Статьи
В каких случаях нужно получить лицензию ФСТЭК России на разработку и производство средств защиты конфиденциальной информации.
Для получения лицензии на разработку или производство средств защиты конфиденциальной информации нужно в первую очередь убедиться, что вы соответствуете лицензионным требованиям. Затем заполните заявление, уплатите госпошлину (не нужно, если подаете заявление с 14.03.2022 до 31.12.2022), подготовьте и подайте все необходимые документы. О предоставлении лицензии вас уведомят.
Измерение изменения культуры информационной безопасности.
Рассмотрим культуру информационной безопасности как важный элемент эффективной системы информационной безопасности организации. Успех защиты информации зависит от того, убеждены ли сотрудники в необходимости безопасного поведения и формирования строгой культуры информационной безопасности. Авторы отмечают, что объединение существующих подходов к управлению изменениями, таких как модель Prosci ADKAR и диагностический инструмент для оценки культуры информационной безопасности (ISCA), позволит помочь в исправлении рискового поведения сотрудников, которые могут поставить под угрозу информационную безопасность.
Основные направления совершенствования правовой политики по обеспечению в условиях глобализации информационной безопасности.
Раскроем проблемы обеспечения информационной безопасности в условиях современной глобализации международной жизни, высоких темпов развития технико-информационных ресурсов. Отмечена актуальность оптимизации средств в сфере информационной безопасности. Приоритетная роль отводится совершенствованию уголовного и иного отраслевого законодательства, направленного на профилактику, предупреждение, противодействие преступлениям и правонарушениям в сфере компьютерной информации. Особое значение в сфере обеспечения информационной безопасности уделяется уголовно-правовому регулированию объектов уголовно-правовой охраны. Пристальное внимание уделяется вопросам обнаружения, раскрытия и точной юридической оценки преступлений и правонарушений, реализованных в киберпространстве. Подчеркивается значимость международного сообщества по установлению универсальных стандартов, обеспечивающих информационную безопасность.
Международно-правовые основания и правовая природа нормотворческой деятельности временных администраций ООН. 2
Проанализируем международно-правовой анализ нормотворческой деятельности временных администраций ООН. Отмечается, что, несмотря на отсутствие у таких администраций международной правосубъектности, их нормотворческие полномочия проистекают из деволюции международной правосубъектности, под которой автором понимается наделение субъектом международного права некоего образования, не являющегося субъектом международного права и не становящегося таковым ввиду данного наделения, полномочиями, позволяющими последнему осуществлять элементы международной правосубъектности (включая нормотворчество) при сохранении за первичным субъектом деликтоспособности в случае совершения таким образованием правонарушения. Указывается, что деятельность временных администраций осуществляется в условиях вакуума государственности на определенной территории, где такие администрации осуществляют суверенные функции, возложенные на них международным сообществом в лице ООН; при этом нормотворческие полномочия являются формой осуществления таких функций. С опорой на решение Международного суда ООН по делу о некоторых фосфатных месторождениях в Науру обосновывается тезис о том, что временные администрации ООН не обладают международной правосубъектностью, отличной от той, которой обладает сама ООН. Создаваемые временными администрациями нормы являются позитивными, регулятивными и императивными, образуя самодостаточный автономный нормативный комплекс - lex pacificatoria - и обладая всеми атрибутами норм международного права. При этом нормы lex pacificatoria презюмируются соответствующими универсальным императивным нормам международного права (jus cogens). На примере Временной администрации ООН в Восточном Тиморе в формате case-study исследуются нормотворческая дискреция временных администраций и ее пределы. Делается вывод о том, что пределы данной дискреции ограничены во времени и пространстве, поскольку нормотворческие полномочия временных администраций ООН действуют в течение периода действия мандата администрации, а в территориальном отношении временные администрации могут осуществлять свои нормотворческие функции только в отношении той территории, где размещены и где уполномочены на реализацию своих функций. Кроме того, временные администрации не могут создавать такие нормы, которые противоречили бы нормам jus cogens.
Антикоррупционная политика ООН и России: сравнительно-правовой аспект.
Рассмотрим нормативные акты, формирующие основы проводимой антикоррупционной политики в рамках государств - членов ООН. Проводится анализ нормативной базы в исследуемой сфере за 1990 - 2006 годы и определяются особенности реализации данных положений в Российской Федерации. Характеризуются основные этапы законодательного регулирования противодействия коррупции в современной России и подчеркивается необходимость уточнения отдельных правовых аспектов в контексте эффективности государственной антикоррупционной политики.
О некоторых проблемных аспектах реализации права ребенка на общение с родителями в свете положений Конвенции ООН о правах ребенка и семейного законодательства РФ.
Исследуются теоретические и практические вопросы, касающиеся реализации права ребенка на общение с родителями, лишенными или ограниченными в правах по отношению к ребенку. Отсутствие единообразного подхода к определению права родителя на общение с ребенком в качестве личного неимущественного права вызывает проблемы при реализации права ребенка на общение с родителями, лишенными родительских прав. В качестве критерия для установления порядка общения ребенка с родителями, лишенными или ограниченными в правах, предлагается использовать "наилучшие интересы ребенка" в приоритетном порядке в соответствии с положениями Конвенции ООН о правах ребенка 1989 г.
К вопросу дистанционного зондирования Земли в контексте обеспечения международной информационной безопасности.
Вопрос обеспечения международной информационной безопасности в космическом пространстве входит в основную повестку дня как на международном, так и на национальном уровне, однако в международном праве не было разработано каких-либо обязательных правовых норм, призванных гарантировать кибербезопасность космических аппаратов и сопутствующей наземной инфраструктуры. Признавая право на свободу информации, государства заявляют о необходимости отказа от идеи абсолютного государственного суверенитета в пользу признания возможности ограничивать передачу информации при осуществлении ДЗЗ (дистанционного зондирования Земли) и НТВ (непосредственного телевизионного вещания). В настоящей статье рассматриваются источники международного права, регулирующие осуществление ДЗЗ и НТВ, позиции развитых и развивающихся государств по вопросу правового регулирования прикладных способов исследования и использования космического пространства. Цель статьи состоит в анализе существующих проблем современного международного космического права в контексте обеспечения международной информационной безопасности с учетом развития кибертехнологий, используемых при ДЗЗ и НТВ.
Информационная безопасность в сети Интернет.
Попытаемся классифицировать информацию, запрещенную к распространению на территории Российской Федерации. Предлагается изменить процедуру рассмотрения этой категории дел, наделив полномочиями по ограничению доступа к вредоносным сайтам органы исполнительной власти, и ввести административную ответственность за разработку, а также оказание технической поддержки размещения такого рода информации в сети Интернет.
Информационная безопасность дистанционной работы в условиях пандемии.
Рассмотрим проблемы безопасности для корпоративной удаленной работы и технологий удаленного доступа. Показаны основные уязвимости и угрозы, характерные для удаленной работы и безопасности удаленного доступа, и сформулированы стратегии смягчения этих угроз. Рассмотрены наиболее часто используемые методы удаленного доступа и предложены рекомендации для смягчения последствий угроз.
Вопрос об обязательной силе обеспечительных мер, применяемых Международным судом ООН.
К концу XX века на фоне участившихся запросов государств о применении обеспечительных мер МС ООН столкнулся с проблемой неисполнения его постановлений. Об этом в отечественной доктрине пишет А.С. Исполинов, отмечая, что постановления об обеспечительных мерах, принятые в порядке статьи 41 Статута Суда, не исполняются чуть ли не чаще, чем решения по существу спора <90>. В частности, США отказались исполнять обеспечительные меры, предписанные МС ООН во всех делах, связанных с нарушением США обязательств по Венской конвенции о консульских сношениях 1963 года (в них речь шла об отказе предоставить консульскую помощь иностранным гражданам, приговоренным в США к смертной казни) <91>.
Практика применения Международным судом ООН обеспечительных мер в спорах между государствами.
МС ООН за период с июня 1951 года по ноябрь 2019 года получил 55 запросов о применении обеспечительных мер и удовлетворил 27 из них <58>.
Критерий правдоподобия (plausibility test).
В деле The Gambia v. Myanmar Суд при принятии решения о применении обеспечительных мер отметил, что на этом этапе ему необходимо лишь решить, является ли наличие прав, о нарушении которых заявляет Гамбия, правдоподобным (англ.: plausible) <38>.
Информационная безопасность Российской Федерации и перспективы правовой регламентации информационно-коммуникационной сети Интернет.
Развитие правовой регламентации информационно-коммуникационной сети Интернет прошло несколько обусловленных изменением миссии самой Сети этапов. Если первоначально данная регламентация была весьма ограниченной и имела исключительно ведомственный характер (Интернет развился из проекта Управления перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США по созданию надежного средства военной коммуникации), то в современных условиях она все в большей степени приобретает универсальный характер и черты развивающейся правовой системы (глобального циклического правового массива). Однако данный процесс не лишен многочисленных противоречий, преодоление которых, собственно, и обеспечивает его динамичность. Одно из таких противоречий выражается в том, что стремление Интернета к универсальности создает различные вызовы и угрозы информационной безопасности национальных государств, в том числе Российской Федерации. Данное противоречие является перманентным, порождая различные структурные кризисы. Наиболее известный из них - так называемая война DNC, завершившаяся в 1998 г. созданием Корпорации по присвоению имен и номеров в Интернете (Internet Corporation for Assigned Names and Numbers, ICANN), что послужило основой формирования современной институциональной платформы транснационального информационного правопорядка. В настоящее время наблюдается очередное обострение указанного противоречия, и тот инструментарий, который будет применен для его разрешения, определит магистральное направление развития правовой регламентации информационно-коммуникационной сети Интернет. Автор статьи рассматривает отдельные аспекты данного процесса в контексте обеспечения информационной безопасности Российской Федерации.
Международное сотрудничество в сфере информационной безопасности: общая характеристика и российский подход к изучению.
Информационная безопасность выступает в качестве базовых понятий современных международных отношений. Уровень проникновения информационных технологий и глобальных сетей в общество напрямую связан с уровнем развития страны. Российская Федерация предприняла целый ряд внешнеполитических инициатив, направленных на обеспечение международной информационной безопасности и провозглашающих взятый страной транспарентный курс на формирование условий для становления полноценного международного правового режима формирования безопасной информационной среды. В статье рассматриваются основные тенденции формирования международного режима по обеспечению информационной безопасности. Выявлено, что международное сотрудничество позволяет установить проблемно-целевые подходы к выявлению угроз со стороны других государств на внутреннюю информационную инфраструктуру и критически важных объектов государства с целью подрыва территориальной целостности. Автор приходит к выводу, что межгосударственные соглашения в сфере международной информационной безопасности позволяют установить проблемно-целевые подходы к выявлению угроз со стороны других государств на внутреннюю информационную инфраструктуру и критически важные объекты государства с целью подрыва территориальной целостности. Вместе с тем, выработка совместных мер по развитию нормативных правовых норм международного права определила этапность достижения заданных показателей безопасности, ресурсное обеспечение и правовое сопровождение. Для развития правового обеспечения международной информационной безопасности необходимо дальнейшее межгосударственное сотрудничество с целью стремления наращивания взаимодействия и совершенствование международно-правовых основ для реализации конкретных совместных инициатив в области международной информационной безопасности.
Влияние цифровизации на правовое обеспечение информационной безопасности государства и бизнеса в условиях современных геополитических вызовов.
В последние несколько лет в мире наблюдается значительный рост числа киберугроз, направленных на объекты критической инфраструктуры, вызванный их интеграцией с информационными технологиями. К сожалению, с ростом количества пользователей в сети происходит неизбежный рост кибератак и их вариативности. Не вызывает удивления тот факт, что глобализация способствует не только развитию экономической деятельности, но и раскрывает новые возможности для хакерских групп по проведению кибератак различного уровня и масштаба. В связи с этим возникает необходимость правового и фактического обеспечения информационной безопасности государства и бизнеса в условиях современных геополитических вызовов. Настоящее исследование ставит целью раскрыть возможные угрозы информационной безопасности страны и формулирование рекомендаций по их предотвращению.
Первоначальные критерии для определения необходимости применения обеспечительных мер Международным судом ООН.
МС ООН при рассмотрении одного из своих первых дел - спора англо-иранской нефтяной компании и Великобритании <15> - сформулировал первоначальные критерии для решения вопроса о необходимости применения обеспечительных мер. МС ООН указал, что может принять решение о применении обеспечительных мер в рамках статьи 41 Статута при наличии следующих условий:
Правовые основания и практика применения обеспечительных мер Постоянной палатой международного правосудия и Международным судом ООН.
В качестве отправной точки стоит отметить, что в англоязычном тексте Регламента МС ООН для обозначения документов, принимаемых Судом по вопросам обеспечительных мер, используются термины "decision" и "order" <3>. В русскоязычном тексте Регламента термин "decision" соответствует "определению", а "order" - "постановлению" <4>. С.М. Пунжин, в частности, использует термин "постановление" применительно к форме закрепления решения МС ООН о применении обеспечительных мер <5>. На наш взгляд, термин "определение" полнее и адекватнее описывает сущность такого промежуточного документа, принимаемого в процессе рассмотрения дела до вынесения окончательного решения по спору. Тем не менее в рамках настоящей статьи применительно к решениям МС ООН об обеспечительных мерах используется термин, предложенный С.М. Пунжиным.
Обеспечительные меры в практике Международного суда ООН.
Проанализируем практику применения обеспечительных мер Международным судом ООН за все время его деятельности, а также практика его предшественника - Постоянной палаты международного правосудия при Лиге Наций. Автор выделяет критерии, которыми Международный суд ООН руководствуется при принятии решения о применении обеспечительных мер. Так, Суд в своих постановлениях неоднократно указывал, что может применять обеспечительные меры в рамках статьи 41 Статута при наличии следующих условий: обладание юрисдикцией prime facie в отношении существа спора; существование риска непоправимого ущерба правам государства-заявителя; срочность; существование связи между запрашиваемыми обеспечительными мерами и нарушенными правами, о защите которых просит заявитель. Отдельно автор исследует дополнительное условие - так называемый критерий "правдоподобия", появившийся в практике Международного суда ООН в 2009 году. Согласно данному критерию Суду при принятии решения о применении обеспечительных мер необходимо лишь решить, является ли наличие прав, о нарушении которых заявляет государство-заявитель, правдоподобным. На примере запроса Гамбии о применении обеспечительных мер к Мьянме - последнего дела на момент публикации, по которому было вынесено постановление о применении обеспечительных мер, - автор рассматривает использование Судом теста для определения необходимости применения таких мер. Кроме того, автор анализирует подход Суда к обязательной силе его постановлений о применении обеспечительных мер. Важность такого анализа обусловлена тем, что количество запросов о применении обеспечительных мер Судом значительно возросло именно после того, как в 2001 году в деле LaGrand Суд признал обязательную силу своих обеспечительных мер, что стало огромным шагом вперед для международного правосудия. В завершение автор приходит к выводу о том, что, хотя Международный суд ООН показывает высокую степень сдержанности в вопросах, связанных с применением обеспечительных мер, практика применения разработанных им критериев в ряде конкретных дел уязвима для критики в части целостности и убедительности.
Информация и информационная безопасность как атрибуты гражданского общества (краткий обзор взаимосвязи).
Логико-смысловое содержание данной работы раскрывает потребность в научном обосновании и определении направлений в развитии форм практической реализации взаимодействия государства и общественных институтов в части совместного формирования и эффективного использования информационного пространства в деле построения гражданского общества. Необходимость данного подхода остро возникла в связи с появлением социально-политического феномена повышения протестности общества на фоне "информационной войны или информационной агрессии". В качестве одного из промежуточных итогов исследования можно утверждать о том, что давно назрел отказ от негативной стереотипизации пропагандистско-агитационной работы с обществом в процессе развития его самомотивации к построению гражданского общества.
Международная информационная безопасность как гарантия осуществления права народов на самоопределение.
Рассмотрим актуальные вопросы влияния международной информационной безопасности на осуществление права народов на самоопределение. Предметом исследования являются состояние правового обеспечения информационной безопасности на международном уровне, понятие международной информационной безопасности, соотношение права народов на самоопределение и принципа территориальной целостности государств. Автор рассматривает такие вопросы, как запрет военных действий или репрессивных мер, направленных против зависимых народов. Особое внимание уделяется вопросам влияния международной информационной безопасности на осуществление права народов на самоопределение в России. Методологической основой исследования является диалектический метод научного познания. Также автором были использованы общенаучные методы системного, структурного и функционального анализа и специальные методы исследования: сравнительно-правовой, формально-логический. Государства должны воздерживаться от любых действий в информационной сфере, которые направлены на частичное или полное нарушение национального единства и территориальной целостности любых других стран. Недостаточная политическая, экономическая и социальная подготовленность или недостаточная подготовленность в области образования никогда не должны использоваться как предлог для достижения независимости. Любые военные действия или репрессивные меры какого бы то ни было характера, направленные против зависимых народов, должны быть прекращены, с тем, чтобы предоставить им возможность осуществить в условиях мира и свободы свое право на полную независимость, а целостность их территорий должна уважаться.
