - 29.
<39> Комментарий к УК РФ (постатейный). 9-е изд., перераб. и доп. / под ред. Г.А. Есакова. М.: Проспект, 2021.
Иной подход отражен в работе Д.А. Лаптева <40>, по мнению которого субъектами могут являться как должностное лицо, внесшее в ЕГРН сведения о заниженной кадастровой стоимости объекта недвижимости, так и "должностное лицо бюджетного оценочного учреждения (в лице уполномоченного на то оценщика)" <41>, указавшее в документах об итогах кадастровой оценки заниженный размер кадастровой стоимости.
--------------------------------
<40> Лаптев Д.А. Преступления в сфере регистрации недвижимости и ее кадастровой оценки (ст. 170 УК РФ): законодательные и правоприменительные аспекты. С. 123 - 125.
<41> Лаптев Д.А. Там же. С. 139.
Ответ на поставленный вопрос дает действующее законодательство в сфере государственной кадастровой оценки и государственной регистрации недвижимости, подвергшееся значительным изменениям. В современных условиях для рассматриваемых отношений характерно участие нескольких субъектов, непосредственно определяющих кадастровую стоимость объектов недвижимости, что напрямую влияет на толкование диспозиции ст. 170 ГК РФ.
Так, в силу п. 3 ст. 3 Закона о регистрации орган регистрации (Росреестр) осуществляет государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав. Однако с 19 декабря 2022 г. <42> осуществление функции по внесению в ЕГРН сведений о кадастровой стоимости объектов недвижимости возложено на публично-правовую компанию "Роскадастр" (п. 8.5 ч. 2 ст. 3.1 Закона о регистрации). В результате с указанной даты именно должностное лицо Роскадастра должно рассматриваться в качестве субъекта занижения кадастровой стоимости объектов недвижимости, если это произошло в процессе внесения сведений о ней в ЕГРН.
--------------------------------
<42> Федеральный закон от 19 декабря 2022 г. N 546-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СЗ РФ. 2022. N 52. Ст. 9376.
Вместе с тем занижение кадастровой стоимости может в действительности произойти значительно раньше, во время осуществления самого процесса оценки объектов, что относится уже к сфере деятельности иных лиц, а именно сотрудников бюджетного учреждения, созданного субъектом РФ для определения кадастровой стоимости на территории субъекта, и исполнительного органа государственной власти субъекта РФ, уполномоченного для участия в исследуемой сфере отношений (ст. 6 ФЗ "О государственной кадастровой оценке" <43>) (далее - Закон об оценке).
--------------------------------
<43> Федеральный закон от 3 июля 2016 г. N 237-ФЗ "О государственной кадастровой оценке" // СЗ РФ. 2016. N 27 (ч. I). Ст. 4170.
В соответствии с Законом об оценке установление кадастровой стоимости может осуществляться в нескольких формах: 1) в общем порядке: посредством принятия уполномоченным органом субъекта РФ решения о проведении кадастровой оценки, составления отчета об итогах проведенной оценки и утверждения результатов такой оценки (п. 3 ст. 6, ст. 11, ст. ст. 14, 15 Закона об оценке); 2) в индивидуальном порядке: при определении кадастровой стоимости вновь учтенных объектов недвижимости, ранее учтенных объектов недвижимости в случае внесения в ЕГРН сведений о них и объектов недвижимости, в сведения ЕГРН о которых внесены изменения, влекущие за собой изменение их кадастровой стоимости (ст. 16 Закона об оценке).
Несмотря на то что в обоих случаях непосредственное определение кадастровой стоимости осуществляет бюджетное учреждение, данные формы определения кадастровой стоимости имеют принципиальные отличия в порядке оформления их результатов. В первой ситуации бюджетное учреждение по итогам определения кадастровой стоимости составляет отчет (ст. 14 Закона об оценке), который подлежит утверждению уполномоченным органом субъекта РФ "путем принятия соответствующего акта об утверждении результатов определения кадастровой стоимости" (п. 1 ст. 15 Закона об оценке). Данный акт вступает в силу по истечении месяца после дня его обнародования и подлежит направлению в Росреестр, а также в Роскадастр, который осуществляет внесение соответствующих сведений в реестр (п. 7 ст. 38 Закона о регистрации). Во второй - бюджетным учреждением составляется акт об определении кадастровой стоимости (п. 6 ст. 16 Закона об оценке), который также направляется компетентному субъекту для внесения сведений о кадастровой стоимости объектов в ЕГРН (п. 7 ст. 16 Закона об оценке, п. 8 ст. 38 Закона о регистрации).
Очевидно, что мы имеем дело с разными видами решений, принимаемых по результатам определения кадастровой стоимости: с одной стороны, речь идет о нормативном акте субъекта РФ (решение уполномоченного органа государственной власти субъекта РФ об утверждении результатов), а с другой - об индивидуальном акте оценки, подготовленном бюджетным учреждением, при этом оба этих решения влекут юридические последствия.
Учитывая, что занижение кадастровой стоимости объектов недвижимости может произойти как в процессе ее определения бюджетным учреждением, так и на стадии принятия уполномоченным органом субъекта РФ решения об утверждении результатов кадастровой оценки, указанные действия потенциально могут подпадать под ст. 170 УК РФ.
Таким образом, субъектом последнего деяния могут признаваться должностные лица Роскадастра, исполнительного органа государственной власти субъекта РФ, уполномоченного на участие в сфере определения кадастровой стоимости объектов недвижимости, и при определенных условиях должностные лица бюджетного учреждения, созданного субъектом РФ для участия в исследуемой сфере отношений.
Субъективная сторона регистрации незаконных сделок с недвижимым имуществом в литературе исследована подробно, и отметим только следующее. ЕГРН - это информационная система, и в ней, как и в любом другом информационном продукте, могут произойти различные сбои, способные вызвать искажения сведений (например, исчезнет регистрация последнего перехода права собственности на конкретный объект недвижимости). В этом случае, несмотря на то что полномочия по осуществлению учетно-регистрационных действий возложены не на лицо, являющееся оператором ФГИС ЕГРН, а на регистрирующий орган <44>, никакой вины государственных регистраторов в этом "искажении" быть, разумеется, не может.
--------------------------------
<44> См.: Васильева А.Ф. Принцип ответственности публичной администрации в условиях цифровизации // Сравнительное конституционное обозрение. 2024. Т. 33. N 4 (161). С. 75.
Несоответствие ст. 170 УК РФ новеллам регулятивного законодательства побудило авторов искать решение этой проблемы, и было предложено немало вариантов изменения редакции диспозиции статьи: исключение из нее первого и третьего деяний и формулировка второго как "внесение в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним заведомо искаженных сведений об объектах недвижимости, о зарегистрированных правах на недвижимое имущество, основаниях их возникновения, правообладателях" <45> либо неправомерное проведение кадастрового учета и (или) регистрация права или доли в праве на недвижимое имущество либо на его часть и (или) искажение сведений ЕГРН <46>.
--------------------------------
<45> Пинкевич Т.В., Зубалова О.А. Регистрация незаконных сделок с недвижимым имуществом: проблемы правоприменения // Вестник Казанского юридического института МВД России. 2019. N 2 (36). С. 170.
<46> Лаптев Д.А. Преступления в сфере регистрации недвижимости и ее кадастровой оценки (ст. 170 УК РФ): законодательные и правоприменительные аспекты. С. 176.
В связи с появлением в 2010 г. в УК РФ ст. 285.3, ставшей, напомним, общей к ст. 170, появились предложения "для исключения их дублирования" дополнить диспозицию ч. 1 ст. 285.3 УК РФ негативным признаком "при отсутствии признаков незаконной регистрации сделок с недвижимостью" <47> либо реконструировать ст. 170 "по образу и подобию" ст. 285.3, а последнюю исключить из УК РФ <48>.
--------------------------------
<47> Мурадян С.В. Указ. соч. С. 149.
<48> Проценко С.В., Кукушкин С.Н. Указ. соч. С. 12.
Добавим, что почти все, кто исследовал признаки регистрации незаконных сделок с недвижимым имуществом, предлагают "оснастить" ст. 170 УК РФ квалифицирующими или особо квалифицирующими признаками: "группой лиц по предварительному сговору" <49>, "организованной группой" <50>, "причинение крупного ущерба" <51> либо "тяжкие последствия" <52>.
--------------------------------
<49> Пинкевич Т.В., Зубалова О.А. Указ соч. С. 172; Алексеенко Н.Н. Указ. соч. С. 9, 12; Гостев А.А. Незаконные сделки с землей в московском регионе: проблемы правовой охраны земельных отношений // Инноватика и экспертиза. 2019. Вып. 2. С. 76; Ларина Е.А. Правовые аспекты сделок с земельными участками с позиции уголовного законодательства // Аграрное и земельное право. 2020. N 5. С. 130; Решитов А.М. Указ. соч. С. 113; Лаптев Д.А. Вопросы совершенствования статьи 170 Уголовного кодекса РФ. С. 119.
<50> Пинкевич Т.В., Зубалова О.А. Указ соч. С. 172; Гостев А.А. Указ. соч. С. 76.
<51> Пинкевич Т.В., Зубалова О.А. Указ. соч. С. 171; Ларина Е.А. Указ. соч. С. 130; Хомутов Р.В. Ответственность за регистрацию незаконных сделок с землей (ст. 170 УК РФ): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2014. С. 12 - 13; Решитов А.М. Указ соч. С. 113; Мурадян С.В. Указ. соч. С. 149.
<52> Пинкевич Т.В., Зубалова О.А. Указ соч. С. 172.
Предпочтительным представляется другой способ решения проблемы. Мы полагаем, что появились достаточные основания для интеграции специальной нормы (ст. 170 УК РФ) в ст. 285.3 УК РФ (разумеется, только в части второго деяния). Аргументы в пользу такого решения таковы.
Статья 170 УК РФ в той редакции, когда преступными признавались регистрация заведомо незаконных сделок исключительно с землей, искажение сведений государственного кадастра недвижимости и занижение размеров платежей за землю, появилась в УК РФ в период разграничения государственной собственности на землю, законодательного закрепления права частной собственности на землю и приватизации земель, ранее принадлежавших аграрным организациям, т.е. в период, когда происходил самый активный и далеко не всегда законный оборот земельных участков. В этот период нужно было актуализировать борьбу с незаконным переходом права на землю и включение в УК РФ ст. 170, т.е. создание нормы, специальной к общей норме о служебном подлоге (ст. 292 УК РФ), несомненно, имело "определенный позитивный смысл" <53>.
--------------------------------
<53> Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М.: Юрист, 1999. С. 216.
Однако эволюция регулятивного законодательства, во-первых, способствовала упорядочению оборота недвижимости, а во-вторых, повлекла неспособность ст. 170 УК РФ в полной мере защитить отношения в сфере оборота недвижимости.
Дело в том, что доминирующей формой ведения бизнеса в России стали хозяйственные общества, и сделки по продаже активов, включая недвижимость, "хотя и сохранились, но значительно уступают по популярности сделкам с долями (акциями), которые имеют массу преимуществ" <54>: при установлении контроля над уже организованным бизнесом не нужна процедура передачи каждого объекта, есть экономия в налогах в сравнении с передачей отдельных активов, не нужно получать лицензию. Иными словами, в сфере предпринимательской деятельности интересы участников законного оборота недвижимости охраняются не столько ст. 170, сколько ст. 285.3 УК РФ: ее предметом являются все, кроме ЕГРН, единые государственные реестры, включая Единый государственный реестр юридических лиц, в который в том числе вносятся сведения о переходе доли в уставном капитале хозяйственных обществ. Добавим, что в числе предметов преступления, предусмотренного ст. 285.3 УК РФ, есть и другие реестры, внесение заведомо ложных сведений в которые нарушает интересы участников тех или иных отношений в сфере экономической деятельности (в частности, Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей, Единый государственный реестр налогоплательщиков), но никто не ставит вопрос о создании специальных норм в гл. 22 УК РФ, устанавливающих ответственность за "искажение" этих реестров.
--------------------------------
<54> Кузнецов А.А. Переход доли в уставном капитале (акций): практические и теоретические проблемы // Вестник гражданского права. 2023. N 3. С. 64.
Предложенный нами вариант предполагает единственное исключение ст. 170 из УК РФ, и тогда интересы всех участников законного оборота недвижимости логично будут защищены одной ст. 285.3 УК РФ, которая к тому же позволит расширить пределы действия ст. 170 за счет более широкого описания не только объективной, но и субъективной стороны (ст. 285.3 УК РФ не требует установления корыстной или иной заинтересованности) и обеспечит долгожданную дифференциацию уголовной ответственности по признакам "группой лиц по предварительному сговору" и "причинение тяжких последствий".
Реализация предложенного нами варианта позволит решить и давно обсуждаемую проблему <55> неоправданно мягкой санкции ст. 170 УК РФ.
--------------------------------
<55> Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: в 2 ч. Ч. II. М., 2015. С. 388 - 489.
Что касается занижения кадастровой стоимости объектов недвижимости в решении уполномоченного органа государственной власти субъекта РФ об утверждении результатов оценки либо в индивидуальном акте оценки, подготовленном бюджетным учреждением, то надлежаще противодействовать ему сможет статья о служебном подлоге (ст. 292 УК РФ).
