Оспаривание психиатрического диагноза в целях реализации гражданских прав
Установление психиатрического диагноза само по себе не препятствует реализации гражданских прав лица. Вместе с тем законом установлены ограничения, создающие возникновение спорных случаев реализации отдельных действий и участия в сделках, требующих волеизъявления для конкретного лица при установленном диагнозе. В статье приведены примеры оспаривания установленного диагноза психического заболевания лицами, считающими, что их права были ущемлены.
Ключевые слова: врачебная комиссия, спорные случаи, установленный психиатрический диагноз, реализация гражданских прав.
The establishment of a psychiatric diagnosis by itself does not interfere with the exercise of a person's civil rights. At the same time, the law establishes restrictions that create controversial cases of individual actions and participation in transactions that require the expression of will for a particular person with an established diagnosis. The article provides examples of challenging the established diagnosis of mental illness by people who believe that their rights have been infringed.
Key words: medical commission, controversial cases, established psychiatric diagnosis, realization of civil rights.
Возможность оспаривания установленного медицинского диагноза по психиатрическому профилю может возникать из случаев, требующих непосредственного участия лица в гражданско-правовых отношениях (сделках) или доступа к отдельным видам деятельности, когда наличие такого диагноза либо препятствует их осуществлению, либо снижает вероятность участия в них.
Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции РФ и ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Поскольку медицинские организации не наделены публичными полномочиями, а все действия, связанные с постановкой диагноза, диспансерным учетом, наблюдением и лечением являются формами предоставления квалифицированной медицинской помощи, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК РФ, исковые споры с участием граждан и организаций, связанные с защитой нарушенных и оспариваемых прав, решаются посредством гражданского судопроизводства в судах общей юрисдикции.
В соответствии с ч. 2 ст. 48 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" <1> (далее - Закон об охране здоровья граждан в РФ) для принятия обоснованных решений, возникающих в наиболее сложных и конфликтных случаях по вопросам профилактики, диагностики, лечения, а также осуществления оценки качества, обоснованности и эффективности лечебно-диагностических мероприятий, в медицинской организации создается врачебная комиссия.
--------------------------------
<1> Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ (ред. от 28.12.2024) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (с изм., вступ. в силу с 01.03.2025).
Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 5 мая 2012 г. N 502н "Об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации" <2> (далее - Порядок деятельности врачебной комиссии) определено, что функционал врачебной комиссии распространяется на все случаи, обусловленные обращениями (жалобами) граждан по вопросам, связанным с оказанием медицинской помощи в медицинской организации (подп. 4.24 п. 4).
--------------------------------
<2> Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 5 мая 2012 г. N 502н "Об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации".
Вместе с тем ни Законом об охране здоровья граждан в РФ, ни Порядком деятельности врачебной комиссии регламент такого обжалования действий врачебной комиссии не определен и выявление возможности обжалования решений врачей-психиатров или медицинской психиатрической комиссии при установлении диагноза психического заболевания требует обращения к специальному законодательству.
Так, согласно ч. 2 ст. 20 Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 г. N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" <3> (далее - Закон о психиатрической помощи) установление диагноза психического заболевания является исключительным правом врача-психиатра или комиссии врачей-психиатров. А все вопросы оспаривания привязаны к фактам принятых врачебных решений о недобровольной госпитализации гражданина в психиатрический стационар. В этой связи в процессе обжалования допустимо оспаривание обоснованности установления диагноза (ст. 47 и 48 Закона), в том числе путем подачи искового заявления. Однако вне связи с решением врачебной комиссии о недобровольной госпитализации гражданина в специализированную организацию психиатрического профиля оспаривание диагноза либо невозможно, либо маловероятно.
--------------------------------
<3> Закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-1 (ред. от 22.07.2024) "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании".
Кроме того, случаи оспаривания диагноза психического заболевания в медицинском заключении врачей-психиатров посредством предъявления иска о защите чести и достоинства, с требованием компенсации морального вреда, возникшего из нарушения личных неимущественных прав по факту распространения порочащих сведений, следует признать бесперспективными, что подтверждается судебной практикой <4>.
--------------------------------
<4> Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 18 января 2022 г. N 88-1166/2022.
Обратимся к примерам судебной практики.
Судебный пример N 1. Оспаривая установленный диагноз о наличии психического заболевания, истица требовала также исключить записи врача о проведенных обследованиях из амбулаторной карты в отношении психиатрической больницы <5>. Она настаивала на том, что ранее установленный ей диагноз о наличии психического заболевания препятствует реализации ее гражданских прав и ограничивает возможность участия в различных гражданских правоотношениях. Так, для участия в сделке по продаже недвижимого имущества потребовалось проведение психолого-психиатрической экспертизы, которая заняла ее время и финансовые средства. Свое требование она аргументировала тем, что в соответствии с актом психолого-психиатрического заключения, составленного ООО "Учреждение судебной экспертизы", для определения сделкоспособности, у нее не выявлено психического заболевания или расстройства, препятствующего пониманию значения совершаемых действий, а также осуществлению волеизъявления. Решением суда первой инстанции исковые требования истицы были удовлетворены. Однако в апелляционной жалобе психиатрическая больница настаивала на проведении в отношении истицы комплексной судебно-психиатрической экспертизы в "Национальном медицинском исследовательском центре психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского", поскольку она длительное время консультационно наблюдалась у врача-психиатра, с установленным ей клиническим диагнозом, не состоя под диспансерным наблюдением. При этом больница полагала, что при разовом амбулаторном освидетельствовании невозможно установить достоверность клинической картины и решить диагностические вопросы. Удовлетворив такой запрос, суд исходил из требований всесторонней оценки полученных данных. Вместе с тем истица безосновательно уклонялась от прохождения назначенной экспертизы, и апелляционная инстанция пришла к выводу, что наблюдает ситуацию злоупотребления процессуальными правами, поскольку установление истцу диагноза не приводит к нарушению его законных прав и, следовательно, не может быть самостоятельным предметом судебного оспаривания.
--------------------------------
<5> Определение СК по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 13 января 2025 г. по делу N 8Г-39031/2024.
В соответствии с Законом о психиатрической помощи возможность оспаривания пациентом установленного диагноза не предусмотрена, но регламентируется порядок обжалования решений, принятых на его основе. Так, судебный порядок применяется для обжалования решений комиссии врачей-психиатров об установлении или прекращении диспансерного наблюдения (ст. 27 Закона о психиатрической помощи), однако истица под диспансерным наблюдением не находилась. А предусмотренная законом возможность для обжалования действий медицинских работников и врачебных комиссий должна содержать признаки ущемления права и законных интересов граждан при оказании им психиатрической помощи, которые в рассматриваемом деле судом не установлены.
Таким образом, проверив материалы дела по кассационной жалобе, судебная коллегия не нашла оснований для отмены принятого по делу судебного постановления.
Судебный пример N 2. Так, согласно Определению Восьмого кассационного суда общей юрисдикции г. Кемерово <6> по кассационной жалобе гражданина, обратившегося в медицинское учреждение за заключением о состоянии психического здоровья в связи с поступлением на государственную гражданскую службу и не получившего его в связи с наличием в медицинской амбулаторной карте ранее внесенных записей о выявлении психического расстройства, в решениях суда первой и апелляционной инстанций не допущено нарушений положений материального и процессуального права, а доводы кассатора о нарушении его законных интересов отвергнуты как несостоятельные.
--------------------------------
<6> Определение судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции г. Кемерово от 8 декабря 2022 г. по делу N 8Г-23364/2022.
Оспаривая установленный ему диагноз психиатрического профиля, истец приводил следующие доводы: суды двух инстанций не назначали в отношении него проведения судебной экспертизы с целью установления отсутствия психического расстройства (по МКБ-10); действия медицинской организации и ее сотрудника (врача) об отказе выдачи заключения о состоянии психического здоровья следует признать неправомерными, а понуждение к сдаче лабораторных анализов против его воли - нарушающими его законные права.
Вместе с тем психиатр, производивший прием пациента, не вносил в его амбулаторную карту записи об установлении клинического диагноза, но выдал направления на дополнительное обследование и лабораторные анализы, выявив по поведению обратившегося признаки психического расстройства и установив предварительный диагноз. Так, во время приема пациент был крайне возбужден, негативен, демонстративно громко кричал, отрицая употребление психоактивных веществ, пытался отобрать амбулаторную карту у врача, требовал выдачи заключения. Таким образом, решение врача о проведении дополнительного обследования основано на данных проведенного осмотра пациента и не образует нарушений закона и субъективных прав истца, что, в свою очередь, исключает предмет обжалуемого им действия.
Фактически краевой психоневрологический диспансер не произвел ни одного юридически значимого действия, которое могло подлежать оспариванию: пациенту не предоставлялось отрицательного заключения психиатром, а вероятность получения положительного заключения о психиатрическом освидетельствовании предполагалась после обследования по направлению.
Отказ в предоставлении медицинской организацией заключения до момента выявления требуемых критериев психического здоровья пациента не образует состава правонарушения, поскольку основан на положениях закона о поступлении на государственную гражданскую службу.
Так, в силу п. 4 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" (далее - Закон о гражданской службе) гражданин не может быть принят на гражданскую службу, а гражданский служащий не может находиться на гражданской службе при наличии заболевания, установленного в перечне болезней, препятствующих поступлению на государственную гражданскую службу Российской Федерации и муниципальную службу или ее прохождению. Согласно Приложению N 2 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 14 декабря 2009 г. N 984н одним из таких заболеваний является диагноз "Психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употреблением психоактивных веществ" <7>.
--------------------------------
<7> Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 14 декабря 2009 г. N 984н "Об утверждении Порядка прохождения диспансеризации государственными гражданскими служащими Российской Федерации и муниципальными служащими, перечня заболеваний, препятствующих поступлению на государственную гражданскую службу Российской Федерации и муниципальную службу или ее прохождению, а также формы заключения медицинского учреждения".
Впоследствии по результатам лабораторного обследования предварительный диагноз был подтвержден. Однако в момент обращения лица в суд с гражданским иском запись об установлении клинического диагноза в медицинской карте отсутствовала.
Имевшиеся в амбулаторной карте записи врача-психиатра за прошедшие годы фиксировали факт обращения данного лица за справкой об отсутствии противопоказаний для управления транспортным средством, признания лица в длительном употреблении психоактивных веществ для снятия стресса. Поведение обратившегося за справкой лица также имело признаки негативного отношения к происходящему: он уклонялся от прямых ответов, высказывал угрозы в адрес врача. Предварительный диагноз врача сопровождался выдачей направления на химико-токсикологическое исследование, которое пациент не проходил, и в выдаче справки ему было отказано.
В соответствии с порядком выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений <8> справки выдаются на основании записей в медицинской документации пациента, внесенных лечащим врачом, принимающим непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении пациента, или по результатам медицинского обследования в случаях, если проведение такого обследования необходимо.
--------------------------------
<8> Приказ Министерства здравоохранения РФ от 14 сентября 2020 г. N 972н "Об утверждении Порядка выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений".
Таким образом, в основу гражданского иска не может быть положено требование о возложении на медицинскую организацию обязанности выдачи положительного медицинского заключения, а также оспаривание клинического диагноза, который не мог быть установлен без дополнительного обследования пациента, которое он отказался проходить в добровольном порядке.
В литературе встречаются также примеры <9> оспаривания лицом действий врача по установлению психического заболевания и постановки на диспансерный учет, сопровождавшиеся для пациента рядом негативных последствий: проведением в отношении него социального патронажа и лишением по иску прокурора права управления транспортным средством. При этом при рассмотрении поданного иска суд определил, что установленный врачом диагноз обусловлен злоупотреблением лицом спиртными напитками, выявлением алкоголя в его лабораторных анализах, а также визуальными признаками абстиненции. Следовательно, ни установление психического заболевания, ни последовавшие за ним действия прокурора не нарушают прав и законных интересов истца, а направлены на оказание ему медицинской помощи и профилактику возможных правонарушений в состоянии алкогольного опьянения.
--------------------------------
<9> Бычков А.И. Оказание психиатрической помощи в России: вопросы правового регулирования. М.: Инфотропик Медиа, 2022. С. 116.
Кроме того, нередки случаи, когда оспариванию подлежат юридически значимые действия умершего лица в связи с его смертью. В частности, такие, которые приводят к передаче в дар недвижимого имущества при жизни дарителя с установленным психическим заболеванием, в которых истцами выступают наследники умершего дарителя, требуя признания сделки недействительной <10>. Такие иски подлежат удовлетворению только тогда, когда в процессе рассмотрения иска предъявляется заключение судебной посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы об установлении неспособности лица понимать значение своих действий при установленном диагнозе.
--------------------------------
<10> Бадулина Е.В., Бегичев А.В. К вопросу о правовых рисках дарения недвижимости // Нотариальный вестник. 2024. N 9. С. 6 - 14.
Таким образом, следует заключить, что суды принимают к рассмотрению иски об оспаривании установленного диагноза психического заболевания при заявленных истцами аспектах нарушения закона и реализации их интересов для участия в различных гражданско-правовых отношениях. Вместе с тем при рассмотрении таких исков суды имеют в виду добровольность обращения за медицинской психиатрической помощью и возможность отказа от ее получения для пациента до момента, когда его состояние не требует недобровольных элементов вмешательства. Факт установленного диагноза психического заболевания и наступление ряда ограничений, предписанных действующим законодательством, для лица не составляют предмета спора, поскольку не имеют признаков нарушения прав и законных интересов пациента.
