Статьи
Application of Russian double taxation agreements with China and Hong Kong
The strengthening interstate partnership between Russia and China is steadily influencing the expansion of international cooperation between the businesses of the two countries. Against this background, both pre-existing and new problems related to the application of double taxation agreements with China (2014) and Hong Kong (2016) are emerging. Based on the results of the study of law enforcement practice, the authors' attention is focused on issues that are becoming relevant today for Russian and Chinese companies when doing business, creating joint ventures and using other forms of economic cooperation. Special emphasis is placed on the limitations of the actual possibility of applying, on the basis of the Agreement on the Avoidance of Double Taxation with the People's Republic of China, a reduced tax rate on dividends to 5% in the context of the forced reaction of Chinese banks opening special accounts for Russian investors to pay for authorized capital, to the unprecedented sanctions pressure of unfriendly countries on the Russian economy. Nevertheless, it is noted that, despite the difficulties that arise, the friendly Chinese jurisdiction supports the conditions for solving the main tasks facing Russian and international business.
Применение российских соглашений об избежании двойного налогообложения с КНР и Гонконгом
Укрепляющееся межгосударственное партнерство России и Китая неуклонно влияет на наращивание международного взаимодействия между бизнесом двух стран. На этом фоне проявляются как уже ранее существовавшие, так и новые проблемы, связанные с применением соглашений об избежании двойного налогообложения с КНР (2014 года) и Гонконгом (2016 года). По результатам изучения правоприменительной практики внимание авторов сосредоточено на вопросах, которые сегодня становятся актуальными для российских и китайских компаний при ведении бизнеса, создании совместных предприятий и использовании иных форм экономического сотрудничества. Особый акцент сделан на ограничениях фактической возможности применения на основании Соглашения об избежании двойного налогообложения с КНР пониженной до 5% налоговой ставки на дивиденды в условиях вынужденной реакции китайских банков, открывающих российским инвесторам специальные счета для оплаты уставного капитала, на беспрецедентное санкционное давление недружественных стран на российскую экономику. Тем не менее отмечается, что, несмотря на возникающие сложности, дружественная китайская юрисдикция поддерживает условия для решения основных задач, стоящих перед российским и международным бизнесом.
Дополнения от 04.06.2024 к практике в Комитетах ООН
Дело "К.О.К. против Испании". Соображения Комитета по правам ребенка от 28 января 2021 года. Сообщение N 56/2018.
В 2018 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Испании.
《中华人民共和国刑法》中的公司犯罪
随着世界上一些国家，特别是中华人民共和国市场经济的发展，法人对公司犯罪的刑事责任已经确立，这些犯罪是为了利益和/或代表组织实施的犯罪。 本文考察了公司犯罪的理论和实践方面,比较了西方和东方刑法理论中公司犯罪的概念,介绍了我国公司犯罪的类型学,分析了我国打击公司犯罪的方法。 在全球资本主义时代，包括电子商务在内的先进技术的发展，我们可以预期公司犯罪的进一步增加。 公司犯罪也与其他类型的犯罪密切相关（但未被识别），特别是与白领犯罪，经济和有组织犯罪。 在现阶段，中国打击公司犯罪的一个关键因素是改进旨在防止公司内部公司犯罪的立法，并制定合规计划，以减少员工和管理人员之间的非法行为风险。 尽管俄罗斯立法中没有法律实体的刑事责任，但在中国预防和打击公司犯罪的经验可以而且应该用于组织预防俄罗斯法律实体的非法行为。
Corporate crimes in the criminal law of the People's Republic of China
With the development of the market economy in some countries of the world, in particular in the People's Republic of China, the criminal liability of legal entities for corporate crimes, which are crimes committed in the interests and/or on behalf of the organization, has been established. This article examines the theoretical and practical aspects of corporate crimes, compares the concepts of corporate crime in Western and Eastern criminal law doctrines, presents the typology of corporate crimes in China, and analyzes methods of combating corporate crime in China. In the era of global capitalism, the development of advanced technologies, including e-commerce, we can expect a further increase in corporate crime. Corporate crime is also strongly correlated (but not identified) with other types of crime, in particular with white-collar crime, economic and organized crime. At the present stage, a key factor in the fight against corporate crime in China is the improvement of legislation aimed at preventing corporate crime within the company and the development of compliance programs to reduce the risks of illegal behavior among employees and managers. Despite the absence of criminal liability for legal entities in Russian legislation, the experience of preventing and combating corporate crime in China can and should be used to organize the prevention of illegal behavior of legal entities in Russia.
Корпоративные преступления в уголовном законодательстве КНР
По мере развития рыночной экономики в некоторых странах мира, в частности в КНР, была установлена уголовная ответственность юридических лиц за корпоративные преступления, которые представляют собой преступления, совершенные в интересах и/или от имени организации. В данной статье рассмотрены теоретические и практические аспекты корпоративных преступлений, сопоставлены понятия корпоративного преступления в западной и восточной уголовно-правовых доктринах, представлена типология корпоративных преступлений в Китае, а также проанализированы методы борьбы с корпоративной преступностью в КНР. В эпоху глобального капитализма, развития передовых технологий, в том числе электронной торговли, можно ожидать дальнейшего роста корпоративной преступности. Корпоративная преступность также серьезным образом коррелирует (но не отождествляется) с другими видами преступности, в частности с преступностью "белых воротничков", экономической и организованной преступностью. На современном этапе ключевым фактором в борьбе с корпоративной преступностью в КНР является совершенствование законодательства, направленного на профилактику корпоративной преступности внутри компании и разработку комплаенс-программ для снижения рисков противоправного поведения среди сотрудников и руководителей. Несмотря на отсутствие уголовной ответственности для юридических лиц в российском законодательстве, опыт предотвращения и борьбы с корпоративной преступностью в КНР может и должен быть использован для организации профилактики противоправного поведения юридических лиц в России.
1949-1970年代中国移民政策的法律依据。
目前，中国是国际社会日益关注其成就的少数几个世界大国之一。 很明显，在二十一世纪，国际社会将不得不观察中国的地缘政治主导地位，因此作者认为有必要分析其移民政策从1949到1970的立法基础，以便更好地理解其形 在这项科学研究的框架内，我们考虑了中国移民政策的出现和进一步形成的特点，以及中国成立之时至70年代的法律基础。 提交人的结论是，随着中华人民共和国的出现，中国当局制定了最严格的过境管制措施，因此该国实际上没有外部移民程序。 与此同时，随着中华人民共和国的成立，这个国家的移民政策在很大程度上取决于一些政治因素。 在外部敌对环境的条件下，国家还必须实行严格的出境签证制度，因此，直到1970年代末，外来移民流动仍然微不足道，直到1970年代末，由于采取了最严格的措施来管制移民，只有少数人离开该国，几乎没有离开和进入的理由。 因此，中国领导层在1978年采取的组织和法律措施有助于移民政策的进一步发展。
The legal basis of Chinese migration policy in the period from 1949 to the 1970s.
Currently, China is one of the few world Powers that has focused increased attention on its achievements from the entire international community. It is obvious that in the XXI century the world community will have to observe the geopolitical dominance of China, therefore the author considered it necessary to analyze the legislative foundations of its migration policy from 1949 to the 1970s in order to better understand the issues of its formation and development. Within the framework of this scientific study, the features of the emergence and further formation of Chinese migration policy, as well as its legal foundations from the moment of the formation of the PRC and inclusive to the 1970s, are considered. The author concludes that with the emergence of the PRC, the Chinese authorities established the strictest border crossing control measures, and therefore there were practically no external migration processes in the country. At the same time, with the formation of the PRC, the migration policy of this country has become largely dependent on a number of political factors. In the conditions of an external hostile environment, the state also had to introduce a strict system for issuing exit visas from the country, therefore, external migration flows remained insignificant until the end of the 1970s. Until the late 1970s, it was characterized by a small number of people leaving the country due to the strictest measures to regulate emigration with few grounds for departure and entry. Therefore, the adoption of organizational and legal measures by the Chinese leadership in 1978 contributed to the further development of migration policy.
Правовые основы китайской миграционной политики в период с 1949 г. по 1970-е гг.
В настоящее время Китай является одной из немногих мировых держав, сосредоточивших на своих достижениях повышенное внимание со стороны всего международного сообщества. Очевидно, что в XXI столетии мировому сообществу предстоит наблюдать и геополитическое доминирование Китая, поэтому автор посчитал необходимым проанализировать законодательные основы его миграционной политики с 1949 г. по 1970-е гг., чтобы еще лучше разбираться в вопросах ее формирования и развития. В рамках данного научного исследования рассмотрены особенности возникновения и дальнейшего формирования китайской политики в сфере миграции, а также ее правовые основы с момента образования КНР и включительно по 1970-е гг. Автор приходит к выводу, что с возникновением КНР китайскими властями были установлены строжайшие меры контроля пересечения границы, и поэтому внешних миграционных процессов в стране практически не наблюдалось. В то же время с образованием КНР миграционная политика этой страны стала во многом зависеть от ряда политических факторов. В условиях внешнего враждебного окружения государству также пришлось ввести жесткую систему по выдаче виз на выезд из страны, поэтому внешние миграционные потоки до конца 1970-х гг. оставались незначительными. До конца 1970-х гг. для нее было характерно небольшое число выезжающих из страны из-за строжайших мер по регулированию эмиграции с немногими основаниями для выезда и въезда. Поэтому принятие китайским руководством в 1978 г. организационных и правовых мер способствовало дальнейшему развитию миграционной политики.
Дополнения от 03.06.2024 к практике в Комитетах ООН
Дело "В.М.Ц. против Дании". Соображения Комитета по правам ребенка от 28 сентября 2020 года. Сообщение N 31/2017.
В 2017 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Дании.
《中华人民共和国民法典》对公司的法律规定
由于俄罗斯联邦和中华人民共和国之间的贸易额显着增加，俄罗斯读者对新的《中华人民共和国法典》规定的现有企业活动的组织和法律形式感兴趣，包括与俄罗斯商业实体有很大相似之处的有限责任公司和股份制有限责任公司的法律地位。
Legal regulation of companies in the Civil Code of the People's Republic of China
Due to the significant increase in the volume of trade between the Russian Federation and the People's Republic of China, the Russian reader is interested in the existing organizational and legal forms of entrepreneurial activity provided for in the new Chinese Code of the People's Republic of China, including the legal status of a limited liability company and a joint-stock limited liability company, which have great similarities with Russian business entities.
Правовое регулирование компаний в Гражданском кодексе КНР
В связи со значительным увеличением объема товарооборота Российской Федерации с Китайской Народной Республикой для российского читателя интересны существующие организационно-правовые формы предпринимательской деятельности, предусмотренные в новом Китайском кодексе КНР, в том числе правовое положение компании с ограниченной ответственностью и акционерной компании с ограниченной ответственностью, имеющих большое сходство с российскими хозяйственными обществами.
俄罗斯和中国关于公共采购的立法
文章分析了俄罗斯和中国公共采购立法的一般规定，对各种机构进行了比较，以确定它们之间的异同，并为适当的法律监管建立更有效的机制。 作者定义了解决俄罗斯和中国公共采购领域的一些法律问题的积极经验，以期其可能的借款。 俄罗斯立法者应该关注中华人民共和国采购领域配给制度的发展，以及对中国国内制造商的严格支持制度。 在中华人民共和国的采购系统中，很有可能考虑到俄罗斯建立统一信息系统和建立国家（市）和"公司"采购的各种法律制度的经验。
Legislation of Russia and China on public procurement
The article analyzes the general provisions of the legislation on public procurement in Russia and China, compares various institutions with each other in order to identify similarities and differences between them and establish more effective mechanisms for appropriate legal regulation. The author defines the positive experience of resolving some legal problems in the field of public procurement in Russia and China with a view to its possible borrowing. The Russian legislator should pay attention to the development of the institution of rationing in the field of procurement of the People's Republic of China, as well as to the strict system of support for domestic manufacturers in China. In the procurement system of the People's Republic of China, it is quite possible to take into account the Russian experience of building a unified information system and establishing various legal regimes for state (municipal) and "corporate" procurement.
Законодательство России и КНР о публичных закупках
В статье проводится анализ общих положений законодательства о публичных закупках России и Китая, сравниваются различные институты друг с другом с целью определения сходств и различий между ними и установления более эффективных механизмов соответствующего правового регулирования. Автором определен положительный опыт разрешения некоторых правовых проблем в сфере публичных закупок в России и Китае с целью его возможного заимствования. Российскому законодателю следует обратить внимание на развитость института нормирования в сфере закупок КНР, а также на жесткую систему поддержки отечественных производителей в Китае. В закупочной системе КНР вполне возможен учет российского опыта построения единой информационной системы и установления различных правовых режимов государственных (муниципальных) и "корпоративных" закупок.
Дополнения от 02.06.2024 к практике в Комитетах ООН
Дело "В.А. против Италии". Соображения Комитета по правам ребенка от 28 сентября 2020 года. Сообщение N 56/2018.
В 2018 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Италии.
美国和中国法律中使用deepfake技术的规则：外国法律监管经验的适应
本文在分析美国和中国规范deepfake技术领域法律关系的立法的基础上，讨论了改进俄罗斯在规范deepfake技术使用领域立法的可能途径。 该研究的目的是分析在信息和电信网络中创建和分配外交职位时保护公民权利和公共利益的理论和实践方面。 结论是，有必要禁止某些类型的创建deepfake的应用程序，特别是在政治广告中使用deepfake技术的不可接受性，包括选举竞选活动和公民投票竞选活动。 考虑到与故意将deepfake技术用于非法目的相关的风险，制定了一项提案，在网络空间中传播deepfake领域引入单独的刑事犯罪。
Rules for the use of deepfake technologies in the law of the USA and China: adaptation of foreign experience of legal regulation
The article discusses possible ways to improve Russian legislation in the field of regulating the use of deepfake technologies based on an analysis of the legislation of the United States and China regulating legal relations in the field of deepfake technologies. The purpose of the study is to analyze the theoretical and practical aspects of protecting the rights of citizens and public interests in the creation and distribution of diplomatic posts in information and telecommunications networks. It is concluded that it is necessary to ban certain types of applications for creating deepfakes, in particular, the inadmissibility of using deepfake technologies in political advertising, including election campaigning and referendum campaigning. Taking into account the risks associated with the deliberate use of deepfake technologies for illegal purposes, a proposal has been formulated to introduce a separate criminal offense in the field of the dissemination of deepfakes in cyberspace.
Правила использования технологий дипфейк в праве США и КНР: адаптация зарубежного опыта правового регулирования
В статье рассматриваются возможные пути совершенствования российского законодательства в области регламентирования использования дипфейк-технологий на основе анализа законодательства США и КНР, регулирующего правоотношения в сфере дипфейк-технологий. Целью исследования является анализ теоретических и практических аспектов защиты прав граждан и публичных интересов при создании и распространении дипфейков в информационно-телекоммуникационных сетях. Делается вывод о необходимости установления запрета определенных типов приложений по созданию дипфейков, в частности недопустимости использования технологий дипфейк в политической рекламе, в том числе предвыборной агитации и агитации по вопросам референдума. Учитывая риски, связанные с умышленным использованием дипфейк-технологий в противоправных целях, сформулировано предложение о введении отдельного состава уголовного преступления в сфере распространения дипфейков в киберпространстве.
