Принцип добросовестности и злоупотребление правом в аспекте конвергенции семейного законодательства и законодательства о банкротстве
В статье сформулированы выводы по ряду дискуссионных вопросов применения принципа добросовестности в делах о банкротстве супругов. Авторы обращают внимание на конвергенцию семейного законодательства и законодательства о банкротстве, ссылаясь на труды профессора А.Н. Левушкина по семейному и предпринимательскому праву. Обращается внимание, что прокредиторский характер законодательства о банкротстве нередко вступает в противоречие с интересами семьи и детей гражданина-должника при банкротстве. Авторами выстроена позиция, согласно которой соглашение об изменении установленного судом размера алиментов не должно подлежать обжалованию как кредиторами, так и финансовым управляющим.
Ключевые слова: принцип добросовестности, злоупотребление правом, банкротство, алиментные обязательства.
The article formulates some conclusions on the controversial issues of the application of the principle of good faith in cases of bankruptcy of spouses. The authors draw attention to the convergence of family law and bankruptcy law, based on the works of Professor Levushkin A.N. on family and business law. Attention is drawn to the fact that the procreditor nature of bankruptcy legislation often comes into conflict with the interests of the family and children of a debtor citizen in bankruptcy. The authors have built a position according to which agreements on changing the amount of alimony established by the court should not be subject to appeal by both creditors and financial managers.
Key words: principle of good faith, abuse of law, bankruptcy, alimony obligations.
Очевидным и доказанным в юридической науке стал тезис о межотраслевых связях семейных, гражданских, предпринимательских и корпоративных отношений с участием супругов и влиянии на них ряда законодательных правил применительно к вопросу ведения бизнеса супругами, раздела имущества и даже банкротства одного из них. Вопросы банкротства супругов в настоящее время приобретают особое значение на фоне новых экономических условий в нашей стране. И применением только законодательства о банкротстве без учета семейного законодательства при решении ряда вопросов о банкротстве супругов обойтись вряд ли возможно. Мы неоднократно обращали внимание на то, что "отношения между супругами выходят далеко за рамки семейного права и законодательства и предполагают наличие не только семейных, но также предпринимательских, корпоративных, организационных и трудовых взаимосвязей между ними" <1>. Очевидный факт - комплексный подход к вопросам имущественных отношений супругов, в том числе применительно к проблематике банкротства супругов, должен прослеживаться постоянно и являться одним из системообразующих постулатов решения ряда вопросов в этой области. Отказ от указанного подхода приводит к тому, что в правоприменении наблюдается множество ситуаций, где отсутствует правовая определенность в судебном правотворчестве. Кроме того, как справедливо отмечает А.Н. Левушкин, нельзя забывать о том, что правовое регулирование семейных отношений служит "интересам укрепления семьи, основывающегося на идее построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения" <2>.
--------------------------------
<1> Левушкин А.Н. Семейное супружеское предпринимательство и продажа бизнеса супругов по законодательству Российской Федерации // Законы России: опыт, анализ, практика. 2018. N 4. С. 29.
<2> Статья 1 Семейного кодекса Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. N 223-ФЗ (ред. от 28.04.2023).
Стоит обратить внимание на то, что на протяжении последних нескольких лет вопросы межотраслевых связей, конвергенции семейного, предпринимательского и корпоративного права широко обсуждаются на площадке Московского государственного юридического университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), на которой ежегодно заявляются и проводятся научные конференции по вопросам юридического сопровождения семейного бизнеса. Основателями, организаторами названных мероприятий стали такие известные и видные ученые МГЮА, как профессор И.В. Ершова и профессор А.Н. Левушкин. В своих трудах и выступлениях профессор А.Н. Левушкин всегда подчеркивает, что брак находится под постоянным влиянием разных элементов и надстроек общества, таких как государства, церкви, права, религии, морали, нравственности, что трансформирует брак в многогранное социальное явление, рассматривать которое следует исключительно во взаимосвязи данных факторов <3>. Особое влияние на брак оказывает состояние банкротства одного из супругов, поэтому конвергенция семейного права и законодательства о банкротстве является особой темой для обсуждения.
--------------------------------
<3> Левушкин А.Н. Применение христианских ценностей в регулировании брачно-супружеских отношений: история и современность // Научные ведомости. Серия: социология, философия, право. 2018. Т. 43. N 1. С. 132.
Законодательство о банкротстве имеет явно выраженный прокредиторский характер, что неминуемо влечет трансформацию "механизмов реализации и функционирования общих отраслевых юридических конструкций" <4>. Любой отраслевой институт под воздействием законодательства о банкротстве превращается в служащий инструмент, и его собственная правовая сущность видоизменяется.
--------------------------------
<4> Фролов И.В. О формировании эффективной модели совместного банкротства супругов в российской юрисдикции // Право и экономика. 2022. N 1 (407).
Семейное право предполагает создание общности, в том числе и имущественной. Имущественное положение супруга не может остаться неизменным при банкротстве второй половины, в делах о банкротстве физических лиц супруг признается солидарным должником.
Желание граждан в целях сохранения семейной имущественной общности "спасти" имущество от кредиторов порой граничит со злоупотреблением правом и недобросовестным поведением.
Необходимо отметить, что законодательство о банкротстве имеет в своем арсенале ряд мер, которые направлены на борьбу с возможными случаями злоупотребления правом со стороны гражданина-должника в виде перевода активов на своего супруга или на третье лицо, а также воспрепятствование обращения взыскания на доходы должника посредством заключения соглашений об уплате алиментов.
К числу таких мер можно отнести право финансового управляющего и кредиторов должника на оспаривание сделок по отчуждению общего имущества должника и его супруга в рамках дела о банкротстве. Механизм оспаривания сделок, направленных на отчуждение имущества должника, за последние три года хорошо себя зарекомендовал при банкротстве юридических лиц, и здесь законодатель применяет эффективную технологию.
Кроме того, финансовый управляющий и кредиторы наделены правом оспаривания внесудебных соглашений супругов о разделе их общего имущества. Статистика свидетельствует, что с момента введения института банкротства физических лиц суды рассмотрели 2 840 дел обозначенной категории, т.е. за период существования норм о банкротстве граждан ежедневно по делу, включая выходные дни <5>.
--------------------------------
<5>
Другая группа правомочий финансового управляющего и кредиторов связана с возможностью оспаривать соглашения об уплате алиментов. Это наиболее болезненный для семьи инструментарий законодательства о банкротстве, поскольку лицами, интересы которых затрагиваются, являются несовершеннолетние дети. Суды вынуждены всегда искать баланс интересов детей и остальных кредиторов.
Основанием для оспаривания внесудебного соглашения об уплате алиментов является факт превышения суммы алиментов, причитающейся получателю, его разумно достаточным потребностям, в чем и усматривается ущерб интересам кредиторов.
Оценке судов при рассмотрении вопроса о недействительности анализируемых соглашений в связи с нарушением прав и законных интересов кредиторов подлежит факт направленности сделки на достижение противоправных целей в момент ее совершения. В том случае, когда неблагоприятные последствия для кредиторов возникли впоследствии, в том числе в связи с ухудшением имущественного положения гражданина-должника, в результате чего возник существенный дисбаланс между правами кредиторов и правами получателя алиментов, можно предъявить иск об изменении или о расторжении алиментного соглашения. Такое право предоставлено должнику, финансовому управляющему его имуществом, кредиторам должника, чьи требования признаны обоснованными в судебном порядке (п. 4 ст. 101 СК РФ).
Очевидно, что такая прокредиторская направленность не способствует интересам семьи и детей, и поэтому суды, в производстве которых находятся дела о банкротстве физического лица, всегда соотносят две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития, с одной стороны, и закрепленное в ст. 307 и 309 ГК РФ право кредитора на надлежащее исполнение обязательства, с другой стороны.
Анализ судебной практики позволяет прийти к выводу, что суд не признает балансом равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов, поскольку согласно ч. 1 ст. 7 Конституции РФ - Российская Федерация является социальным государством, под защитой которого находятся материнство и детство (ч. 1 ст. 38 Конституции РФ), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам <6>.
--------------------------------
<6> Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27 октября 2017 г. N 310-ЭС17-9405(1,2), г. Москва, по делу N А09-2730/2016.
Помимо добровольно заключенных алиментных соглашений, где действительно есть поле для злоупотребления правом, финансовому управляющему и кредиторам законодательством предоставляется право в судебном порядке заявлять требования об изменении установленного судом размера алиментов или об освобождении от уплаты алиментов, об освобождении от уплаты задолженности по алиментам и (или) задолженности по уплате неустойки за несвоевременную уплату алиментов (ст. 114, 119 СК РФ).
Думаем, что пересмотр достигнутых ранее договоренностей и позиций, подтвержденных вступившими в силу решениями суда касательно установленного судом размера алиментов, не способствует стабильности правового и экономического положения семьи и детей. Ставить вопрос об освобождении от уплаты алиментов или о прощении долга, что, по сути, и представляет собой освобождение от уплаты задолженности по алиментам, равно как и задолженности по уплате неустойки, может только лицо, в пользу которого такие обязательства установлены, что соответствует ст. 415 ГК РФ, согласно которой освобождать должника от лежащих на нем обязанностей может только кредитор.
Следует обратить внимание, что согласно ст. 1 СК РФ к основным началам семейного законодательства относятся, например, принципы недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав, приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии и развитии, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи. Семейное право оперирует принципом добросовестности только применительно к осуществлению родительских обязанностей. В других же случаях принцип добросовестности применяется как гражданско-правовой принцип. И здесь необходимо отметить, что согласно ст. 4 СК РФ к семейным отношениям гражданское законодательство применяется лишь постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений.
Думается, что пересмотр размера алиментов, установленных судом, освобождения от обязанности их уплаты и от обязанности уплаты неустойки противоречит существу семейных отношений, не способствует эффективной реализации прав ребенка, а потому является недопустимым механизмом защиты прав кредиторов.
Отметим также, что в делах о банкротстве физических лиц, как правило, кредиторами являются банки, которые, в свою очередь, являются профессиональными участниками кредитного рынка. А потому, как отмечается судебной практикой, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов <7>. Поэтому, если алиментные обязательства существовали на момент выдачи кредита или возникновения иного обязательства, которое входит в состав кредиторской задолженности, оспаривать такое алиментное обязательство, его размер и неустойку по нему кредитор не имеет права. Иное приводит к явному дисбалансу интересов семьи и кредиторов гражданина.
--------------------------------
<7> Определение Верховного Суда Российской Федерации по делу N 307-ЭС22-12512 от 24 октября 2022 г.
Присоединяясь к научным воззрениям А.Н. Левушкина, отмечающего системное реформирование предмета семейного права и, как следствие, взаимопроникновение семейно-правовых начал в предпринимательские, гражданские и корпоративные отношения <8>, отметим необходимость проведения четкой государственно-правовой политики в пользу интересов семьи и детей в делах о банкротстве.
--------------------------------
<8> Левушкин А.Н. Методологический подход к исследованию семейного предпринимательства и методов его правового регулирования // Методологические проблемы цивилистических исследований. 2019. N 1. С. 269 - 284.
Литература
1. Левушкин А.Н. Методологический подход к исследованию семейного предпринимательства и методов его правового регулирования / А.Н. Левушкин // Методологические проблемы цивилистических исследований. 2019. N 1. С. 269 - 284.
2. Левушкин А.Н. Применение христианских ценностей в регулировании брачно-супружеских отношений: история и современность / А.Н. Левушкин // Научные ведомости. Серия: социология, философия, право. 2018. Т. 43. N 1. С. 130 - 136.
3. Левушкин А.Н. Семейное супружеское предпринимательство и продажа бизнеса супругов по законодательству Российской Федерации / А.Н. Левушкин // Законы России: опыт, анализ, практика. 2018. N 4. С. 25 - 29.
4. Фролов И.В. О формировании эффективной модели совместного банкротства супругов в российской юрисдикции / И.В. Фролов // Право и экономика. 2022. N 1 (407). С. 24 - 31.
References
1. Levushkin A.N. Metodologicheskiy podkhod k issledovaniyu semeynogo predprinimatelstva i metodov ego pravovogo regulirovaniya [A Methodological Approach to the Study of Family Entrepreneurship and Methods of Its Legal Regulation] / A.N. Levushkin // Metodologicheskie problemy' tsivilisticheskikh issledovaniy - Methodological Problems of Civil Studies. 2019. N 1. S. 269 - 284.
2. Levushkin A.N. Primenenie khristianskikh tsennostey v regulirovanii brachno-supruzheskikh otnosheniy: istoriya i sovremennost [Application of Christian Values to Regulation of Marriage and Spousal Relations: History and the Modern Times] / A.N. Levushkin // Nauchny'e vedomosti. Seriya: sotsiologiya, filosofiya, pravo. 2018. T. 43 - Scientific News. Series: Sociology, Philosophy, Law. 2018. Vol. 43. N 1. S. 130 - 136.
3. Levushkin A.N. Semeynoe supruzheskoe predprinimatelstvo i prodazha biznesa suprugov po zakonodatelstvu Rossiyskoy Federatsii [Family Spousal Entrepreneurship and Sale of Spousal Business under the Laws of the Russian Federation] / A.N. Levushkin // Zakony' Rossii: opy't, analiz, praktika - Russian Laws: Experience, Analysis, Practice. 2018. N 4. S. 25 - 29.
4. Frolov I.V. O formirovanii effektivnoy modeli sovmestnogo bankrotstva suprugov v rossiyskoy yurisdiktsii [On the Establishment of an Efficient Model of Joint Bankruptcy of Spouses in the Russian Jurisdiction] / I.V. Frolov // Pravo i ekonomika - Law and Economics. 2022. N 1 (407). S. 24 - 31.
