Судьба предмета титульного обеспечения при банкротстве кредитора - держателя титула
В настоящей статье рассматривается проблема включения предмета титульного обеспечения в конкурсную массу кредитора - держателя титула. Автор приводит возможные подходы к решению данной проблемы, которые используются в России и в иностранных юрисдикциях, анализирует подход российских судов и законодателя. Автор делает вывод о том, что российским судам следует по общему правилу исключать предмет титульного обеспечения из конкурсной массы кредитора - держателя титула.
Ключевые слова: банкротство, титульное обеспечение, конкурсная масса, залог, удержание вещи, лизинг.
This article considers the problem of including the subject of title security in the bankruptcy estate of the creditor - title holder. The author analyses possible approaches to solving this problem, that are used in Russia and in foreign jurisdictions, analyses the approach of Russian courts and legislators. The author concludes that Russian courts should, as a general rule, exclude the subject of title security from the bankruptcy estate of the creditor - title holder.
Key words: bankruptcy, title finance, security, bankruptcy estate, pledge, retention of title, leasing.
Одной из ключевых проблем института несостоятельности (банкротства) всегда являлась проблема регулирования правового статуса кредитора, чьи требования обеспечены теми или иными способами обеспечения обязательств. Если вопросы правового регулирования отдельных способов обеспечения обязательств (к примеру, в случае поручительства или залога) действительно нашли максимально широкое отражение в правоприменительной практике в Федеральном законе от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), то большинство так называемых титульных способов обеспечения обязательств на законодательном уровне практически не урегулированы.
Из-за неурегулированности "титульных" способов обеспечения на практике возникает множество проблем, связанных с судьбой предмета титульного обеспечения при банкротстве кредитора, которому должник передал титул на предмет обеспечения.
Основная проблема, которая рассматривается в настоящей статье, состоит в следующем: следует ли включать в конкурсную массу кредитора - держателя титула предмет титульного обеспечения?
Для начала также оговоримся, что мы, вслед за многими авторами <1>, понимаем под титульным обеспечением не только способы, связанные с передачей права собственности кредитору, но и иные способы, в результате которых кредитор получает контроль над вещью (например, связанные с удержанием такого титула кредитором в силу ст. 359 ГК РФ).
--------------------------------
<1> См., например: Бевзенко Р.С. Вещное обеспечение: залог, удержание и титульные обеспечительные конструкции: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2022. С. 295.
Подходы к решению проблемы: догматический и сравнительно-правовой анализ
Для решения поставленной проблемы существуют несколько возможных вариантов: 1) оставление предмета обеспечения в конкурсной массе кредитора, 2) исключение предмета залога из его конкурсной массы или 3) смешанный подход, при котором изъятие имущества из конкурсной массы допускается при определенных условиях или в зависимости от характера обеспечения.
Первый подход, на наш взгляд, не соответствует природе титульного обеспечения. Титульное обеспечение по своей сути является функциональным аналогом залогового права, что подтверждает как историческое развитие данного института (большинство титульных способов обеспечения появилось из-за несправедливых и неэффективных норм, регулирующих институт залога) <2>, так и мнение многих ученых <3>.
--------------------------------
<2> Это подтверждает, к примеру, история развития "обеспечительной передачи вещи в собственность" в Германии. Подробнее см.: Зикун И.И. Конструкция титульного обеспечения в гражданском праве: основные проблемы // Вестник гражданского права. 2016. N 2; Вебер Х. Обеспечение обязательств = Kreditsicherungsrecht. М.: Волтерс Клувер, 2009. С. 210.
<3> См.: Суханов Е.А. Вещное право: научно-познавательный очерк. М.: Статут, 2017. С. 227; Егоров А.В., Усманова Е.Р. Залог и титульное обеспечение: теоретико-практическое сравнение конструкций // Вестник гражданского права. 2014. N 4. С. 56 - 127; Wood P.R. Comparative Law of Security Interests and Title Finance. 2nd ed. 2007. P. 28.
Примечательно, что немецкое законодательство схожим образом понимает природу титульных способов обеспечения, что можно увидеть при анализе судьбы предмета титульного обеспечения при несостоятельности должника.
Так, в праве Германии гарантируется как для залогодержателя , так и для обеспечительного собственника право на обособленное удовлетворение требований в процедуре несостоятельности согласно § 49, 50, N 1 51 Insolvenzordnung <4>. Кредиторы, которым должник передал в собственность недвижимую вещь, движимую вещь или имущественное право в порядке обеспечения требования, приобретает статус (кредитор с правом на обособленное удовлетворение). Такие кредиторы не вправе изымать имущество из конкурсной массы должника, а имеют право на предпочтительное удовлетворение требований из стоимости отчужденного имущества <5>. Таким образом, при несостоятельности должника оба типа обеспечительных кредиторов по сути приобретают одинаковый статус.
--------------------------------
<4> Insolvenzordnung (InsO) vom 5. Oktober 1994 (BGBL. I S. 2866). Zuletzt durch Gesetz vom 22.12.2020 (BGBl. I S. 3328) m.W.v. 31.12.2020.
<5> Gubalke K. Pfandrecht und Sicherungsrecht an beweglichen Sachen. Ein Rechtsvergleich des russischen mit deutschen Recht. S. Roderer Verlag, Regensburg, 2002. S. 187.
Итак, исходя из понимания правовой природы титульного обеспечения как функционального аналога залогового права, догматически верным скорее является второй подход, согласно которому предмет "титульного" обеспечения должен быть исключен из конкурсной массы.
Тем не менее исключение предмета обеспечения из конкурсной массы во всех случаях на практике часто является неэффективным решением, поэтому во многих юрисдикциях используется третий подход, согласно которому имущество исключается из конкурсной массы при определенных условиях или в зависимости от характера обеспечения.
Так, в Германии судьба предмета титульного обеспечения при несостоятельности кредитора зависит от характера такого титульного обеспечения.
Предмет обеспечения при несостоятельности кредитора, чьи требования обеспечены обеспечительной передачей вещи в собственность, по мнению Х. Вебера, в его конкурсную массу не попадает <6>. Аналогично решается вопрос и применительно к обеспечительной уступке права <7>.
--------------------------------
<6> Вебер Х. Указ. соч. С. 240.
<7> Там же. С. 417.
При этом при несостоятельности кредитора, чьи требования обеспечены способами, связанными с удержанием титула (иной вид титульного обеспечения), ситуация разрешается следующим образом. Покупатель имеет право требовать передачи ему вещи, являющейся предметом оговорки об удержании титула, даже после несостоятельности продавца. Тем не менее, если должник-покупатель допускает просрочку оплаты, он должен вернуть предмет обеспечения в конкурсную массу "титульного" кредитора-продавца <8>.
--------------------------------
<8> Там же. С. 270 - 271.
Судьба предмета титульного обеспечения при банкротстве кредитора - держателя титула в России
Как уже отмечалось, в России титульные способы обеспечения и их судьба при банкротстве кредитора не урегулированы. При этом в российской судебной практике единого подхода к решению данной проблемы также не наблюдается, хотя нельзя не отметить и то, что российские суды чаще все же исходят из первого подхода и включают предмет титульного обеспечения в конкурсную массу кредитора - держателя титула, руководствуясь буквальным толкованием п. 1 ст. 131 Закона о банкротстве.
Проявление первого подхода можно увидеть и в судебной практике по вопросу включения предмета лизинга в конкурсную массу лизингодателя или лизингополучателя.
Так, Восьмой арбитражный апелляционный суд в своем Постановлении от 26 июня 2019 г. N 08АП-6965/2019 по делу N А70-2224/2017 высказал позицию, согласно которой лизингополучатель, имеющий право претендовать на предмет лизинга, в случае если лизингополучателем не будут в полном объеме уплачены лизинговые платежи, не может быть поставлен в худшее положение по сравнению с залоговым кредитором, так как лизингодатель "располагает титульным обеспечением, которое в любом случае не может являться менее сильным в сравнении с залоговым обеспечением, так как право собственности на предмет лизинга предполагает наличие у лица, которому принадлежит титул, права изъять предмет лизинга из конкурсной массы лизингополучателя в случае неуплаты выкупных платежей".
Аналогичную позицию относительно регулирования такого титульного способа обеспечения, как лизинг, можно встретить и у С.А. Громова <9>.
--------------------------------
<9> Громов С.А. Обеспечительная собственность: догматический очерк на примере лизинга // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2019. N 2.
Тем не менее определенные подвижки в сторону оценки такого решения как догматически неверного (или по крайней мере как необычного для природы лизингового механизма как титульного способа обеспечения) в российской судебной практике все же были <10>.
--------------------------------
<10> См., например: Постановление Президиума ВАС РФ от 14 мая 2013 г. N 17312/12 по делу N А40-113873/10-98-994.
Надо сказать, что в отношении лизинга законодатель все же сформулировал особую конструкцию, которая призвана защитить интересы лизингополучателя иным способом, нежели исключением предмета лизинга из конкурсной массы лизингодателя.
Так, предмет лизинга при банкротстве лизингодателя должен быть продан с торгов. При этом, в силу п. 2 ст. 23 Федерального закона от 29 октября 1998 г. N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" <11>, лизинг следует за предметом обеспечения, и покупатели приобретают предмет лизинга с обременением.
--------------------------------
<11>
Во многом такое решение в отношении лизинга обусловлено его смешанной кредитно-арендной природой <12>, однако более последовательно было бы применять к таким ситуациям правила, аналогичные правилам о залоге (т.е. исключение из конкурсной массы).
--------------------------------
<12> Подробнее про природу договора лизинга см.: Егоров А.В. Лизинг: аренда или финансирование? // Вестник ВАС РФ. 2012. N 3. С. 36 - 60.
Во-первых, как отмечается в литературе, конструкция лизинга все же значительно ближе к финансированию, нежели к аренде <13>. Таким образом, использование сугубо арендного способа защиты прав лизингополучателя представляется нам неверным решением с догматической точки зрения.
--------------------------------
<13> Там же; Егоров А.В. Договор выкупного лизинга. Правила игры от ВАС РФ // Арбитражная практика. 2014. N 8.
Во-вторых, такое решение может быть даже более эффективным для кредиторов должника. Так, далеко не факт, что имущество с обременением в виде выкупного лизинга будет продано за высокую цену.
Между тем, если предмет выкупного лизинга перейдет к лизингополучателю, он должен будет выплатить лизингодателю оставшуюся часть "выкупных" платежей, причем предмет лизинга в таком случае будет оцениваться по нормальной рыночной цене. В таком случае кредиторы смогут получить даже больше, чем в случае с продажей имущества с лизинговым обременением с торгов.
Разумеется, в этом случае конкурсная масса должника недосчитается лизинговых платежей, которые могли бы быть получены, если бы лизингополучатель не получил предмет лизинга в собственность, однако, как видится, такое решение все равно будет более правильным с точки зрения соблюдения баланса интересов.
Как мы видим, как догматические, так и экономические аргументы подводят нас к верному выводу о том, что статус "титульных" кредиторов должен быть аналогичен залоговым в процедуре банкротства как должника, так и кредитора.
Таким образом, нам представляется, что исключение предмета обеспечения из конкурсной массы кредитора, чьи требования обеспечены титульными способами, будет верным решением, по крайней мере в отношении большинства титульных способов обеспечения, и российскому законодателю и судебной практике следует придерживаться именного этого подхода как общего правила.
Литература
1. Бевзенко Р.С. Вещное обеспечение: залог, удержание и титульные обеспечительные конструкции: диссертация доктора юридических наук / Р.С. Бевзенко. Москва, 2022. 493 с.
2. Вебер Х. Обеспечение обязательств / Х. Вебер; перевод с немецкого Ю.М. Алексеев, О.М. Иванов. Москва: Волтерс Клувер, 2009. 451 с.
3. Громов С.А. Обеспечительная собственность: догматический очерк на примере лизинга / С.А. Громов // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2019. N 2. С. 51 - 112.
4. Егоров А.В. Договор выкупного лизинга. Правила игры от ВАС РФ / А.В. Егоров // Арбитражная практика. 2014. N 8. С. 24 - 32.
5. Егоров А.В. Залог и титульное обеспечение: теоретико-практическое сравнение конструкций / А.В. Егоров, Е.Р. Усманова // Вестник гражданского права. 2014. N 4. С. 56 - 127.
6. Егоров А.В. Лизинг: аренда или финансирование? / А.В. Егоров // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2012. N 3. С. 36 - 60.
7. Зикун И.И. Конструкция титульного обеспечения в гражданском праве: основные проблемы / И.И. Зикун // Вестник гражданского права. 2016. N 2. С. 37 - 78.
8. Суханов Е.А. Вещное право: научно-познавательный очерк / Е.А. Суханов. Москва: Статут, 2017. 559 с.
References
1. Gubalke K. Pfandrecht und Sicherungseigentum an beweglichen Sachen. Ein Rechtsvergleich des russischen mit deutschen Recht / K. Gubalke. S. Roderer Verlag, Regensburg, 2002. 206 p.
2. Wood Ph.R. Comparative Law of Security Interests and Title Finance. Vol. 2 / Ph.R. Wood. 2nd ed. Sweet & Maxwell, 2007. 971 p.
