Применение в России европейской модели COMI для определения подсудности дел о банкротстве
В российском законодательстве закреплена императивная норма рассмотрения судом дел о банкротстве по месту нахождения юридического лица или месту жительства гражданина.
В Европе, где вопрос подсудности дел о банкротстве стоит более остро, поскольку является вопросом применимого права, выработан более мягкий подход - применяется модель рассмотрения дел в центре основных интересов должника (center of main interests of debtor, сокращенно - COMI).
В статье предпринята попытка переложить европейскую модель COMI на российские правовые реалии и решить, готов ли российский правопорядок к ее рецепции.
Ключевые слова: банкротство, банкротный туризм, территориальная подсудность, COMI.
Russian legislation establishes an imperative norm for the court to consider bankruptcy cases at the location of a legal entity or the place of residence of a citizen.
In Europe, where the issue of jurisdiction of bankruptcy cases is more acute, since it is a matter of applicable law, a softer approach has been developed - a model of considering cases in the center of the debtor's main interests (center of main interests of debtor, abbreviated - COMI) is used.
The article attempts to shift the European COMI model to the Russian legal realities and decide whether the Russian legal order is ready for its reception.
Key words: bankruptcy, forum shopping, territorial jurisdiction, COMI.
1. Европейская модель COMI
Согласно Регламенту ЕС по делам о несостоятельности N 2015/848 <1> основное производство по делу о банкротстве подсудно суду государства - члена ЕС, на территории которого находится центр основных интересов должника (COMI), который определяется через два критерия:
- управление своими делами должник на регулярной основе осуществляет из этого центра;
- управление делами именно из этого центра очевидно для третьих лиц.
--------------------------------
<1>
Идея очевидности места нахождения COMI для третьих лиц раскрыта Европейским судом в деле о банкротстве Interedil Srl <2>, в котором суд сделал вывод о том, что если место зарегистрированного офиса и место фактического ведения деятельности не совпадают, то для правильного определения COMI необходимо учесть такие факторы, как: местонахождение имущества должника, регион заключения должником договоров аренды имущества, места открытия банковских счетов. При этом ни один из этих фактов сам по себе не может свидетельствовать об отличном от зарегистрированного месте COMI, если это было неочевидно для кредиторов <3>.
--------------------------------
<2> ECJ 20.11.2011, Re Interedil Srl, in liquidation v. Fallimento Interedil Srl and Intesa Gestione Crediti SpA (case C-369/09).
<3> Tirado Ignacio. An Evolution of COMI in the European Insolvency Regulation: From "Insolvenzimperialismus" to the Recast, 2015.
В Регламенте ЕС по делам о несостоятельности также содержится определение понятия "forum shopping", под которым понимается смена территориальной подсудности спора о банкротстве с целью получить более благоприятное правовое положение <4>.
--------------------------------
<4> (5) Regulation (EU) 2015/848 of 20 May 2015 on insolvency proceedings.
Предлагаемый Регламентом способ предотвратить злоупотребления в этой области следующий: устанавливается период подозрительности: для компаний - 3 месяца, для физических лиц - 6 месяцев, в который смена адреса регистрации офиса (или места жительства) не будет "включать" презумпцию о совпадении.
Установление такого периода сняло ряд случаев forum shopping, описанных в литературе: смену адреса накануне банкротства и смену адреса в период между подачей заявления и введением процедуры банкротства <5>, однако решение вопроса о добросовестности при смене COMI потребовало более гибких подходов.
--------------------------------
<5> Ringe Wolf-Georg. Forum Shopping Under the EU Insolvency Regulation // Oxford Legal Studies Research Paper No. 33/2008, 2008.
Практикой Европейского суда выработано два критерия для определения - состоялось ли злоупотребление правом при смене COMI или нет: объективный и субъективный. Объективный критерий предполагает, что, несмотря на формальное соблюдение норм европейского права при смене юрисдикции, цель нормы не достигнута. Субъективный критерий заключается в доказанном намерении получить преимущество от смены юрисдикции <6>.
--------------------------------
<6> Мохова Е.В., Яцук Н.П., Лиджанова А.Э. Forum shopping и конкуренция регулирования в трансграничных банкротствах и реструктуризациях // Закон. 2020. N 9. С. 98 - 99.
Как было показано выше, ключевой целью нормы о банкротстве в месте нахождения COMI является предсказуемость места рассмотрения спора для кредиторов. Именно через эту призму должен разрешаться вопрос о наличии злоупотреблений при смене центра экономического интереса.
Такая логика дает удивительный эффект - смена зарегистрированного офиса даже в период подозрительности может не повлиять на решение суда о наличии злоупотреблений в действиях должника. В литературе приводится пример несостоятельности группы компаний PIN, рассмотренный судом Германии. Компания была зарегистрирована в Люксембурге, а бизнес через дочерние компании вела на территории Германии. Накануне банкротства компания сместила свой COMI из Люксембурга в Германию, мотивировав это тем, что все дочерние компании находятся в Германии и процесс реструктуризации материнской будет удобнее, если его проводить в той же юрисдикции. Суд посчитал, что такая смена COMI осуществлена в интересах кредиторов, в связи с чем цель нормы Регламента - предсказуемость для кредиторов - соблюдена, а значит, и нет злоупотреблений <7>.
--------------------------------
<7> Мохова Е.В., Яцук Н.П., Лиджанова А.Э. Указ. соч. С. 102.
Также примечательно дело компании Codere Finance, в котором английский суд установил, что должник совместно со своими кредиторами разработал схему, которая позволила осуществить банкротство в Англии, а не в месте регистрации офиса компании (Испания). Данные действия не были признаны злоупотреблением, поскольку было установлено, что таким способом кредиторы и должник пытались совместно минимизировать издержки на проведение процедуры <8>.
--------------------------------
<8> Григорьев В. Банкротный туризм юридических лиц: торжество формы или содержания? // Цивилистика. 2020. N 6. С. 182.
Таким образом, европейский опыт говорит о том, что изменение подсудности в преддверии банкротства не всегда является злоупотреблением и может быть осуществлено добросовестно, в интересах всех кредиторов и должника.
2. Российское законодательство
Российское законодательство придерживается императивного правила о подсудности спора о банкротстве компании суду по месту ее регистрации, а граждан - по месту жительства гражданина.
Данный подход не позволяет сместить место рассмотрения спора о банкротстве в центр нахождения основных интересов должника по европейской модели COMI.
В Российской Федерации (далее также - РФ) вопрос о выборе правопорядка в зависимости от территориальной подсудности спора не стоит, в связи с чем может показаться, что для участвующих в деле лиц не имеет принципиального значения то, какой именно суд будет рассматривать дело о банкротстве - применимое право от этого не поменяется.
В действительности это не так.
Прежде всего географические характеристики РФ ставят вопрос о территориальной подсудности крайне остро. Дело о банкротстве в России может рассматриваться в любом месте - от Калининграда до Владивостока, расстояние между которыми не идет в сравнение с расстоянием, которое необходимо преодолеть кредитору в Европе для участия в деле о банкротстве. Возбуждение дела о банкротстве в слишком отдаленном регионе может повлиять на принятие кредитором отрицательного решения о возможности в принципе участия в таком деле.
Количество и уровень профессионализма лиц, оказывающих услуги в рамках банкротных процедур (юристы, арбитражные управляющие, оценщики, организаторы торгов, торговые площадки), могут сильно отличаться от региона к региону и, таким образом, сказываться как на стоимости ведения процедуры, так и на ее скорости и эффективности.
Таким образом, вопрос о территориальной подсудности дел о банкротстве в РФ носит отнюдь не праздный характер. Учитывая, что при регулировании самой процедуры банкротства российский правопорядок придерживается "прокредиторского" подхода, удивительно что при решении вопроса о месте рассмотрения дела о банкротстве подход ровно противоположный - дело рассматривается там, где удобно должнику.
Единственным законодательно закрепленным случаем, когда дело о банкротстве может рассматриваться не судом по адресу регистрации юридического лица (месту жительства гражданина), является процедура банкротства застройщика.
В п. 4 ст. 201.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что дело о банкротстве застройщика может быть передано на рассмотрение арбитражного суда по месту нахождения объекта строительства или земельного участка либо по месту жительства или месту нахождения большинства участников строительства.
При этом при решении вопроса, в какой суд направить дело о банкротстве застройщика, предлагается руководствоваться следующим принципом - "передача (дела) будет способствовать более эффективной защите прав участников строительства".
Признавая, что от подсудности спора может зависеть эффективность защиты прав кредиторов, законодатель подтверждает тезисы, изложенные выше, - территориальная подсудность дела о банкротстве имеет существенное значение для кредитора в России.
Разрешая судам передачу дела о банкротстве вне зависимости от места регистрации застройщика - в место его фактической деятельности, российский закон в отдельном конкретном случае усеченно применяет европейский критерий COMI для определения подсудности дела о банкротстве. Ведь именно в месте фактического строительства объекта кредиторы ожидали получить исполнение от должника, и именно подсудность спора о банкротстве по месту строительства ими предполагалась и была для них очевидна в момент принятия решения о вступлении с должником в сделку.
Понятно, что данное решение законодателя носит политико-правовой характер - желание упростить доступ к процедуре банкротства обманутым дольщикам в данном конкретном случае стоит выше принятой жесткой системы определения подсудности рассмотрения дел о банкротстве.
Однако остается неясным, по какой причине аналогичные возражения касательно места рассмотрения дела о банкротстве не доступны другим лицам, которых также принято защищать в нашем правопорядке. К примеру, те же потребители (пользователи услуг страховых, туристических компаний), которые, вступив в отношения с должником, ожидали исполнения в своем регионе, ровно по той же логике не должны претерпевать неудобства от того, что местом регистрации должника является отдаленный от них субъект РФ.
Более гибкие правила установления центра основных интересов должника для определения надлежащего места рассмотрения спора о банкротстве позволили бы снять данную проблему.
3. Использование модели COMI в практике российских судов
ВС РФ в 2019 г. рассмотрел ряд дел, которые показывают, что российский правопорядок нуждается в пересмотре безапелляционной привязки места рассмотрения дела о банкротстве к месту регистрации компании или месту жительства гражданина. Практика столкнулась с проблемой "банкротного туризма" - случаями умышленной смены территориальной подсудности накануне банкротства, проблемы, аналогичной проблеме forum shopping, описанной выше.
Отличие российского "банкротного туризма" от европейского "forum shopping" в том, что в случае смены адреса с целью изменить подсудность спора в России добросовестность поведения в принципе исключается, поэтому банкротный туризм в России - это случаи исключительно злоупотребления правом.
Первое рассмотренное Верховным Судом дело о банкротном туризме - это дело о банкротстве Баженова Ф.В. <9>
--------------------------------
<9> Определение СКЭС ВС РФ от 25 февраля 2019 г. N 305-ЭС18-16327.
Обстоятельства дела следующие. Кредитор обратился в АС Московской области с требованием о признании Баженова Ф.В. банкротом. На следующий день, еще до принятия судом дела к производству, должник сменил место жительства на Рязанскую область, а еще на следующий день уже сам обратился в АС Рязанской области с заявлением о собственном банкротстве. Далее московским областным судом уже рассматривалось ходатайство Баженова Ф.В. о возвращении заявления кредитора в связи с нарушением правил о подсудности спора.
Верховный Суд установил, что дело подсудно АС Московской области, указав следующее. Предполагается, что место жительства гражданина совпадает с местом его регистрационного учета, однако в исключительных случаях настоящее место жительства должника может не совпадать с информацией, содержащейся в документах регистрационного учета. В условиях, когда смена регистрации произведена после подачи заявления о банкротстве, бремя доказывания реальной смены места жительства лежит на должнике.
Предложенное судом решение крайне похоже на то, что предлагается в Регламенте ЕС по делам о несостоятельности. Вместе с тем в случае применения европейского регламента кейс мог решаться еще проще - презумпция совпадения адреса места жительства с адресом регистрации просто не должна была срабатывать, поскольку смена адреса совершена в "период подозрительности".
Следующее дело, рассмотренное ВС РФ о банкротном туризме, кажется, еще больше приблизило российский правопорядок к определению места рассмотрения дела о банкротстве по критерию COMI.
Это дело о банкротстве Чака С.М. <10>
--------------------------------
<10> Определение СКЭС ВС РФ от 21 марта 2019 г. N 308-ЭС18-25635.
Фабула дела очень схожа с предыдущим с единственным отличием - должник Чак С.М. сменил место жительства, не дожидаясь, пока кредиторы обратятся в суд с заявлением о банкротстве, а сделал это сразу же после публикации кредиторами заявления о таком намерении в ЕФРСБ.
Суд по делу при этом установил дополнительные важные обстоятельства: значительная часть имущества Чака С.М., большинство его кредиторов, а также юридических лиц, с которыми он связан корпоративными связями, находились в г. Москве. Суд пришел к выводу, что "центром тяготения экономических интересов должника" является город Москва, поэтому спор о его банкротстве должен быть рассмотрен АС города Москвы.
Аргументы и использованные судом формулировки в этом деле явно указывают на применение вышеописанной модели COMI - центра основных интересов должника, как основания для определения территориальной подсудности спора о банкротстве. Единственное отличие, что суд рассматривал вопрос, когда применение данной модели было явно излишним, поскольку смена должником места жительства после публикации сведений о намерении обратиться в суд с заявлением о его банкротстве, так же, как в деле о банкротстве Баженова Ф.В., свидетельствовала о злоупотреблении правом и необходимости переложить бремя доказывания обратного.
Устойчивой практики, где бы суды указывали на "центр тяготения экономических интересов должника" в качестве единственного основания для рассмотрения дела по месту нахождения такого центра, а не по месту регистрации должника, в настоящее время нет.
Однако потребность именно в таком регулировании явно ощущается, что хорошо видно в следующем примере - дело о банкротстве Жданова Д.А., рассмотренное АС Московского округа <11>.
--------------------------------
<11> Постановление АС Московского округа от 25 декабря 2019 г. по делу N А40-250574/2019.
Обстоятельства дела следующие. Гражданин обратился в АС города Москвы с заявлением о собственном банкротстве, однако суд ему отказал, мотивировав данное решение тем, что должник имеет постоянную регистрацию на территории Тюменской области. Московская кассация, отменяя судебный акт первой инстанции и отправляя дело на рассмотрение в АС города Москвы, указала на то, что должник на протяжении нескольких последних лет постоянно осуществляет трудовую деятельность и получает заработную плату в г. Москве, а его регистрация на территории Тюменской области носит формальный характер.
Таким образом, в данном деле суд, несмотря на наличие у должника места постоянной регистрации, счел данную регистрацию формальной, фактически определив центр интересов должника по месту осуществления им трудовой деятельности.
Отдельно стоит вопрос о применении аналогичных подходов к делам о банкротстве юридических лиц.
Проблема в том, что практика, сформированная ВС РФ, касается исключительно банкротства граждан и основывается на разграничении понятий "место жительства" гражданина и "место постоянной регистрации" гражданина. Для юридических лиц такого разграничения нет - по действующему законодательству местом нахождения юридического лица является место его государственной регистрации.
С другой стороны, представляется, что логика АС Московского округа, использованная в деле о банкротстве Жданова Д.А., о том, что регистрация носит формальный характер (т.е. по сути в случае расхождения с фактическим местом осуществления деятельности является самостоятельным составом злоупотребления правом для юридических лиц), может быть применима и в деле о банкротстве корпораций.
Так, в деле о банкротстве ООО "Интеркор Рус" <12> Девятый арбитражный апелляционный суд, сославшись на дела Баженова В.Ф. и Чака С.М., отменил определение суда первой инстанции о передаче дела по подсудности. Должник в данном случае сменил место регистрации в период между подачей заявления о банкротстве и принятием его к производству.
--------------------------------
<12> Постановление 9-го арбитражного апелляционного суда от 3 ноября 2020 г. по делу N А40-76340/2020.
Интерес вызывает дело о банкротстве ООО "Эктоойл", рассмотренное Арбитражным судом Поволжского округа <13>. В данном деле кредитор сменил адрес регистрации с Астраханской области на Чеченскую Республику за 2 месяца до публикации в ЕФРСБ уведомления кредитора о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве. Суд в данном деле для определения подсудности устанавливал действительный центр экономических интересов должника, оценивая доводы кредитора о несовпадении данного центра с местом регистрации. Суд прямо указал на то, что место государственной регистрации юридического лица - это опровержимая презумпция места его нахождения, явно разрешая спор contra legem, однако четко следуя определению подсудности спора по европейской модели COMI.
--------------------------------
<13> Постановление АС Поволжского округа от 23 января 2020 г. по делу N А06-9855/2019.
Судом установлено, что на территории Астраханской области находились все кредиторы и имущество должника; должником открыт счет в банке на территории Астраханской области. Суд сделал вывод о том, что центром тяготения экономических интересов ООО "Эктоойл" является Астраханская область.
Смелый подход к разрешению проблемы АС Поволжского округа, с одной стороны, заслуживает поддержки, а с другой стороны, еще более выпукло показывает недостатки жесткой модели регулирования подхода к территориальной подсудности дел о банкротстве, избранной российским законодателем.
4. Выводы
Модель COMI, применяемая в Европе для определения подсудности спора о банкротстве, в современных условиях кажется более эффективной и справедливой по отношению к кредиторам.
Российский правопорядок это чувствует, и первый шаг на пути полноценного применения данной модели Верховным Судом РФ сделан еще в 2019 г.
Проанализированная в настоящей статье практика российских судов по пресечению недобросовестного банкротного туризма показывает, что правопорядок уже готов для следующего шага - ослабления императивных правил о подсудности дел о банкротстве исключительно по месту регистрации компаний (месту жительства граждан). Судам удалось выработать устойчивые критерии, свидетельствующие о том, что место регистрации не совпадает с центром экономических интересов должника - это и место нахождения имущества, открытия счетов для юридических лиц, и место осуществления постоянной трудовой деятельности для граждан, и очевидность перечисленных обстоятельств для кредиторов должника.
Литература
1. Григорьев В. Банкротный туризм юридических лиц: торжество формы или содержания? / В. Григорьев // Цивилистика. 2020. N 6. С. 181 - 196.
2. Мохова Е.В. Forum shopping и конкуренция регулирования в трансграничных банкротствах и реструктуризациях / Е.В. Мохова, Н.П. Яцук, А.Э. Лиджанова // Закон. 2020. N 9. С. 97 - 114.
References
1. Ringe Wolf-Georg. Forum Shopping Under the EU Insolvency Regulation / Wolf-Georg Ringe // Oxford Legal Studies Research Paper N 33/2008.
2. Tirado Ignacio. An Evolution of COMI in the European Insolvency Regulation: From "Insolvenzimperialismus" to the Recast / Tirado Ignacio // Annual Review of Insolvency Law. 2015. P. 691 - 722.
